Запретный плод Рованиона

ЛОКИ

Конечно же, я упустил свой шанс. Спустя несколько дней я издалека поднял вопрос о своем освобождении. Но Трандуил лишь посмеялся надо мной. Ну, а чего я ожидал? Что он с радостью меня отпустит, когда я так хочу этого? Даже мои подколы, что он просто не сможет жить без меня, никак не повлияли на него. Он вел себя раскрепощенно, словно совершенно ничего не случилось, словно не было этих долгих недель моего пребывания в этом дворце. Не было между нами ничего, кроме коротких разговоров. И он не уставал говорить, как щедр и как добр, раз я живу не в клетке, что ем за королевским столом. Все, как я и просил, я пребывал здесь, словно долгожданный гость. С небольшой разницей в том, что я являлся скорее долгожданным пленником, нежели гостем. Я пытался прикинуть, сколько времени я здесь нахожусь. Кажется, уже пару месяцев. Или очень близко с этим. Сказать, что я умирал от скуки в этих стенах – это не сказать ничего. Единственным развлечением для меня было играть на нервах Трандуила, что я делал с превеликим удовольствием! Все остальное для меня было под сладким и мучительным запретом. Я не мог банально походить по саду вокруг дворца! Не мог съездить с эльфами на охоту или на зачистку леса от всякой нежити, вроде тех огромных пауков, с которыми мне как-то не посчастливилось встретиться. Я даже играл на арфе, представляя, как бы смеялся надо мной Тор, увидь он меня за таким женским занятием. Я хотел свободы. Хотя себе я признавался, что все равно бы не покинул замок. Но, согласитесь, быть вольным гостем было бы куда приятнее. Если бы я мог выйти отсюда... что бы я сделал? Наверное, я бы взял лошадь и ускакал искать какие-нибудь пространственные бреши. Мне важно было найти выход из этого мира. Возможно, я бы и задержался здесь по собственной воле, но весь этот мир сузился для меня до размеров этого замка с его туннелями. Я изучил уже каждый уголок... как мне все надоело. Еще и этот Эльф. Он сводит меня с ума. Он держит меня на коротком поводке, словно собачонку, но при этом не дает приблизиться. И вся эта интрига натягивает мои нервы, как струны на арфе! Хотя, признаюсь, есть в этом что-то очень сексуальное. Не знаю, что именно так сводит меня с ума, действительно Эльф или вся эта замкнутость и отсутствие разнообразия, но теперь... стоит ему двусмысленно меня коснуться, я чувствую, как мой стояк готов порвать на мне штаны. Не понимаю, что за игры он устроил, что за подход пряника и кнута!? Но как только его надменная неприступность осыпается, и он расслабляется в моих руках, словно дико устал от всего, я готов вознести его до Богов. Я больше не смел коснуться его слишком интимно. Расскажи мне кто-нибудь еще пару месяцев назад, что я буду бояться потревожить чей-то душевный покой, я бы рассмеялся. Боже, что со мной происходит?.. Я лежал на своей постели, заводя руки за голову, и смотрел перед собой. Высокий потолок, округлые стены. Осень стала прохладнее. Из незакрывающегося окна дул прохладный ветер. Сон не шел. И я меньше всего ожидал, что в ночи ко мне кто-то постучится. Этого никто не делал. Но я отчетливо услышал стук в дверь, а после дверь осторожно отворилась. Рядовой эльф встал в проеме и слегка поклонился. - Король желает вас видеть. - Сейчас?.. Я удивленно приподнялся на локтях. Меня дважды звать не пришлось. Я кивнул и сказал, что скоро буду. Я быстро оделся и пошел к спальне Трандуила. О, какие мысли были в моей голове! И практически каждая заставляла низ живота непроизвольно сжиматься. Я дошел до спальни, стукнув по деревянной резной двери пару раз. А после вошел. Блондин стоял у постели. Не в своей ночной одежде, а в обычной. Обычно к этому времени он уже успевает принять ванну. - Звал? Конечно, звал. Я улыбнулся и закрыл за собой дверь. - Да, раздевайся. - Что, прям так сразу? Я со смешком посмотрел в его голубые глаза, что странно горели. На комоде у зеркала я увидел два кувшина вина, один из которых был уже пуст. Ах, вот откуда блеск в глазах. - Почему нет? Он улыбнулся, подходя ко мне. Его тонкие пальцы коснулись застежек на верхней одежде, и он ловко стал расстегивать ее, стягивая с плеч. Я был удивлен донельзя. Я, конечно, очень хотел, чтобы его неприступность осыпалась в один миг, но когда это произошло, это ввело меня в легкий ступор. - Не знаю, сколько ты выпил, но ход твоих мыслей мне нравится. Я помог стянуть с себя верх, оставаясь лишь в коричневых штанах с поясом и сапогах. Трандуил резал меня своим взглядом, но не касался меня. - Забирайся на постель, - скомандовал он, толкая меня в сторону своей постели. Я заторможено потянулся вниз, чтобы снять сапоги, но он остановил меня, - в обуви! Сядь у изголовья.. Я не понимал, что у него на уме, но сделал так, как он просил. Я взобрался на его белоснежную постель в обуви, присаживаясь у самого изголовья. - Вальяжнее, ну... Бог ты или нет? Я не смог сдержать смеха. Хорошо, как скажешь. Я вальяжно расселся на его постели, а он все никак не мог отвести глаз от моей обнаженной груди. - Шикарно... ты выглядишь очень... чего-то не хватает... - Может, тебя рядом? - Вполне возможно! Он улыбнулся. Я не узнавал Трандуила. Действительно, сколько он выпил? - И давно ты тут пьешь вино? - Точно! Он вдруг загорелся еще больше и метнулся к комоду, наливая в чистый бокал вина. И поднес его мне. Я только спустя некоторое время оценил этот жест. Сам король принес мне вина. В свою постель. Куда я взобрался в обуви. Помешав вино в бокале, я с улыбкой пригубил сладкий напиток. Если он хочет опьянить меня – все тщетно. Я понятия не имею, сколько мне нужно выпить этого виноградного сока, чтобы хоть чуть-чуть опьянеть. Но я сделал щедрый глоток. - Ты так сексуально выглядишь, когда пьешь... а если... до дна? Чтобы капли текли по подбородку? - Да ты пьян... - Прошу... Я выгнул бровь. Слишком хорошо. И все же я сделал пару больших глотков, нарочно неряшливо, чтобы напиток стекал по губам. Трандуил благодарно вздохнул, подходя к подножию постели. - Теперь ты присоединишься ко мне? - Я? Он улыбнулся. Его руки поднялись к груди, и он стал медленно расстегивать на себе платье. Я не верил своим глазам, не верил ушам. Я не верил, что я не сплю. У меня даже странно онемевали руки, от волнения ли? Да только. Это было слишком знакомое чувство. Слишком. Я все-таки посмотрел на свою руку, на ладонь, которой держал бокал от вина, и тут я понял, что уже не в силах даже держать бокал. Он выпал из моих пальцев, мягко падая на перину. Ноги затекали, я был не в силах пошевелить и пальцем. И хотел бы я сказать, что вино отравлено, да только у меня даже губы одеревенели! Вот же сучонок! - Приступим? Трандуил улыбнулся, скидывая с себя платье. Он остался в легкой рубашке, которую никогда обычно не носил во дворце. Я следил за ним. И не понимал, что будет дальше? Для чего все это? - Яд пещерного арахнида... не имеет вкуса и запаха, зато обладает прекрасным действием. Не бойся, я рассчитал, ты не умрешь. Но приятная беспомощность тебе к лицу. Все, что я мог делать – метать молнии взглядом. Я вспоминал свою встречу с огромным пауком, и тогда мне тоже пришлось узнать действие яда. А потом перед глазами что-то блеснуло. В руках у Эльфа оказалась серебристая плеть, сделанная из металла. Я смотрел на нее во все глаза, и ее холодный отблеск заставлял все мои внутренности сжиматься. Хотя, стоит отметить, это поистине ювелирная работа. Трандуил сделал петлю в руке, подходя ко мне и касаясь ею моей шеи. Холодный металл обжег кожу. Он приподнял мое лицо за подбородок, заставляя смотреть на себя. А я просто не мог пошевелиться, хотя чувствовал абсолютно каждое его прикосновение. Очень продуманный ход. Пять баллов. - Я мог казнить тебя... но чти мою доброту! Отозвался он прямо у самого уха, а потом отпрянул. - И мою фантазию... куда интереснее заставить тебя почувствовать боль и унижение... Он злился. Злился на меня до сих пор. Я хмыкнул про себя. В конечном итоге, я, наверное, даже заслуживаю такого наказания. Но прежде, чем я готов был вынести себе приговор, всю комнату скрасил мой неожиданный крик. Мою грудь прожгло от холодного металла, а после все начало гореть яркой болью. Я опустил глаза, смотря, что кожа не просто покраснела, а сразу приобрела болезненный кровавый цвет. Судорожный вдох. - Я спас тебе жизнь, позволил жить тебе в своем дворце гостем... Трандуил продолжал говорить и вышагивать, гладя пальцами стальную чешуйчатую плеть ладонью, словно в его руках была живая змея. - Я был добр к тебе, и что сделал ты? Я не мог ответить. Я был вынужденным пленником этого положения. Я не мог даже оправдать себя, хотя у меня было полно доводов! Но все они вылетали из моей головы резкой, прожигающей болью. Казалось, что каждый удар пронзает мое тело до внутренностей! Я даже не мог дернуться, лишь тяжело дышал, не в силах сдерживать адский крик, что рвал мои затекшие легкие. - Наглый, самовлюбленный, неблагодарный… Он снова замахнулся. Плеть изогнулась в воздухе над его головой и, ослепительно блеснув, со всей прытью полоснула мою грудь, разрывая кожу. Кровь брызнула, обагряя металл. Капля моей крови даже долетела до скулы Эльфа. Я тяжело дышал, практически задыхался от неописуемой боли. Она была резкой, острой и пульсирующей. И стоило ей хоть на чуть-чуть стихнуть, как новая полоса очерчивала мое тело, новый крик сотрясал эту спальню. Безжалостный Король стоял прямо передо мной, вновь проводя сомкнутой ладонью по всей длине своего тонкого оружия. Вся моя кровь осталась на его ладони. Я хрипло выдохнул. - Ты сгниешь в этом замке, уж я об этом позабочусь! Очередной свист плети в воздухе. И мне удалось даже дернуться от удара. Хотя возможно, меня просто скосил этот удар, и я немного сместился на постели. Болезненные полосы далеко не красили меня. А я не мог ничего сделать. Лишь спустя целую вечность его наказания, я почувствовал, как колет пальцы. Переводя взгляд на свою руку, я еле заметно пошевелил пальцами, закусывая губу от очередного удара, чтобы не кричать. Минута казалась бесконечной, но только спустя эту минуту я смог сжать ладонь. Вдох. - Ненавижу... ненавижу тебя! Трандуил вновь замахнулся. Холодная полоска стали на мгновение повисла над головой, а потом направилась ко мне, но я успел поймать ее. Плеть обвила мою руку, жалящими ударами разрывая мою кожу на предплечье. Трандуил, не успев понять, что произошло, так и не отпустил кожаную рукоятку. Я из последних сил дернул плеть на себя, и Эльф в буквальном смысле влетел в меня. Его одежда неприятно саднила мои раны, впитывая в себя кровь. - Я – Бог. Мой метаболизм куда быстрее вашего, - тяжело проговорил я, - а ты... ты... Я еле дышал. Действие яда еще не до конца ушло. Трандуил времени не терял, он лишь хмыкнул, смыкая свою ладонь на моей шее. - Видишь, как я заботлив... я знал, что тебе будет мало, но боялся убить тебя, но сейчас... Он сдавил мою шею сильнее. Я хрипло сделал маленький вдох. Воздух узкой струйкой прохлады прошел в мои легкие, сжатые до размера ореха от нехватки кислорода. - Тра... - Заткнись! Никогда не прощу тебе того, что ты сделал! - Ххх… Я захрипел, чувствуя, как у меня все плывет перед глазами. Единственное, что не проходило – это жгучая боль по всему телу, что пульсировала и заставляла меня понимать, что я жив. А рука Эльфа сильнее сжимала мою глотку. Глаза закрывались, хотя я усиленно с этим боролся. Но стоило мне закрыть их, как я провалился в небытие. Это было всего мгновением, потому что в следующий момент я закричал. Липкий сон нехотя передавал меня в руки невообразимой боли. Мне казалось, что меня кинули в кипящий котел. И когда я открыл глаза, то даже не сразу понял, что нахожусь в воде. Действительно нахожусь в воде! Поспешный вдох заполнил мои легкие водой, заставляя исходиться удушьем. Тело горело. Вода была кипятком, а раны прожигало. Я дернулся, выныривая из воды, сильно кашляя. Все в густом пару. Воздух пропитан каким-то сильным запахом благовоний и трав. Все свечи зажжены, очень светло. И Трандуил, стоящий прямо перед первой ступенькой в горячую воду. - Я буду ранить тебя и лечить... пока ты не сойдешь с ума. Его голос обволокло густое эхо, ударившееся о воду. Я все еще пытался вернуть дыхание, и когда вернул, вновь посмотрел слезящимися глазами на Эльфа. Он стоял иглой, а в руках его блестела плеть. Жарко, мне хотелось поскорее выбраться, пятки жгло от жара, но когда я коснулся бортика, я быстро отпрянул. Мрамор буквально горел, к нему было не прикоснуться. Только сейчас я заметил, что вода зеленая. Полная каких-то трав, что, видимо, залечивали мои раны. Но от горячей воды меня буквально… я чувствовал, что еще немного, и я сварюсь заживо. Я подплыл к Эльфу, чтобы выйти из воды, но он в очередной раз замахнулся... Замахнулся, но не ударил. Он просто замер, смотря на меня большими глазами. Я сам не понял, что его так напугало, лишь когда опустил взгляд увидел, как из всех полос хлещет кровь. Мои штаны полностью пропитались кровью от пояса. А ведь я стоял по колено в воде, и минуты не прошло. Все тело было красным от горячей воды, в которой я чуть не сварился, а полосы приобрели лиловый цвет. Разводы крови вперемешку с отваром струились по телу, а я еле стоял в этом чертовом «котле». Голова шла кругом от благовоний, от пара. Мне не хватало воздуха. Я вдыхал лишь горячий пар, что раздирал меня изнутри. И я упал на колени, с сильными брызгами падая боком в воду. Цепкие руки Эльфа практически сразу схватили меня за плечи и потянули на себя. Только на теплом мраморе я смог более менее прийти в себя. Эльф склонился надо мной. Его светлые волосы касались моего тела, приобретая яркий красный оттенок, поднимающийся вверх на несколько сантиметров. - Что за Король ты... раз даже убить не можешь... по-человечески… Я задохнулся кашлем. Но понимал, что способность двигаться ко мне полностью вернулась. И вместе с этой способностью ко мне должен был прийти гнев. Такой, чтобы я утопил эту выскочку в этом кипятке! Но гнева не было. Его обеспокоенный вид ментально зализывал все мои раны. Или же его отвар так подействовал на меня?.. - Тебе не слишком плохо? Я рассмеялся. От души. Такой искренний вопрос. То есть мне должно быть просто плохо? Я посмотрел в его голубые глаза, что сейчас были темными и глубокими, как холодное озеро. - Когда ты так переживаешь... мне не может быть плохо. Губы растянулись в улыбке, и я протянул руку к его лицу, скользя кончиками пальцев по его нежной коже. Я смотрел в его глаза неотрывно, практически утопая в них, наслаждаясь их мягким холодом. Мне сейчас было так жарко, что я душу готов был продать за этот холод! И я поманил его к себе, наконец, касаясь губами его губ в несколько скованном поцелуе. Теплом, мягком, но скованном от его робости. Но он был. И он был взаимным.