Этого не могло случиться, но случилось.

Соичи волновался, нервничал, злился сам на себя, но ему очень хотелось сделать одно очень интересненькое дельце. Что его останавливало? Как всегда, собственные глупость и смущение. Хотя, чего ему смущаться после тех неприличных вещей, что вытворял с ним его любовник?! «- Ну, и чего тут такого?» – недовольно спросила совесть. Честно говоря, даже ей уже надоело баранье упорство и смущение по пустякам. «- И ничего это не пустяки!» – ерепенился Со. «- Соичи, ты с ним спишь, живёшь, скоро он родит от тебя ребёнка. По-моему, после этого ничего страшного уже не произойдёт. И смущаться чего-то подобного глупо.» «- Тц! Ты не понимаешь. Ну, как я такое сделаю?!» «- Просто сделай и всё!» «- Ага, и что он подумает, если я вот так ни с того ни с сего...?» «- Ну, предупреди его как-нибудь. Не знаю, разрешения спроси.» «- Вот ещё! Не могу я, это смущает.» «- Тогда не делай.» «- Что значит «не делай»? Ты же знаешь, у меня давно руки чешутся, уж очень хочется. Как думаешь…?» «- Я думаю, что это естественно, что ты хочешь чего-то подобного.» «- Да? И как я подойду к нему с таким странным желанием?» «- Замкнутый круг. И что самое интересное, ты сам не хочешь его размыкать. Просто подойди и попроси. Он тебе не откажет. Мужик ты или кто?» «- Какой-то странный вопрос для ситуации. Или это намёк?» «- По-моему, ты не смущаешься, а трусишь!» «- ЧТОООО? Повтори, ублюдок!» «- Если я не прав, то докажи. Давай-давай!» «- А вот докажу!» «- Я в нетерпении.» Злость на внутренний голос и его слова дали Тацуми толчок к верному решению. Решительно подойдя к брюнету, занятому своими мыслями, мужчина привлёк к себе его внимание: - Тецухиро можно тебя попросить? - Ано… Конечно, семпай! О чём угодно. После этого вся прыть пошла на убыль. Честно говоря, он не знал, как попросить мальчика об этом, но так, чтобы он не подумал ничего развратного. Ведь как-то надо было подобрать слова. - Это может прозвучать глупо или странно, но выслушай меня и не смейся! - Хорошо. - Можно потрогать твой живот? – сказав это, блондин вмиг покрылся румянцем, но взгляда не отвёл. Просьба ошарашила парня, но никаких пошлых ассоциаций, которых боялся учёный, в его мыслях не возникло. Заметив состояние бывшего кохая, мужчина решил объяснить: - Я знаю, что это странно, самому не по себе, но у меня такое странное желание с того самого дня, как твой живот начал расти… Слушай, если нельзя, так и скажи! Юноша улыбнулся и стал стягивать с себя футболку обнажая завидную фигуру и небольшой, но уже заметный живот. Со слегка прифигел. - Эй, я не это имел в виду! - Но разве так не будет удобней?! Лучше непосредственный контакт. - Ты чего несёшь? - Нэ, но это вы же сказали, что хотите потрогать мой живот. Это же из-за ребёнка. Так, семпай? И только сейчас до Тацуми дошло, что Моринага понял его правильно, а не как всегда. «- Ну, ты – тормоз!» – где-то в закромах сознания хихикнуло второе Я. «- Отвали!» - Пойдёмте, семпай. – взяв за руку своего любовника, мальчик повёл того в свою комнату. А оказавшись там, повалился на кровать и потянул спутника за собой. Как ни странно, но блондин даже не сопротивлялся. Брюнет расположился на кровати так, словно показывая, что тиран может делать, что хочет. Мешать ему никто не будет. Осмыслив ситуацию и происходящее в целом, аспирант понял, что ему дали добро и приступил к исполнению своего странного желания. Устроившись поудобней, мужчина накрыл выпуклость правой рукой, осторожно поглаживая. Сейчас сожитель казался ему хрупким и любое неосторожное движение могло навредить. Но спустя некоторое время Со стал действовать увереннее. На самом деле ведь ничего страшного не случится, но так хочется проводить тонкими пальцами по уже знакомой коже. Ведь там, под небольшой, но крепкой мышечной стенкой находится его ребёнок. «- Так вот в чём дело?! В принципе, я о другом и не думал.» –усмехнулся голос. В Тацуми, незаметно для него самого, стали просыпаться отцовские чувства. Ощущение было невероятным, непонятным, и его смысл было трудно уловить, но блондину оно нравилось. Причём настолько, что увлёкшись своим делом, совсем не замечал удивлённых и радостных взглядов Моринаги. Не смотря на странность поведения семпая, юноша был счастлив. Тацуми проявляет эмоции и по отношению к ещё не родившемуся малышу, это значило, что он будет рад появлению ребёнка на свет.