За всё нужно платить.

Сидя в комнате Бельфегора, Фран уже битый час искал СВОИ красные семейники. Всё дело в том, что ровно пять лет назад, одним ужасным утром, когда иллюзионист проснулся, на нём... не было трусов. Вот тогда он решил мстить, и взялся за бутылки. С тех пор он начал посещать анонимные собрания алкоголиков и наркоманов, где обычно называл своё имя и говорил то, после чего у обычных людей шли слёзы, и некоторые кончали жизнь самоубийством. Он вставал со своего места и говорил: "Меня зовут Фран. И у меня украли красные трусы" После продолжительных аплодисментов он гордо уходил оттуда, пряча слёзы за маской безразличия. Никто и никогда не увидит слёз того, кто идёт по жизни, смеясь. Опустим то, что он по жизни не смеётся. Возвращаясь к теме поисков в комнате, хотим сказать, что успехом они не увенчались. В итоге от отчаянья он сел на кровать, приложив руки к вискам. С головой уйдя в своё горе, иллюзионист так и не заметил, как тихо скрипнула дверь, и в комнату бесшумно пробралась чужая тень. Вошедший присел рядом с горевавшим Франом и приобнял его одной рукой, положив голову на плечо. Фран встрепенулся и перевёл взгляд на тёмную лохматую голову. Неизвестный приподнялся и, опаляя дыханием нежную кожу хранителя Тумана, почти интимно и ласково прошептал прямо на ушко: - ...сгоняй за пивом или не пацан. Фран в шоке уставился на говорившего, коим оказался... Ламбо? Иллюзионист не так часто встречался с ним, поэтому не мог сказать наверняка. - Ты кто? - Пи-и-и-иво, - плаксиво протянул брюнет и со всей дури дёрнул Туман Варии за сиську. Хотя целился он в щёку. Видимо, сын Кержакова. - Ещё, потрогай меня ещё! - Франу было хорошо. Вся эта ситуация напоминала ему о Беле. Как по ночам он в порыве страсти дёргает его за сосок. Сначала за один, потом за второй, а потом...ТРЕТИЙ. Правда, однажды он дёрнул слишком сильно, и третий оторвался. С тех они заклеивают его изолентой. Спасибо Маммону за то, что не дал денег на хирурга. Хорошо, что Бел оказался мастером на все руки. - Эээ? - опешил Ламбо. - Не пацан? Прости, обознался. - Иди нахуй, рогатый уебан, в гробу я таких видел! - Фран разозлился и, плюнув на своего обидчика, ударил ногой по рёбрам. - Ух, хорошо пошло! - Тсуна довольно улыбнулся, оторвавшись от банки с солёными огурцами. Дела шли в гору - он наконец протрезвел и был готов к свадьбе. Всё-таки женитьба О, святого Занзаса - это вам не письки на заборах рисовать. Тсунаёши по совету своего мудрого репетитора решился таки подготовиться к новому испытанию (так он называл новую попойку) и поискать на кухне Варии хороший рассол. Что ни говори, а они то знают в этом толк. Хотя некоторые даже после двадцати лет отойти не могут - вон, Бел ходит вечно довольный и смеётся. Алкоголик со стажем, это да. - Б-босс? - Хром аккуратно, почти бесшумно прошла к столу, за которым сидел парень, и присела на стул напротив него. - Ой, Хром! А... - Десятый Вонгола растерялся, стыдясь того, что его бесценная подчинённая застала его в столь позорном состоянии. - ...не знал, что ты тоже придёшь... Девушка кивнула и чуть заметно улыбнулась, зажав подолы своей чёрной юбки. Взгляд Савады скользнул по стройным бледным ногам Докуро, прошёлся по узкой талии и, мазнув аккуратному, хорошо сложенному бюсту, добрался до приоткрытых губ иллюзионистки. Тсунаёши незаметно облизался. - Через три часа... ммм... - пытаясь подобрать тему разговора, чтобы не молчать, начал Вонгола, - мы... - Мы? - Докуро вопросительно приподняла бровь. - То есть свадьба. Да, через три часа свадьба. Нужно сказать всем, чтобы собирались. - Угу, - растеряно кивнула девушка. - Ага... - взъерошив волосы на затылке, бездумно повторил Савада. Наступила режущая слух тишина. Парень неловко улыбнулся и потянулся, пытаясь разрушить нервную атмосферу. Глаза Десятого хитро сверкнули. Локти Тсунаёши упали на стул, спина до хруста костей выгнулась дугой, и всё тело затряслось от дрожи. Пронзительный кашель сошёл с сухих губ. Хром в панике вскочила с места и моментально подбежала к боссу, с непередаваемым страхом в глазах смотря на него. - Босс, что с вами?! Что случилось? - неожиданно громкий голос пронзил воздух, прерывая болезненный кашель. Хром с расширенными от ужаса глазами наблюдала, как лицо Савады искажает гримаса боли. Кашель резко прекратился, и за секунду мучения сменились лёгкой улыбкой, а губы оказались прямо напротив её. - Бо... - девушка, не договорив, оказалась прервана настойчивым поцелуем. Тсунаёши одним рывком усадил её к себе на колени, не прерывая поцелуй, обняв руками за шею и талию. - Здаров, чуваки! - в комнату зашёл Мукуро. Когда Реохуй вместе с Белом наконец добрался до замка Варии, Принц, облачённый в тогу-футболку самого боксёра, наконец восстановил свой слух, и снова начал слышать. Поэтому его нежные ушки ценителя желали как можно скорее услышать прекрасный писк, издаваемый его возлюбленным Франом. Поднявшись на второй этаж, он сломя голову направился к себе в комнату, потому что знал, сердцем (ну, или задницей, в его случае это - одно и то же) чуял, что его ненаглядный находится там. Он уже представил, как входит и видит спящего, с чуть приоткрытыми бледно-зелёными губами, Лягушонка в безразмерной королевской футболке с оголёнными по коленки стройные ножки. Но его ждала нехилая такая обломашка. Фран - ЕГО Фран - сидел на кровати и издавал неистовые звуки, в то время, как какой-то лохматый хуй лапал его за сиську. Третью. Их с Белом любимую! - Семпай? - бровь Франа поползла на лоб. Доползла. Блондин в миг стал серьёзным. Настолько серьёзным, что даже вечная, почти никогда не угасающая улыбка сошла на нет. Потрошитель подошёл к сладкой парочке и посерьёзнел ещё больше. - Твоя мать - корова, - мстительно сказал он. - Это я корова! - праведно возмутился Ламбо, который был задет до глубины души. - Так ты его отец?! Случилась немая сцена. Для всех это было потрясением. Ламбо поджал губы, не ожидая, что вся правда всё-таки всплывёт наружу. По крайней мере, не так быстро и не при таких обстоятельствах. Но ничего изменить было уже нельзя, поэтому нужно было подстраиваться под ситуацию. - Отец?! - Фран откинул голову назад. Хранитель Грозы потупил взгляд и медленно кивнул, боясь поднять глаза. Иллюзионист поднялся с кровати и приблизился к нему, крепко обняв. Так, как он всегда мечтал обнять близкого, родного человека. Как же ему этого не хватало. Они наконец нашли друг друга. Потрошитель стоял и вытирал навернувшиеся слёзы от такой сцены. - Убирайтесь с моей комнаты, свиньи! - собравшись, закричал он. Но двоим обнявшимся было глубоко срать. Внезапно Бельфегор почувствовал на своём правом плече чью-то руку. Он обернулся и увидел... МОНОБРОВЬ. - Сгоняй за пивом или не пацан. Повисла тишина. Монобровь гипнотизировала, не позволяя отвести от неё взгляд. Довольный проделанной работой Гокудера - или в его случае Гокудэра - встряхнул многометровой растительностью над глазами и растянул губы в улыбке. Да, это был успех. Визги, крики, мольбы о помощи. Всё это комом застряло в горле, позволяя прорваться наружу лишь хрипловатому шёпоту, который срывался с губ и тут же растворялся в тишине. Пот безостановочно лился по лбу Суперби, ноги подводили его, то и дело норовясь подкоситься. Осознание ситуации гигантским молотом колотило по голове, и последний ниточки веры в лучшее обрывались с каждой секундой. - Нееет... - Скуало опустил голову, позволяя отросшим прядям скрыть его лицо. Всё было просто ужасно. - Я забыл... забыл... ПЛАТЬЕ. Загадочный таксист, который, впрочем, свою работу даже не исполнял, ковыряясь в голове мечника в поисках блох, не обманул и доставил Суперби прямо к замку Варии. И исчез, так и не назвав своего имени. Но это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Потому что пакета с красивым, кружевным платьем нигде не обнаружилось. Что делать, что будет дальше и почему никто не снял эти грёбаные постеры винкс со стены- Скуало не знал. Но он просто не мог предать своего любимого Занзаса и явиться на церемонию без одежды. Это был приоритет Леви. Немного побившись о стенку, Суперби начал думать. Тяжело вздохнув, он издал странный визг, в котором потом можно было узнать имя Хром. Выбежав на лестницу, Суперби, чуть не свалившись с неё же, большими шагами помчался на кухню, где, судя по громким рыганиям, была юная хранительница Тумана. Скуало открыл массивную дверь и плюнул на пол, после чего начал размазывать харчу пяткой. Его взору предстала следующая картина: Тсунин голый зад торчал из открытого окна, Мукуро бился в истерике под обеденным столом, а Докуро, обняв колени, покачивалась вперёд-назад на подобии пациента из псих-больницы. В общем, обычная картина. Взяв Хром за ногу, Скуало, как Бел когда-то Франа, потащил девушку прочь из столовой. Там было грязно. Когда иллюзионистка была доставлена в коридор, Суперби начал разговор: - Слушай сюда. Через сраных два часа у меня свадьба. И мне нужно платье, сечёшь? Хранительница Тумана неуверенно закивала. - Тогда. Мне. Нужно. Твоё. Платье, - чётко выделяя каждое слово, проговорил он. - Н-н-но, - подала голос иллюзионистка. - У м-м-меня н-нету бе-лого платья. Скуало посмотрел на трясущуюся руку девушки, которая показывала её принадлежность к семье алкоголиковВонголы. И понял, что ему не светит. Под конец назвав её ананасищем ёбаным, он удалился прочь. Когда мечник ушёл, Хром поднялась и направилась туда, где ей было самое место. На кухню. Но Тсуны там не было, только пребывающий в депрессии Рокудо. Девушка вздохнула и села напротив него, на пол. - Как он посмел? - низким голосом произнёс Мукуро. Хром подсела ближе к нему и обняла одной рукой, разделяя его боль. - Б-босс не хотел... По всему особняку Варии раздался звонок. Потом дверь начали пинать, а под конец и вовсе выбили из петель. - Солнышко, ты тут? - сладким басом прогорланил вошедший. Но потом, откашлявшись, вернул свой естественный голос. Менять свой голос Луссурию научили ещё в детстве, его научили итальянские чужесранки. Но это другая история. Заслышав голос одного из собратьев, Занзас радостно ойкнул на всю округу. Выйдя из своего кабинета, он имел возможность увидеть Луссурию в шубе. НАСОСАЛ. - Мусор, - от неожиданности воскликнул Босс Варии. Он всегда говорил мусор, когда был удивлён. - Нам пора уезжать, О Святой Занзас. Священник тепло улыбнулся, и вариец понял, что не видел в жизни ничего ужаснее ЭТОГО. Нервно сглотнув, они поскакали к машине галопом, держась за руки. *** Во всей Италии с самого утра светило солнце. Будто игнорируя осеннюю хандру, в которую погрузилась большая часть Европы, небо дружелюбно раздвигало перед самой ближайшей звездой тучи и так и подзывала людей выйти из своих домов на улицы, дабы вкусить свежего воздуха али богатыри. А это Корвара, один из самых маленьких городов Италии, где население составляет 289 человек, и где сейчас идёт дождь. А теперь угадайте, в каком городе проходит свадьба? Все гости, которых насчитывалось около пятидесяти человек, уже прибыли к той самой церкви. К слову, ехали они все в одной машине. Единственными отсутствующими являлись, собственно, сами виновники торжества, которые запаздывали по определённым причинам, покрытым густой и мрачной тайной. Правда, не такой густой и мрачной, как усы Леви, но не суть. Все пришедшие уже принялись рассасываться по зданию, предвкушающие суетясь и перекидываясь между собой фразами ни о чём. Кто-то обсуждал красавицу-невесту, кто-то - порванные труселя Франа, ставшие уже новостью года, но оживлённее всех была тамада, священник и бармен по совместительству, коей являлся Луссурия. Чуть позже, часов через шесть (П.а. смотреть на время? не, не слышал), к месту проведения свадьба подъехала спизденная из магазина коляска с двумя подозрительными личностями. Но, прикрывая невесомые занавеси таинственности, хотим сразу же раскрыть всю интригу, и скажем, что этими двоими и являлись двое не пришедших на свадьбу: муж и невеста. Занзас выпрыгнул из коляски и, галантно подав руку своей будущей супруге, чуть не оторвал её, но всё-таки помог встать на землю. Скуало, оборачиваясь длинным чёрным плащом и потупив взгляд, дошлёпал босыми ногами по мокрому асфальту, после чего спрятался за своего благоверного. Они переглянулись, кивнули и, открыв дверь церкви, вошли внутрь. Страх и адреналин бушевал в них, как после просмотра фоток Ники Минаж под песни Бибера в наушниках на полную громкость, но они сделали это. Стоило им сделать шаг внутрь, как все сразу обернулись и начали лупить на них, будто бы Суперби был обнажённым. Нет, он конечно же был, но безразмерный плащ, купленный года два назад в сэкэн хэнде, это скрывал. До церемонии оставались считанные секунды. Скуало быстрым шагом побрёл в гримерную, а затем и вовсе побежал туда на всех парах. Скуало сильнее закутался в свой плащ, чтобы никто не раскрыл их тайны, что он оставил платье на обочине из-за той очаровавшей его моноброви. Чтобы скрыть любимого от всех этих внимательных взоров, Занзас приложил массу усилий и... УЛЫБНУЛСЯ. Все чуть ли в обморок не попадали, но боссу Варии было мало и он начал посылать всем зиги. Это был кошмар. К счастью, отвлекающий манёвр удался, и Суперби успешно добежал до раздевалки, где распахнул свой плащ. Тогда он ещё не знал, что там сидел Фран и, никого не трогая, пил кофе. Сделавший несколько больших глотков Лягушонок на дрожащих ногах направился к выходу из гримёрки, но не дошёл и повалился на пол, добираясь до спасительной двери ползком. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...