Свалилась порнуха на голову, и понеслась...

- Коки, у меня не получается! - раздался вопль из гостиной. Прибегаю с веником в руках. - Что стряслось? Что опять не получается? - я посмотрел на Мику, подошел к столу, заглянул в тетрадь. Ну и каракули в тетради, ну и чертовка в постели. Уроки делать не хотим - хотим трахаться. Все понял! - У меня не получается уравнение решить, помоги, а! - интонация голоса такая жалостливая, обычно, она меня посреди ночи так на секс разводит. Вот как ей откажешь? Но сейчас я занят приборкой! А Вика ничего не хочет, только сексом заниматься, да побольше. - Я решил за тебя уже двадцать уравнений, а ты еще умудряешься получать одни пятерки по математике, а как только приходишь домой, все будто из головы у тебя вылетает! - стукнул я себя по голове веником. Вика осмотрела меня похотливым взглядом. Ну да, бегаю по дому в пляжных шортах и фартуке, а еще волосы в хвостик собрал. - Что, черт побери, происходит? - возмутился я, бросив веник на пол от злости. Вика пожала плечами, откинулась на спинку стула и, ухмыляясь, ответила: - Без понятия. Помоги решить! - потребовала она. Нет, я буду неумолим до конца, если уже начал. Избалованная задница, и секс ей, и уравнения, и питание. Она, видите ли, растущий организм! Растущие организмы не занимаются сексом по пять раз в день... Не ходят дома голыми, не вытворяют что угодно. Вспоминаю разговор с начальником: сижу в кресле, серьезно говорю с начальником по телефону, а Вика приползла и стала делать мне минет. Чуть не сдурел в тот момент. - Мне бросить уборку? Или пока я буду решать, ты займешься ею? - спросил я с иронией. Серьезность била через край, Вика не понимала, придуриваясь. - Давай, пока ты будешь решать для меня уравнение, я найду в интернете что-нибудь интересное для вечера, а потом мы попробуем, - она встала со стула, прижалась ко мне, как кошка, понежилась носом о мою шею, несколько раз поцеловала. - Ну уж нет, - смело отстраняюсь. - Сколько раз за неделю у нас был секс, вспоминай! - потребовал я, сунув Вике к лицу тетрадь вместо своих губ. - Раза три, - сказала Мика, надув губы и свалившись обратно на стул. - Вот, а сегодня еще только понедельник! - воскликнул я, схватил веник и сказал. - Решай сиди, я занят! У тебя формулы есть, не ной, а решай! - потребовал я, ткнув пальцем в формулы. Через пять минут прихожу в комнату в раздумьях, потому что услышал ее жалостливый нежный плач. Господи... Ребенок ты мой... Сажусь рядом, глажу ее по волосам. Ноль реакции. Тут надеяться на то, что нежность сработает - глупо. Целую в щеку, в ухо, в шею. Щекочу носом ее, руки обнимают Мику за талию. - Только не обижайся, - шепчу в ее шею. Мика плачет, чуть вздыхая. Иногда меня так бесили ее замашки инфантильной Лолиты. Куда денешься от них? А как мириться? Одним лишь сексом. - Вика, ты сама прекрасно видишь, что я занят, я помог тебе с двадцатью уравнениями, а ты еще с меня требуешь. Ты ведь не приготовила ужин, не прибралась, а я тебя даже не просил! Вика, давай договоримся, сделаешь оставшиеся уравнения сама, тут же зовешь меня, я иду к тебе, проверяю, если все правильно, то мы займемся любовью, идет?! - Вика оторвала лицо от стола и посмотрела на меня, полная надежд. - Заодно проверим: правда ли твои пятерки по математике, - отрезал я, откладывая в сторону тряпку для уборки. Вика хотела броситься мне на шею, чтобы в очередной раз обхитрить и завалить меня в постель, но я только показал на тетрадь и ушел готовить дальше. Вика принялась решать, от упорства высунув язык, а я спокойно мог продолжить уборку и иногда заглядывал в комнату, проверить, как идут дела. Потом мы решили сделать так: - Три уравнения решенные правильно обеспечивают долгий возбуждающий поцелуй, семь - кунилингус, десять - секс, пятнадцать - все сразу, - предложил я. Это стимулировало Вику еще сильнее, куда круче чем предложение ролевых игр. Вика внимательно прорешивала все, проверяла, переделывала, а я мог отдохнуть ближайшие три часа после того, как приготовил ужин и прибрался. В спальне я удобно взгромоздился на кровать и уснул. Чере три часа раздался крик: - Коки, - я вскочил с кровати и побежал в гостиную. - Что случилось? - я с сонными испуганными глазами прибежал к Вике, которая валялась на стуле с уставшим лицом. - Все правильно, - сказал я после проверки. Вика посмотрела на меня, как на маньяка. По лицу было понятно: "Какой тут секс, козел, я устала от такой интеллектуальной нагрузки!" Я остался доволен собой. Она выиграла и выиграл я. - Девочка моя, ты возбуждаешь меня, когда занята домашним заданием! - прорычал я, крепко прижимая к себе Вику, хватая ее на руки и унося в спальню. Вика скулила в моих руках, устало дергалась, ей вовсе не хотелось секса. Вика лежала на постели с широко раздвинутыми ногами в чрезвычайно коротких шортиках, большой футболке. Из-под которой едва заметно возвышалась викина грудь; потвердевшие соски выставлялись из-под ткани жемчужинками. Как я склонился над Викой, крепко целуя в губы, придерживая ее лицо за скулы. Вялые сухие губы не сопротивлялись моему проникновенному поцелую; языком щекочу небо, обвожу контур губ Вики. Когда я положил на свои плечи викины руки, те безжизненно упали обратно с глухим шумом. Неужели моя неугомонная чертовка дала по тормозам и хочет сексуального отдыха?! Я был в негодовании и страшном возбуждении, оттого прильнул к упругой груди, лаская соски прямо через ткань. Быстро задираю футболку на Викиной груди, грубо засасываю каждую твердую жемчужинку, щекочу языком; Вика устало стонет, выгибаясь ко мне. Целую между грудями, сжимаю их и массирую. Да! Усталость Вики, ее изнеможденность, ее подчинение меня заводит!Потенциальная жертва! Прокладываю дорожку из поцелуев, щекочу живот, пересчитываю ребра подушечками пальцев. Беру ладошку Вики, целую каждый пальчик, а после утыкаюсь носом в промежность и горячо дышу на нее сквозь ткань; Вика издала мучительный стон. Я ухмыльнулся и принялся надрачивать ей рукой, то и дело нарочно касаясь клитора. Вика срывала голос и изгибалась, требуя тем самым наибольшего трения с промежностью. Быстро сдираю с Вики шортики, оставляю ее ноги голыми, закидываю их к себе на плечи и приступаю к куни, ухватив свою любимицу за ягодицы и широко раздвинув их. Мой язык тут же касается промежности, скользит вдоль нее снизу вверх; нарочно задеваю клитор острым кончиком языка. Вика прогнулась в спине, быстро забившись в конвульсиях, срывая остатки голоса, схватила меня за волосы, притянула к своей промежности еще сильнее. Я почувствовал губами солоноватый привкус ее сока, медленно стекающего на покрывало по розовому горячему ущелью. Слизываю смазку, вожу по промежности пальцами и запускаю их в узкую пульсирующую щелку, которая сжималась одновременно со стонами. Вика уже тяжело дышала и даже не почувствовала: как мои пальцы сменились членом, как я имел ее пять минут, поставив на четвереньки. Схватил ее за волосы, потянул на себя, поцеловал дрожащую шею, отшлепал по напряженным ягодицам, заставляя Вику кончить так, как она раньше еще не кончала. Ритмично и быстро двигаюсь в ней, не забывая услаждать свою любовь стонами и злобным смехом. Мои руки грубо сжимают Викину грудь, моя птичка задыхается, рвется на волю, я же наоборот насаживал Вику на свой член только сильнее и быстрее. В конце Вика свалилась на простынь вниз лицом, крепко сжимала покрывало руками и хрипела. Я вцепился в бедра Вики крепче, вошел несколько ра до конца, чувствуя быстрое ощущение восторга; кричу и падаю на постель, ощущая не радостную усталость, а лишь прилив сил. Вика еле отдышалась, стала засыпать, как я разбудил ее очередными ласками и сказал: - Я хочу тебя еще! - Хер тебе в жопу, Танака. Никакого секса в ближайшую неделю у нас не будет, считай дни, сегодня понедельник! - фыркнула Вика, а я ее и слушать не стал, только продолжил свое дело, снова насаживая Вику на член.