Дневник на день.

«После всего того,что произошло, я решил вести личный дневник. И вот ,скорее всего ,это была моя первая и последняя запись. Я парень , и ,скорее всего многие посчитают странным заводить дневник парню… Это не так.. Скорее всего, я просто выскажусь в этом блокноте и уберу его подальше, может быть, потом найду» -после того, как я подумал это ,я достал из рюкзака новый блокнот и начал писать. «Уже как два года я скучаю по интернату «Черная лагуна»…хотя нет... не скучаю, просто помню. Я бы не хотел туда вернуться. Я скучаю по тем, кто там умер. Я -Иван Ноирет..да-да , он самый…. Итак, по порядку: 1,5 года назад ,после того ,как мы вышли из интерната ,Хулия была настолько увлечена успокоением Маркоса ,что вскоре мне изменила. Я был настолько убит всеми теми событиями ,что просто поплыл по течению ,грустя. Со мной рядом была моя лучшая подруга ...Виктория Гонсалез, с которой мы были знакомы много лет … Я не любил ее, да и она меня тоже. После того, как мы вышли из "ада" она стала встречаться с солдатом Торресом ,и я очень за нее рад. Мы видимся с ней каждый день, в универе. Я живу с Марией, то есть со своей матерью. Я очень рад, что не остался один… Надо возвратиться в прошлое. 2 года назад. -Мы вышли… -Кто-то крикнул в толпе. Тут же раздались радостные крики… Интернат и наши мучения остались позади. Мы шли большой толпой по лесу и радовались. Вдруг приехали машины с мигалками.. «Копы»- пронеслось у меня в голове. И да, это были они самые, полицейские. Ребекка успела их вызвать. Они вышли из своих машин и почему-то направили на нас свои «пушки». Все испугались. -Спокойно ,-произнес главный. -Что происходит?- Ребекка вырвалась из толпы вперед всех. Радостно было всем, кроме моей матери. Фермин умирал у нас на руках. Мы вышли из общей толпы и подошли к Ребекке. Хулии показалось, что пришел призрак, на нервной почве и не такое происходит. -Он умирает. -Со слезами произнесла Мария. В этот же миг, как по щелчку ,подъехали «Скорая» и «Пожарная». Вышли люди и положили Фермина на носилки . Все обратили внимание на парня, каждому из этой толпы была важна судьба их героя… Жандармерия опустила свои пистолеты. Мать моя рыдала, я точно не понял от чего, но поводов было для этого много. Спустя 3 дня. В больнице нам сказали, что парню уже лучше ,и он не умрет. Мария целыми днями сидела в палате, и слава Богу, уже не плакала. Она улыбалась, как говорила мне сама. Улыбалась и выбирала фильмы, которые они будут с Фермином смотреть в кино… -Ура! Через 4 дня состоится суд. И все сволочи будут наказаны. -Маркос поднял бокал шампанского, произнося тост… Вдруг, я почему-то вспомнил про Ноирета… старшего. «Где он? Что с ним?»-пронеслось у меня в голове ,когда мы с ребятами сидели в кафе и праздновали победу. Мы собрались большой компанией в помещении и все вместе радовались… Мы сидели в обнимку с Хулией ,и вдруг она заметила мое погрустневшее лицо. -Что с тобой?-ласково произнесла брюнеточка с наивной улыбкой. Я вдруг очнулся и отвлекся от своих мрачных мыслей. -Я думал ,охотницы за призраками умеют читать мысли,-я опять подколол ее, и вроде бы она немного обиделась. Чтобы смягчить свою вину ,я нежно поцеловал ее, она опять задала тот же вопрос. Тут я уже ответил: Я вспомнил про Ноирета… Ну, мне как-то уже без разницы на него. Все радовались и веселились, это был второе день рождение каждого из нас… Спустя 4 дня. Все вышли из суда с радостными криками. Нацистам и людям из «OTTOX» дали «пожизненное». Да-да, справедливость восторжествовала! Тем, кто активно участвовал в спасении интерната и всей Испании ,получили почетные грамоты и какие-то награды, также фотографии, где все мы, с надписью «За заслуги перед нацией!». Перед интернатом, точнее, перед его руинами ,поставили доску, в память о погибших ,и там были все имена, кроме имен нацистов. Мы все решили, что надо устроить день памяти и приходить туда каждый год, начались споры, по поводу того, когда же этот день будет. В конце концов ,все решили, что это будет день нашего освобождения.