Новые горизонты

Поскольку на сайте нет нужных разделов, очень извиняюсь, но дублирую шапку тут) Название: Новые горизонты Цикл: Записки о команде W ("Дубль В"). Часть 5. Кроссвер: ролевая игра "Академия Нечистой Силы" на сайте http://spangel.ucoz.org/ , ориджинал и аниме «Белый Крест». Авторы: Еваника и Спайк. Бета: Chee Рейтинг: R Жанр: m/m slash, romance, angst, экшн Пара: Мишель Лунин/Наоэ Наги, Мигель Гонсалес/Рик Нортон, Данте/Сэм, Долтон Нортон/Марио – основные; Асами/Такаба, Айя/Шульдих, Кроуфорд/Йоджи – на периферии. Содержание: Всегда думала, что бы было, если бы Диего не встретил Кейтрин, и после ее смерти, потрясшей его до глубины души, не изменил свой жизненный путь (имеется в виду фанфик "Ветер перемен" из цикла "Вехи жизни"). И вот наконец появилось это своеобразное ответвление того цикла. Время действия: Спустя почти три сотни лет (после первого фика из цикла "Вехи жизни" - "Становление") Диего де Торресс или Мастралийский Убийца продолжает жить и работать наемником. В новом времени он берет себе имя Мигель Гонсалес и теперь его основное оружие не любимые с детства ножи, а взрывчатка. Он лучший подрывник мира, получающий самые сложные и высокооплачиваемые заказы. Однако это имеет и плохие стороны. Ему вынесено несколько заочных смертных приговоров (в том числе, и в европейских странах), за ним охотятся полиция и спецслужбы, некоторые считают его самим дьяволом... но даже дьявол может плакать. Мигель устал от постоянного одиночества. Поэтому он создает себе команду, набирая туда таких же изгоев с поломанными жизнями, как и он сам. Вместе они выживают в непростом и жестоком мире. Герои: Мигель Гонсалес (он же Наемник, он же Диего де Торресс, он же Габриэль Монс из ролевой игры Академия Нечистой Силы на сайте http://spangel.ucoz.org/), Мишель Лунин (он же Стрелок) - его прототипом был персонаж манги "Видоискатель" Михаил Арбатов, Данте Вэйрос (он же Демон) - его прототипом был персонаж сериала игр и аниме "Devil May Cry" Данте, и, наконец, Тим (он же Бунтарь) - его прототипом был персонаж сериала "Герои" Майка. Примечания: Приносим извинения, если не совсем точно отразили характеры некоторых канонических персонажей, но мы видим их так, готовы исправиться, если обоснуете свою точку зрения. Размещение: Только с нашего разрешения! Отказ от прав: Мы просто расставили символы в этом порядке. Тим очнулся от того, что адреналин захлестывал в его крови. Он понял, что его тащат куда-то по коридору. - Мигель? - мальчик поднял глаза. - Заткнись! - рявкнул на него незнакомый шкаф китайской национальности. "Не Эстет... Он не параном..." - успел подумать Бунтарь, прежде чем его зашвырнули в лифт. - Сейчас обменяем его на документы и тип-топ, - после этих слов Тим внутренне похолодел, ЗАЧЕМ его могут обменивать, он не сомневался. - А какой смысл от этой сделки? Обмен проведем, а денег ноль!? Поступим по-другому, и Фейлон-сама будет доволен! - одни охранник достал пистолет и пристрелил другого, затем остановил лифт и потащил мальчишку за собой. - НЕТ!!! - не то чтобы мулат рассчитывал, что его услышат и помогут. Просто ему нужно было привлечь внимание, ведь охранник явно сейчас нарушал приказ и одновременно парнишка получил оправдание, чтобы "случайно" коснуться его, а главное – его мобильного на поясе. Секунды ему хватило, чтобы отправить сообщение. "Хм... моя сила возросла..." - это было последнее, что он успел подумать перед тем, как провалился в беспамятство, от удара рукояткой пистолета по голове. Внизу же Асами Рюичи резко поднял голову, а глаза его расширились. Он ни с чем не перепутал бы этот крик. "Такаба! - он распахнул двери и бросился наверх по лестнице, хотя рана на ноге еще давала о себе знать. - Это чертово плавучие казино!!! Столько палуб... - мужчина начал звереть. - Должен успеть!" Он бросился к лифту. *** Дракон Бейши спокойно отдыхал в кресле, читая документы, когда в дверь постучали. - Да. - Мой господин, мальчика похитили. Фейлон стремительным движением поднялся. Шелковый чеонгсам цвета вина обвил стройные ноги. - Что?! - он сузил черные глаза. Мужчина еще ниже поклонился, дрожа. - Найдите их! Если никто еще не отчалил, то обыщите каждое помещение и каждую каюту! Если с головы мальчика упадет хоть волос... Когда подчиненный убежал, Дракон хмуро отбросил документы, которые он сжимал в руке. "Кто?.." Потом раздраженно вздохнул. "АРБАТОВ!!!" *** Тим выдержал все, он четко понимал, что без поддержки ему не бежать. Однако когда его повели в туалет, у мальчика появилась надежда. Поэтому он уже спокойно умылся и поднял голову, подражая ухмылке Мигеля, глядя в зеркало... Вот тут его ждал самый настоящий шок. Он больше не был кучерявым брюнетом и даже мулатом уже не был... Парень схватился за раковину, чтобы удержаться на ногах, одновременно давя вопль удивления, страха и шока. Дело было в том, что на него из зеркала смотрел парень со светлыми (!!!) волосами, светлыми глазами и, если не считать загара, с почти белой кожей! Еще он явно был полуевропейцем-полуазиатом, из-за высоких скул и широких глаз, а так же этой орясине было никак не меньше 18-19 лет. "О, черт..." Худой, но гибкий и с хорошей растяжкой, однако сейчас это все: физические параметры плюс смазливая мордашка совсем не обрадовали бывшего мулата. "Как же меня теперь узнает Мигель...? Хорошо хоть мое энергополе не изменилось и даже стало сильнее, но в остальном... Ох, Боже..." Вот в таком ступоре он вышел из туалета, поэтому, не сопротивляясь, дал всего одному(!) охраннику отвести себя и обменять. Но все же он не был бы Бунтарем и приемным сыном Мигеля Гонсалеса, самого опасного наемного убийцы мира, если бы не очнулся как только началась стрельба. Падение, перекат за возможное временное укрытие и по дороге прихватить оружие - все эти действия он выполнил на автомате, сказывалось то, как Наемник гонял его на тренировках. "Ты маленький и физически до конца еще не оформился, поэтому о силе пока говорить рано. Будем использовать другое. Ты гибкий и верткий. Измотай противника погоней, а потом влепи пулю между глаз". Может, стрелял Тим не так как Мишель или отец, но вполне метко, поэтому пистолет в руке грел его душу и придавал уверенности. "Плевать, как я теперь выгляжу, внутри я тот же! Значит, должен быть как Мигель!" - юноша встал и кинулся за стрелявшим. В огромную фигуру нельзя было промазать, хотя все же попал он не туда куда хотел, не в сердце, а выше. Мужчина медленно повернулся и вскинул свой пистолет. Бунтарь сделал сальто-мортале и выпрыгнул в коридор ведущий обратно. Забаррикадировав дверь, он кинулся к воде, поскольку ему почудились силовые отпечатки его команды. - Такаба! - кажется это ему, парень посмотрел наверх... и его прошила пуля, кровь хлынула из разорванной аорты. Послышался дикий рев... Асами покачнулся, увидев, как кровь окрасила грудь юноши внизу. - ТАКАБА!!! АКИ! - он дернулся вперед, но Фей, сам бледный от шока, остановил его. Он впился пальцами в поручень, видя, как тело паренька падает на палубу. - Нет... НЕТ!!! Асами и Фейлон, придя в себя, ринулись вниз по трапу, сжимая оружие. *** Несколько часов назад... Получив сообщение, Мигель махом слетел с кровати. Он не стал будить все еще спящего Рика, а просто оделся, взял оружие и поставил портал. Его сила так возросла, что теперь это было ему детским развлечением. С остальными он не виделся с памятного дня в Зальцбурге. Поэтому пришлось им кое-что объяснять, но оба поняв, что происходит, мигом похватали оружие и отправились с ним. Час ушел, чтобы найти по сигналу мобильника его обладателя. Час, чтобы добраться и проникнуть на корабль. - Так, ищем его по энергополю, а то никогда не найдем на этой посудине. - Нет, проблем. К тому же оно у него возросло, - хмыкнул Мишель. - Вот и отлично. Значит, справится один Данте. А мы с тобой приготовим отход... Демон вздохнул, но подчинился командиру. Он тоскливо посмотрел вслед друзьям и двинулся туда, где чувствовал мальчика. Нашел он его быстро, вот только... поверить, что это был их Тим, оказалось сложно. Все решил выстрел. Уже падая, Бунтарь слышал именно рык белобрысого гиганта. Взбешенный Данте почти голыми руками порвал русского, стрелявшего в ЕГО друга, члена ЕГО команды. Затем мужчина подошел к подростку. Тот приоткрыл глаза и слабо улыбнулся. - Громила... - Привет, мелкий, - на душе Демона впервые за долгое время стало светло и спокойно. В этот момент Фейлон буквально скатился с трапа, а следом за ним - и Асами. Они замедлили шаги, когда увидели, что стрелявший буквально растерзан на куски, а огромный светловолосый парень, весь залитый кровью и окровавленными руками, стоял над телом юноши. - Отойди от него! - якудза поднял пистолет. "Он его... голыми руками..." - Фей попытался оттащить японца от кровавого монстра. Данте даже не подумал обернуться на окрик, он бережно поднял тело Тима на руки и перепрыгнул ограждение палубы. Фейлон и Асами кинулись к ограждению, но не увидели ничего, только легкий неуловимый звук. "Словно... катер или еще что-то..." - мелькнуло в голове Фея. Якудза же просто сжал металл пальцами и прошептал: - Аки... - одно имя было наполнено болью потери и шоком. Катер, накрытый мороком, уносил команду W, в полном составе прочь от "лайнера ужасов". Мигель был в ярости, когда увидел, что Тима ранили, а вот его смену внешности напарники наоборот восприняли спокойно. Врач перевязал Бунтаря, а Гонсалес, сидевший рядом с ведущим катер Мишелем, сказал: - Вот что, господа хорошие, хватит уже запоя. Пора за дела браться. Демон, чем порадуешь? - Есть наработки, могу... - Не нужно. Будем говорить все вместе, - Наемник достал телефон и позвонил Рику, его он попросил обзвонить остальных, чтобы все собрались в доме де Торресс. *** Рик с нетерпением приплясывал у окна, ожидая приезда друзей. Рядом на подоконнике сидел Сэм, читая книгу, и с улыбкой посматривая на друга. В дом, улыбаясь, вошел Долтон: - Привет, малыши! - Рик, радостно вскрикнув, бросился ему на шею. - Привет, я скучал! - парень с улыбкой дернул отца за прядь отросших волос. Тот усмехнулся и кивнул: - Смотри, кто тут... Из-за его спины вышел Марио. Хрупкий и стройный, но уже спокойный и уверенный в себе, чуть отъевшийся и подзагоревший. Взгляд его оставался по-прежнему теплым и мягким. - Привет, Рик, Сэм... Ребята кинулись его тискать и обнимать, а тот лишь смеялся в ответ. Потом в дом вошел Наги. Спокойное лицо юноши и красивые синие глаза ничуть не изменились. Он улыбнулся остальным, а все радостно приветствовали приятеля Мишеля. Через пару часов у дома притормозили еще машины, и вскоре в холл вошел стройный юноша лет 18 со светлыми, почти пепельными волосами, голубыми глазами и прекрасным лицом полукровки, сочетавшим все достоинства европейца и азиата. - Гм... Долтон хихикнул. Это дружное "Гм…" слетело с губ троих ребят одновременно. Три пары красивых, но таких разных глаз, хмуро рассматривали конкурента. Наги зарычал тихонько, а в комнате ощутимо похолодало. "Похоже, Рик уже ревнует..." Парень насмешливо поднял бровь, в его поведении было что-то неуловимо знакомое. - Ну, привет. Сэм и Наги угрюмо рассматривали его, пытаясь понять, что так им в нем знакомо, но Рик... Он мотнул головой, и в комнате стало еще холоднее. С губ сорвался пар. Уже все лицо парня отразило насмешку. - И что со мной никто не поздоровается? Знаете ли, это не вежливо со стороны гостей. - Кто гость, так это ты... Кто ты такой? - пробурчал Нортон-младший. Он был зол. Его оппонент хмыкнул, сложил руки на груди. - Я? Я - Луиджи Гонсалес. А вот кто ты? - КТО?!!! - Рик вспыхнул от возмущения. По комнате пронесся ледяной ветер. Марио, замерзнув, забрался в объятья Долтона, который удивленно рассматривал новенького. А тот смерил ледовика взглядом. - Тебя так зовут? Забавно... И что ты делаешь в доме моего отца, КТО? Младший Нортон возмущенно шагнул вперед и размахнулся, чтобы ударить его по лицу. Парень легко увернулся и сделал подсечку, так что его противник упал. Встав опять над противником, он ухмыльнулся. - Ты не ответил на вопрос. - Кто ты?! Где Мигель! Какого черта! Не было у него никогда сына!!! - глаза Рика загорелись болью. Наги повел рукой, и Луи вжало в стену, сковав по рукам и ногам силой. - Кто ты? – голос синеглазого юноши был холоден. Луиджи вскинул голову. - Я сын Мигеля Гонсалеса, Луиджи Гонсалес! А ты, придурок, - он грозно глянул на Рика. - Просто ни черта не знаешь о моем отце! Нортон-младший разрыдался и бросился наверх в комнату. Нервы у него сдали. Наги подошел вплотную и посмотрел в глаза Луи. - А точнее? Кто ты? Меня нелегко провести... Тот закатил глаза. - Эй Земля! Как слышно!? Прием! Сколько раз мне нужно одно и то же повторять!?! Телекинетик сжал кулак и шею парня сдавили тиски. Синие глаза были холодными. - Я не люблю, когда над моими друзьями зло шутят.... В этот момент в холл вошел Мигель. - Какого черта! - он рубанул рукой по воздуху, и Луиджи упал на землю, сила Наги убралась от него. - Что тут происходит? Наоэ сжал кулаки, но отступил. - Я не знаю, кто это блондинчик, но он только что заставил моего сына убежать в слезах к себе и довел синеглазку до белого каления. А это само по себе удивительно, - Долтон был хмур. Гонсалес посмотрел на парня и покачал головой. - Ты совсем не изменился... Жить не можешь, чтобы не напакостить? Парнишка усмехнулся и развел руками. - Нет, просто я давно этого не делал, захотелось вспомнить, как это... вышло похоже не очень... - Отучайся от этого. Тебе теперь почти 19. Головой пора думать. - Кто он, Мигель? Может, хоть скажешь? - Долтон прожигал испанца взглядом. Тот недоуменно поднял бровь. - Он не представился? Блондин полукровка поднялся и фыркнул. - Я им разве что документы не показал, что я Луиджи Гонсалес. Нортон нахмурился еще больше. - И где ты так долго прятал такого взрослого сынишку? И, кстати, может, поговоришь с моим? А то он тут весь дом проморозит... - и точно - перила лестницы на второй этаж покрылись инеем. - Я его не прятал... - опешил Наемник, потом он резко повернулся к сыну. - Луи, ты сказал свое прошлое имя? Парень быстро скорчил невинную рожицу и похлопал глазками. - Ну, я так и думал. Ребят, неужели никто не узнал Тима? Нашу общую любимую мелкую пакость! Наги удивленно открыл рот, как и Сэм, и все остальные. Долтон фыркнул. - Ну, точно, мелкая пакость... - и пошел к лестнице, намереваясь пойти к сыну. Гонсалес младший закатил глаза. - Ну, не удачная вышла шутка... исправлюсь, - обогнал Нортона. - Я сам пойду. Извинюсь, заодно. Тот хмыкнул. - Не шути только больше с ним. А то мы превратим дом в холодильник и будем здесь только продукты хранить. Луиджи лишь фыркнул, уносясь наверх. - Подарю ему обогреватель на следующий день рождения! - он подошел к комнате Мигеля, где жил и Рик и постучал, затем, не дожидаясь ответа, вошел. Пепельный блондин лежал, уткнувшись в подушку, а в комнате было ощутимо холодно. Плечи юноши вздрагивали. Тим подошел, укрыл его одеялом, лег рядом. - Прям как раньше... Рик вздрогнул и обернулся. - Что ты здесь делаешь?! Парень рядом с ним лег на бок, подпер щеку ладонью. - Ну, ладно, не дуйся... Знаю, глупая шутка вышла... Прости... Ледяной юноша смотрел в его глаза и, вдруг, по его щекам хлынули слезы. - Тимми? - он потянулся к щеке парнишки. Тот улыбнулся, а голубые глаза засверкали как когда-то карие. - Привет... братик названный. Хотя теперь уже, наверное... мачеха? - он весело засмеялся, обнял младшего Нортона. Рик крепко прижал его к себе и поцеловал в волосы. - Я думал, больше никогда тебя не увижу... Бывший мулат фыркнул. - От меня так просто не отделаешься! Его собеседник засмеялся сквозь слезы. - Я рад, что ты снова с нами. Очень рад, честно. - А уж я как рад... - снизу раздалось что-то очень похожее на визг, писк и смех. - Это что??? Нортон улыбнулся. - Кажется, догадываюсь. Мишель опять тискает своего плюшевого мишку, тобишь - Марио... Хочу посмотреть! - он схватил друга за руку и потащил вон из комнаты, а потом вниз. Луиджи и не думал сопротивляться, ему самому было интересно... В сущности Рик угадал, Стрелок каким-то образом сумел поймать Марио раньше Долтана и теперь удирал от него с мальчиком по всей гостиной, которая к слову была не маленькой, попутно тиская и подкидывая в воздух свою игрушку. - Эээ... - Демон, привалившийся к косяку у входа в гостиную и смотревший на творившийся бедлам, повернулся на эту содержательную реплику младшего члена команды и, кивнув ему, покрутил пальцем у виска. Сэм, тем временем, подкрался к Данте и прижался к его боку, тихо мурлыкнув. Рик шагнул к Мигелю и обнял его, не выпуская руки блондина. Марио же, только и мог, что пищать и брыкаться. Долтон рычал на Мишеля, но в шутку, видя довольную, порозовевшую от смеха, мордашку возлюбленного. А вот Наги, хмуро скрестив руки на груди, следил за любовником ревнивыми глазами. Тот заметил это, шепнул что-то "мишке", тот согласно кивнул и обхватил его за шею. Стрелок же в очередной раз пробегая мимо телекинетика, поймал его под вторую руку и понесся уже с двумя мальчиками. Мигель и Данте синхронно переглянулись, закатили глаза, а Луи тихо спросил у Рика: - Что это за новенький? Нортон младший улыбнулся. - Это Марио. Он... с отцом. Мы спасли его из борделя, куда меня отправили Эстет... С тех пор отец просто обожает его. Марио боготворит его и очень дружит с Мишелем, хотя тот, видимо, считает его гибридом куклы и плюшевой игрушки... В этот момент Наги фыркнул, улыбнувшись и приподнял Стрелка над полом, чтобы Долтон его схватил. Вниз упала хохочущая куча мала. - Так не честно! - вопил обиженный русский. Тим удивленно посмотрел на друга. - А Марио... так же звали парня, которого любил твой отец? Кстати, что за бордель? Рик обнял его за шею и тихо стал рассказывать все, как было, и, как отец был в шоке от того, как похожи судьбы этого мальчика и его Марио и как он дал ему имя, про его амнезию и т.д. Наги и Марио стали щекотать Мишеля, смеясь, а Нортон сидел рядом и ухмылялся. Блондин отчаянно вырывался, потом все же встал. - Все. Я обиделся. Больше с вами не вожусь, - он пошел на выход. Наоэ повис на его шее, мурлыча как котенок. - Мишель... Марио уже сидел на руках у Долтона, обнимая его и улыбаясь. Но Стрелок не желал так просто мириться, ссадил любовника по пути на диван, пошел дальше. Итальянец взглянул на любимого. Тот кивнул, и юноша стрелой пробежал и обхватил русского за талию. - Не уходи... пожалуйста... - карие большие глаза смотрели на него. Рядом стоял Наги, кусая губку и тоже смотря на него. Под этими двумя взглядами просто невозможно было не сдаться, и Мишель обнял обоих мальчишек, покрутил их в воздухе. За этим с завистью наблюдал Тим. - А меня он никогда на руки не брал... Рик хмыкнул и, чуть приподняв его за талию, хотел закинуть его себе на плечо. Однако ему помешал Мигель. - Не надо. Он тяжелый - надорвешься. Нортон-младший фыркнул и подкинул Ти... То есть Луиджи, на плече, хлопнув его по заднице. - АУ! - парень слетел с него, сам ускорившись, почти с места оказался за его спиной, стал его шлепать. Рик вскрикнул и спрятался за Наемником. - Мигель, твою любимую блондинку обижают!!! Мужчина вздохнул, придвинул к себе любовника. - Не волнуйся, Луи. Я его ночью сам как следует отшлепаю. Сереброволосый показал язык брату и прильнул к любимому. - Да, и пока не забыл, - громко произнес Гонсалес, обращаясь ко всем. - Тима теперь зовут Луиджи Гонсалес. Обращайтесь к нему только так. Тим Бранер погиб. Есть лишь Луиджи. 18 лет от роду. Мой родной (по документам) сын от японки, проживавшей в Америке. Она умерла, я взял опеку над сыном. Рик подергал Мигеля за темный локон. - От японки, говоришь? - сделал вид, что ревнует. Наги усмехнулся. - Ну, они... вроде ничего, - поймав взгляд Мишеля, сделал невинные глазки. Наемник фыркнул. - По документам мы с ней были женаты год, тебе тогда было лет 5 от силы. Извини уж, я не педофил. Луи хмыкнул, а Мишель поднял бровь, буравя любовника скептическим взглядом. Рик надулся уже всерьез и отвернулся. Долтон хихикал над реакцией сына. Гонсалес-старший лишь головой покачал, нагнулся, шепнул ему на ушко: - Ночью подуешься, а то это слишком эротично у тебя получается. Кроме того, у нас впереди еще важные дела. Я не просто так тут всех собрал. Рик смущенно ему улыбнулся и кивнул, поцеловав любимого в уголок рта. Его отец попытался отнять у Мишеля Марио, а когда это не удалось - отнял Наги и сел с ним в кресло. Тот, казалось, ничуть не был против. Стрелок же поднялся. - Нортон, я не понял, ты нарываешься? - голубые глаза чуть сузились, их обладатель сейчас начинал злиться по-настоящему. Марио прижался к нему. - Он ревнует. Так же как и Наги. Разве ты не чувствуешь? Вот они решили рассердить тебя. - У них это получилось, - тихо ответил Мишель, потом уже громче доба-вил: - Нортон, еще минута и тебе потребуется хороший дантист. Наоэ молча встал и подошел к ним. Не смотря на любовника, спросил у Марио: - Меняемся? - Без вопросов. Итальянец выскользнул из объятий русского и бросился на шею Долтону, а тот стал, нежно целовать его в волосы, что-то тихо шепча на ушко. Наги же шлепнулся на колени Стрелка, как на свое личное место, но на него самого смотреть не стал. Тот хмуро посмотрел на любовника. - Ночью поговорим, - судя по голосу, мужчина был крайне раздражен и разговор предстоял не из приятных. Телекинетик кивнул. Он все еще безумно ревновал Мишеля к Марио. - Итак, - вновь взял слово Наемник. - Сначала ужин, потом займемся делами. Возражения, предложения, вопросы? - НЕТУ! - нестройным хором ответила команда. Мигель поморщился, а Мишель, спихнув Наги с колен, пошел готовить. Наоэ же пошел за ним. Как только тот отвернулся, прильнул к нему и про-шептал: - Прости... я ревную тебя к Марио... ничего не могу с собой поделать. Лунин обернулся, прижал его к себе. - Он лишь игрушка. Я люблю только тебя. - Прости меня... - телекинетик жадно поцеловал его, шепча, что тоже лю-бит его. Они еще недолго целовались, потом вместе взялись за готовку, Наги не знал, но он был единственным, кого, готовя, Стрелок терпел рядом с собой на кухне. Юноша резал и помогал ему, чем мог, а потом стал накрывать на стол. Когда их взгляды встречались, он улыбался любимому. Разумеется, ужин был выше всяких похвал, поэтому все увлеклись едой, а не разговорами. Сэм, в конце куда-то побежал, а потом вернулся с небольшим переносным холодильником и достал оттуда две большие упаковки мороженого для Данте. Одно с орехами, шоколадом и изюмом, а второе - вишневое, с кусочками ягод. Белобрысый схватился за фруктовое, а Луи с Мишелем под шумок умыкнули второе. Француз чмокнул Демона в щеку. Он обожал для него готовить. Наконец все поели и вновь перешли в гостиную. - Итак, - начал Мигель. - Мы столкнулись с кучей загадок месяц назад в Зальцбурге, но поскольку были подавлены смертью Тима, не занимались ими. Теперь время пришло. - Сколько назад? - пораженно воскликнул Луиджи. - Месяц... - с болью сказал Рик, сжав ладонь любимого. Он помнил, как тяжело было тому этот месяц, и как переживал он сам. - Да... - Вот именно. Поэтому хотелось бы знать, почему ты вышел на связь только вчера? – необычно для себя строго сказал Мишель. - Я очнулся вчера... - парень помотал головой. - Ладно, по порядку. Наги, наверное, рассказал, как нас схватили и до того момента как меня увели в другой корпус? - Да, я рассказал, - Наоэ тихо вздохнул. Воспоминания о пытках и боли снова нахлынули на него. Стрелок прижал его к себе, пытаясь успокоить в своих объятиях. - Вот. Там была лаборатория, до которой Мигель потом почти добрался. Не знаю, почему меня увели именно туда, но вроде бы они что-то говорили о моем уровне мутации... честно я не разобрал. Потом был сигнал тревоги, они заперли меня в лаборатории, двери я открыть не мог, но вот шкафчики и прочее вышло. У этих идиотов были электронные замки. Я понимал, что меня не успеют спасти, поэтому нашел экспериментальные образцы чего-то. Я надеялся, выжить с их помощью... Знаю... глупо... но я хотел жить... Я выпил один и... дальше очнулся в этом теле... вчера... Наги тихо сказал. - Это было рискованно, но... скорей всего ЭТО и перенесло тебя в тело... кстати, а чье это тело? Луи внимательно посмотрел на него. - Я. Хотел. Жить. Мне 14, Наоэ. Я не все еще успел... Я был готов к смерти, но не ждал ее с покорностью, как суицидник, а пытался бороться. В глазах телекинетика мелькнула боль. - Думаешь, я не понимаю тебя? Но одно могу сказать... тот... чье это было тело... тоже хотел жить, - он отвернулся, дрожа. Телекинетик не хотел этого говорить, но боль и унижение испытанные в той лаборатории и мысли, что Мишель мог умереть, не оставляли его. Гонсалес-младший опустил голову, на это ответить он не мог. Стрелок с укором посмотрел на любовника, покачал головой и отвернулся. - Прости... Луи. С моей стороны не красиво так говорить. Я рад, что ты жив... - голос у японца был тихим. Но юноша не посмотрел на него, он явно сильно обиделся, потом, помедлив, сказал: - Кажется, этого парня звали Такаба... Я не уверен, но так его назвал один мужчина... там на корабле... Наверное, отец... потому что он должен был обменять парня на какие-то важные документы... Но, судя по всему, его бы все равно убили... его перепохитили, стреляли... и... Рик выдохнул. - Ты ранен?! - он вспомнил, как дурачился с ним. В ответ Тим просто расстегнул рубашку, стало видна свежая повязка, с отметиной крови. - Прости... - губы младшего Нортона дрогнули, и он опустил голову. Луиджи удивленно посмотрел на него. - За что? - Я... закинул тебя на плечо... больно сделал. Юный полукровка рассмеялся. - Я стал сильней, видел, как ускоряюсь? Регенерация тоже класс, так что я почти не заметил. Рик робко ему улыбнулся и кивнул. - Так, с этим придется разбираться. Данте, возьмешь мою лабораторию и посмотришь, что стало с Тимом, почему его способности выросли и прочее. - Понял, командир. Сэм склонил голову на бок. - А ты полностью занял тело этого... Такабы, или... он еще там... в разуме? – смутился своих слов. Луи прислушался к себе, покачал головой. - Это тело теперь только мое. Я не знаю, где он... Юноша кивнул, но глаза были задумчивые. - С этой темой все или еще кто выскажется? - тяжелый взгляд Наемника достался Наги. Телекинетик потупил глаза и покачал головой. - Вот и отлично. Теперь, что тебе удалось выяснить по лаборатории, Демон? Данте задумчиво посмотрел на друга. - Я... Думаю, моя вина в том, что случилось с Наоэ и Стрелком... Японец удивленно поднял на него глаза. Мишель поднял бровь. - То, что они вам ввели... основная составляющая там... моя кровь. Помните, когда я был в плену, они выкачали у меня 2 литра? Вот на основе этого они делали синтез и... эту вещь... Наги тихо спросил: - А что это была за "вещь"? Врач команды потер подбородок. - Этот препарат провоцирует мутацию. Не на много и всего один раз, потому что сердце может не выдержать, но единовременно можно увеличить силу на 15-20%. Я исследовал вашу кровь с Мишелем. У него процент мутации поднялся до 20, а у тебя до 25. Ты теперь сильнее него, поэтому можешь не бояться его... "гасительности". Лунин резко помрачнел. "Сильнее меня..." Наоэ повернулся к Мишелю и коснулся губами его щеки, словно прося прощения. Тот медленно кивнул, но взгляд его потух. - Говоришь, второй раз так нельзя? - Сердце не выдержит. Оно и в первый-то раз едва не разрывается... Японец сжался, вспоминая боль. - Это... было... ужасно... Они вкололи два раза... - Два кубика, - поправил его Демон. - С небольшой расстановкой. Действует как одна инъекция, но больше шансов, что подопытный выживет. Телекинетик кивнул, спрятавшись в объятья любимого. Тот посмотрел на Данте и закусил губу. - Но я же сильнее обычного... может ты попробуешь мне вколоть эту хрень еще? Наги испуганно задрожал. - Мишель, неужели для тебя так важно, быть сильней меня? Важнее своей жизни?! Русский опустил голову. - Я должен защищать тебя, а не наоборот... иначе все теряет смысл... - Но ты всегда меня защищаешь! Просто теперь и я не бессилен! И еще... - он опустил глаза. - Данте, сколько теперь я проживу? Белобрысый хитро посмотрел на него. - Пока не убьют. Маленький японец тихо всхлипнул от облегчения и закрыл руками лицо. Он знал, что у него было не больше нескольких лет в запасе, а тут... Врач команды откинулся на стуле. - Народ, что, я один помню, что мутация свыше 14% автоматически дает ОЧЕНЬ долгую жизнь? Сэм вздохнул и отвернулся. Он-то был человеком, и поэтому знал, что он не вечен. Демон заметил это, глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду. - И еще... Я сделал примерные исследования... Я могу синтезировать эту штуку из своей крови, как и они. Не плохо бы, конечно, еще попробовать сделать ее из крови Мигеля, она сильнее и... - Я согласен. Бери сколько нужно. - Эй!!! Мигель, ты понимаешь, что это опасно?! - Рик возмущенно и испуганно смотрел на любимого. Испанец поднял бровь. - И чем же? Буду немного слабее от кровопотери пару минут? Его любовник посмотрел на Данте. - Это правда не опасно для него? Ответом был лишь насмешливый взгляд. - Итак, я не закончил. Мне нужно еще пара опытов, чтобы все проверить на безвредность, но... Эта штука может вызывать мутации и... у человека. Подумайте, как следует, но... я почти уверен, что могу всех людей, - обвел взглядом Сэма, Долтона и Марио. - Сделать "нашими". Сэм бросился ему на шею, тихонько всхлипывая. Нортон-старший прижал к себе возлюбленного, который прикусил губку, и посмотрел на Мигеля. - Ты дашь нам возможность быть с тобой, в твоей команде? Если нет - мы с Марио потом уйдем и проживем столько, сколько нам положено... Рик с болью посмотрел на отца. Демон крепко прижал к себе любовника. "Я только для тебя это и делал, крольчонок..." Гонсалес внимательно посмотрел на тестя. - Можно еще раз и без патетики? - Вы стали моей семьей. Ты разрешишь быть с вами и принимать участие в твоих... предприятиях? К тому же я смогу находиться рядом со своим сыном. Наемник посмотрел перед собой. - Мы делаем грязную работу, Долтон... Ты раньше ловил таких... - Я вижу, как ты помог многим. Спас их... – бывший агент кивнул в сторону его команды. - Марио, Рика... И я хочу быть рядом с тобой. - И ты сможешь убивать за деньги? Не потому, что этот человек плохой, а просто потому, что за него заплатили, хотя у него, может, есть семья, дети? Нортон-старший опустил голову. Его сын взял руку Мигеля в свою. - Но он же может не убивать. Он может гарантировать вам отход, как тогда и вообще - спасать наши задницы. Испанец медленно посмотрел на него, задумчиво кивнул. - Ну, как вариант быть с тобой, Наги и Сэмом, когда нас нет. - Ты считаешь меня слабым? - Рик нахмурился, скрестив руки на груди. - Я не хочу, чтобы ты погиб, - отрезал Гонсалес. Юноша прикусил губу и отвернулся. Наемник ни разу не признал его силу и то, что он может помочь. Все видели, как он тогда создал стену льда за секунды, ограждая их от огня. Но Мигель ничего и слышать не хотел. - Хорошо, - испанец посмотрел на врача команды. - Сколько тебе нужно времени на это? - В каком приоритете Луи? - Его ты проверяешь сначала. Я хочу быть уверен, что с моим сыном ничего не случится. - Хм... - Демон потер подбородок. - Тогда неделю на него. И две недели на синтез и последние тесты. - Отлично. Надеюсь, ни у кого не было планов на этот месяц? Все покачали головой. - Вот и отлично. Ждем результатов... и того, чем вы станете. *** Долтон и Марио лежали в постели и наслаждались уютной тишиной и объятьями друг друга. - Малыш, ты не боишься? - Боюсь... я не знаю, каким стану. - Я все равно буду любить моего котенка... Юноша нежно поцеловал его ладонь. - Мне так хорошо с тобой... - И мне. Теперь мы сможем быть всегда вместе. - Долтон, но... я застыну в этом возрасте. - И что? - мужчина погладил его спинку. - Мне нравится все в тебе. - Просто... люди будут плохо отзываться о том, что рядом... я. - Мне плевать. Я люблю тебя, малыш. - И я тебя люблю... - щеки юноши порозовели, и мужчина жадно накинулся на его губы, наслаждаясь своим маленьким счастьем. *** Данте почти не вылезал из лаборатории, надеясь, что Сэм его понимает. Тот иногда заходил к нему, чтобы поцеловать его и принести кофе или перекусить. Он знал, что Демон хочет ему вечной жизни, как и остальным, и прекрасно понимал его, хотя и скучал по их жарким ночам. "Он делает это для меня, я вижу... Я тоже хочу быть с ним так долго, как смогу... Любить и заботиться о нем... " - юноша нежно улыбнулся, думая о фиалковый глазах и сильных руках возлюбленного. Наконец наступил долгожданный день, и Данте позвал всех к лаборатории. - Итак, никто не передумал? Последний шанс отказаться. Долтон, Марио и Сэм покачали головами. - Нет, мы хотим этого. - Да. Врач кивнул. - Тогда по одному ко мне в лабораторию. Нортон чуть подпихнул Сэма. - Иди первым. Я знаю, как ты этого хочешь. Юноша кивнул и вошел в комнату. - Данте?.. Мужчина кивнул ему на удобный стол-кушетку. - Я сделал препарат на основе крови Мигеля, она чище моей, так что ты просто уснешь на пару часов, а проснешься уже... ну, не сглазить бы... Паренек устроился на столе и улыбнулся любимому. - Я буду с тобой. Тот кивнул, ввел ему 3 кубика препарата. - Увидимся... - он никому не говорил, но уже испытал это на себе, чтобы никого не убить, однако все равно жутко нервничал. - Спи, крольчонок. Карие глаза медленно закрылись. - Я люблю... тебя... - шепнули губы Сэма, и он отключился. - Я тоже тебя люблю, - Демон поднял его на руки, вынес из лаборатории и устроил рядом на диванчике, накрыв пледом. - Следующий. Долтон поцеловал Марио и подтолкнул его к двери. Тот вздохнул и вошел в комнату. Он был немного бледен и волновался. - На кушетку, - врач набрал в шприц еще три кубика. Мальчик лег, и прикусил губку, смотря на иглу. Данте протер его руку, чуть улыбнулся. - Не бойся. Больно не будет, - мягко, сказывалась почти вековая практика, сделал укол. Итальянец тихо прошептал: - Просто немного страшно... простите... - Марио вздохнул, и его глаза закатились, дыхание стало размеренным, и он отключился. Демон вынес его в соседнюю комнату и тоже устроил на другом диване, потом проверил состояние Сэма, улыбнулся, что все хорошо. - Твоя очередь, Нортон. Долтон кивнул и тихо спросил: - Как Марио? - лег на кушетку. - Пока в норме. Если все удастся, он даже не почувствует, как изменится, - белобрысый взял шприц. - Им я вкалывал по минимуму, чтобы только до нужной планки дотянуть, но тебе могу вколоть больше, если хочешь. Могут быть неприятные ощущения, но вместо 15, будет 20%. Что скажешь? - Давай, - мужчина закатал рукав. Данте ввел ему 4 кубика. Бывший агент поморщился и закусил губу, когда его тело выгнулось от боли на кушетке. Однако через минуту и он вырубился. Врач взял у троих пациентов образцы крови, чтобы до того, как они очнутся, определить, кем они будут, и занялся работой. Через час Сэм моргнул и пошевелился. Он огляделся. Тело было легким и хорошо двигалось, словно он отдохнул и выспался. - Данте? На соседнем диванчике зашевелились Долтон и Марио. Здоровяк, потягивая кофе и потирая глаза, вошел в комнату. - Как самочувствие? - Хорошо… - И у меня... Нортон просто кивнул. - Все хорошо, - он притянул к себе Марио. Мальчик пискнул, Данте резко оказался рядом, заставил Долтона его отпустить. - Аккуратнее, ты его так раздавишь. У тебя теперь такая сила, что не заморачиваясь толстую бетонную стену пробьешь и пойдешь дальше. Бывший агент виновато посмотрел на юношу. - Прости, малыш… Тот улыбнулся, махнув рукой. - Ну и поздравляю: 20% мутации, жизнь до того, как тебя убьют, плюс невероятная сила. В общем, добро пожаловать в наши ряды. Нортон хмыкнул и покачал головой. - Здорово... только научиться бы, как совладать со своей силой… - А я? - Марио вопросительно посмотрел на Демона. Тот резко дернулся в его сторону, чтобы мальчик подумал, что его хотят ударить, и испугался. Маневр удался, только... паренек исчез. - А ты можешь становиться невидимым. В комнате раздался тихий довольный смех юноши, и шею Долтона обвили нежные руки. - Здорово... Мужчина улыбнулся. - А я? - тихо спросил Сэм, прижавшись к любимому. Тот хитро прищурился. - Завтра будет дождь? Глаза его любовника затуманились легкой дымкой. - Нет... завтра будет гроза... с сильным ветром... Старое дерево на поляне рядом с домом рухнет от удара молнией... - юноша потряс головой и испуганно заморгал. - Я видел это! Данте рассмеялся. - Когда сосредоточишься на конкретном вопросе, ты видишь будущее этого. Да и у вас с Марио по 15% мутации плюс повысится регенерация, а вот физическая сила останется прежней. Вы будете жить, пока не убьют, а если ты, - кивнул он маленькому итальянцу. - Научишься исчезать не только от испуга, но и по желанию... Хотя в любом случае, поймать и навредить тебе, теперь будет ОЧЕНЬ сложно. Марио появился на руках у Долтона, который осторожно прижал к себе любовника. - Я буду стараться. - И я. - Мы научимся... Сэм, счастливый, бросился на шею любимого, целуя его. Тот ответил на поцелуй. - Кхм... - на пороге комнаты стоял Луиджи. - Ждем только вас. Да, Демон, я надеюсь, хоть теперь ты расскажешь, что со мной? А то с Мигелем пошептался и все! Марио исчез и, невидимый, ткнул его в грудь пальцем. Младший Гонсалес легко ускорил свои движения и поймал его за лапку. - А не надрать ли мне тебе местечко, находящееся под твоим маленький хвостиком? - он сделала задумчивое лицо. - У меня нет хвостика! Мишель уже искал! – мальчик, хихикая, пытался выбраться из его рук. - А Я еще поищу, - Луи стал подтаскивать его к себе. Долтон беззвучно возник рядом и спокойно забрал итальянца из рук Луиджи. - Искать буду я! - тот хохотал в его руках. - Ау... - парень поморщился. - Поаккуратнее здоровяк. Ты так руку оторвать можешь. - За поиски его хвостика - могу и оторвать... – беззлобно ответил Нортон, поднимая Марио на руки. Тот мурлыкал как котенок, уткнувшись в его шею. Луи размял руку, обиженно пошел в зал. Бывший агент покачал головой. - Ну что, пошли? - Ага... В гостиной за столом уже сидели все. - Все целы и в порядке? Сэм, Марио и Долтон кивнули. - Все отлично. - Тогда присаживайтесь и начнем, - Демон положил перед командиром распечатку, сам сел с любовником. - Итак... а давайте лучше по порядку. Никто ведь не торопится теперь. Нортон-старший усмехнулся, а юный француз счастливо улыбнулся Данте. Тот улыбнулся любовнику в ответ и взял слово: - Итак, я сделал препарат, что ввел нашим новеньким на основе крови Мигеля. Так как она чище, то есть процент мутации ОЧЕНЬ высок, их превращение прошло почти безболезненно, однако по результатам исследования сразу скажу, что второй раз для них, как и для остальных, мягко говоря не желателен. Теперь к мелким аспектам. До того как ввести препарат людям, я протестировал его на себе... - ЧТО?!!!! - Сэм завопил так, что у всех заложило уши. Все пригнулись. Демон виновато посмотрел на спутника. - Крольчонок... Юноша стиснул зубы и посмотрел на него так, что не знал - придушить или раздеть и осмотреть на наличие опасных для жизни ран или повреждений. Все выдохнули: больше звуковой атаки не будет... - ЕСЛИ ЕЩЕ РАЗ ТЫ БУДЕШЬ ПРОВОДИТЬ НА СЕБЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ, ТО Я ЗНАЕШЬ, ЧТО С ТОБОЙ СДЕЛАЮ?!!!!! - в доме зазвенели стекла. Мигель вздохнул. - Демон, угомони его, а то я звукоизоляцию на него поставлю, и он три дня будет немым... если не больше. Сэм возмущенно затих, скрестив руки на груди и нахохлившись, словно воробей. Данте взъерошил его волосы, тихо шепнул: - Я тоже тебя люблю. Тот скосил на него глаз и фыркнул, но потом прижался к его боку, утыкаясь в его плечо. - Ты сам в порядке? - На 5% возросла мутация, теперь она у меня 20%, а так все в порядке. Даже сильнее чуть стал. Облегчение, исходящее от Сэма, было почти осязаемым. Мужчина обнял его, вновь вернулся к теме. - Теперь второй аспект... Наемник, твой процент мутации на сегодняшний день 99,5%. Мутация сильно замедлилась, но... Боюсь, дойти еще на 0,5% она сможет. У меня по-прежнему нет никаких данных, кем ты можешь стать... Я просто знаю, что максимум в течение года ты изменишься. Рик с беспокойством посмотрел на любимого и взял его за руку. Тот просто кивнул. - Увидим, что будет. Пока есть другие насущные проблемы. - Это точно, - вклинился Луиджи. - Мы знаем, кем стали новенькие, но до сих пор никому, кроме Мигеля, ты не сказал, кто я и что со мной!! Остальные перевели взгляд на него. Демон потер подбородок. - Боюсь, в подробностях, ты не захочешь это услышать. - Мне все равно, что там случилось, я ДОЛЖЕН знать! Белобрысый гигант сцепил кисти рук и заговорил, глядя прямо перед собой. - Этот препарат называется "Паразит"... Над его изобретением бились уже несколько веков, с тех пор как поняли, что большинству мутантов, тех, кто рождается с уровнем до 11%, то есть большинству, не светит долгая жизнь. Они пробовали все, чтобы выжить, они же не исключения, как мы. Им не хотелось умирать даже раньше людей, однако... ни целители, ни поиски философского камня, не дали результатов. Все было тщетно, и они умирали. Тогда родилась идея "паразита". Наги вскинул голову, внимательно слушая его. - Смысл этого препарата в том, чтобы без потери способностей переместить умирающего паранома в молодое, здоровое, полное жизни тело. Разумеется, "убрав" от туда прежнего хозяина. Наоэ вздохнул. "Правда "паразитизм"... я все бы отдал тогда, чтобы жить... но... убить другого ради этого..." - он задумался. Тем временем лицо Луиджи каменело с каждым словом Данте. - Я провел исследования и пришел к выводу, что им удалось изготовить этот препарат. А ты его применил, не зная того, разумеется. Думаю, это был экспериментальный образец. Единственный в своем роде... Жаль, я не добрался до той лаборатории, похоже она была основной, там столько... Ладно, к делу. Как я понял, этот "паразит" действует так: его пьет тот, кому осталось недолго, и его тело умирает, но душа и сила перемещаются в тело человека, имеющего мизерную мутацию (от 0,5 до 3%). Такие очень слабы и почти не имеют способностей, но их молодые тела прекрасно могут принять все, что в них вольется. Где-то месяц, скажем условно, "семена", посеянные "паразитом" вызревают, а потом на всплески адреналина, гормонов или другого сильного фактора, они вытесняют владельца из тела, отдавая его переселенному туда параному. Тот сохраняет свои способности и получает тот процент мутации, что был у этого тела как бонус. Ну, и молодое тело и новую жизнь. - И убивает того, кто был в этом теле... - Сэм поежился. - Или тот умирал в тот момент? Как ипостась Тима выплыла наружу? - Скорее первое, но точно я сказать не могу. Нет материала для исследований. Все замолчали, думая каждый о своем, потом Мигель протянул руку и взял тонкое запястье Луиджи. - Мы убийцы, сын. Нам наплевать, кто умрет, чтобы мы жили и жили хорошо. Считай, что это просто один из трупов на твоей дороге жизни. Мне все равно. Главное, с тобой все в порядке. Об этом мальчике забудь и не стоит узнавать, кем он был и для кого. Он умер, ты жив. Точка. - Ничего не выйдет... - глаза Сэма подернулись дымкой. - Он все равно встретится с кем-то из прошлого Такабы... Так ты его назвал? Гонсалес жестко усмехнулся. - Тогда я убью придурка, посмевшего лезть в нашу семью, - хлопнул ладонью по столу. - Разговор окончен. Теперь наши планы. Данте, какая у нас расстановка сил по команде? Демон вновь поднял голову. - У тебя 99,5% процентов мутации, дальше Наги у него 25, потом Ти... Луи 23%, дальше я, Мишель и Долтон по 20%, затем Рик -16%, и, наконец, малышня: Сэм и Марио по 15%. Долтон хмыкнул - он был доволен, что теперь он на одном уровне с Мишелем. Тот же был мрачен, он теперь делил 4 место, а Наги был на 2... сразу за Мигелем... Юноша потянулся к любимому и прошептал: - Нам надо поговорить... Мужчина кивнул, а Наемник тем временем посмотрел на тестя. "Не слишком радуйся пока. Вы сильны, но у вас нет опыта обращения со своими силами, поэтому Стрелок сделает тебя при желании, даже не очень напрягаясь". "Я радуюсь не этому, а просто тому, что теперь, хотя бы, могу дать сдачи", - усмешка скривила губы бывшего агента. "А вот этого не советую, если твоя сила сродни моей... в общем, мне не нужны члены команды в госпитале. Кстати, в обычной жизни придется сдерживать свою силу. Лично я использую едва ли четверть..." "Я научусь. Будь уверен. Меньше всего я бы хотел навредить кому-то, особенно - Марио..." - Мигель, ты говорил о планах, - прервал их мысленный диалог Данте. - Да. Долтон со своим питомцем останется со мной и Риком. Я постараюсь обучить его контролировать силу. Кстати, даже хорошо, что она у него такая, будет проще защищать мальчиков. Демон и ты, Сэм, возьмите с собой в Париж Луиджи. Теперь он стал взрослым и его нужно подготовить к нашей работе. За тобой наработать кондиции, а то извини, Бунтарь, тельце тебе досталось хиленькое. - Я не выбирал, - буркнул парнишка. - Зато мордашку получил симпатичную. Все девушки и парни штабелями будут укладываться перед ним, - засмеялся Рик. Луи подарил ему крайне мрачный взгляд. - Ну, погоди у меня. Будет у нас однажды спарринг... - ...И превратишься ты в ледяную статую, - продолжил зубоскалить любовник его отца. Младший Гонсалес тоже оскалился. - Если ты меня догонишь, а скорее я тебя отделаю, как Бог черепаху... - Вы закончили? - недовольно осведомился старший. Рик сразу сделал невинное лицо. - Да. Прости. - Сколько у меня есть времени, чтобы накачать его? - осведомился Демон. - 3 месяца. - 3 месяца!?! Да что я за них сделаю?!!! - Натаскаешь его и обучишь работать с ножами. Потом приедет ко мне, я научу его драться, а затем Мишель научит его стрелять. Курс должен занять 9 месяцев, - голос Наемника как всегда был спокоен. - Я умею драться и стрелять, - тихо возразил Луиджи. - Будешь делать это лучше. Ты стал взрослым. Пора также стать наемником... и Гонсалес. - Как скажешь отец. *** Через пару часов все уже разъехались, и в доме осталось всего 4 человека. - Ну, сейчас спать, а утром начнем тебя учить, Долтон. Нортон-старший кивнул и, подняв на руки Марио, отправился наверх, неся его как хрупкую статуэтку. Рик лукаво посмотрел на Мигеля. - Значит, мы сможем немного побыть вдвоем? Тот чуть улыбнулся и кивнул. - Наконец-то да. И... прости за этот месяц... знаю, что было тяжело и плохо... Юноша скользнул к нему на колени. - Любимый, я все понимаю. И я тоже горевал по Тиму. Но теперь все позади... - он ласково смотрел на него. Гонсалес нежно поцеловал его. - Тогда давай все забудем и начнем, словно мы только что все вернулись из Зальцбурга. - Давай... - парень обнял его и погладил его спину. - Ты... скажешь мне?.. Он робко взглянул в черные глаза. - Что именно? Рик уткнулся в его плечо и тихо прошептал: - То, что ты мне сказал тогда... пожалуйста... Мигель усмехнулся. - А что я тебе тогда сказал? И когда тогда? Юноша тихо пробубнил что-то, типа "Уже и склероз начался...", теребя воротничок его рубашки. Мужчина весело рассмеялся. - И что же я такого сказал? Дай подумать... А! Кажется, я сказал, что люблю тебя. Блондин счастливо пискнул, крепко обняв его. Испанец усмехаясь, погладил его по волосам. - А ты ничего не хочешь сказать? Рик заглянул ему в глаза. - Я люблю тебя, Мигель! – серые глаза его были полны счастья. Наемник притянул его и вновь поцеловал. - Знаешь, я рад, что тогда похитил тебя... - Ты - мое счастье... - прошептал ему в губы любовник. - Когда я первый раз увидел твою фотографию - мое сердце дрогнуло... теперь я понимаю, что уже тогда... влюбился. Гонсалес рассмеялся. - Это на ноуте твоего отца что ли? Рядом с анкетой, где писали, что я почти что зверь-убийца? Юноша покраснел и кивнул. - Когда я лежал в твоих объятьях тогда... я уже тогда понял, что мне плевать, кто ты на самом деле. Я люблю тебя. Тебя, Мигель... навсегда. Мужчина поцеловал его и поднял на руки. - Я тебя тоже. Они поднялись в спальню. Рик повалил его на постель и стал доказывать свою любовь на деле, заставляя возлюбленного забыть обо всем. *** Марио удивленно смотрел на Долтона. - Что ты? Боишься ко мне прикасаться, что ли? - Я боюсь навредить тебе. - Рррр... - юноша накинулся на него и опрокинул на постель. - Я хочу тебя! Долтон застонал, когда тот стал покрывать поцелуями его живот, спускаясь ниже. Нортон впился ногтями в простынь и раздался треск. Простынь разорвалась. Марио заставил мужчину выгибаться от наслаждения, а потом оседлал его, приводя обоих к краю. Комната наполнилась криками и сладкими стонами. *** Утро застало троицу в аэропорте Парижа. - Ох, твою мать... Я дома! - Данте довольно расправил плечи. - Эй, малышня, бодрее! Сейчас домой, а там поспать можно будет! - Поспать? - Сэм нахмурился. Луи фыркнул и первым зашагал к машине. Демон вздохнул. - Прости, но мне теперь нужно его тренировать. Нужно экономить... силы. Француз недобро прищурился. - Ну что ж... Ладно... Кстати... - вдруг "вспомнил" он. - Нам надо заехать и купить продукты. Наверняка у тебя все закончилось... Тут недалеко есть магазинчик... Данте просто вытаращился на него. - Ты о чем? - продукты им всегда доставляли на дом по заказу. - Я хочу есть и не собираюсь ждать, пока тебе привезут продукты! Поехали в магазин!!! Белобрысый гигант тихо выругался и пошел к машине. - Ты не находишь, что у "Ягуара" твоего слишком маленький багажник для продуктов? Луиджи согнулся пополам от смеха, увидев лицо друга. Сэм спокойно наблюдал за Демоном, скрестив руки на груди. Тот просто сел в машину, мотнув им головой, чтобы они присоединялись. - Показывай, куда ехать. Француз объяснил дорогу и, с невинным видом, стал ждать, когда они приедут. Данте вздохнул и повел машину, через полчаса они добрались до... - Боже, это что? - наемники с ужасом посмотрели на гиганта торговли... надо ли говорить, что они никогда в таких не бывали. - Пошли. Надеюсь, деньги с собой? - Сэм выпрыгнул из машины, не от-крывая дверцы, и пошел к зданию. Делать было нечего, и парни пошли за ним. Брюнет таскал их по всему универмагу, выбирая вещи "первой необходимости", а потом они пошли в продуктовый. Зайдя туда, Демон застыл с тележкой посреди зала, пытаясь охватить взглядом пространство... - Охренеть... - А как тут что-то искать? - осведомился более рациональный Луиджи. Сэм молча указал на таблички "Молочные продукты", "Хлеб" и т.д. - Все проще простого. Парням пришлось напрячь нечеловеческое зрение, чтобы увидеть дальние. Тем временем люди устали обтекать их. - А ну, сдвиньтесь! - Проходите уже! - Валите! Данте оскалился, но на дородных теток его вид произвел не сильное впечатление, они и страшнее могли изобразить в борьбе за какой-нибудь понравившийся продукт. Сэм, тихонько хихикая, повел их за собой. Он стал выбирать продукты, складывая их в тележку. Наемники уже сопели и скучали к концу второго часа, потом Демон глянул на цену одной из вещей, что взял его любовник... - Так, давай-ка это на место положим. Француз прищурился и стал описывать блюдо и его вкус, которое он хотел сделать на ужин из ЭТОГО продукта. Парни сглотнули. - Но он же... Тут на цену глянул Луи... - Хм... Данте, это ты такой скупой, что сильно на всем экономишь, или Сэм прочитал в самолете статью о мировом кризисе? Брюнет выкинул продукт обратно на полку и молча пошел дальше. - Не хотите - не надо. Демон зарычал. - Я ни на чем не экономлю! Особенно на Сэме и на оружии! Но и покупать товары, на которые ставят такие смешные цены, потому что это брак, я тоже не собираюсь! Его любовник молча поставил в тележку несколько пакетов молока и большие контейнеры с вишней и клубникой. Было понятно, что он собирался сделать на десерт. Наемники опять впали в ступор от цен... Потом до Луиджи дошло. - Сэмми, лапочка, ты что, привел нас в магазин для бедных!!! Тот спокойно посмотрел на него. - Это обычный гипермаркет. Тут все продукты покупают, а что? Данте закатил глаза. - Крольчонок. Пойми. Мы не все! Нам не нужно ходить сюда, чтобы у нас были продукты! Брюнет швырнул в тележку хлеб и прошипел: - Еще что скажешь? Так вот, я - пошел в машину, а вам задание - купить все для ужина и продукты на неделю. Все! - он развернулся и ушел. - А... А где?.. - Демон беспомощно и даже с суеверным ужасом оглядел гипермаркет. Но его парень уже исчез. Наемники переглянулись и пошли плутать... Сэм листал какой-то журнал в машине, ожидая их почти два часа, когда к машине подошли две девушки: высокая фигуристая блондинка с длинными волосами и огромным декольте и стройная брюнетка с короткими волосами и обалденными ножками. - Привет, симпотяжка. А где хозяин машины? Юноша вскинул красивые глаза, но в них не было даже намека на заигрывание. - А вам он зачем? - положил стройные ноги на дверцу, устраиваясь с журналом поудобней. Девушки с усмешками переглянулись. - А ты уже достаточно взрослый, чтобы мы тебе ответили? - Ну... как сказать... если учесть, что хозяин этой машины - мой парень... - Сэм спокойно посмотрел на вход в гипермаркет, предчувствуя появление друзей. - Мм... - брюнетка сладострастно потянулась. – Значит, в этот раз будет групповушка на четверых... - Счаз... - француз посмотрел на нее и фыркнул. - Обойдетесь в этот раз без него и меня. Девушки рассмеялись. - Малыш, скорее мы обойдемся без тебя. Да и он тоже. - Ну-ну... - юноша лениво закрылся от них журналом, продолжая читать, покачивая ногой. К машине подошли наемники. - Даантееэээ... - протянули девушки, подходя и буквально обвиваясь вокруг него. - Сэра, - Демон кивнул брюнетке, потом повернулся к блондинке. - Адриана. - Привет, - чего они хотят было видно по тому, как глубокое декольте скользнуло по накачанной груди мужчины. - Мы соскучились... А тебя не было дома... Голоса их были такими грудными и тягучими, что у любого мужчины снесло бы башню, особенно у того, которого они в придачу обнимали, почти вжимаясь в него. Сэм вздохнул и дернул плечом. Он не ревновал Данте, хотя ему безумно не нравилось, что его лапают. Он стал помогать Луи ставить пакеты в багажник, прикусив губу. - А это кто? - Адриана указала на Тима. - Сын друга, - голос гиганта охрип, он явно думал уже о другом. - Я Луиджи Гонсалес. - Еще один Гонсалес... Ты знаешь Мигеля? - брюнетка чуть отстранилась и томно погладила Луи по щеке. - Он мой отец, - парень тоже стал напрягаться, поддаваясь их чарам. Сэм тихо вздохнул. Он отложил нужные продукты в пакет и повернулся к друзьям. - Я поеду домой, если ты не против. Приготовлю ужин. Полукровка быстро отошел от девушек, давая им вновь заняться Данте, которого они чуть ли уже не раздевали прямо на парковке. - Я с тобой! Юный брюнет обернулся и подошел к любовнику вплотную. - Данте... мне уехать? Ты хочешь этого? – карие глаза его были грустными. "Если он уйдет с этими... Боже... сердце болит... больно... я чувствую, что могу потерять его и уже сделал первый шаг к этому... моя первая ошибка... Я не должен потерять его!.." Луиджи быстренько оттянул парня в сторону. - Не лезь. Они суккубы. Даже одной противостоять трудно, а уж двум... Сейчас он у них под контролем и сделает все, что они скажут. Лучше не лезь. Сэм опустил голову, дрожа. "Почему?.." Он с болью проводил взглядом любовника. Бунтарь вздохнул. - Отец говорил, что сопротивляться им можно, только если по-настоящему любишь. Любишь так, что большего уже для тебя просто нет. Мне жаль, но не похоже, чтобы у вас были такие отношения... Отпусти его сейчас... может тогда он уйдет не навсегда. - ДАНТЕ!!! - крик юного француза был полон боли. Он рванулся из рук Луи. Мужчина медленно повернулся, внешне он не изменился, но... что-то в глазах его стало другим, когда он увидел боль парня. Девушки видимо по-чувствовали это, сильнее прильнули к нему. - Данте, пожалуйста! Я люблю тебя! - Сэм всхлипнул, давя слезы. Демон помедлил, потом отодвинул от себя шокированных девушек. - Потом встретимся... когда-нибудь... может быть... - он подошел к любовнику и прижал его к себе. Тот всхлипнул в его грудь, прильнув, почти слившись с его телом. - Данте... Данте... - повторял он вновь и вновь. Мужчина страстно поцеловал его, стало заметно, что он до невозможности возбужден. Сэм вскинул на него глаза. - Домой? И быстрее... - он чуть прикусил его нижнюю губу. Наемник покачал головой. - Бунтарь, за руль. А мы на заднее сидение... - Луи... прости... – француз скользнул на заднее сиденье вместе с любовником. Луиджи вздохнул и с видом "я не с ними", сел за руль. А белобрысый гигант почти сразу завалил любовника на сидение и стал сдирать с обоих одежду, бешено целуя его. Сэм обвился вокруг него ногами и руками, отвечая на ласки и извиваясь от них, приоткрыв рот от удовольствия. Луи старался вести машину и не смотреть назад, но вскоре не выдержал. - Народ, меня сейчас остановят за ваше поведение! Глаза брюнета снова потемнели. - Не остановят... не волнуйся... Гонсалес засопел. Вообще-то он сказал это не потому, что действительно чего-то боялся, а... его тело 18 летнего подростка стало реагировать на стоны и сладострастные вскрики за спиной. "Черт, черт, черт!!!" Сэм старался не кричать, кусая запястье, и отдавался Данте, думая только о нем и о том, что он любит его. Он вскрикнул только один раз, когда тот рывком вошел в него. Тело юноши забилось от удовольствия. Луиджи едва мог вести машину, с ним, конечно, уже бывали... "эти взрослые проблемы", но тело в 14 и тело в 18 значительно отличались, так что... - Можно потише!!! - Про.. прости... - жаркий выдох брюнета вряд ли можно было назвать извиняющимся. Наконец машина выехала из города, и Луиджи не боясь, что их тормознут, врубил музыку на всю громкость, пытаясь хоть как-то успокоиться. Юноша на заднем сидение не слышал музыки, окунувшись с головой в жаркий шепот и стоны Данте, чувствуя только его руки и губы, и сладкие толчки, заставляющие его пылать и выгибаться от удовольствия. Как они добрались до дома, Луи не запомнил. Он просто загнал машину в гараж, заглушил двигатель и смылся в дом. "А мне тут еще 3 месяца жить..." Сэм вскрикнул последний раз, кончая себе на живот, и впился в губы Демона. Тот обмяк, ложась рядом с ним. - Черт... убью их, когда в следующий раз встречу... Любовник нежно гладил его по влажной спине. - Все хорошо... я так счастлив, что ты со мной... Наемник фыркнул. - Я тебя почти изнасиловал в первый раз... Да и перед Мигелем неудобно... если мелкий ему расскажет... он мне башку оторвет. И прав будет! Сэм повернул его за подбородок к себе и нежно поцеловал. - Ты не насиловал меня. Ты занимался со мной любовью... потому что я тоже хотел тебя. А Луи не расскажет Мигелю ничего, я попрошу его. Мужчина перевернулся на спину и уставился в потолок. Юноша сел и погладил его живот. - Ну что ты?.. Любимый? Тот просто покачал головой. - Все нормально, - он уже давно перестал делиться с любовником своими проблемами... наверное, это произошло еще в тропиках, но ментально они отдалились. Глаза паренька стали грустными, он отвернулся. - Ты словно стену между нами поставил... Я знаю, что ты любишь меня, но... ты больше ни о чем не говоришь со мной, как раньше. Держишь все в себе, а я... только для постели. Данте вздохнул. - Тебе же так легче... И вроде тебя все устраивало. Ты получал все, что хотел, а я не грузил тебя. - Я люблю тебя... и мне хочется не только секса... а разделять все твои чувства и желания... помогать тебе... слушать тебя... говорить и обсуждать с тобой все... Разве я много прошу? - Сэм подтянул колени к груди, грустно смотря перед собой. - Но ты же говоришь. Ты рассказываешь мне многое, шутишь... говоришь, что делать... - Прости... - юноша обернулся и обнял его. - Я чуть не потерял тебя... Демон покачал головой и не ответил, все еще глядя в потолок. Губы па-ренька задрожали. - Прости меня, пожалуйста... я... я совершил ошибку. Ты... ты не моя собственность и не принадлежишь мне, чтобы я указывал тебе что делать и кричал на тебя. Прости... Данте чуть боднул его головой. - Я вольный зверь... - Я понял... Прости... я так люблю тебя... - брюнет поцеловал его ладонь, уткнувшись в нее носиком. - Больше это не повторится. Мужчине не очень-то в это верилось, но он кивнул. Юноша прильнул к нему, уткнувшись в его грудь. Тепло тела любимого расслабили его, но он нехотя сел. - Мммм... так хорошо, но надо пойти поесть приготовить... - он встал и начал одеваться, морщась иногда от слишком резких движений. Его любовник сел, задумчиво глянул на него. - А может, пойдем, отдохнем сначала? Сэм нежно поцеловал его. - Я только поставлю тушиться мясо с картофелем. Это дело десяти минут. И пойдем отдыхать. А то есть хочется после нашей поездки, - он улыбался ему немного смущенно, краснея. Данте вздохнул и отпустил его, сам ушел в их комнату, принял душ и завалился спать. Юноша быстро поставил все готовиться в духовку, включил таймер и пошел наверх. Он ополоснулся и скользнул в постель, прижимаясь к любовнику. Тот прижал его к себе и проспал так с ним до утра. Утром Сэм вздохнул и пошевелился в его руках, суточная голодовка вызвала в желудке голодное урчание. Демон недовольно прижал его к себе покрепче. Паренек вздохнул и, смирившись, уткнулся ему в грудь, пытаясь уснуть. От его шевелений любовник открыл один из своих лиловых глаз. Но юноша прикрыл глаза длинными ресницами, делая вид, что спит. Данте усмехнулся и подул ему в ушко. Брюнет сморщил носик и поежился, хихикнув. Наемник наклонился и поцеловал его. - С добрым утром. - С добрым... - Сэм нежно улыбнулся и обнял его за шею, целуя. Мужчина погладил его по бочку. - Как спалось? - Замечательно... - юноша уткнулся ему в шею, чуть прикусив нежную кожу. Потом юркий язычок скользнул по шее к ключице, облизывая и покусывая ее. Данте застонал. - Крольчонок, если ты не прекратишь, то останешься без еды еще минимум до обеда... Паренек жалобно хныкнул, потеревшись о него пахом. Губы нашли его сосок и сжали его, прикусив потом зубками. Сейчас это жаркое сильное тело было для Сэма важней всего. - Значит, поедим потом... - через пару минут комнату наполнили жаркие стоны и крики. Лишь спустя пару часов брюнет был уже почти в отключке, обвившись вокруг Данте руками и ногами как обезьянка. Тот пощекотал его слегка. - Хилячок. Юноша пробурчал что-то и открыл глаза. - Пошли есть? – он с трудом потянулся. Демон кивнул. - Пошли, а то ты совсем замучился... хотя можешь считать, что сегодня была "прощальная гастроль". Сэм слегка надул губки и грустно спросил: - Я тебя хоть увижу в постели? А то я спать не люблю один... пожалуйста... Мужчина усмехнулся и чмокнул его. - Буду падать рядом с тобой. Парень обнял его и потерся о его плечо как котенок. Они ополоснулись и, одевшись, спустились в кухню. Там уже сидел грустный Луиджи, доедая его вчерашнюю стряпню. - Наконец-то... Сэм с грустью посмотрел на противень. - Я это делал на два дня... Хм... - он встал к холодильнику и достал все для омлета - это было самое быстрое. - Прости... Я почему-то в последнее время постоянно голоден... Француз улыбнулся. - Я еще сготовлю. Вам теперь нужны будут силы. И мороженое сделаю много, вам обоим хватит. - Мороженое – это хорошо, - на кухню вошел Данте. - А вот ты, проглот, привыкай к двухразовому питанию. Чаще есть у тебя просто не будет времени. В 6 утра подъем, завтрак, потом до 10 вечера тренировка и ужин. - Я сдохну... - резюмировал Луи. Сэм моргнул. - А я чем все это время буду заниматься? - почесал затылок. - А можно с вами? Демон с сомнением посмотрел на него. - Ну, попробуй... Юноша чмокнул его благодарно в висок, ставя перед ним и Луиджи по большому куску омлета с ветчиной и сыром. Сам сел рядом и тоже стал есть. Бунтарь быстро умял свою порцию. - Ты не слишком-то наедайся, - хмуро посоветовал, в глубине души завидовавший ему, Данте. - Сейчас я тебя гонять буду. Проверю, что можешь. Сэм мысленно пожалел парня, потому что представлял, как его будет гонять белобрысый гигант. Светловолосый парень видимо тоже это понял и перестал коситься на оставшийся кусок омлета. - Спасибо за завтрак, Сэмми. - Не за что... Так, где вы будете? Я приготовлю все и приду к вам... Старший наемник поднялся. - Ты лучше сегодня только готовь и отдохни, чтобы сил набраться. Сегодня же не тренировка на полдня-то. Так, проверка его сил. - Хорошо... - француз улыбнулся и стал убирать со стола. - На выход! - скомандовал Данте, и они с Луи ушли... Сэм убрался и приготовил еды, которой, при их здоровых организмах, хватило бы на неделю. Надо было только разогреть. Ну и, само собой, мороженое, а потом прикорнул на диванчике в холле, дожидаясь их. Вернулись парни только поздним вечером, когда уже стемнело. Причем младший еле волок ноги. - Садист... Брюнет проснулся и подскочил на диване. - Луи, как ты? - Жив... кажется... - голос парня был как у коматозника. Сэм накрыл на стол и поставил всего побольше с десертом и много сока. Луиджи ел вяло, над чем посмеивался Данте. - А тебе еще по лестнице наверх... - Я могу разложить диван внизу... - тихо сказал француз, сочувствующе глядя на юношу. Тот покачал головой. - Справлюсь... Спасибо, Сэмми. Брюнет улыбнулся другу и стал убираться в кухне. Гонсалес, еле волоча ноги, ушел наверх. Француз же подошел к Данте и нежно чмокнул его в висок. - Ты поел? Идем отдыхать? Мужчина кивнул. - Он слабее, чем я думал... - Ты сможешь натренировать его? Он хочет этого, я вижу... - паренек сел к нему на колени. Гигант обнял своего возлюбленного. - Да... но это будет тяжело... *** Данте вошел в комнату Луиджи ровно в шесть утра следующего дня и сдернул с него одеяло. - Подъем. 15 минут на подготовку и 15 на завтрак! Парнишка быстро встал, хотя и отчаянно зевая, со скрипом уложился в поставленные рамки, и они вышли из дома к лесу. - Октябрь... красота какая, нужно Сэма в Париж свозить сейчас. Ну, чего встал?! Бегом! Бунтарь пробежал два километра, потом упал без сил. - Хреново... тебе еще 3 нужно пробежать. - Я больше не могу... Демон присел рядом с ним на корточки. - Представь, что у финиша стоит человек с оружием и, если ты не добе-жишь, он убьет там твоих родителей. Так будет легче. Поверь. Луи закусил губу и кивнул, собираясь с силами. Тут у его учителя из брюк зазвучала песня: And your voice was all I heard That I get what I deserve So give me reason To prove me wrong To wash this memory clean Let the floods cross The distance in your eyes Give me reason To fill this hole Connect the space between Let it be enough to reach the truth that lies Across this new divide - Что это? - удивился парень. - Любимая песня твоего отца. А сейчас дай мне минуту, - Данте о чем-то поговорил с Мигелем и вернулся к нему. - Ты еще лежишь? Дальше начался ад... - Бегом, я сказал! Быстрее! Еще быстрее! Сколько ты там пробежал? Это много?! Бегом! - Ускоряйся с места! С места, я сказал!!! - Кувырок! Полная выкладка! А теперь бегом! Марш на гору! - Упал - отжался! Еще! Еще! Ниже! Угол правильный держи! А теперь бегом! Ускорился! По новой! - Наверх! Прыжок! Перекат! - Это ты называешь ударом?! Вот так бить нужно! До кровати он почти доползал... а в голове звучала все та же песня, что была в первый день. Сэм приходил к ним и тоже занимался. Он понимал, что это выглядит смешно, но тоже бегал и отжимался, пока не кончались силы. Он не хотел быть слабаком... Шли дни. И вот, наконец, Луи проснулся за пять минут до побудки. Тело привыкло к двухразовому питанию и 15 часовым тренировкам. Оно стало крепче и сильнее. Оно было способно теперь выносить жизнь наемника. Парень встал, лежать дальше не было смысла, так что он принял душ, оделся и пошел к Данте, которого встретил на середине пути. - Доброе утро, - в ответ раздался лишь одобрительный хмык. Они позавтракали и вышли на улицу в той же одежде, что и обычно: Луиджи в брюках, кроссовках и футболке, а Демон в рубашке, брюках и ботинках... - О, снежок! - белобрысый явно обрадовался, а вот Бунтарь... Он с горестью вспомнил, что зима во Франции всегда наступает внезапно. Было холодно, но куда деваться? - Бегом? - Ускоряйся с места. Пошел последний месяц тренировок. Через два дня после первого снега, Данте стал учить его владеть ножом, не забывая впрочем и о физ подготовке, нормы которой все ужесточались, доводя парня до изнеможения каждый день. Сэм тоже приходил на тренировку. Он старался, как мог, и выдерживал в сто раз меньше Луи, но с каждым днем юноша старался все больше и больше, а тонкая фигурка постепенно становилась не такой хрупкой. Демон улыбался любовнику, видя его старания, однако это были далеко не те успехи, которых достиг Луиджи. Но вот наступил трескучий январь, и парню пора было уезжать. Вечером все трое сидели за прощальным ужином. Сэм, несмотря на усталость, расстарался в этот раз, и стол был великолепным. Нежное мясо под соусом, запеченная рыба с лимоном и еще много всего вкусного, а вишневое мороженое с коньком и нежный клубничный пудинг просто источали божественные ароматы. - Сэмми, ты прелесть! - улыбнулся ему, уже прямо сидящий за столом Луи. Данте хмыкнул. - А то! Мой крольчонок. Брюнет порозовел. - Угощайтесь! Я старался... Мужчины с удовольствием поели и разошлись спать... Утром Луиджи улетел. Сэм загрустил, бродя по дому утром. Он смотрел в окно, а там падал снег. Погода была мерзкая. Демон спал долго, впервые за месяцы он мог себе это позволить. Проснувшись же наконец, сел на кровати, ища взглядом любимого, не найдя встал, пошел его искать. Когда тот нашелся у одного из окон, тихо подошел и обнял его со спины. Вид при этом у грозного наемника был сонный и домашний: всклокоченные волосы, а из одежды только джинсы. Юноша прильнул к нему, откинувшись ему на грудь. - Я люблю тебя... - Сэм расслабился в его руках, улыбаясь его отражению в стекле. Данте положил голову ему на плечо, прикрыл глаза. - Красиво... Хочешь, в Париж поедем? Там сейчас еще украшения с Рождества могли не убрать... - Давай... - паренек прижался щекой к его щеке и тихо прошептал: - С тобой - хоть на край света... Мне нравится с тобой. - Я люблю тебя, крольчонок... Только больше не вставай так рано! *** В Испании не было холодно, и Рождество там было менее заметно, чем во Франции, но тренировки тоже шли. Мигель учил Долтона пользоваться своей силой... Что сказать? Гонсалес был хорошим учителем и понятно объяснял, но требовал... мама дорогая! Так что его ученик часто дрых без задних ног, только доползя до койки, чем был жутко недоволен Марио, возмущенно глядящий, что у Рика нет пока проблем на... "ночном фронте". Но бывший агент ничего не мог с собой поделать, только смотрел на любимого глазами побитого щенка, и тот сдавался, делая ему массаж. Долтон отрубался, засыпая с довольной улыбкой. Через месяц Марио не выдержал и налетел на сына любовника, чтобы тот попридержал Наемника, а то никакой личности и бревно в постели ему не нравились. Вечером Рик, скользнув к Мигелю в объятья, попросил: - Ты мог бы не так изводить отца? А то мы тут как кролики... а Марио лежит рядом с отцом, который в отрубе и слушает нас, скрежеща зубами… Гонсалес усмехнулся. - Завтра приедет Луиджи. Так что твой отец сможет отдохнуть, а вот я... думаю, вы с Марио поменяетесь ролями. Блондин вскинул бровь и промурлыкал: - Вот как? Тогда чего ты ждешь? Или скучать не будешь по этому? - он провел руками по своей груди, задев бусинки сосков, провел по поджарому животу вниз... Мужчина только хмыкнул. - Ну, это ты меня строить начал... - дальше не было разговоров, а уснули они уже глубоким утром. Через пару же часов проснулся Долтон и поморгал. "Как-то слишком светло..." Увидев время на часах, он спохватился и соскочил с кровати, чуть не скинув с себя Марио, который проворчал что-то нелестное о бегающей грелке и опять отрубился. Нортон натянул штаны и бросился в комнату Мигеля. Он распахнул дверь и застыл, уткнувшись взглядом в своего тренера, обнимающего Рика. Оба сладко спали. - Ээээ.... Никто не открыл глаз и не отреагировал на его такое внезапное появление. - Мигель? - Долтон непонимающе смотрел на Гонсалеса. Тот, все так же не открывая глаз, послал его на трех языках по одному хорошо понятному адресу. Нортон-старший пожал плечами и ретировался к себе, а затем радостно начал тискать Марио. Тот сонно пищал сперва, а потом ответил на ласки и поцелуи любовника, по которым так скучал, и они забыли обо всем. Еще через пару часов раздался звонок в дверь. Никто не открывал ее, но звонок не утихал. Рик застонал и спрятался под подушку и одеяло, куда-то под бок Мигеля. Ему совершенно не хотелось вставать. Тот прижал его к себе, но тоже не отреагировал на звонок. Сверху сполз Долтон, разморенный после сладкого секса со своим любовником, и открыл дверь. - Кого там нелегкая... На пороге стоял Луиджи. Но это был уже не тот мальчик, что сидел с ним за столом 3 месяца тому назад. Его плечи и мускулы раздались, а лицо и фигура еще больше похудели. Даже взгляд светлых голубых глаз изменился. Он стал увереннее и жестче. - Доброе утро. Этот засоня опять не смог сползти с твоего сына, чтобы встретить меня? - парень спокойно вошел в дверь и бросил сумку на ближайшее кресло. Глаза встречавшего сузились. - Может, ты попридержишь язык и не будешь говорить так о моем сыне и своем друге?! Рик не шлюха какая-нибудь! - было заметно, что мужчина тоже не просто так провел эти месяцы. Фигура его была и раньше поджарой и мускулистой, но сейчас от него просто веяло силой и уверенностью. Луи фыркнул, падая в кресло. - Отец, я обидел тебя? - Вовсе нет, - разделся спокойный голос из-за спины Нортона. - А тебе, Долт, советую начать привыкать к нашему общению, а не вести себя, как гимназистка, увидевшая мышь. Так ты долго среди наемников не протянешь. Долтон фыркнул и спросил: - Ты послал меня по одному адресу утром... и я правильно понял, что свободен? - Да. С сегодняшнего дня я тренирую сына... Кровать не сломайте на радостях. Антикварная вещь. Светловолосый мужчина фыркнул. - А ты не дай заплесневеть Рику. А то он застрелится без тебя... лучше бы ты и за него взялся, хоть в половину, как за Луи. Наемник поморщился. - Твой сын - ты и тренируй. Пойдем, позавтракаем, Бунтарь. - Скорее пообедаем, - хмыкнул парнишка. Долтон покачал головой и пошел наверх к Марио. Его удивило полнейшее равнодушие испанца к судьбе его сына, ведь он знал, что тот не так силен. Гонсалесы же отправились в столовую, где обменялись новостями, а оттуда – в спортзал. Рик вприпрыжку выскочил из комнаты в майке и обтягивающих мягких штанах. Он тоже вошел в спортзал и замер на пороге, наблюдая за Мигелем и его сыном. - Привет, Луи. Те только встали друг напротив друга и не успели начать бой. Младший Гонсалес взглядом спросил разрешение у отца, потом повернулся и улыбнулся другу. - Привет. Рик улыбнулся ему и попросил: - Эль, можно понаблюдать? Я тихонько... Тот сразу же покачал головой. - Нет. Во всяком случае, сейчас тебе тут не место. Нортон-младший надулся и ушел в гостиную, сев там с книжкой на диване. А Луиджи и Мигель вновь встали друг напротив друга. - Сейчас мы проверяем, что ты можешь, поэтому дерись так хорошо, как можешь, я отвечу тем же. Парень кивнул и бой начался... хотя скорее не бой, потому что через каждые пару секунд он пролетал по залу. Долтон вошел после надцатого полета Луи через весь зал. Он, скрестив руки на груди, наблюдал за ними с интересом. В следующий раз парень приземлился почти у его ног: лицо его было разбито в кровь, но он поднялся. Наемник же недовольно посмотрел на него. - Не пытайся обогнать меня, просто блокируй удары! - Ты не слишком с ним жестко, Мигель?! Испанец посмотрел на Долтона. - А противник будет мягок к нему в реальном бою? - Прости... но в большинстве, ваши противники - люди. Разве будет атака столь жестока? Мало, кто равен тебе по силе... Старший Гонсалес фыркнул. - Значит, я должен сдерживаться и учить его не до конца, полагаясь на случайности? Ну, а предположим один шанс из тысячи, что его противником будет такой, как я. Что тогда? Нет, уж, Долт, лучше я буду жесток с ним, пусть он с кровью, но получит все, что нужно. Пусть он выживет. Долтон посмотрел на Луи и вздохнул. - Пойду, схожу за аптечкой. Мигель кивнул, когда мужчина был уже у двери, в его голове зазвучало. "Поэтому я и не буду учить Рика... я не хочу бить его... не могу..." "Ты мог бы дать ему основы. Он неплохо дерется, но ему нужно заниматься... Он боготворит тебя. Помоги ему. Он не хочет учиться у меня". "Нет. Я не могу бить не в полную силу. Да и пусть он не заходит. Не хочу, чтобы он видел..." Луиджи попытался контратаковать и сделать подсечку, но Наемник разгадал его прием и подпрыгнул чуть раньше с расчетом, чтобы приземлиться ему на ногу... Парень застонал от боли, едва сдерживая крик. - Что встал, - рявкнул Мигель на Долтона. - Тащи аптечку, я ему ногу сломал. Нортон побледнел и выбежал. Рик хотел ему помочь, но он покачал головой и, взяв аптечку, вернулся в зал. Он собирался склониться над Луи. Но Наемник отогнал его и сам залечил ногу парня. - Отдохни до завтра. Сегодня была проверка, завтра я возьмусь за тебя всерьез, - сказав это, он ушел. Луиджи с трудом поднялся и побрел в свою комнату. - Спасибо, за помощь, Долтон, оставь здесь, пожалуйста, аптечку. Думаю... она мне часто будет нужна. Бывший агент молча поднял бледного Луи на руки и понес на верх. Тот благодарно кивнул. - Спасибо, еще раз. Мужчина осторожно опустил его на постель. - Тебе силы еще понадобятся... - он увидел фотографию на подушке, и глаза его потеплели еще больше. - Это... Твоего отца звали не Малкой Сандерс? Тим повернул голову, его глаза стали грустными, когда он посмотрел на фото родителей. - Да. Ты знал его? - Я служил с ним в ВВС... до службы агентом. Он был замечательным человеком, - Долтон погладил волосы Луиджи. Парень вздохнул. - Да... он любил нас с мамой... но его рано забрали у меня... как и ее... А теперь я даже не похож на них! - Зато ты помнишь их такими, какие они были и как любили тебя. Это главное, - Нортон мягко улыбнулся ему. - Ты не похож и на Мигеля. Разве ты из-за этого меньше его любишь? Луиджи покачал головой. - Он заменил мне их... ты, наверное, уже понял, что он может быть хорошим, но когда беспокоится о чем-то... его не остановить. - Я знаю... - Долтон посмотрел ему в глаза. - Друзья? Он протянул ему руку. Парень пожал ее. - Навсегда. Нортон с удовольствием сжал его сильную руку, потом спросил: - Ты здорово вымотался. Давай я принесу тебе поесть? Луи покачал головой. - Сам через часик спущусь. Нужно готовиться. Эти три месяца для меня будут дольше первых... Он оказался прав. Мигель гонял его еще хуже Данте с той разницей, что тот только давал ему упражнения, а отец еще и устраивал многочасовые спарринги. При этом, если день заканчивался без переломов, это был удачный день: ушибы, синяки и кровь, давно вышли из учета ущерба. Долтон каждый вечер делал перевязки Луиджи и лечил, как мог, стараясь помогать ему. Старшего Гонсалеса тоже выматывали эти занятия, он просто приходил в комнату и падал на кровать рядом с Риком, хотя остальное время, вне комнаты, старался казаться бодрым и ничуть не уставшим, он не любил показывать свои слабости. Его любовник добыл где-то крем с расслабляющим эффектом и делал ему каждый вечер массаж, разминая сильные, но уставшие мышцы. Он целовал его и успокаивал своим присутствием, терпя его долгие отлучки, хотя и очень скучал. Однако ничто не вечно, кончились и эти три месяца, наступил апрель. Все сидели вечером за столом, когда Мигель посмотрел на Луи. - Как чувствуешь себя после последней тренировки? Рик поднял голову от тарелки, чувствуя, что что-то переменилось. Долтон улыбнулся Луиджи. Тот хмыкнул. - Знаешь, а хорошо. Я уже привык, да и драться вроде стал лучше? - Точно. Я рад, что смог, наконец, научить тебя этому. Любовник посмотрел на Мигеля из-под ресниц. "Так ты сегодня... свободен? " Его мысленный вопрос буквально был пропитан желанием и голодом. "Сегодня отосплюсь, а с завтрашнего дня я твой". Луиджи словно угадал, о чем они говорят и усмехнулся. - У меня завтра самолет в Австрию. "Привет, Мишель!" Рик чмокнул Мигеля в щеку и посмотрел на Луи виновато. - Прости… я просто... ну... - Как он мог объяснить брату, что соскучился по поцелуям и объятьям любимого? Тот лишь хмыкнул. - Я рад за вас, ребята... *** У Стрелка было полгода, чтобы провести их с любимым до того, как приедет Луиджи. И он в отличие от других решил их не терять. В тот же день, когда они с Наги вернулись домой, он предложил ему съездить на свою родину. - Я уже два года в России не был, а ты узнаешь, как и где я жил. Что думаешь? Наоэ просиял. - Я с удовольствием, Андрюш! - юноша обвил его шею руками, с нежно-стью смотря на него. - Только мы вдвоем! Здорово! - Ага. Только... пообещай мне кое-что до отъезда. - Что именно? - телекинетик посмотрел ему в глаза. - Не применяй свою силу до конца нашей поездки. Наги закусил губу. - Я могу одну уступку? Если тебе... будет угрожать смертельная опас-ность? - голос его был робок. - Хорошо. Но я сам должен попросить или быть без сознания. - Хорошо. Клянусь, что применю силу только с твоего согласия или если тебе будет угрожать опасность, а ты будешь без сознания. Мишель радостно улыбнулся и притиснул к себе мальчика. Наоэ потянулся к его губам и прошептал: - Ты же знаешь, что я ни в чем не могу тебе отказать. Я люблю тебя, Андрей... - глаза его напомнили синий бархат. Мужчина улыбнулся. - Я тоже тебя люблю, малыш. Наги провел ладошкой по его груди. - Так, когда мы едем? Блондин на секунду задумался, потом широко улыбнулся. - А давай завтра? - Отлично... - юноша почти прыгнул ему на шею, обвив его талию ногами. - И еще хочу блинчиков с абрикосовым вареньем на завтрак! Стрелок плутовато улыбнулся. - Все, что пожелает мой принц! На следующий день в это время они уже сидели в самолете, подлетая к Москве. Телекинетик с любопытством вертел головой. Он немного понимал уже русский язык и с интересом прислушивался к разговорам попутчиков. - Жаль я мало понимаю... - вздохнул он грустно. Мишель усмехнулся. - А мне не жаль, потому что кое-что из того, что говорят, я бы не хотел, чтобы ты повторял. Паренек надулся и уставился в окно, высматривая интересненькое. Лунин же усмехнулся, натянул ему кепку на глаза. Наги клацнул зубами, зарясь на его пальцы, блестя глазами. Густые темные волосы, перевязанные в хвост, придавали ему немного экзотический вид даже в кепке и джинсах с футболкой. Мишель с удовольствием показал ему язык, зная, что сейчас объявят посадку, и мальчику придется сидеть в кресле, не делая покушений на него. Но глаза Наоэ говорили другое – "Я обожаю тебя!" Они согревали нежностью, мягкостью и любовью. Блондин улыбнулся, откидываясь на кресле и ожидая посадки. Наги пристегнул ремни так же, как он, и тоже отклонился на спинку кресла. Он в предвкушении ждал, когда увидит любимые места Мишеля и сгорал от любопытства. Самолет сел, и они, пройдя таможню и контроль, вышли из здания аэро-порта. - Вот я и дома... - Ты скучаешь по своей родине.... почему ты здесь редко бываешь? Стрелок вздохнул. - Слишком много неприятных воспоминаний... Наги взял его за руку. - Но теперь мы вдвоем и все будет хорошо. Обещаю, - его мягкая улыбка, как солнышко, разгоняла пасмурный день. Мужчина кивнул, повел его в сторону парковки. - Мне тут должны были машину оставить, а то не люблю я такси... Наоэ поежился, натягивая воротник повыше. Блондин заметил это и фыркнул. - Только не говори, что тебе холодно! Юноша пожал плечами и смущенно улыбнулся. - Ты же знаешь, у нас не так холодно... Мишель сделал вид, что расстроился. - А я хотел тебя на праздник мороженого отвести... но ты и так замерз, значит, не выйдет... - закинул их сумки в багажник, сел за руль. - Эй!!! Я люблю мороженое! - Наги возмущенно смотрел на него. - Но тебе же холодно, - голубые глаза смотрели с самым невинным выражением. - Мишеееель... - жалобно надул губки мальчик. - Я согреюсь! Мужчина хмыкнул. - Ну, вот, когда согреешься... Паренек опустил голову. Вид у него был, как у обиженного ребенка. - Я никогда не был на празднике мороженого... Стрелок усмехнулся. - Завтра сходишь. Телекинетик грустно пошел к машине и сел на переднее сиденье рядом с водителем. - Эй, чего грустишь? Наги махнул рукой и неуверенно улыбнулся. - Просто... веришь, нет... я мороженое попробовал всего лишь четыре года назад. Раньше и не подозревал, что существует такая вкуснятина. С тех пор обожаю его почти так же, как и... Данте. Блондин улыбнулся, взлохматил его волосы. - Но я же пообещал тебя туда сводить! Юноша обнял его и прильнул к его груди. - Все ок... просто немного взгрустнулось... - он потерся носом о его плечо. Мишель заставил его посмотреть себе в глаза, намереваясь докопаться до истины. Наоэ отвел глаза. - Ты же понимаешь, что до "Шварц", я не знал что такое тепло, ласка, доброе отношение, кино, школа, книги... мороженое... Это навсегда останется во мне... Слишком много времени... пролетело... Стрелок крепче сомкнул руки. - У тебя есть я. - Я знаю, любимый. Не знаю, как я жил до тебя. Нет, не жил... Существо-вал, - мальчик посмотрел в теплые глаза любовника. Мужчина поцеловал его и завел мотор. - Едем ко мне. Да, для всех ты сын моего японского партнера, которому я показываю Россию. - Хорошо... - юноша устроился поудобней и пристегнулся. Лунин достаточно быстро вел машину, но стараясь не нарушать правил. Наги же с любопытством разглядывал все вокруг, иногда спрашивая о каком-то здании или памятнике. Блондин с удовольствием отвечал, потом спросил: - Нравится? - Да, здесь очень красиво... - Наоэ с интересом вертел головой, пока они стояли в пробке на мосту. Мишель в отличие от обычных автолюбителей не барабанил пальцами по рулю, а наблюдал за парнишкой. Тот изъерзался на сиденье, пытаясь посмотреть все и сразу. Под конец его любовник едва сдерживал смех. Поймав его взгляд, юноша покраснел. - Я делаю что-то не так? – он постарался сесть на место, одернув на себе куртку. Стрелок покачал головой. - Нет, ты просто лучшее, что было здесь со мной. Наги смутился и улыбнулся ему. - Я рад, что сейчас у тебя будут более хорошие воспоминания о родине... и я буду в этих воспоминаниях. Блондин подмигнул ему, выворачивая руль. - Вот мы и приехали, - указал на 12 этажное здание. - Тут я живу, когда приезжаю на родину. - Здорово... - когда мужчина припарковался, они вошли в здание. Там на лифте они поднялись на 10 этаж и прошли в квартиру. Обставлена она была видимо еще в старые советские времена и с тех пор не менялась. Но в ней было множество фотографий и явно личных вещей, которые могли принадлежать не одному поколению Щербаковых. Наги посмотрел на Мишеля, спрашивая разрешения и, когда тот кивнул, стал с удовольствием ходить по квартире и смотреть. И было на что посмотреть, начиная от старой обивки и кончая черно-белыми фотографиями, военной формы и старинных вещей. Юноша тронул гитару над комодом, посмотрел на фотографии, погладил вышитые салфетки. Тонкие пальцы ласкали прошлое, любуясь тем, чего был лишен он сам, впитывая в себя все это как губка. Стрелок какое-то время наблюдал за ним, привалившись к косяку двери в комнату, потом спросил: - Тебе поесть приготовить или отдохнем с дороги? Юноша обернулся и, подумав, сказал: - Можно сока или чая? Лунин кивнул. - Хорошо, что догадался попросить наполнить наш холодильник... – он ушел на кухню, принес ему сока. Наоэ выпил сок и прижался к любимому, устало зевнув, хотя ему явно нравилось тут. - Хочешь поспать? Телекинетик смущенно порозовел и обнял его за шею, утыкаясь в грудь. - С тобой... так хочу... Мишель хмыкнул, уложил его на диван, сам лег рядом и прикрыл их покрывалом. - Тогда давай немного поспим. Сегодня у нас будет день лени. Наги сладко замурлыкал, сворачиваясь клубочком и прижимаясь щекой к его груди. - Я люблю тебя, Андрюша... - синие глаза сонно закрылись - Я тоже тебя люблю... - мужчина тепло улыбнулся и погладил его по во-лосам как маленького котенка, потом уснул и сам. *** Утром Наги проснулся и почувствовал, что лежит на чем-то горячем и жестком. Он поерзал, вытягиваясь и устраиваясь поудобней. Блондин под ним поморщился. - Мышка-шебуршишька... Телекинетик уткнулся ему в грудь, причмокнув губками, по-прежнему в полудреме. Мишель тем временем проснулся, аккуратно сдвинув его, встал и ушел в ванную. Юноша же свернулся клубочком опять, спрятав голову под подушку. Лунин принял душ, умылся и побрился, потом вышел в комнату, на мальчика он посмотрел с теплом и любовью, будить его было жаль, так что он пошел на кухню, готовить им завтрак. Когда вкусные запахи подразнили носик Наги, тот сладко вздохнул сквозь сон и сел. Он встрепенулся и убежал в ванную. В кухню брюнет вошел в одних джинсах, с влажными волосами, прилипшими к шее и плечам. - Доброе утро, Андрюш, - юноша потянулся. Мишель отсалютовал ему вилкой, которой переворачивал маленькие блиночки. - Привет, соня. Наоэ обнял его за талию и чмокнул в лопатку, потеревшись о нее носом. - Ммм... бросил меня там одного... - чуть куснул нежную кожу, а потом зализал обиженное местечко. Мужчина хмыкнул. - А кому я тут завтрак готовлю? Или ты не будешь? - Буду... обожаю твою стряпню... - парень стал покусывать его лопатку, а шаловливые ручки нырнули за пояс джинсов. Стрелок быстро отстранился. - Если хочешь сегодня на праздник мороженого, лучше быстрее ешь завтрак и одевайся. Наги надул губки и вздохнул, садясь за стол. - Неужели тебе не хочется? - Хочется, но если опоздаем к началу, смысла идти уже не будет. Решай сам, чего ты больше хочешь. Мальчик проказливо улыбнулся. - Извини, но сейчас - мороженого. Но обещаю, что когда вернемся, я сделаю все, что ты захочешь. Мишель хмыкнул. - Ну, посмотрим... Телекинетик сидел на стуле, распутывая пальчиками длинные, до попки, темные локоны. Когда расческа прошлась по ним без преград, завязал их в хвост на затылке. Его любовник накрыл на стол, сел напротив него, любуясь юношей. Наги улыбнулся ему. Большие синие с поволокой глаза под длинными черными ресницами, изящной формы носик, губы, улыбающиеся ему и белоснежная кожа подернутая румянцем на щеках и шее. - Ты так смотришь на меня... будто голоден. Блинчики, вроде, на столе... Мужчина усмехнулся. - Я уже сыт... блинчиками. Брюнет опустил ресницы и стал есть, облизывая пальчики от масла и варенья. Лунин закусил губу, стараясь, сдержаться и не кинуться на него. Наоэ собрал тарелки и поцеловал его в губы. - Спасибо... обожаю тебя и твои...блинчики, - хихикнул маленький проказник в губы любовника и пошел мыть посуду. Мишель вздохнул, пошел разбирать их сумки с вещами. Наги вошел в комнату. - Я прибрал все... - он натянул куртку. - Идем? Стрелок кивнул, вышел с ним, заперев квартиру. - Итак, на праздник? Юноша счастливо кивнул, и они вышли на улицу. Пройдя между домами, влились в общую толпу на большой аллее и вошли в огромный парк. - Парк Сокольники. Прямо от входа начинались палатки с мороженым разных фирм и палатки с игрушками и сувенирами. Тут Наги сразу превратился в ребенка. Синие глаза сверкали от счастья и удовольствия. Он ел мороженое, кидаясь от лотка к лотку, то с интересом заглядывая туда, где надували шарики, то клоунов, развлекающих маленьких детей. Мишель с улыбкой покупал ему мороженое, потом подвел к лотку с разноцветными шляпами, париками, обручами с рожками и прочим. - Может, выберешь себе что? Мальчик засмеялся и взял небольшие рожки как у дьяволенка. - Мне идет? - он лукаво наклонил голову. Его спутник засмеялся и кивнул, оплачивая покупку. - Теперь сразу видно, кто ты есть! - И кто я? – паренек лукаво улыбнулся ему, забежав вперед. Мужчина щелкнул его по носику. - Какое мороженое хочешь теперь? Фирмы "Русский холод", "Ля фам", "Магнат", "Баскин Робинс" или еще что? - Все хочу попробовать!!! - телекинетик стрелой умчался к самому боль-шому киоску. Лунин с усмешкой покачал головой, купил ему там мороженого и потащил его гулять по круговой аллее. Там было меньше лотков с мороженым, но зато попадались более экзотичные палатки: вышка с одетыми под язычников людьми с барабанами, которые продавали медовуху и распевали военные песни, всяческие компании по страхованию и мобильной связи, которые сегодня раздавали надувные шарики со своими логотипами. Медовухи мужчина купил себе, а к завершению круга на руке его спутника было привязано уже пять или шесть шариков. Наги сиял от счастья. Он никогда так хорошо и весело не проводил время. Он расспрашивал Мишеля о костюмах барабанщиков и других людей, слушая его, и совершенно не замечал восторженных взглядов женского пола и даже нескольких парней. Наконец они прошли круг, и Стрелок повел его в центр к большой сцене, где выступали артисты. Юноша с удовольствием слушал концерт, но потом количество народу увеличилось, и его оттеснили от любовника. - Мишель! - он попытался вернуться, но толпа мешала ему, а силу он проявить не мог. Лунин не сразу заметил, что парнишки нет рядом, но потом протолкался к нему, все же в его габаритах была огромная польза в толпе. - Я тут. Паренек прильнул к нему, цепляясь за куртку. Сердце его стучало. - Я... я думал, потерял тебя... я же не смогу даже твою квартиру найти... я... - он прикусил губку. - А по мобильному позвонить ты мне тоже не сможешь? - У меня его нету... забыл... - Наги опустил глаза. Стрелок едва не выругался. - А вот это уже конкретно плохо... Ладно, пошли на аттракционах покатаемся. Телекинетик переплел их пальцы, и они пошли сквозь толпу к аттракционам. Там молодые люди прокатились на нескольких, потом Мишель повел любимого в кафе, он понимал, что тот наелся и мороженым, но все же хотел для него серьезной пищи. Мальчик поморщился, но съел салат и еще что-то из горячего, что заказал для него любовник, сыто вздохнул, отвалившись на спинку стула. Мужчина поел куда плотнее, но он и мороженого не ел, потом они снова вышли на улицу и... пошел дождь. - Пся крев! - блондин быстро снял свою куртку и надел ее на возлюбленного. - А ты? – растерялся юноша. По лицу стекали капли, а волосы стали промокать. Стрелок быстро отвел его под козырек сцены. - Я закаленный, - улыбнулся и слегка щелкнул его по носику. Паренек опять шутливо клацнул зубами и посмотрел вокруг. - Так красиво... Русский обнял его и кивнул. - Да... - деревья в разноцветной листве, украшения, зажигающиеся уже лампочки... - Лепота... Наги положил голову на грудь ему и засмотрелся. Вскоре дождь кончился, и они вышли из-под навеса. Все еще идя под деревьями, пошли по кругу. Затем Мишель, пользуясь тем, что под курткой не рассмотреть фигуру его спутника, а из-за волос его можно принять за девушку, нежно поцеловал любимого в губы. Телекинетик улыбнулся ему в губы и ответил ему, играя его языком и чуть прикусывая нижнюю губу. Мужчина отстранился и улыбнулся ему. - Я тебя люблю. - И я тебя, Андрюша... - в синих темных глазах можно было утонуть. Юноша вновь потянулся к его губам. Они долго целовались, идя по кругу, потом вернулись к сцене и аттрак-ционам... День пролетел незаметно. Наконец стемнело, и они застыли, любуясь са-лютами. Потом пошли домой. Наги уже еле шел, и Мишель поднял его на руки. Брюнет прильнул к его груди. Завернутый в куртку и согревшийся в его объятьях, он задремал, улыбаясь во сне. На голове по-прежнему были забавные рожки, а в руке - воздушные шарики. Стрелок улыбнулся, донес его до своей квартиры, там раздел и уложил в кровать. Сам лег рядом и с улыбкой заснул. Наоэ, чьи волосы еще были влажными, замерз и прильнул всем телом к любимому, ища тепла. Тот вздрогнул, проснувшись, затем прижал его, поцеловал в макушку и снова уснул. *** Утром Наоэ проснулся первым и, скользнув под одеяло, решил "Сказать доброе утро". Мишель выгнулся и застонал сквозь остатки сна. - Малыш... Наги... Тот заурчал довольно и продолжил ласки, помогая себе руками. Вскоре мужчина проснулся, перевернулся, подминая его под себя, и они занялись сексом... где-то до середины дня. Телекинетик не мог оторваться от любимого, продолжая нежно целовать его алеющими, чуть припухшими губами, поглаживая его спину руками. Тот положил голову на подушку, нежно посмотрел на него. - Ну что, давай поедим? Паренек облизнул губки. - Ну, десерт я получил. Хочется теперь... мяса, - куснул его за плечо. Русский рассмеялся. - Мой маленький хищник. Юноша показал зубки и чувственно прикусил его сосок. Мишель рвано втянул воздух, решительно встал. - Пойду-ка я готовить, пока ты меня не съел. Наги изогнулся на постели, поглаживая себя и лаская. Вид его, весь в засосах с разметавшимися по постели волосами, мог соблазнить даже святого. Ангела, например. Стрелок рыкнул на него и спешно ретировался в ванную. Парень насупился и перевернулся на живот. Он лежал, подложив руки под голову и болтая в воздухе ногами. Через пару минут блондин пролетел мимо него на кухню, даже не глядя. Наоэ фыркнул, потянулся и пошел в ванную. Потом оделся, причесался и, оставив волосы распущенными, пошел за любовником. - Ммм... как вкусно пахнет... - он сел за стол, не сводя влюбленного взгляда… со сковородки. Лунин усмехнулся. - Я скоро начну ревновать тебя к своей стряпне. Наги посмотрел ему в глаза и улыбнулся. - Попробуй хуже готовить. И я опять похудею... Мишель фыркнул. - Ну, уж нет! Опять будут кожа да кости - ущипнуть не за что! Телекинетик ехидно сказал: - Что и требовалось доказать. Я люблю твою стряпню, а тебя - еще больше! Блондин просто поставил перед ними тарелки с едой. - Прошу, ваше высочество. Юноша послал ему воздушный поцелуй и принялся уплетать, запивая горячим чаем. - Мммм... супер!.. Стрелок улыбнулся. - Чем сегодня займемся, учитывая, что полдня у нас уже нет? - Я хочу в кино... своди меня на какой-нибудь ваш фильм... чтобы интересно было. - Ты ж по-русски не понимаешь! - Ну... – паренек смутился. - Ты же мне расскажешь? Мужчина поднял бровь. - Я тебе весь фильм переводчиком работать буду? Только честно, тебе меня не жалко? Мальчик смущенно и виновато опустил голову. - Ну тогда покажи мне просто то, чего у нас не найти... что-то особенное... Мишель задумался, глянул на часы. - Нет, туда уж поздно... и туда тоже по большому счету... Наги совсем взгрустнулось, и он опустил нос. - А знаешь, сегодня посмотрим старые фотографии, потом я включу какой-нибудь местный канал, посмотрим, может, попадется российский фильм. Согласен? - Да! - Наоэ радостно метнулся в его объятья. Стрелок обнял его. - Отлично. Доедай и пошли. Брюнет быстренько доел все, выпил чаю и убрал со стола. Русский же пошел в их комнату, достал старые альбомы с фотографиями и расположился на диване. Юноша сел рядышком, поджав под себя ноги, и с интересом сунул в них нос. - Это мой отец, - на фотографии был солидный мужчина в костюме. - Это мать, - дальше следовала изящная женщина в платье. - Это их фото на курорте. Это – свадебные. - Ты похож на отца... - брюнет прижался к его плечу. Лунин хмыкнул. - Немного... Ой! Дальше не смотреть! Это я маленький... Но Наги убрал его руку и залюбовался белокурым крохой. На его губах была нежная улыбка. Мишель смущенно отвернулся. - Ты такой милый здесь... - в голосе телекинетика не было смеха, а чистая нежность и любовь. Мужчина вздохнул и перевернул страницу. Там ему уже было лет 12, мальчик напялил явно отцовскую пилотку и стоял по стойке смирно. Наоэ улыбнулся нежно, погладив фотографию, но взгляд его стал грустным. - Что такое? - сразу же заволновался Стрелок. Паренек покачал головой. - Потом… Покажи еще... пожалуйста... - Нет, скажи. Юноша опустил глаза. - В этом возрасте я... попал в Эстет... Ты тут такой милый... чистый... А я... Мишель закусил губу. - Я не был лучше, чем ты. Я в том возрасте мечтал стать военным... Отец поддерживал... Военные тогда были в чести, хотя он больше хотел для меня партийной карьеры, но все равно... С его связями, если бы я остался в России, я бы мог быть и генералом... Только вот руки бы у меня все равно были в крови. Наги провел ладонью по его щеке. - Прости меня. Я не хотел плохих воспоминаний. - Это не плохие. Я тогда свято верил, что это правильное решение... - Стрелок перевернул страницу. Там ему было лет 14 и он стоял с... девушкой. Брюнет прикусил губу. - Кто… это? - Лена... моя невеста. - Кто? - голос юноши дрогнул. - Моя невеста... ну, была ей тогда. Ревность кольнула телекинетика, он тихо спросил: - Что с ней случилось? - Она погибла вместе с моей матерью... уже в самом конце войны... я тогда в Берлине уже был... Я же... ну да, я тебе не говорил. Но я в 17 лет в 41 сбежал на фронт добровольцем. Как не погиб под Москвой... один Бог знает. Потом 4 года войны. Весна в Берлине. Победа... А тут письмо... что их больше нет... Мой шрам, что над сердцем, я тогда получил. Напился и ходил по городу без прикрытия... если б не Мигель... меня б убили тогда… Потом мы все, с Данте, приехали в Москву… - он сглотнул. – Тут я узнал, что отца не стало еще в апреле… В общем в России меня ничего больше не держало, кроме трех могил, и я присоединился к команде. Наги крепко обнял его и, сунув руку под рубашку, положил ее на тот самый шрам. - Спасибо... ЕМУ, - прошептал он со слезами на глазах, но все равно не называя Гонсалеса... старые страхи и обиды все еще были глубоко в его сердце. Стрелок отложил альбом, стал сцеловывать его слезы. - Не плачь, кроха. Я же тут... Юноша подставил ему лицо и прошептал: - Если бы не ты... я бы погиб тогда... если бы не ты, я никогда бы не узнал, что такое счастье... - Я тут и я люблю тебя. Не плачь. Ты же знаешь, мне больно, когда ты плачешь. Паренек прильнул к нему и уткнулся ему в шею. Вскоре слезы высохли. - Прости... я не хотел... я такой слабак, когда дело касается моих чувств к тебе... Мишель усмехнулся. - Тогда я тоже слабак. Я чуть не умер, когда узнал, что тебя поймали. Брюнет поднял на него глаза. - Ты никогда не был и не будешь слабаком. Это невозможно, - телекинетик поцеловал его. Он никогда не говорил, что происходило тогда в лаборатории и как его "ломали". Мужчина крепко прижал к себе возлюбленного. - На тебе появились новые шрамы после этого... расскажи, что произошло? Мальчик сжался. - Андрюш... не надо... - Пожалуйста. Я должен знать. Наги опустил голову и тихо вздохнул, прежде чем сказать: - Параномы есть разные... Есть и те, кто создают прекрасные иллюзии. Они вламываются тебе в голову, вычленяют оттуда самое дорогое и... так это ставят, что тебе больше ничего не надо... ты хочешь смерти и... Тебе плевать на все... и ты видишь это снова и снова... Мишель ощутимо вздрогнул. - Что видел ты? - Тебя. - Эээ... я что такой страшный? Юноша вздохнул. - Ты... ты сказал, что от меня у тебя только проблемы... что я тебе надоел своими слезами и вечными "люблю"... что ты не хочешь меня больше видеть и... чтобы я лучше... сдох тогда... вместе со своей девкой... – его голос срывался от боли. - Что я шлюха... и что ты явно не был у меня первым и я... не ценил того... что мне дают... - парень разрыдался. - Он ... ты... резал меня... брал нож и резал по живому... И говорил... говорил... - Шрамы... оттуда?.. - срывающимся голосом едва смог выговорить рус-ский. Наги кивнул сквозь слезы, почти вжимаясь в его тело, умоляя обнять и не отпускать его. Он дрожал. Стрелок уже пожалел, что спросил, но сейчас мог только крепче сжимать руки. - Я люблю тебя. И всегда хочу слышать то же в ответ. Мне нравится ре-шать твои проблемы. Я хочу ВСЕГДА быть вместе с тобой. Я НИКОГДА не думал, что тебе лучше было бы умереть. Я НИКОГДА не жалел, что спас тебя. Жалел только, что мы так поздно встретились. Мне плевать, что и кто был у тебя до меня. Я ни о чем не жалею. - Мишель... Андрюшенька... - губы телекинетика дрожали, когда он цеп-лялся за его рубашку. - Я люблю тебя... люблю... больше жизни... Ты когда меня тогда поцеловал... я... думал сердце остановится во второй раз... я старался забыть о том... и я понимаю, что это был не ты... Юноша обнял его за шею, смотря в его глаза. - Тогда что ж сердечко хотел остановить? - Я думал... ты потом... уйдешь... Что тот... опять... Я плохо понимал в те минуты. Было больно, - Наоэ был бледен. - Ясно... Давай больше не будем об этом... я ведь себе укол сделал, чтобы умереть, если ты умрешь... - Я понял это потом... прости меня... - паренек поцеловал местечко на шее, куда тот вогнал тогда шприц. - Я люблю тебя. - Никогда тебя не отпущу больше. Пусть меня лучше убьют, чем с тобой еще такое сделают. Глаза Наги наполнились ужасом. - Что ты такое говоришь? Нет... только не это!.. Я же... не смогу без тебя... Мишель вздохнул. - Ладно... а твои друзья? С ними то же самое делали? - плавно старается увести разговор. Брюнет прильнул к нему, дрожа. - Я не знаю... каждого "ломали" по-своему... Выискивая самые больные места. - Они не говорили тебе? Парень покачал головой. - У Брэда голова болела очень после... а Шульдих... его рвало долго, и он тоже... говорил, что болит голова... Они вызывали его чаще всего... Им нужна была его сила для экспериментов. - Ясно... Повезло Демону, что он псих. Юноша горько улыбнулся и кивнул. Через пару минут Наги погладил альбом. - Ты покажешь мне еще? Стрелок быстро кивнул и открыл следующие фотографии. Там были уже группы. Он с матерью, с отцом, с невестой, с друзьями. Их было много. Телекинетик рассматривал фотографии, поглаживая чуть помятые уголки пальчиками, и людей, подаривших ему Андрея. Дальше шли военные фотографии. Мишель с фронтовыми друзьями на их танке, одетый в форму иногда улыбающийся, иногда усталый и грязный. Последней была фотография полуразрушенной стены, на которой было написано "Берлин - мы победили!". - Ты был там... Здорово... Русский приподнял бровь. - Ты о чем? - Ну, просто об это столько писали... книги... кино... а ты был там на самом деле. Мужчина вздохнул. - Это не здорово, малыш... Все, что ты видел – красивая обложка, а там мы каждый день ходили под Богом. Там гибли мои друзья и товарищи, там был несколько раз ранен я. И мы не знали, может, сегодня тот, с кем ты ешь из одного котелка, потому что провизии не хватает, и все: и офицеры, и рядовые, кидали свою пайку в общий котел, чтобы все наелись, чтобы каждый мог держать в руках оружие. Так вот мы не знали, будет ли сегодня вечером жив тот, кто сидит рядом с тобой. Это грязь и кровь, Наги. Только это было тогда. Ничего из того, что потом показывали и писали не соответствовало реальности. Юноша взял его руку и прильнул к ней губами. Он не мог передать словами свои чувства. Мишель отложил альбом. - Ладно. Я, кажется, обещал тебе фильм? - Да... - брюнет тепло улыбнулся и, пока его любовник настраивал телевизор, принес им на диван стаканы с соком. Лунин сел рядом с ним. - Ну, посмотрим, что тут показывают... - через пять минут он остановился на одном фильме. - Неплохой. Уже послевоенный. Наги с любопытством стал следить за героями, понимая и без слов, что происходит, и с удовольствием слушал песни... Стрелок стал переводить, стараясь успевать за актерами... вскоре почти охрип. Паренек закрыл его рот ладошкой, чмокнул в нос и стал просто смотреть и слушать музыку. Было видно, что ему нравится. Мужчина откинулся на диване и незаметно засунул. Японец же посмотрел два фильма подряд, а потом тоже, под воркотню с экрана, заснул на его коленях. Проснулся наемник уже среди ночи, выключил телевизор, раздел мальчика и разделся сам, уложил его и себя в кровать, так они проспали опять до самого утра. *** В этот раз утром Наги попытался тихонько слинять из постели пораньше. Мишель поймал его за лапку, когда тот уже почти встал и потянул на себя. - Ты куда? Паренек уткнулся ему в шею. - Хотел сделать тебе завтрак в постель. А то все время ты готовишь, а я - лентяйничаю. Стрелок подозрительно глянул на него. - А ты умеешь готовить? - Ну, заварить чай и сделать бутерброды и омлет я могу, - юноша смущенно потупился. Мужчина сдался. - Ну, давай... Телекинетик чмокнул его в нос и пошел на кухню. Через полчаса он принес на большом подносе чай свежезаваренный, бутерброды и омлет с тертым сыром. Все было красиво сервировано на чистой салфетке. Его любовник тем временем привел себя в порядок и прибрал комнату. - Чем займемся сегодня? - Еще рано... может, куда-нибудь сходим? - Наги сел на постель и поставил ему на колени поднос. Мишель посмотрел на часы и довольно хмыкнул. - Ну, раз мы встали так рано, то сегодня будет обширная программа! Сначала мы поедем на Кутузовскую. Покажу тебе дом, где я жил, и школу, где учился. Потом мы покатаемся на метро, не кривись, тут метро не загаженная помойка, как во всех странах, а произведение искусства! И, наконец, мы заедем на Красную площадь! Покажу тебе Кремль и Собор Василия Блаженного. - Здорово! - брюнет поцеловал его и побежал в ванную. - Ешь, если тебе понравится, конечно. Я старался. Русский усмехнулся, попробовал и... накинулся на еду. Юноша вышел из ванной весь порозовевший и влажный, в одном полотенце и стал копаться в шкафу, доставая свежую футболку и белье. Его любовник заинтересованно наблюдал за ним все это время. - Ты классно выглядишь... всегда после ванны. Такой розовый, распаренный... и с распущенными волосами! Обожаю твои волосы! Скулы Наги порозовели еще больше, и он оглянулся через плечо на него, улыбнувшись. - Тебя не смущают мои шрамы? - А тебя мои? - с усмешкой ответил вопросом на вопрос блондин. - Меня они возбуждают, - серьезно ответил мальчик. - Так и представляю, как целую и вылизываю их один за другим... Он скинул полотенце и теперь его попку прикрывали только волосы, как раз закрывающие обзор на самое интересное. - Шалунишка! Одевайся, а то никуда не пойдем. Наоэ кивнул и стал быстро одеваться. Но его наклоны и одевание тоже не хило провоцировали, хоть он и пытался прикрываться. Мишель рыкнул. - Наги! Юноша, путаясь в штанах и чуть не падая, убежал в ванную, что-то пискнув. Стрелок включил телевизор, особо не вникая в передачу, просто, чтобы отвлечься. Через 10 минут уже одетый телекинетик вышел из ванны, завязывая волосы в конский хвост. - Я готов, - смущенно сказал он. Блондин выключил телевизор и подал ему руку. - Тогда пошли. Паренек взял его за руку. Пальцы его по-прежнему были прохладными. Они отправились в путь. Мужчина привез своего возлюбленного туда, где проходило его детство, он прошел по улицам, показывая на дома и говоря, что там раньше было, на его губах при этом была печальная улыбка. - А тут был мой дом. В соседнем жила Лена. А вооон там была школа, куда мы ходили, ее закрыли еще в войну, переделав под полевой госпиталь. Японец с любопытством вертел головой, представляя себе обстановку и то, как все тут было во времена детства Андрея. Наконец они обошли все памятные места и спустились в метро, Мишель специально добрался до Кутузовского верхним транспортом и теперь наслаждался эффектом. - Как тебе? - Как во дворце... - Наги затаил дыхание, рассматривая округлившимися глазами станцию. Стрелок улыбнулся. - Знаешь, нашего вождя того времени можно ненавидеть за многое, но за этот проект... я бы простил ему половину. Каждая станция строилась по уникальному проекту, который выбирали на конкурсе, причем строгом конкурсе и не скупились на затраты. Для одной даже привезли редкий мрамор просто, чтобы облицевать им колоны! Редкий мрамор за тридевять земель везли на колоны для подземки! И в итоге такая красота, - он огляделся с восхищением и любовью. - Знаешь, я рано родился, но если бы я сейчас жил в Москве, я был бы здешним завсегдатаем, если не жителем. Телекинетик с интересом слушал его, любуясь колоннами и потолком... Потом они поехали в центр и долго бродили по самому сердцу первопре-стольной. Мальчик с любопытством и восхищением рассматривал храм и Кремль. Он цеплялся за руку Мишеля, оглядываясь по сторонам. Тот лишь улыбался и давал ему самому все увидеть и понять. Наги, восхищенный, повернулся к любимому. - Тут так красиво! Мужчина хмыкнул. - А почему ты думаешь, я люблю свою родину? Она прекрасна! Как и ты. Юноша смутился, опустив глаза. - Ты так говоришь... я вижу, как ты красив и я тебя обожаю. Но... я же другой... - И что? Паренек пожал плечами и усмехнулся. - Только ты считаешь меня красивым. Я таковым себя не считаю. Стрелок фыркнул. - Ну, тем лучше для меня... Завтра идем в Третьяковку! - Как скажешь... - брюнет боднул его плечо. - Домой? - Ага. Уже девять вечера, а ты до сих пор не ел! В животике Наги громко заурчало, словно подтверждая его слова, и юноша вздохнул. Они поехали домой, а на следующий день пошли в галерею. Японец зависал у каждой картины. Он любовался, выспрашивая у Мишеля хоть что-то о каждой. Он никогда не видел столько красивых картин. Блондин охрип к концу первого часа. - Тааак... В Эрмитаже возьмем гида! - Ой, мы и в Петербург поедем?! - телекинетик замер от шока и восхище-ния. - Если ты захочешь. - Хочу! - юноша смотрел на него как на Божество. - Андрюш, я люблю тебя! Обожаю! Лунин рассмеялся. - Приедем домой, закажу билеты и гостиницу. Завтра или послезавтра поедем. Если бы не окружающие люди, то Наги бы бросился ему на шею и зацеловал. Но он только смотрел на него теплыми синими глазами и улыбался счастливо. "Ради меня он делает столько... он ВСЕ для меня..." Мишель сдержал слово и этим же вечером сделал заказы через интернет. - Завтра в 23:15 наш поезд. Кстати, у нас двухместное купе в спальном вагоне, а учитывая, что это дорогой вагон и сейчас не сезон, мы скорее всего будем там одни, не считая проводников. Пошалим. В 5 с копейками будем в Питере. Номер я забронировал в отеле "Невский Плаза". Нам оттуда будет ближе, да и это самая известная гостиница, так что я не заморачивался поисками. Наоэ забрался к нему на колени и обнял его. - А мы еще приедем сюда? - Обязательно! Когда осмотрим все во второй столице. Брюнет прильнул к нему и уткнулся ему в шею носиком. - Мне так хорошо с тобой... легко... тепло... Ты - как мое солнышко. - Я твой хранитель. И я тебя люблю, - это было сказано на полном серьезе и с чувством. - Ангел... мой ангел-хранитель... - юноша поцеловал его шею, шепча: - Я тоже люблю тебя. Следующие часы до сборов и отправки на поезд пролетели сумбурно, наконец, они пришли на вокзал и сели в свое купе. Мужчина расстелил постель и заказал чай. Наги вытащил из сумки коробку шоколада и приютился с горячим чаем в руках рядышком с Мишелем. - Ммм... так здорово... у нас поезда не такие уютные... Стрелок усмехнулся. - Знаю... видел, когда работал пару раз у вас... Телекинетик взял шоколадную конфету и поднес к его губам. Блондин втянул конфетку в рот вместе с его пальчиками, стал их посасывать и обли-зывать. Глаза юноши потемнели, он задышал чаще, облизав пересохшие губы. Но Стрелок отодвинулся. - Скоро поезд тронется, тогда... Паренек же взял в рот еще одну конфетку и стал облизывать сам свои пальцы, смотря ему в глаза. Его любовник застонал и сам откинулся на своей койке, дожидаясь отправки с нарастающим нетерпением. Наги пересел на соседнюю койку и раскинул ноги в стороны, облокотившись о стену. Он провел пальцами по груди и соски затвердели, обрисовавшись под тканью футболки. Поезд тряхнуло. Мишель быстро встал и запер дверь. - Раздевайся. Брюнет стянул с себя футболку и расстегнул джинсы. Провел пальчиками по гладкому упругому животику. С волос давно слетела заколка, и они разметались по плечам темной шелковистой волной. Мужчина быстро скинул рубашку и шагнул к нему. - Обожаю ночные поезда. Юноша согнул ноги в коленях и расставил их шире. - Кажется я тоже... - он провел ладонью по его паху. В тот же момент Стрелок накинулся на него с ласками. Он жадно целовал и гладил его, как будто они занимались сексом не сегодня утром, а вечность назад. Он заставлял мальчика выгибаться и кричать при этом, никак не переходя к главному действию. Наги стонал и всхлипывал в его руках, выгибаясь и потираясь о его грудь своим телом. Его ладони скользили по плечам и спине Мишеля, чуть царапая их ноготками. Блондин не замечал этого, просто старался дать ему удовольствие и наиграться с его телом. Наоэ стонал от удовольствия, прижимаясь к нему. - Андрюша... Андрюшенька... пожалуйста... прошу... - он тихо всхлипнул. - Сейчас... - наемник медленно вошел в него. - Тебе не больно? Паренек всхлипнул и замотал головой. Длинные волосы разметались по постели. Он обвил ногами его бедра, скрестив лодыжки на его пояснице. Мужчина не двигался, давая ему время привыкнуть к себе. Брюнет нашел его губы и нежно и медленно поцеловал его. - Хочешь поиграть, малыш? - Дааа... - тихо прошелестел в губы любовника Наги, царапнув ноготками его бедро. - Тогда поиграем. Только не жалуйся утром, что не выспался. Мальчик поцеловал его в губы, прикусив нижнюю, потянул ее слегка, скользнув по ней язычком. Мишель ответил... так они провели время часов до пяти утра, потом легли на кровать Лунина, она все же была сухой, и уснули до 4:30, когда их разбудила проводница, возвещая, что скоро прибытие. Наоэ сонный, весь в засосах, стал одеваться. Он поморщился, поднимая с пола одежду, но потерся боком о стоящего рядом мужчину. Тот усмехнулся. - Что-то не так? - Я люблю тебя... - паренек чмокнул его в плечо. - Поможешь расчесать волосы? Он тряхнул своей гривой. - Неа. Иди так. - Ну, хотя бы распутай... - надул губки мальчик. - Это ты виноват в том, что они спутались... - А если я специально? Если они мне так больше нравятся? Паренек удивленно посмотрел на него и кивнул. - Ладно. Если ты так хочешь, - он убрал расческу и натянул куртку, откинув волосы назад. Блондин поцеловал его в макушку. - Ты готов все сделать, чтобы нравиться мне? Наги улыбнулся. - Да, конечно. Я же люблю тебя. Стрелок хмыкнул, и они пошли в гостиницу. - Как тебе номер? - Здорово, - юноша огляделся и плюхнулся на широкую постель и потя-нулся. - Поспим? - Мишель упал рядом. - Ага... - телекинетик стащил с себя кроссовки и джинсы и, только в фут-болке нырнул под одеяло, блаженно застонав. - Нямммм.... Русский рассмеялся, тоже разделся и лег с ним спать. Наоэ сразу прильнул к нему и устроил голову у него на плече, поерзав и вздохнув от удовольствия. В Петербурге у молодых людей было не меньше приключений, чем в Москве: обзорные экскурсии (Питер Мишель знал куда хуже, чем первопрестольную), прогулки на катере, походы по городу с путеводителем, осмотр усыпальницы императоров России и кунсткамеры. И, разумеется, Эрмитаж, где Лунин выполнил свою угрозу и взял гида, говорившего по-английски. К концу дня у Наги всегда заплетались ноги, и он едва плелся до номера. Но восхищение красивым городом и его улочками не утихало. Потом они вернулись в Москву, где пробыли еще несколько месяцев, но вот наступил март, пора было возвращаться и готовиться к приезду Луиджи. Наоэ не хотел возвращаться, и это было видно по его мордашке. - Прости, малыш. У нас нет выбора. Ты же знаешь. - Знаю... - юноша обнял его за шею. - Спасибо тебе за эти месяцы. Я был тут счастлив как никогда. Я люблю тебя. Стрелок фыркнул. - А обычно ты со мной не счастлив? Телекинетик улыбнулся. - Всегда. Просто мы тут были вдвоем... одни... и так хорошо... – он потерся о его плечо щекой. - Это было здорово. - Еще будем одни, а теперь давай собираться, а то опоздаем на самолет. Наги кивнул и пошел собирать вещи, прихватив сувениры, которые они напокупали, и путеводители с открытками из Питера. Вскоре они вернулись в Австрию, в уютную квартиру Мишеля. Тот сразу же стал искать, где они смогут тренироваться с Луи, все же он жил почти в центре города в квартире, а не в отдельном доме, тут звук выстрелов мог привлечь ненужное внимание... А через неделю к ним приехал младший Гонсалес. Наги удивленно разглядывал парня. - Ты так изменился... Тот холодно посмотрел на него и просто кивнул. В голубых глазах так и не растаял лед с первого дня их встречи в этом новом для Тима теле. - Стрелок... Привет, брат. Блондин усмехнулся. - Да... пожалуй, теперь ты можешь мне так говорить, - он оглядел парня. - Ты возмужал и окреп. Больше и не назовешь тебя мелкой пакостью... Они обнялись. Телекинетик прикусил губу и ретировался в другую комнату, подальше от ледяных глаз Луиджи. Мишель все заметил, но говорить ничего не стал – сейчас было не время. На следующий день они с Луи начали свои тренировки. Парень поначалу постоянно закрывал глаза на стрельбище, что безмерно злило его учителя, но постепенно тот стал перенимать нужные вещи. Наги приготовил им ужин и свернулся клубочком на постели, читая книгу. Он не хотел лишний раз сталкиваться с другом любовника. Тот отвечал ему тем же, полностью игнорируя японца все три месяца. Один раз, когда Бунтарь просто оставил посуду и ушел, молча, игнорируя его, брюнет собрал тарелки и стал их мыть, а потом тихо заплакал. Ему было обидно. Его возлюбленный пришел, ничего не говоря, стал целовать его. Юноша уткнулся ему в груди и всхлипнул: - Почему он так? Просто... я сказал тогда не так... Этот... Такаба... я пожалел его... ведь у него, наверное, была девушка, отец и мать... которые думают, что он мертв, а теперь в его теле Луи. Я не хотел говорить, что он убил его, это не так! Просто... я... ох... Я был рад, что он жив... рад... - Он максималист и трудно прощает... А ты, по сути, сказал ему тогда, что лучше бы он умер, чем забрал это тело. Это надолго... - Я не хотел! Он мне дорог, как и все остальные! Просто я помню как убили Тот, убрав ее как ненужное! Это другое... Я люблю Луи, как и Рика, и мне больно, когда он так... со мной... Мишель присел на корточки. - Хорошо. Представь на минут, что Я умер и возродился в другом теле, а кто-то говорит, а на хрен ты убил того, кто был в этом теле, оно его и ты не должен был его занимать. Чтобы ты сказал и почувствовал в тот момент? - Боже... - телекинетик покачнулся и упал на пол на колени. - Я... - плечи его задрожали. - ... убил бы его. - Вот и подумай, сколько потребуется Луи, чтобы простить. А пока забей на это. Наги прижался к нему тихо плача. Стрелок поднял его на руки и унес в их спальню. Юноша обнял его и не хотел отпускать. Мужчина лег с ним на кровать, позволяя делать то, что сейчас нужно его любимому. Тот, обняв его, тыкался ему в грудь, как слепой котенок, всхлипывая. - Миша... Мишель... Андрюшенька.... Блондин стал осторожно гладить его по волосам. - Я тут. Тише, мой хороший. Паренек нашел его губы и стал его целовать, вздрагивая, теребя пальцами воротник его рубашки. - Малыш, что с тобой? Давай поговорим? Наоэ дрожа, открыл глаза. - Поговори со мной... пожалуйста... - О чем? Хочешь какую-нибудь тему или все равно? Мне просто болтать или ты что-нибудь скажешь? А, мышь? Наги уткнулся ему в шею. - Расскажи, что ты... чувствуешь... ко мне... Стрелок улыбнулся. - Я люблю тебя. Я жить без тебя не смогу. Всякий раз, как с тобой что случается, у меня сердце болит. Юноша провел ладонями по его спине. - Еще... пожалуйста... - голос его успокаивался. - Мне не нужен никто кроме тебя, потому что ты для меня самый красивый и желанный. Мальчик успокоился и затих в его руках. - Прости за истерику... Мишель поцеловал его в волосы. - Все хорошо. Подожди, время смягчит Луи. Паренек грустно кивнул. - Спасибо тебе за поддержку... я люблю тебя. Другой светловолосый наемник слышал их через стенку, лежа на своей кровати. Он посмотрел на календарь. Июль. 7. "Сейчас бы мне уже было 15... а должно быть 19 этому телу... Стрелок не вспомнил о моем дне рождения из-за этого... Но хоть отец позвонил и поздравил... с 15летием, - юноша улыбнулся. - Кстати, об отце". Набрать номер было делом нескольких секунд. - Привет. Мы закончили. Я готов. - Проверим, - усмехнулся испанец на том конце провода. - У Абиссинца двух людей отправили в больницу, поработаешь с ним в Южной Америке, если он даст тебе хорошие рекомендации, вернешься к нам как полноправный игрок. - Я понял, отец. Я не подведу тебя. Луиджи встал и начал собирать вещи. Он ушел в ночь, не прощаясь, зная, что так будет лучше для парочки, что уснула в соседней комнате, а он... у него был только отец. Только этого человека он по-настоящему любил. Остальные – семья, друзья... и просто чужие, но любит он только его. *** В аэропорту Чили, несмотря на раннее время, его уже ждали все четверо нынешних участников группы. Как всегда мрачный Абиссинец и спокойный Брэд стояли впереди. Шульдих скучал позади любовника и заигрывал с ним, то и дело, пытаясь его потискать. Йоджи спокойно курил, облокотившись на стену. Луиджи сразу подошел к ним. - Доброе утро, - он говорил по-английски, так как японского не знал, а этот язык был вроде бы универсальным для общения. - Я сын Мигеля Гонсалеса. Мой позывной Бунтарь. Айя в очередной раз оттолкнул телепата и с интересом взглянул на худощавого, но явно накачанного светловолосого полукровку. Он ждал очередного гайджина, а тут... Абсолютно азиатские скулы парня, да и его лицо в целом понравились лидеру группы, он одобрительно кивнул. - Я Абиссинец. - Оракул, - коротко представился Кроуфорд, тоже с интересом глянувший на новичка, все же восточная красота губительно действовала на англосаксов. - Я – кукловод, - Шульдих усмехнулся ему, поправив солнечные очки на лбу. - О чем вы, черт возьми, треплетесь? Я ни черта не понимаю! - Йоджи был хмур. - Прости, блонди! - Шу снова повернулся к Луи. - Этот блондинчик - Балинез. Кудо зашипел сердито. Бунтарь же просто кивнул, не обращая на это внимания. - Рад знакомству. Ран глянул на единственного оставшегося с ним Вайсса и вновь посмотрел на новичка. - Мы можем перейти на японский? Тот смущенно покачал головой. - Моя мать жила в Америке и не говорила на нем... Отец научил меня только родному, английскому, немецкому и французскому. Йоджи зло достал еще одну сигарету. Шульдих посмотрел на него. "Блонди, я могу переводить тебе все, что он говорит". "Было бы неплохо". Рыжий кинул эту мысль любовнику. Тот фыркнул. - Ну что, пойдем к нам. Брэд еще раз оглядел парня и взял у него сумку. Телепат притиснул к себе Рана за плечо. - Идем, идем... Кудо молча шел рядом с Кроуфордом. Он знал, что если попробует поступить так же, то получит от любовника по полной программе. Все отправились на съемную квартиру команды. Там Луиджи выделили комнату и вечером ввели в курс плана будущей миссии. Парень просто слушал и кивал, на отношения парней вокруг себя он уже не реагировал. Шу стало скучно, и он начал играть, подкидывая Айе разные жаркие видения о том, что он собирался с ним сделать в постели, дразня его. Тот молчал до поры до времени, потом выразительно взялся за катану. Рыжик закатил глаза. Йоджи фыркнул, наблюдая за ними, покосился на Брэда. Американец вздохнул. - Ладно, Бунтарь, думаю, основную мысль ты понял. Парень быстро смекнул, в чем дело, и свалил. Оракул же, не желая больше смотреть на развлечения товарищей по команде, взял за руку Балинеза и увел его в их комнату. - Говорил тебе, учи английский. Кудо виновато потупился. - Не все такие гении как ты... – он раздраженно взлохматил свои волосы. Его спутник усмехнулся. - Этот мальчик в свои 19 говорит на 4 языках. Блондин резко развернулся, чтобы выйти. - Что же... пойди и потрахайся с ним! Раз он достоин тебя, а не я... Оракул просто припечатал его к двери. - Глупый-глупый котенок. Йоджи сердито фыркнул, пытаясь вырваться из его хватки. Мужчина рассмеялся. - И куда же ты бежишь, когда сам так старательно меня ловил раньше? Балинез поднял на него глаза и резко прильнул к нему, чуть прикусив его губу вместо поцелуя. - Ублюдок... Американец лишь усмехнулся и завалил его на кровать. *** На следующий день была работа. Бунтарь делал, как привык, подчиняясь приказам главного, четко выполняя свою работу... только вот убивал он на работе впервые, поэтому, когда они вернулись домой, он заперся в ванной. Его рвало... "Ты никогда не убивал?.." Мягкий голос прозвучал в его голове. В нем было сочувствие. "Убивал... Но тогда я защищался..." "Я могу помочь, если ты разрешишь". "Не нужно. Я сам должен научиться справляться. Я Гонсалес". "Как скажешь, малыш. Я на столе поставил воду. Если что - позови", - и голос исчез. Когда телепат повернулся, на него хмуро смотрел Ран. Красноволосый ничего не сказал, просто вышел из комнаты, пошел на кухню. Шульдих скользнул за ним, обвил руками его тонкую талию и поцеловал в затылок. "Что не так, любимый?" "Отстань", - кроме этой короткой мысли Айя ничего не сказал, оттолкнув его руки, стал готовить чай. Рыжик жалобно посмотрел на него. "Ну что ты так..." Вид этого человека с такой жалобной миной на лице, мог удивить кого угодно, но Шу слишком любил Абиссинца, чтобы волноваться об этом. Тот даже не повернулся. "Я уже все сказал". Тут послышался щелчок замка в ванной, на кухню, держась за стены, медленно вошел бледный Луи. Шульдих подал ему стакан воды и, видя, что Ран не реагирует на него, просто сел за стол, уперев глаза в бутылку с водой. Он не понимал любовника, но не хотел трогать его разум, боясь, что тот разозлится окончательно. Айя между тем повернулся к новичку. - Садись и лучше выпей чаю. Я для тебя заварил. - Спасибо, - Луиджи сел напротив телепата, благодарно принял чашку от лидера группы. Шу не сводил зеленых глаз с любовника, пытаясь понять, за что тот его игнорирует. Абиссинец тоже сел за стол. - Кукловод, иди спать. Я хочу наедине поговорить с Бунтарем. Рыжий побледнел и, стремительно встав, бросился вон. Тон и лицо любимого добили его. Молодые люди закрыли за ним дверь и стали о чем-то говорить. В итоге это растянулось на всю ночь... И утром Брэд Кроуфорд застал на кухне двух спящих друг напротив друга парней. Немец же не спал всю ночь, сидя на подоконнике в спальне. Ему было плохо, и он так и не смог уснуть без Рана. Сонный Айя, которого бесцеремонно растолкал Оракул, пришел на автопилоте в комнату и повалился на кровать. Телепат грустно посмотрел на него и, робко подойдя ближе, присел на край, смотря на любимого. Тот не открывая глаза, дернул его за руку к себе, крепко прижал и уснул еще крепче. Шу обнял его и тоже заснул, обвив руками его талию. Прошло несколько дней, за ними потянулись недели и месяцы. Но с той памятной ночи стала расти и крепнуть дружба между Айей и Луиджи. Они часто засиживались допоздна на кухне, много болтали (! это при неразговорчивости Абиссинца), и Ран даже стал улыбаться Бунтарю. Апогеем их отношений стало то, что лидер Вайсс стал учить сына Мигеля японскому. Шульдих сходил с ума от ревности. А когда в один из дней его любовник и в два часа ночи продолжил сидеть с Луи, терпение рыжего лопнуло. Он оделся, взял ключи и пошел на выход. В этот момент как раз лидер группы со своим учеником вышел с кухни. - Шу, ты куда? - парень почти улыбался. - Мы уже закончили, я думал мы с тобой... - не договорил, продолжил мысленно: "Займемся сексом". Взгляд телепата был как у побитой собаки. "Я ждал тебя каждый вечер... тебе было плевать, что чувствовал я все это время. А сейчас можешь идти и потрахаться с этим блондинчиком, раз ты с ним уже ночуешь". Рыжий Шварц стремительно вышел на улицу. Бунтарь понимал, что они говорят мысленно, вопросительно посмотрел на друга. Тот вздохнул и покачал головой. - Успокоится и придет. Пошли спать. Кстати... - он хитро улыбнулся и потащил Луиджи в свою комнату. - Эй! Я не по этой части! - Я знаю, просто хочу его еще побесить, он что-то редко стал меня ревновать в последнее время. Мы просто поспим вместе на этой кровати. Даже в одежде. Просто на одной кровати, под покрывалом. Согласен? Блондин ухмыльнулся, как ухмылялся когда-то давно Тим, задумывая очередную пакость, в голубых глазах заплясали чертики. Он стащил футболку и кроссовки и лег под покрывало, Ран сделал так же. Вскоре они уснули. Из-под их покрова были видны голые плечи обоих. Шульдих вернулся под утро и вошел в спальню, с бутылкой. Он задохнулся от возмущения, увидев их в постели. "Ах ты.... ... !" Он швырнул бутылку над их головами, и она разлетелась на осколки, обдав их ледяным пивом. Телепата трясло от переполнявших его чувств. Луи только поморщился и медленно открыл глаза, он привык и к худшим побудкам у Демона. Айя сел, прикрываясь покрывалом. - Какого черта? - Ты...! Я два месяца терпел этого блондина рядом с тобой! Хватит! Ненавижу!!! – рыжик вылетел из комнаты и раздался грохот бьющегося телевизора и разбитых стекол. Ругательства, источаемые на немецком, можно было записывать под диктовку – не было ни одного одинакового. Абиссинец хмыкнул. - Получилось... Из другой комнаты вышел заспанный Оракул с пистолетом. - Кукловод, если ты сейчас не угомонишься... - Да пошел ты...!!! - в голову американца полетел стул. Тот успел увернуться только благодаря своему дару. - Шульдих... - тихое рычание всегда означало, что Кроуфорд уже на крайней стадии бешенства. Йоджи прильнул к нему сзади, погладив грудь любовника. - Любимый, а надо ли вмешиваться? - потом повернулся к Шу. - Рыжий, в чем дело-то? - ЭТИ ДВЕ... ПЕРЕСПАЛИ!!! - ярость, исходившая от паранома, отдавала головной болью остальным. Ран тоже вышел из комнаты, накинув рубашку и в джинсах, в которых спал. - А в чем проблема? Ты сам нам сказал... - Я сказал?!!! Ты..! Черт... - телепат не выдержал и опустился на пол, уткнувшись в колени. "Это из-за того, что я сказал... Я сам виноват..." Брэд покачал головой, обнял Балинеза и ушел с ним в комнату. - Давай-ка еще поспим. Шу так и остался на полу, обвив руками колени, и уткнувшись в них лицом. Рыжая грива закрывала его плечи и руки. Айя подошел к нему, присел рядом на корточки. - Шульдих. - Иди... к нему... тебе же с ним больше нравится... Я... я понимаю... – каждое слово давалось немцу с трудом. - Где ты был? - игнорируя его слова, спросил Абиссинец. - Купил пива и пил в машине... потом в парке... – тихо прошептал Шварц. - Ты пьяный сел за руль!?! О чем ты думал!!! Ты ж разбиться мог!!! – обычно неэмоционального Рана проняло, потому что этот глупый рыжик был ему по-настоящему дорог. - А тебе не все равно? Мне казалось, ты уже нашел мне замену... - грустно шепнул Шу. Айя вздохнул и дал ему подзатыльник. - Какой же ты идиот... С пола послышался едва слышный всхлип, но рыжик даже не пошевелился. Красноволосый потянулся к нему, поднял его на ноги. - Пошли, горе мое. Надо тебя в божеский вид привести и проспался чтобы. Нам ведь еще завтра на миссию, а ты... в таком состоянии. Тот попытался оттолкнуть его. - Ты спал с ним! Я тебе больше не нужен… - ресницы парня были влажными, еще больше подчеркивающими яркую зелень его глаз. - Ну, да. Спал. И что дальше? Шульдих рванулся из его рук. - Я же не шарахаюсь от тебя за то, что ты тоже много с кем спал. Зеленые глаза посмотрели на него. - Я не изменял тебе... - Я тоже. Шу моргнул. - Но вы... были вместе... в постели... голые... - До пояса, чудо ты мое. Телепат посмотрел на Айю распахнутыми глазами, а потом повис на его шее, уткнувшись ему в волосы носом. Он дрожал. - Ну, что с тобой опять? - Я люблю тебя... Прости. "Они не переспали... это я додумал..." - Шварц оттолкнул Рана. - Ты специально это придумал, да? Тот чуть улыбнулся. - Мне не нравится, что ты больше меня не ревнуешь, считая полностью своим. - Да я все эти месяцы с ума сходил! А ты... приходил ко мне и... Даже не видел, что я не мог спать без тебя!!! - Я говорил не про эти месяцы, а про предыдущие, - Абиссинец укоризненно посмотрел на любовника. - Потом ты еще и сам первый стал к Луи клинья подбивать. Немец опешил. - С чего ты взял?! Лидер группы лишь хмуро зыркнул на него, сам ушел в душ. А в гостиную вышел Бунтарь. - Привет. Шульдих стиснул зубы и кивнул на приветствие парня. "Айя... Ран... Да я только тебя люблю и хочу! Как ты мог подумать?!" – боль в его словах была осязаемой. Тот не ответил, а Гонсалес присел на стол. - Сигаретой поделишься? - голубые глаза были спокойны. Шу молча кинул ему пачку. Луиджи взял и профессионально закурил. Он увлекся этим, когда был у Мишеля... способ снять стресс... - Я и Ран только друзья. Мы никогда даже не думали о большем. Он, хоть и не понимает, но любит тебя до беспамятства. Я... Я НИКОГДА не смогу полюбить парня. Но у нас много общего и похожие судьбы. Жестокие судьбы. Это сблизило нас, из-за этого мы будем общаться и дружить. Но если ты будешь ждать его и примешь нашу дружбу не пытаясь влезть... он будет любить тебя даже сильнее. Я не Оракул и не Сэмми. Но я просто говорю, что вижу. Ему хорошо с тобой. Он любит тебя. И другой ему не нужен, хотя... он обожает, когда ты его ревнуешь, считает, что так ты показываешь, что боишься его потерять. Рыжий опустил голову. - Я и так боюсь... я люблю его до безумия. Потому и ревновал. Прости. - Я не в претензии, - светловолосый парень затушил сигарету, слегка поморщившись: телепат курил крепкие, тогда как он пока только начал переходить со слабых на средние. - Просто пойми, что я тебе не соперник. А Айю ты не потеряешь, пока так любишь его и показываешь ему, что любишь. Только и всего. Шульдих кивнул, задумавшись, но заодно, прислушиваясь к шуму воды в ванной. Бунтарь хотел пойти к себе, но остановился. - Слушай, а попроси его сегодня куда-нибудь сходить. Ну, в парк, в клуб. Он не откажет. А наедине вы помиритесь и... Телепат просиял. - Спасибо за идею, Луи! - он поспешил в комнату. Оттуда как раз выходил Абиссинец, и они чуть не столкнулись. Луиджи заспешил к себе, чтобы не мешать им. Шу нежно обвил Рана за талию, прижав его к себе, потерся носом о его висок. - Давай куда-нибудь сходим? Вдвоем... Я так соскучился по тебе… - погладил его спину. Айя пожал плечами, чуть улыбнулся. - Ну, давай. Рыжий нежно поцеловал его. - Давай, вдвоем... Может в клуб? В это время, как специально, распахнулась соседняя дверь и выскочил Йоджи. - Кто тут говорил про клуб? Я с вами! Вернее мы, правда, любимый? - парень обнял американца, пытавшегося втянуть его в комнату. Шульдих закатил глаза и вздохнул. - Ну вот... а я хотел побыть с тобой наедине... - шепнул он, уткнувшись в шею любовника. Кроуфорд явно тоже был недоволен, он для того и утягивал Балинеза, чтобы тот этого не предложил. - Ты еще Бунтаря с нами позови, - в сердцах бросил Оракул. - Классная идея! Пойдем все вместе и повеселимся! – Кудо сиял как золотая монета. Шу тихо вздохнул и лишь прижал к себе Абиссинца. - Прости... я хотел как лучше, - грустно прошептал телепат. Ран поцеловал его в волосы. "Я рад, уже что тому, что ты снова думаешь только обо мне. Плевать на остальное. Мы все равно повеселимся". Оракул вздохнул и перевел приглашение высунувшемуся на шум Луи, тот подумал и пошел с ними... *** Вечер был странным. Кроуфорд с самого начала отказался танцевать и сейчас сидел за стойкой бара, потягивая виски и наблюдая за двумя красавчиками, танцующими на сцене: рыжим и блондином. Они были прекрасны, так отдавались танцу, так были счастливы в нем... Мужчина вздохнул, понимая, что волей-неволей скоро к ним присоединится. Рядом с ним по правую руку сидел Луиджи, весело болтая с Абиссинцем. И в это время в клуб вошел спокойной походкой и огляделся вокруг Фейлон. Он оглядел танцпол. В Чили глава Бэйши приехал по делам, но решил расслабиться здесь. Внезапно он замер. "Не может быть..." Мужчина впился взглядом в знакомый силуэт у барной стойки. "Такаба?! Аки?!! Но... он же погиб год назад! Не может быть!" Китаец разглядывал такое знакомое лицо блондина. "Он изменился... тело стало не таким хрупким... Нет. Это не может быть он!" Фей решил проверить и направился к столику. Все расступались перед ним, пропуская изящного красавца в кожаном плаще и дорогих брюках имевшего крайне хищный взгляд. Волосы, шелковым покрывалом рассыпались по плечам. Он подошел и положил руку на плечо блондина. - Аки? Какая встреча! Что ты тут делаешь? Может, представишь мне свою подружку? - дракон Бейши перевел взгляд на красноволосого парня рядом с Такабой. Он сам не заметил, как обратился к блондину по-английски, совсем забыв о том, что тот его не знает. Бунтарь едва сдержал желание врезать или хотя бы сломать руку наглецу, посмевшему его коснуться, однако успешно подавив его, все же обернулся к нему. - Привет, приятель. Я тебя, правда, не помню. Представься-ка, а заодно скажи, что за подруж... - отвечал он тоже по-английски и внезапно осекся: так как в руке Абиссинца опасно хрустнул стакан. Положение спас Кроуфорд, который быстро повернулся к ним. - Ран, тебе же уже много раз говорили, что ты неприлично красив для мужчины. Айя выдохнул и поднял на Дракона холодные фиолетовые глаза, не каждой "твари Тьмы" доставался такой взгляд. Но глаза главы Бейши были не менее холодны. - И они были правы, красноволосый, - голос Фея был как никогда мягким. Он повернулся к блондину. - Ты забыл меня, Такаба? – он улыбнулся ему лениво. - Я - Лю Фейлон, малыш... Парень вздернул бровь. - Мне ничего не говорит ваше имя. И кстати, "Такаба" - это имя или обращение? - Имя, - односложно выдал Абиссинец, он еще что-то хотел добавить, но его перебил Брэд. - Ран, ты бы поосторожнее, а то он... Бровь Айи взлетела к челке. - Он? - Да. Красноволосый рывком обернулся к Фейлону, окинул его с ног до головы таким взглядом, что... менее решительный сам бы уже покончил с собой, только бы не попасться ему. - Да я его убью! - дрожа от гнева, Абиссинец ушел на танцпол, где встал между Шульдихом и Йоджи, стал с ними танцевать. Фей обратил внимание на Рана ровно столько, сколько обратил бы на пролетающую мимо муху. Он не сводил глаз с блондина. В этот раз его глаза были острыми и внимательными. В голове Луи раздался голос. "Малыш, ты поосторожнее! Это Дракон Бейши, Лю Фейлон... Так сказал Брэд. Глава китайской мафии". "Класс. А сколько дадут за его голову?" - это Бунтарь ответил на автомате, а вот вслух еще не отвис. - Брэд, а ты ему сказал, что... - блондин слегка покраснел, потому что так взбесить Айю мог только намек, что незнакомец имеет на него виды... определенного характера. - Да, - коротко подтвердил Оракул. Бунтарь вздохнул. - Значит так,... мм... Лю? Американец закатил глаза. - Восточные имена читаются справа налево. - А! Спасибо. Значит, ты Фейлон. Так, во-первых, не лезь к Рану, он... неадекватен на такой почве. Во-вторых, Такаба не мое имя, ты меня с кем-то спутал. Меня зовут... - Кроуфорд закашлялся, давая понять, что не стоит называть свое имя. Уголок губ дракона дернулся. - Ты ошибаешься, малыш. Я не имел никаких видов на вашего... Рана, - мужчина задумчиво склонил голову. - Ты очень похож на него... - он посмотрел на его шею и лицо, скользнул взглядом по груди. – Ну, проверять я не буду... хотя... Фей усмехнулся, блеснув глазами. Вдруг до него дошло и зрачки расширились. "Мы говорим по-английски! Но Аки не знал этот язык! Так это он или нет?! Как узнать?.." Голубые глаза сверкнули при последних словах китайца. Такого взгляда у юного фотографа никогда не было: это был холодный, отстраненный взгляд убийцы. Парень встал. - Ладно... Договорить ему опять же не дал Брэд, который сегодня во что бы то ни стало старался избегать конфликта, видя возможное будущее. Он одним глотком допил виски и, сняв очки, тоже быстро встал. - Пойдем, потанцуем, - американец цепко взял Луиджи за руку и утащил на танцпол. Там как раз зазвучала быстрая и страстная музыка. - Изобразим пару, - быстро шепнул Оракул, и их отбросило друг от друга ритмом. К счастью, Бунтарь уже привык воспринимать его слова как "Мозель говорит джамп - я прыгаю". Поэтому они стали танцевать. Блондин и брюнет двигались очень красиво и слаженно, их тела, подготовленные для миссий, были более гибкими и подвижными, чем у людей, поэтому они выглядели просто невероятно, а уж танцуя, почти струясь, иногда обнимаясь, это выглядело на самом деле как страсть и любовь. Фейлон, присев у стойки, молча наблюдал за ними. "Как он двигается... взгляд холодных глаз... Странно... Мог ли он за год так измениться? Я помню рану на его груди, куда попала пуля. Должен остаться шрам. Но... не буду же я раздевать его тут?.." Он наблюдал за парнем и мужчиной. "Понятно. Они любовники, скорей всего..." Музыка кончилась, Кроуфорд увел парня в тень и приказал остальным отступать. Бейши проводил их взглядом. "Далеко не уйдут. Надо позвонить Асами. Пусть он во всем разбирается..." Фей набрал номер на телефоне и приложил его к уху. - Асами? Ты не представляешь, кого я встретил... - Тебе что, делать нечего?! Я занят, Фей! - Хм... и чем ты таким занят? Трахаешься или убиваешь?.. - ФЕЙЛОН!!! Ты!!! Китаец фыркнул. "За этот год он стал раздражительнее… Нервы ни к черту!" - Ты даже не спросишь, кого я встретил? - А надо? – якудза явно уже пережил вспышку, и его голос стал привычно ленивым. - Да. Ты его прекрасно знаешь. - И кого же я прекрасно знаю? - Ну... большие голубые глаза... блондин... симпатичный... - А... - голос Асами затих. - Ты специально? - Я не шучу. Я видел его и говорил с ним. Они похожи как две капли воды... - Этого не может быть! - Но мы не видели его смерти, помнишь?! В трубке долго молчали, через некоторое время прозвучал холодный голос: - Ты все еще в Чили? Я вылетаю, - якудза повесил трубку. Фей усмехнулся и убрал телефон в карман. "Надеюсь, я увижу их встречу..." В это время Оракул прикрыл глаза, просматривая будущее, потом открыл их и вздохнул. "Это сложно..." - Ладно, уходим. Завтра еще работать. Когда они уже вышли, у Луиджи зазвонил телефон. - Да? - он слегка удивился, не узнав номера. - Привет, сынок. Я слышал о твоих успехах. Ты прекрасно поработал и достоин быть с нами. Возвращайся, теперь ты принят на равных в Дубль В. Голубые глаза сверкнули холодным торжеством. - Спасибо, отец. Конец первой части.