Тебе не сбежать.

Глава 1. Подперев щеку рукой, Тсунаеши делал вид, что внимательно слушает учителя; мысли упорно не хотели сосредотачиваться на уроке и постоянно уплывали в другое направление. Как раз в то, где сейчас сидела Сасагава Киоко, которая сегодня, – как и всегда, впрочем, – выглядела до невозможности мило. Тяжело вздохнув, Тсуна устремил свой взгляд на доску, снова пытаясь собраться с мыслями и настроиться на учебу, но мозг сделал очередной предательский выпад: - «Киоко-чан такая красивая!». И он в который раз украдкой глянул на девушку, ни о чем не подозревающую и записывающую лекцию. Прозвенел звонок на большую перемену, и преподаватель, едва продиктовав домашнее задание, поспешил удалиться, дабы не быть затоптанным оравой оголодавших школьников, рванувших в столовую. Тут же возле парты Тсуны с сияющей улыбкой возник Гокудера, сверля его преданным взглядом. - Джудайме, сказал, что сегодня будет собрание! - Э? Что за собрание? – удивился шатен. Он хотел было ещё немного помечтать об их будущей счастливой жизни с Киоко-чан, но слова Хаято вернули его к реальности – появилось очень нехорошее предчувствие. А если учесть, что его гипер-интуиция сигналов просто так не подавала, и он ни разу не ошибался, полагаясь на нее, то назревало нечто действительно неприятное. - А разве не вы являетесь инициатором этого собрания? – искренне изумился подрывник. - Нет, я впервые об этом слышу, - признался Савада. «Хм… Скорее всего, Реборн опять что-то задумал, и, как всегда, я окажусь крайним!». Он думал об этом и обедая на крыше с Гокудерой и Ямамото, и даже весь следующий урок; но, если честно, даже зная его дражайшего репетитора-киллера, невозможно было предсказать, что именно у того на этот раз на уме. На подходе к дому тревожное чувство все усиливалось, но раз его гипер-интуиция молчала, то и прямой угрозы вроде не было. Внутри их уже ждал Реборн, и, к удивлению Тсуны, другие Хранители. Мукуро, вальяжно развалившись на диване, крутил в руках трезубец. Рёхей сидел на каком-то табурете и, сжав руки в кулаки, нетерпеливо ждал какой-нибудь экстремальной новости. Хибари же стоял, подперев собой стену в дальнем углу, но, услышав хлопок входной двери, переместился поближе. Это, и последовавший за этим странный взгляд, обласкавший фигурку взволнованного шатена, к сожалению, заметил усмехнувшийся киллер. «М-да, Реборн, как всегда, работает быстро и оперативно», - подумал Савада, усаживаясь в свободное кресло. Гокудера занял место справа от него, а Ямамото потеснил зашипевшего Мукуро. После пары минут напряженного молчания Аркобалено торжественно объявил: - Я еду на месяц в отпуск. - Хии?! Отпуск?! Но почему? – вскочил Десятый, недоуменно уставившись на малыша. Да еще утром тот залепил своему ученику нехилую оплеуху, хмуро сопроводив это бурчанием о том, что ему скучно. Да из-за него весь дом был поднят ни свет, ни заря! А теперь это?! - Я устал, мне нужно отдохнуть, - спокойно, словно не видя в этом ничего странного, пожал плечами Реборн. Савада действительно растерялся. Одновременно он был и рад, что останется хотя бы на месяц без пристального контроля учителя, но и... он привык, что Реборн всегда рядом, а если случаются какие-то мафиозные проблемы, то он всегда находит решение. Конечно, сложно сказать, что репетитор слишком уж заботится о физическом или духовном состоянии Тсуны в этих переделках, но зато он до сих пор жив! - Не бойся, за время моего отсутствия за тобой присмотрят Хранители, - проговорил Аркобалено, заметив в карамельных глазах панику, внимательно при этом наблюдая за реакцией последних: Сасагава, как и Гокудера, самоотверженно кивнул, Ямамото засмеялся, а Мукуро только недовольно скривился. Отдельного внимания удостоился Кея, хищно прищурившийся в сторону его подопечного. Того явно порадовало известие об отбытии вечного ангела-хранителя Тсуны. А киллер только хмыкнул, добавляя: - Мама-сан едет со мной, как и Бьянки с И-Пин, и Ламбо. - Что?! Мама?! А почему тогда я не могу поехать? – с толикой обиды спросил мальчик. - У тебя школа, - словно это является главной причиной, отрезал Реборн. А вот сражения с мафиозными группировками помехой учебе почему-то не были! - Я буду в доме один? - За тобой присмотрят Хранители, чем ты слушаешь, Тсуна? – и тут же ученику киллера в лоб прилетела стрела на присоске, на конце которой болталась бумажка с надписью «Никчемный Тсуна!». Невозмутимо посадив Леона обратно на шляпу, он договорил: - А временно тут поживет Хибари. По бесстрастному лицу Главы Дисциплинарного Комитета нельзя было понять, договорился с ним Реборн заранее или для него это тоже является неожиданностью. Серые глаза лишь слегка прищурились, а губы дрогнули в недобром оскале, но брюнет промолчал, тем самым соглашаясь с решением репетитора Десятого. Тсуна едва не упал в обморок. Вот уж кто точно был не согласен! Однако в присутствии Хранителя Облака он не мог выдавить из себя хотя бы звук против столь странного решения. Ему абсолютно совершенно точно не хотелось находиться наедине с Хибари-саном на протяжении целого месяца, особенно учитывая не только его тяжелый характер, но и его тяжелую руку! «Хибари-сан будет избивать меня за любую промашку» - с отчаянием подумал Тсуна. - С завтрашнего дня с тобой будет жить Хибари, остальные пусть приходят раз в неделю, - окончательно решил Реборн. И если его ученик надеялся, что хоть что-то еще можно изменить, то киллер обломал все его надежды одним махом: откуда-то из-за кресла достал громадный чемодан и, позвав «Маму-сан», направился прочь из дома. Дернувшегося было следом Тсуну снес громко ржущий Ламбо, а кричащая на него И-Пин только добавила по коленке чемоданом. Савада Нана нежно чмокнула умоляюще глянувшего на нее сына и упорхнула вслед за детьми. Об уходе Бьянки свидетельствовал только позеленевший Гокудера. В общем, сделавший ставку на эффект неожиданности, Реборн не прогадал; Тсунаеши оказался слишком медлителен и труслив, подрывник так и не успел ничего сказать против или предложить свою кандидатуру вместо Хибари, когда как сам ГДК был очень даже за, а остальным хватило и мнения самого Аркобалено. «Главное не отчаиваться!» - попытался подбодрить себя Тсуна, вот только он и сам понимал: положение, в котором он оказался – безнадежно. *** Утро было солнечным и ясным, за окном щебетали птички, только настроение у Савады Тсунаеши было совершенно противоположным - даже пасмурным. Мало того, что его оставили с Хибари-саном, так еще и уехали на море без него. Десятый плюхнулся на диван и, включив телевизор, начал смотреть фильм, пытаясь отвлечься от беспокойных мыслей. Отдых у него был недолгим, так как вскоре послышалась трель звонка. Юноша, тяжело сглотнув, пошел открывать. Перед ним явился блюститель порядка в своей школьной униформе и с повязкой Дисциплинарного Комитета. Во всей красе, чтоб его. Завершала его образ маленькая желтая птичка, воспевающая гимн Намимори. Вот так вот и была нарушена привычная и спокойная жизнь Савады. - З-здравствуйте, Хибари-сан, - напряженно улыбаясь и пропуская парня внутрь, поприветствовал Хранителя Тсуна. - Йо, травоядное, - с усмешкой ответил Кея. - Вы можете располагаться... - начал говорить Савада, показывая гостиную. - Я буду спать в твоей комнате, - безапелляционно заявил Хибари, поднимаясь по лестнице и направляясь в комнату шатена. Какое-то время Тсуна ошарашено хлопал ресницами, а потом, спохватившись, рванул следом за ним, уже спокойненько раскладывающим свои вещи. - А как же я? - Ты тоже будешь спать в этой комнате. - Э? Но у нас свободна гостиная, я могу и там спать. - Травоядное, ты меня слышал? – тихо, с ноткой угрозы спросил ГДК. Тот стал отчаянно кивать головой, пытаясь сдержать слезы отчаяния. Савада решил не мешать Хибари-сану, поэтому сбежал вниз и попытался забиться в угол, решив лишний раз не высовываться, боясь попасться на глаза Хранителю Облака. «Неужели я так проведу целый месяц?!» - взвыл от отчаяния Десятый босс Вонголы. Сегодня была суббота, и он хотел целый день играть в игры и читать мангу, но с появлением в его доме Хибари-сана, он решил, что стоит отложить свои планы до более спокойных времен, а именно - когда в его доме не будет Хранителя. К сожалению, прятаться от брюнета целый день у него не получилось. Проголодавшись, Тсуна вылез из своего укрытия и перебежками направился в сторону кухни. Оглядевшись по сторонам и не обнаружив в зоне видимости опасных личностей, юноша с нетерпением открыл холодильник... как вдруг почувствовал на своем плече вес чужой руки, а рядом с ухом раздался насмешливый голос: - И долго ты собирался от меня прятаться, Савада? - Х-Хибари-сан, - испуганно взвизгнув и подскочив на месте, Тсуна медленно развернулся, – Я с-совсем не прятался, просто отдыхал и немного задремал. Ха-ха-ха. Я бы не стал такого делать, - напряженно улыбаясь, оправдывался Савада, чувствуя, что с него от страха градом катится пот. - Вот как, - сложив руки на груди, произнес Хранитель и бросил на парнишку долгий пытливый взгляд. Савада чувствовал угрозу только от внимания к нему брюнета, хотя тот даже не предпринимал никакой попытки нанести физический вред. Кея смотрел очень пристально, словно он пытался запомнить каждую частичку Тсуны, серебристые глаза слабо мерцали, а на дне их пылал яркий огонь, сжигающий все на своем пути. - Хибари-сан? – непонятно почему смутился юноша, и, потупив взор, уставился на пол. - Хм? – в следующую секунду глаза старшего парня уже были холодны, как сталь; он будто очнулся от наваждения. - Может, вы хотите поесть? – решил сменить тему Десятый. Он ощущал волнение и трепет, хотя, вроде бы, не должен был чувствовать подобного, тем более по отношению к Хибари-сану. «Мы ведь оба парни, так что во всем этом нет ничего странного,» - успокоился от такой мысли Тсуна. Но беспокойство не уходило, а тревожный колокольчик в сознании трезвонил, не переставая, предвещая опасность. - Хочу, - облизнувшись, произнес Хибари. И юноше почудился какой-то двойной смысл в этом слове. «Скорее всего, мне просто показалось» - придя к такому решению, Десятый достал из холодильника еду и стал подогревать её. Хоть он и не видел ГДК, так как стоял к нему спиной, но ощущал его пристальный взгляд почти физически. И это тревожило. Ели они в полном молчании. Тсуне и кусок в горло не лез, а все из-за напряженного внимания серебряных глаз, что пристально следили за каждым его движением. Кое-как доев, он быстро помыл посуду и убрал со стола, а потом хотел было снова укрыться в своей норке... но его остановили. - Сбегаешь? – вкрадчиво поинтересовался глубоким голосом Хранитель Облака. - Н-нет, просто подумал, что вы хотите побыть в одиночестве. И я решил вам не мешать, - неловко почесав затылок, и отводя взгляд в сторону, соврал Савада. - Ты не мешаешь, - Хибари не мог сдержать легкой улыбки, видя, что травоядное пытается лгать. Это не злило, а забавляло. А ещё ему просто нравилось смотреть на мелкого травоядного, на его глаза цвета шоколада с карамелью в обрамлении пушистых ресниц, изящные очертания лица. Вся его фигура выглядела так соблазнительно, что Кея не мог оторвать взгляда. - Д-да? Т-тогда... я... эм... останусь... тут? - попытался скрыть свое разочарование Савада. Ему было боязно находиться в одной комнате с Хибари-саном. Он почему-то подумал о кролике в клетке тигра. - Подойди сюда, - поманив пальцем, приказал Хибари. Сначала тот замялся, но под жестким взглядом серебряных глаз послушно сделал несколько шагов вперед, оказываясь в непосредственной близости от брюнета. Кея усмехнулся уголками губ и прикоснулся к вихрям Тсуны. Тот от такого жеста удивленно вздрогнул, но не сделал попытки освободиться. «Что Хибари-сан делает?» - недоумевал юноша, совсем не понимая поступка со стороны ГДК, который, проведя рукой по его волосам, сейчас коснулся лба. - Х-Хибари-с-сан?.. – голос парня дрожал, а глаза были недоуменно распахнуты. Кея бросил на парня заинтересованный взгляд и как-то зловеще оскалился.