Медовый цвет

Арлета подошла к окну,с легкой улыбкой наблюдая, какие необыкновенные узоры вырисовывает мороз на стекле, как быстро теперь кружат снежинки, как пушисты они. Страшно было в таких сумерках бывать дома одной, Арлета забиралась на лавку у окна и смотрела на чернеющий лес. Лес и в правду назывался Черным. Совсем в другой стороне, за лугом и рекой тоже был лес, но совершенно обыкновенный. Никто не боялся переходить через него, собирать ягоды и грибы, никто не сочинял мрачных историй, что пробирали до холодка по коже, никто не запугивал ими непослушных детей. С Черным лесом дело обстояло совсем по-иному. Чем больше смотрит маленькая Арлета на него из окна, тем злее скрипит дверь, тем подлее воет ветер, словно ведьма-волчица, о которой так много рассказывала мама, когда девочка не слушалась. - А я пойду гулять в Черный лес! Никого не боюсь, - топала ножкой темноглазая девчонка, но подружки тот час смотрели на нее испуганно, мать вспоминала о ведьме, а услужливые старушки охали, что не иначе как демон вселился в бедное дитя, вот и болтает всякое. Но на самом деле Арлета боялась Черного леса. Одного упоминания о нем было достаточно и девочка не спала половину ночи, только крепче прижимаясь к матери, путая в который раз завывание ветра с волчьим воем. Но ведьмы, к собственному удивлению, она не боялась. Что-то злое, торжествующее и яростное зарождалось в ней, когда она слышала о прекрасной девушке-волчице, хозяйке Черного леса. Люди ненавидели ведьму, боялись, шептали друг другу, что она пьет кровь непорочных девушек, потому и не возвращаются они. Говорили, что ведьма своей красотою привораживает мужчин, а затем убивает их. А если уже задумает приворожить, то ничто не преграда ей. Сам уходит мужчина, не сказав ни слова, да все шепча что-то о Медовом цвете. Еще одна сказка, польстившая разум и душу Арлеты. Будто бы раз в тринадцать лет, в самой глубине Черного леса зацветает Медовый цвет. - То волшебный цветок! Кто найдет и сорвет его, того удача сама найдет и беда покинет, сама ведьма станет прислуживать ему. Какое потом желание не загадает, а все исполнено будет! Арлета сама слышала эти слова от мудреца, да и все их повторяли. - Только никто не решится поискать его... Разве, что тот, кто ведьмы не боится, - качали головами люди. - А я не боюсь! Встретится мне ведьма, я кину ей в лицо огонь из печки! - засмеялась как-то Арлета над испугом соседей. И снова мать легонько ударила ее, снова подружки отвернулись, а старики заволновались, как бы девчонка гнев ведьмы не на кликала. "Они боятся ее и ненавидят, а потому никогда не избавятся", - грустно подумала Арлета, строго-настрого запретив себе когда-нибудь говорить о ведьме. Пускай сами боятся. Она сильней. И это придавало девочке уверенности, меньше слушала она стариковы сказки, меньше смотрела в сторону Черного леса, Арлета взрослела. Но с годами все больше пленял ее сердце Медовый цвет, все чаще слушала она рассказы испуганных людей о нем. "Хоть бы разок да взглянуть на него! Да не срывать, хоть взглянуть... Света, видно, много от него. Больше, чем от солнца в небе!", - раздумывала девушка, управившись с работой. Только и теперь ни с кем не говорила о цветке, не вспоминала о ведьме-волчице, не заглядывалась на лес. А только слушала и мечтала. - Завтра ночь особенная. Такая только раз в тринадцать годов наступает. В чаще Черного леса расцветает Медовый цвет. Вот то диво... Но никто так и не нашел, не сорвал, - приговаривал старик, накормив ребятню ужином. Слышала все за дверью и Арлета. Живые ее глаза посерьезнели, она думала. - Медовый цвет, - прошептала одними губами, уже представляя диво в своих руках. "Интересно до чего, каков он... Как горит, как светит ярко..." - думала она. Так в мыслях и дреме прошла последняя, на утро Арлете казалось, что видела его в который раз во сне, но сегодня был цветок по-особенному яркий, горячий, как уголек. Казалось, притронешься и руки обожжешь. - Не обожгу! - уверенно прошептала дивчина. И сегодня ее как подменили. Неприветливой была она с парнями, отчужденно улыбалась подружкам, не пела песен, не собирала цветов. А в деревне только и разговоров было что о чудесном цветке. Ничего не говорила Арлета. И вечером работала она быстро за шитьем, так что даже пыталась бранить ее мать. Как только уснули все в доме, Арлета соскочила с постели в одной сорочке, осторожно вышла за дверь и выбежала за калитку. Как быстро-быстро стучало сердце девушки, когда старалась она не бежать, спеша во тьме к Черному лесу. Десять томительных минут и вот деревня осталась за спиной, кажется, никто не заметил ее отсутствия. Легкий теплый ветер трепал волосы, доносил пьянящие ночные запахи цветов и листвы. В лесу было не так темно, как сперва показалось Арлете. Только за густыми кронами совсем не было видно неба, облака словно опустились вниз, туман стелился низко над землей. Трудно было разглядеть, где обычные цветы растут, лишь босыми ногами ощущала Арлета мягкую траву. И не звука вокруг. Только крик совы где-то. Арлета покачала головой. Не к добру. Но совсем не страшно было ей. Она скрестила руки на груди, стараясь быстро идти в ночной мгле и не упасть. Арлета вспомнила о ведьме. И вот теперь-то этот образ еще больше казался ей сказкой, выдуманной чужим сном. Или же так приглушала в себе страх. Арлета поежилась от прохлады и шелеста листьев. Несколько раз девушка обернулась, но позади, как и впереди лишь непроглядная чаща, сумрак и деревья до самого неба. А теперь Арлета серьезно задумалась, в который раз пожурив себя за рассеянность. "Не запомнила дорогу! Как же теперь выбираться назад?" - совершенно спокойно подумала она, снова сумев перекрыть склизкие, хладные нити страха, что так и пытались забраться в ее душу в этом лесу. Да, лес только на первый взгляд казался обыкновенным. Было в нем нечто темное и ужасное, но в то же время потрясающе захватывающее, манящее. Было в нем то, что звало Арлету с детских лет. В первый раз испуганно дернувшись, она моментально юркнула за дерево, услышав шаги и мужские голоса. Вот кого стоило бы побояться, не ведьмы. Но Арлета, нахмурившись, выглянула из-за дерева, заметив несколько деревенских парней и тут же спрятавшись обратно. "И они тут же!" - проскользнула торжествующая мысль, Арлета прислушалась. - И куда теперь? - спросил черноволосый и самый младший юноша - Думайте, как хотите, а мы заблудились. В его голосе звенел испуг, но он умело прятал его, стараясь держаться товарищей как можно ближе. - Какой же ты назойливый, Адан! - воскликнул самый коренастый парубок - Трусишь, так нечего было тащиться за нами. Может, через тринадцать лет поумнеешь. И этот боялся, укрывая страх раздражительностью и вспыльчивостью, уверенно идя напролом. Парни все еще о чем-то говорили в полголоса, наконец, шаги стихли, а Арлета вышла из-за дерева. Туман теперь рассеялся и небеса озарила большая желтая луна, много-много сияющих звезд. И тропа стала ясней видна. Потеплело. - Чудеса, - фыркнула Арлета, озираясь по сторонам и пытаясь приметить хотя бы намек на тот волшебный цветок. И вот, кажется, нечто прекрасное уже засияло вдалеке. Арлета невольно заулыбалась, сравнив цветок вдали с упавшей звездой и ускорив шаг. И никого больше вокруг, не кричала тревожно сова. - Медовый цвет, - вдохновенно прошептала девушка, тут же не заметив в густой траве сломанный сук и зацепившись, упав. Голова закружилась на минуту, в носу защипало, а когда Арлета с трудом поднялась, заметила, что сильно ушиблась. И Медовый цвет куда-то исчез. Пронзительные звериные глаза заставили девушку обернуться. Волчица, она была уверена, что волчица, уставилась на нее в двух шагах. Красивая шерсть, человеческий, но далеко не лишенный жестокости взгляд заставил Арлету сглотнуть и попятиться, зверь же непреклонно и медленно следовал за ней.