Развратности судьбы

Джинни поймала Гермиону, пунцовую, как рак, в одном из самых дальних и потайных уголков библиотеки. Она среагировала мгновенно и, перекрыв Грейнджер путь к отступлению, тут же ткнула волшебной палочкой в сторону прохода, нанося оглушающие чары. Староста, как самая ярая противница подобных заклинаний (хотя кто же, если не они с Роном и Гарри, чаще всего им и пользуется?) недовольно фыркнула, но ее рыжая подружка пропустила это мимо ушей и возбужденно зашептала: - Ты действительно наорала на Малфоя на глазах у половины школы и даже врезала ему между ног, или Ханна Аббот просто все преувеличила? Гермиона снова фыркнула, а потом прижала обе руки к пылающему лицу. - Святое исподнее Морганы, как же мне стыдно-о-о... - А чего стыдного-то, - не поняла Уизли, - ладно бы ты переживала за здоровье Малфоя, я еще понимаю... А то вдруг чего не сможет теперь, бедняга... Она издевательски захихикала, и Гермиона, оторвав руки от головы, полезла за своей волшебной палочкой. Ее лицо так перекосило от злости и раздражения, что даже до Джинни дошло, что она слегка переборщила, и гриффиндорка тут же вскинула руки, объявляя о капитуляции. - Правда, - устало призналась Гермиона в качестве примирения и опустила палочку, - все это правда. Он назвал меня, это пиздец!.. Назвал своей шлюшкой в присутствии Гарри и Рона, и я так вспылила, что... - она пожала плечами, словно говоря "ну, как-то так". Джинни, словно боясь, что подруга, чего доброго, как бешеная псина, ее покусает, осторожно протянула руку и неловко похлопала ее по плечу. Лицо младшей Уизли одновременно выражало довольство и сочувствие, и Гермиона не знала, злиться ли ей на девушку, или поделиться тем, что давно терзало ее изнутри. - Ну что, пойдем...? - начала Джинни, но Гермиона перебила ее: - Я... Спала с Малфоем гораздо чаще, чем ты думаешь. - Ну, Герми, - казалось, рыжая гриффиндорка почувствовала облегчение, - ты взрослая девочка, и вообще... - но Грейнджер, издав раздраженный стон, снова ее перебила. - ЯлюблюМалфоя, - быстро буркнула она, обращаясь, скорее, к проходу между книжными стеллажами, чем к своей подруге. В следующее мгновение ногти Уизли со всей дури впились ей в плечо, да так, что Гермиона поморщилась от боли. Но повернуть голову в ее сторону не решилась, побоявшись того, что может прочитать на ее лице. В их укромном изолированном уголке повисло напряженное молчание. Гермиона стояла, потупившись, ожидая реакции подруги, но Джинни либо проглотила язык от изумления, либо уснула, либо, чего доброго, умерла. Или какого хрена она тянет фестрала за причинное место и не обрушивает на макушку гриффиндорской старосты потоки гневных упреков, или взываний к благоразумию, или, что даже более вероятно, бешеного хохота? Но Джинни молчала, и Гермиона, глубоко вздохнув, повернула голову и посмотрела ей в глаза. Увиденное поразило ее. В сощуренных глазах Джинни читалось сочувствие, а слегка грустная улыбка приподняла уголки ее пухлых губ. "Какого хера творится с этой девчонкой?", пронеслось у гриффиндорки в голове, но мысли свои она решила не озвучивать, благо что Уизли наконец-то соизволила открыть рот. - Э-э-э, Гермиона... Не то, чтобы ты меня удивила... - Грейнджер непонимающе уставилась на нее, - То есть, я хотела сказать, что это и так было очевидно, - исправилась Джинни, и веселые чертики заплясали в ее глазах, - Я рада, что до тебя наконец-то дошло. - Это не смешно, Джинерва! - вскрикнула староста и, сбросив ее руку с плеча, поспешила прочь. - Гермиона, стой! Я не хотела тебя обидеть! - попыталась оправдаться Уизли и схватила Грейнджер за руку, но девушка взбешено принялась вырываться. - Мне таких трудов стоило это сказать, а ты... Ты! Одним резким рывком Джинни дернула подругу на себя, но немного не подрассчитала силы, и та, потеряв равновесие, полетела спиной прямо на рыжеволосую гриффиндорку. Девушки упали с диким грохотом и, святые драклы, им стоило сказать "спасибо", что одна из них парой минут ранее догадалась нанести на проход оглушающие чары. Иначе разъяренная библиотекарша, как какая-нибудь дьявольская фурия, уже тащила бы их к Филчу, чтобы старый извращенец испытал на нерадивых студентках все те припасенные садомазохистские штуки, о которых он кричал порой на каждом углу. - Герми...на... Слезь с меня, - прохрипела Джинни, прижатая к полу телом Гермионы. - Ой, прости, - взвизгнула Грейнджер и поспешила подняться, а потом помогла подруге. - Любишь же ты калечить людей, - кряхтя, пожаловалась Уизли и принялась ощупывать свои ребра на предмет сломанности. Гермиона же совсем не неожиданно и совершенно предсказуемо вспылила от ее слов. Она принялась яростно отряхиваться. - И снова твои шуточки, - в ее голосе явно слышалась интонация МакГоннагал и, что Джинни совсем не удивило, Перси, - между прочим, сама виновата. Она тряхнула головой, показывая все свое презрение к подруге, которая для своего возраста и (о, подштанники Хагрида, нет!) статуса шестикурсницы величайшей школы для волшебников - Хогвартс - ведет себя неподобающе, и уже развернулась на пятках, чтобы гордо уйти в самой настоящей английской манере - не прощаясь, но рыжая внезапно заговорила, и она застыла на месте. - Я сама уже давно хочу кое в чем тебе признаться, - голос Джинни непривычно охрип. Пару секунд она помолчала, чтобы хорошенько прокашляться и набраться смелости. К ее облегчению, Гермиона замерла на месте и, казалось, вся превратилась в слух. - Я тоже спала со Снейпом чаще, чем ты думаешь. И тоже, - она издала нервный смешок прежде, чем закончить фразу, - влюблена. *** - Так зачем же я была тебе нужна? - раздался тихий голос за спиной. После пережитого в коридоре унижения Малфой был слишком взбешен, чтобы следить за дорогой, и, похоже, забрел в библиотеку. Надо же! В логово к ведьме, что за идиот. Он наконец-то очнулся от своих мыслей (которые, впрочем, состояли лишь из "сукагрейнджерсукасукатупаягрейнджер") и повернул голову на голос, попутно отмечая, что он, оказывается, сидит за столом и даже держит в руке какую-то книгу. - Чего тебе надо? - не стараясь быть вежливым, спросил парень. Гермиона сама не знала, что ей, собственно, надо, но пять минут назад она была самым наинаглейшим образом вытолкнута из их с Уизли скромного убежища, когда вышеназванная предательница засекла в библиотеке Малфоя. Он сидел за одним из столов, такой растерянный и жалкий, что Гермиона почувствовала, как ее опять потопляет стыд. И жалость. И нежность... Она тряхнула кудрявой головой и направилась к нему, чтобы не выглядеть глупо, если вдруг Малфой обернется. Для начала она решила извиниться. Но сейчас она смотрела на него, сидящего к ней вполоборота и понимала, что начала не с того. Вот же ж дура! - Так чего надо? - снова спросил слизеринец, выжидающе сверля ее взглядом. Девушка выглядела слегка встревоженной. "Интересно, с чего это?", злобно подумал юноша. - Тебе стало мало, и ты пришла поглумиться? - снова спросил он после пары секунд ее нерешительного молчания. Гермиона обошла его стол и села напротив. - Я хочу поговорить. Извиниться. - сказала она. Малфой усмехнулся. - Мне не о чем с тобой разговаривать, Грейнджер, - ответил он, - скажи спасибо, что сегодняшняя выходка тебе вообще с рук сошла. - Скажи спасибо, что ты так легко отделался, - злобно парировала Гермиона. Они внимательно посмотрели друг другу в глаза, а потом расхохотались на всю библиотеку. Мадам Пинс , в этот момент проплывавшая мимо, возмущенно зашипела на них, как заправская змея, и Гермиона отметила про себя, что все же не стоит отрицать полезность оглушающих чар. - Вот это мы устроили заварушку, - понизив голос, проговорил Малфой, пытаясь сдержать смех, - я тебя ославил, ты меня избила. - И не говори, - поддакнула девушка, - но до Парватти с Гойлом нам все же далеко. Она не так успешно справилась смехом и пару раз фыркнула в кулак. Счастье от того, что их словесная перебранка с такой скоростью переросла в дружеский веселый треп, обрушилось на девушку, и она готова была вскочить на стол и орать на всю библиотеку, выплескивая из себя радость горстями, доводя библиотекаршу до инфаркта. - Не шуметь в библиотеке! - прикрикнула мадам Пинс на тихие смешки Грейнджер (знала бы она, что за шалости у девчонки в голове!), причем так громко, что сама же нарушила свои только что озвученные правила. - Это вы себе напоминаете? - осведомился Малфой, и Гермиона, не выдержав, рассмеялась, но уже в голос. Через секунду они неслись к выходу из библиотеки, подгоняемые пинками и проклятиями разъяренной библиотекарши. - Ну что, мир? - спросил Малфой, как только они оказались вне опасности и перевели дыхание. Он протянул руку Гермионе, и та ее тут же накрыла своей. - Мир, - ответила девушка, но ее слова прозвучали уже где-то в горле слизеринца, потому как он притянул ее к себе и поцеловал. - Мерлин милостивый, они опять сосутся, - раздался скучный голос, принадлежащий явно Рону. Его голос вернул девушку на землю, и она тут же оттолкнула Драко. - Если я согласилась закончить эту бессмысленную войну, Малфой, это не значит, что ты тут же можешь совать свой язык мне в горло при первом же удобном случае... - прошипела Гермиона. - Но значит, что ты в ответ можешь засунуть свой язык ко мне? - поинтересовался Малфой и тут же сорвался с места. Гермиона бросилась следом, смеясь и грязно ругаясь одновременно, и их недавняя гонка возобновилась, но, к ее удивлению, в этот раз никто никого не хотел убить. Это было похоже, скорее, на дурачество, совсем не свойственное строгой старосте. Но, тем не менее, чем же она занималась с самого дня всех влюбленных, как не глупостями и дурачествами? - Агуаменти! - выкрикнула девушка, вытянув руку с палочкой перед собой, и в спину убегающего от нее парня ударила струя воды. Довольно сильная, она сшибла его с ног. У нее в мозгу промелькнула мысль, что она слегка переборщила. Ну, да ладно. Не оглушающее заклятие, в конце концов. Поэтому девушка спокойно подбежала к распластавшемуся посреди коридора слизеринцу и, смеясь, стала наблюдать за его неуклюжими (спасибо тебе, Герми, за послеобеденную травму) попытками подняться. В мокрой мантии он выглядел довольно жалко, словно водой смылась вся его малфоевская спесь. - Ну снова здорово! - возмущенно выкрикнул парень, когда поднялся с пола. - Грейнджер, ты можешь хотя бы больше одного раза за день не сбивать меня с ног? - Ничего не могу обещать, - ответила девушка, и сделала шаг вперед, оказавшись в опасной близости к парню. Малфой стоял, опустив руки по швам. С мантии его бежала вода. Девушка указала на нее пальцем. - Надо бы заняться этим. - Чем? - тут же переспросил Драко и покраснел. - Твоей одеждой, придурок. - Хочешь ее снять, крошка? - его лицо озарила похотливая улыбка. - Хочу ее высушить. - спокойно ответила девушка, но в глазах ее заплясали черти. Малфой понял, что от затопившего восторга вдох застрял у него в горле.