Жёсткая игра

- Я хочу тебя… – горячий шёпот заставил Хиддлстона вздрогнуть. Он понял, что нормально ему не дадут поспать этой ночью. - Подожди. Всё закончится - я весь твой, – тихо отвечал Крису, убирая руки с паха и талии. - Я хочу именно сейчас, - но они возвращались на место. - Блин, потерпи,… - … Том Хиддлстон! – прозвучало из зала. Послышался громкий писк и аплодисменты. - Всё, мне пора, – натянув улыбку и получив шлепок по заднице, он лёгкой пробежкой вышел из-за занавеса. Актёр услышал рык, полностью убедившись в том, что и следующую ночь ему не заснуть, хоть и будет лежать в постели, на что он, собственно, и надеется. Уильям продолжал улыбаться, махать всем, и, как только прозвучало имя Криса, по его телу пробежала небольшая дрожь, почувствовалась влага на теле, но улыбка продолжала красоваться на его лице. Крис подошёл к нему, так же растягивая губы в улыбке, приобнял его за плечо и прошептал: - Аманда* передавала тебе, что она любит тебя. Томас промолчал и только засмеялся, чтобы не подумали ничего папарацци. Том быстрым шагом направился к Люку*, предупредив, что сейчас он поедет не в отель, а вместе с Крисом посмотреть город и ему не нужно сопровождение этого мальца. Эти слова немного расстроили Виндзора* и заставили его поникнуть. Конечно же, Хиддлстон и не собирался в город, а просто отправился на ночь к Крису в номер и даже в тот отель, в который по своей версии и не хотел ехать. Как только делает шаг, он всё сильнее и горячее ощущает на себе взгляд австралийца. Когда Том вошёл в лифт, его сзади обхватили большие горячие руки, запахло до боли знакомым приятным одеколоном, за ухом почувствовалось горячее дыхание. Лифт медленно поднимался вверх. - Я хочу тебя, - на шею ещё горячее опустились губы и, как только они исчезали, становилось холодно. Том опустил руку на бедро Хемсворта. - А как я хочу тебя, - ему тоже не терпелось получить порцию удовольствия. - Но сегодня ты наказан, - он шлёпнул по бедру британца, от чего тот застонал. – Ибо нефиг с Люком шуршать отдельно от меня. - Да-а! Двери лифта открылись, и Крис впился в тонкие губы Хиддлстона, волоча его к своему номеру. Том с жадностью уже в коридоре пытался снять пиджак со столь желанного тела, но, когда, спустя пару мгновений, он оказался на кровати, оно отошло к шкафу, и Крис достал оттуда чёрную сумку. - Раз ты наказан, то, думаю, с тобой можно будет поиграть, – он залез на кровать, сумку бросил рядом и стал раздевать Тома, чуть ли не разрывая ткань, снимать штаны, затем пиджак, галстук, нижнее бельё и рубашку. Крис засунул руку в сумку и достал наручники. Руки Тома оказались над головой и одним щелчком лишились возможности вернуться вниз. Затем австралиец провёл рукой меж ягодиц, по мошонке, члену, который он тут же крепко сжал в руке, заставив Тома громко крикнуть. - Ты слишком громко кричишь, - Крис достал из сумки шариковый кляп, заткнул им рот британца, и сам начал раздеваться. Сняв только верх, он навис над оголённым телом, восхищаясь рельефом. Положил ладони на скулы мужчины. Начал медленно спускаться, гладя ключицы, грудь и, дойдя до сосков, резко сжал их и выкрутил. Том изогнулся и прокричал в кляп. Затем Хемсворт отпустил и теперь уже укусил один. Так сильно, что чуть ли не откусил его вконец, но он бы это и сделал, если бы Том не врезал ему между ног. Он сделал это совершенно случайно и зря. - Решил поиграть, - Крис хитро улыбнулся и врезал Хиддлстону пощёчину, вызвав неконтролируемые слёзы. – Теперь ты надолго наказан, и наказание будет очень жестоким. Том вздрогнул, округлил глаза и тихо, умоляюще застонал. Хемсворт залез в сумку и достал верёвку, которой привязал ноги Томаса к кровати, раздвинув их. - Но всё-таки я облегчу твою участь, - он вновь залез в сумку, достал оттуда смазку и анальную пробку. – Тебя придётся предварительно хорошенько растянуть, а то вдруг порву не в нужный момент. Он нежно намазал вокруг и сам анус холодной смазкой, затем нанёс её на пробку, и Том расслабился, думая, что всё будет без боли. Но не тут-то было: Крис резко ввёл почти до самого конца пробку, закатывая глаза и слушая крик Хиддлстона, а потом всхлипы. Последний продолжал в перерывах кричать от боли, но когда австралиец влепил ему пощёчину, у того поплыло всё маслом перед глазами, и он заткнулся на время. Хемсворт провёл рукой между ягодиц и показал пальцы Тому. - Смотри, твоя... она так прекрасна, - он слизнул с руки кровь и начал глубже вводить злосчастную пробку. Снова британец начал орать, выгибаясь и пытаясь как-нибудь отодвинуться. Когда анус был уже вокруг резкого сужения пробки, Крис резко высунул её, вызвав окончательный крик Томаса, который сорвал его голос. - Ох, ты так резко замолчал. Неужели охрип?! - поинтересовался он наигранно. - Так зачем тебе тогда связки?! – он залез в сумку и достал лезвие. Подведя его к горлу Хиддлстона, Том задёргался, но, получив вновь пощёчину, успокоился. Австралиец взял его лицо, повернул к себе и начал медленно вводить лезвие в горло за хрящи. Том вновь излился слезами и ещё больше округлил глаза, но потом зажмурил их. Вытащив кусок металла с другой стороны, Крис кинул его в сумку и вернулся к пробке. Он ввёл её в тело под собой и вновь резко. Том почти, что не среагировал, только сильнее зажмурил глаза. - Ты так уже хорошо растянут. Думаю, нам это больше не понадобится, - он кинул пробку куда-то подальше от кровати. - А теперь перейдём к первому. На первое, как ты знаешь, - он залез в сумку, что-то там ища, - горячее. Думаю, тебе понравится, - он нагнулся, чтобы слизать всю кровь меж ягодиц, от чего Том сначала напрягся, но потом превратился в желе, растекающееся по постели. Когда от вязкой жидкости красного цвета и следа не осталось, Крис взял длинную палочку, до этого вытащенную из сумки, зажёг её, протиснул в анал два пальца, раздвинул колечко мышц и засунул внутрь этот сучок с огоньком. Британец начал дёргаться, почувствовав боль, тем самым затушив источник жара. - Ну, что ты, тебе неприятно внутри? Давай тогда по-другому, - он взял новую палочку, зажёг её, подвёл к ключицам и опустил на нежную кожу, затем начал медленно вести вниз. Он смотрел на слёзы, стекающие по скулам Тома, смотрел на дёргающееся тело, ноги, которые пытались как-то выбраться из верёвок. Он наслаждался мучениями любовника, облизывался, смотря на то, как вытекает кровь из шеи. Пройдя огнём до пупка и обратно наверх, он затушил огонь об щеку британца, смоченную солёной водой. - Перейдём ко второму. Что-нибудь «посытнее»… Тебе не кажется, что здесь не хватает «соуса»?! – он полез в сумку и достал эрекционное кольцо. – Тебе моё блюдо понравится, а я не хочу, чтобы ты так рано кончал. Натянув на член кольцо, он вновь полез в сумку и достал большой и поменьше фаллоимитаторы. Крис взял маленький маструбатор и ввёл его медленно в анал. Найдя простату, он начал её массировать, затем им же трахать Тома. Тот начал закатывать глаза, расслабляться и расплываться по одеялу. Но, когда Том начал извиваться под ним от наслаждения, Крис резко засунул в него фаллос, до самого основания, вызвав у того жгучую боль. Хемсворт высунул дилдо. Том понял, что в него сейчас засунут что-то побольше. И в него упёрлась холодная головка большого фаллоимитатора. Том зажмурился, дабы не видеть, как его трахает что-то здоровое. В него резко вошёл дилдо, отдав боль в плечи и ноги. Из глаз новой порцией потекли слёзы. Фаллос начал двигаться внутри, вызывая ещё больше боли. Кровавый «соус» тёк ещё обильнее, пачкая бежевые постели. - Тебе не нравится? – наигранно спросил Хемсворт. – Хочешь перейти к десерту? Разве тебя мама не учила: надо доедать до конца, а потом переходить к сладкому?! Крис задвигал рукой быстрее, но потом неожиданно остановился. Том, было, расслабился, но тут в него упёрлась вторая головка и протиснулась внутрь. Англичанин прогнулся, чуть ли не пополам, задёргавшись ещё сильнее, за что получил очередную пощёчину. Теперь уже два фаллоса двигалось внутри старшего актёра. Младший же кайфовал от того, что тот страдает, закатывал глаза и двигал руками всё быстрее. Кровь шла обильнее, капала на одеяло, оставляя кровавые пятна, пропитывая постель насквозь. Крис смотрел на эту «подливку», наслаждаясь тем «блюдом», что приготовил. Не выдержав, он резко вытащил большой дилдо и резко вошёл в растянутый анус Тома. Он нагнулся над лицом, которое совсем не выдавало эмоций, схватил Тома за волосы, повернул его к себе и прорычал ему в кляп: - Не нравится мой десерт? Может, тогда добавим что-нибудь?! – он вновь полез в сумку и достал нож. Хемсворт провёл лезвием по языку, заставив Тома своими действиями ещё сильнее задёргаться, ещё больше излиться слезами, умоляюще посмотреть на него, пытаясь донести до своего любовника мольбу. Но тому было всё по барабану. Он подвёл лезвие к паху и провёл слева направо, создав не глубокую рану, но всё-таки болевую. От вида крови он начал двигать бёдрами быстрее и царапать всё тело под ним. Крис отодвинул до сих пор возбуждённый член Тома с живота и провёл очень медленно остриём, пробираясь глубже, разрезая мягкие ткани, мочевой пузырь, глубже, доходя до прямой кишки и чуть ли не разрезая Хиддлстона пополам. Австралиец вытащил руку, кинув нож подальше от кровати, и вновь засунул, добрался до собственного члена, схватил его и закатил глаза от прилива приятных ощущений. Он посмотрел на Тома: тот лежал, не шевелясь, в глазах была серая пустота, боль, страх, ужас и всё это начало медленно угасать, в зрачке начал появляться белый отблеск, грудь перестала вздыматься, тело больше никак не реагировало на боль. - Тебе настолько понравилось, что спокойно лежишь, ожидая добавки?!.. Тоже хочу, – он лизнул глазное яблоко, начал резко входить уже в мёртвое тело, трахая свою руку и, в конце концов, он кончил. Сперма слилась с кровью, начала растекаться по телу Тома, создавая эффект ванильной смешанной с клубничной подливки на слегка пожелтевшем теле. Она спускалась ниже, очень медленно, иногда останавливая свой путь. Пробираясь вниз, по разрезанным выступающим тканям, сухожилиям. Крис упал на бездыханное тело, вытащил фаллоимитатор и растворился в трупе своего любовника. – Ты такой прохладный… - он приподнялся, отстегнул кляп, затем впился в посиневшие губы, глотая алую кровь... Томас подпрыгнул на кровати в холодном поту, встал и направился в ванную. Он нагнулся над раковиной, оперевшись о её края, плеснул себе в лицо ледяной воды, которая тонкими струйками потекла вниз по груди, пробуждая тело. В голове начали плавать картинки, повторяя все кадры. Но потихоньку они менялись, фантазия меняла их, когда голова начала понемногу забывать оригиналы. Хиддлстон схватился за горло, пробуя, цело ли оно, затем посмотрел в зеркало на своё лицо, спустил взгляд ниже, на свой пах, на ноги, трусы. Всё было цело и на месте. Неожиданно сзади почувствовался жар, талию обвили большие горячие руки, в затылок упёрся тёплый нос, а в шестой позвонок начал дуть приятный обжигающий ветерок. Поняв, что это его австралиец, Том вздрогнул, но тут же успокоился, вспомнив, что это его настоящий, добрый, нежный, любимый Крис. - Пойдём спать? – Хемсворт был похож на сонного ребёнка, просящего у мамы конфетку, – мой ягнёночек, – дополнил Крис, зарываясь в волосы Томаса и засыпая уже на нём. От последних слов Хиддлстон чуть ли не растаял, поняв, что всё позади и теперь его не будут наказывать так жестоко, не будут ревновать к чему не попадя. Он широко улыбнулся, положил ладони на руки Криса, пытаясь прижать их ближе к себе, и опустил голову. Хемсворт, заметив влагу на лице, провёл рукой по скуле. - Ты плачешь? - Нет, просто вода с волос стекает.