Проклятие или благословение...

      Это, несомненно, был король.       Его истлевающее лицо, его глаза, что мутными рыбьими зрачками уставились на меня, еще дышали той волей, той свирепой энергией, что была у живого Короля горцев. Но смерть и проклятье преобразили его в живого мертвеца, гниющего и распадающегося вне времени, тысячелетиями пугающего случайных путников, что злым роком были занесены в эти места.       - Не ожидал, что кто-то из моих слабовольных потомков способен завалить эльфа! – хохотнул король.       Я поморщилась.       - О чем ты, король мертвых? У тебя дурной юмор…       - Юмор? Да! Теперь мне есть над чем посмеяться! – и зеленоватый дух затрясся в конвульсиях, издавая дребезжащий, бьющий по нервам, смех.       Этот смех заставил меня внутренне сжаться. Неужели?!       - Зачем ты здесь? – отсмеявшись, грозно спросил король. – Явилась, как и другие мои потомки, за сокровищами?       - Я похожа на гнома? – ощетинилась я.       Король опять захохотал.       - Характер есть! Хороша и внешне! Впервые вижу достойный моей крови образец!       Я вспыхнула.       - Это ложь! Не хочу иметь с тобой ничего общего, проклятый старик!       - Я, может, и проклятый старик, - усмехнулся король мертвецов, обходя меня вокруг и будто принюхиваясь. - Но я чую в тебе мою кровь! Пусть каплю! Но она есть!       Великий Эру! Неужели это правда?!       Я, морщась, отодвинулась от обнаглевшего духа, что еще чуть-чуть и облапает меня.       - Так что привело тебя ко мне, кровиночка? – издевающимся голосом пропел король.       Я сжала зубы и сглотнула. Тошнота снова подступила к горлу.       - Мои друзья. Они были здесь. Эльф, человек и гном. Я хочу знать, где они.       Король мертвецов отпрянул от меня. И заглянул в лицо будто кокетничая, что получилось довольно жутко, учитывая свисающую лохмотьями кожу и потекший глаз.       - Кто из них тебе интересен, капелька моя?       - Все трое!       - О, как изменились нравы! - захохотал дух.       - Отвечай! – разъярилась я. – Где они? Что ты с ними сделал?!       Хохот, отразившийся от стен, был мне ответом. Меня и так мутило, а этот бьющий в уши издевательский смех еще больше усугублял мои мучения.       Король мертвых вновь приблизился ко мне.       - Отпустил… Только недолго им еще бегать по этому миру!       Я задохнулась.       - Ты снова отказался выполнить Клятву?       Я понимала, что Арагорн мог пойти сюда только по одной причине. Армия мертвых, которая могла изменить ход войны. И теперь от этого старого мертвого мерзавца зависело гораздо больше, чем три тысячи лет назад...       - Но почему?! – я не смогла скрыть горечь, охватившую меня.       - Это всего лишь слова, - пожимая призрачными плечами, ответил король. – Что я получу взамен? Злато, серебро, каменья? Это все есть у меня!       - Зачем тебе сокровища?! - прошептала я. – Разве это жизнь? Разве этого ты хотел? Раз в тысячелетие увидеть живого человека и напугать его до позорной смерти в своих экскрементах?       - Хорошо сказано! - усмехнулся король. - Только невыносимо скучно стало! Редко у меня появляется такой гость, как ты!       - Скоро Саурон захватит все Средиземье, и по твоим горам и пещерам станут рыскать орки и тролли, - язвительно сказала я.       Король мертвых недовольно взглянул на меня.       - Напугать хочешь меня, кровиночка? Меня? Короля мертвых? И кем, орками? Троллями? Мне страх неведом, в отличие от тебя!       Я отпрянула от его лица, которое вплотную приблизилось к моему.       - Чего мне бояться, проклятый старик? – сердито спросила я. - Что ты замуруешь меня в подземелье?       Король мертвых исподлобья взглянул на меня и сказал:       - На тебя слишком приятно смотреть... Пойдем! Я покажу тебе твой страх!       И дух повел меня через пещеру, к маленькому лазу. Эта нора была, казалось, еще уже и мрачнее тех, что привели меня сюда, но я все же последовала за королем.       Страх.       Я боялась не чего-то конкретного. Это был страх самого страха.       К моему удивлению, вскоре дневной свет ослепил меня, и чистый речной воздух очистил мои легкие. Король мертвецов стоял рядом, пристально смотря, как розовеет мое лицо, и я радостно вдыхаю полной грудью.       Осмотревшись, я с удивлением поняла, что предо мной Андуин. Величественная зеленая лента, изгибаясь, омывала белые скалы, на которых мы стояли.       - Смотри, - король указал мне на корабль под черным косым парусом.       Я присмотрелась, и сердце мое сжалось.       Мои друзья, мои спутники, самые дорогие мужчины в моей жизни… Дерзко, втроем, они пытались захватить пиратский корабль. И это, пожалуй, у них может получиться!       Но король снова привлек мое внимание, указывая на появляющиеся из-за изгиба реки черные паруса сразу нескольких пиратских кораблей. Кораблей, которые еще не видны моим товарищам.       И я поняла, что мои друзья не успеют! Я поняла, что они обречены.       Вот он мой страх! Мой великий страх! Мой брат, мой друг, мой… возлюбленный.       Я посмотрела на короля мертвых.       - Спаси их!       Дух скептически приподнял свои истлевающие брови и томно посмотрел на меня, обезображенными трупным бельмом глазами.       И я поняла, что мой сумасшедший предок привел меня сюда лишь для того, чтобы насладиться моими страданиями, когда я буду смотреть, как гибнут мои друзья. И слова сами упали с моих губ. Слова, которые кем-то когда-то были вложены в мою голову. Слова, которые давали мне право...       - По праву крови. Я требую. Помоги им. Исполни Клятву!       Призрак колыхнулся и вгляделся в мое бледное лицо.       - Что ты знаешь о праве крови?! – яростно прошептал он.       - Ты сам признал во мне родную кровь, - ответила я, сознавая на какой скользкий путь вступаю. Ведь я почти не понимала, что говорю. - Я имею право требовать от тебя выполнение Клятвы.       - За все надо платить! – сказал он.       - Назови свою цену! – мои глаза следили за кораблями.       - В моем войске не хватает одной проклятой души для ровного счета! – прошептал старик, мерзко лыбясь.       Я непонимающе уставилась на него.       - Ты предлагаешь мне ее найти?!       - Нет. Ты уже здесь…       Я в ужасе вгляделась в короля.       - Ты проклята еще в утробе матери! – с извращенным удовольствием прошептал он мне на ухо. – Лесным королем, чьего сына ты так любишь!       - Чего ты хочешь?!       - Твою душу! Теперь мне не будет так скучно коротать тысячелетие-другое! Будет с кем поговорить, - засмеялся сумасшедший дух.       Это безумие. Это непомерная цена...       Но я видела, в каком изнеможении бьются Арагорн и Гимли. Каким чудом удается уворачиваться от смертельных ударов Леголасу… И корабли! Корабли, что уже были так близко!       И даже если случится чудо, и они не погибнут сегодня, их ждет неизбежное поражение в этой страшной войне. Которая никого из них не оставит в живых...       - Хорошо! Ты получишь мою душу! – тихо сказала я и повернулась к королю мертвецов. – Взамен ты спасешь их и исполнишь свою Клятву, данную Исильдуру! И если ты обманешь меня, остаток твоего существования я превращу в бесконечную пытку!       Дух лишь хитро смотрел на меня.       И я решительно шагнула к обрыву, что нависал над рекой.       Я боялась медлить.       Сорвав с шеи крошечный фиал, я прошептала:       - Позаботься о моем теле, Нимродэль!       И, выплеснув драгоценные капли в Андуин, я спрыгнула вслед за ними.       Удар о воду потряс меня и выбил остатки воздуха. Я вдохнула воду и почувствовала, как грудь моя, будто диким зверем, раздирается на части. Ноги свело судорогой, и, задыхаясь, кашляя, я смотрела на изумрудную воду, что утягивала меня на дно.       Перед моими глазами мелькали видения. Перед моим взором проносилось то, что значило для меня так много… то, что я когда-то не могла оценить.       Вот его затуманенные страстью глаза смотрят на меня, когда я прижимаюсь к нему, издавая стон наслаждения… Губы его касаются моего виска, когда глаза мои смотрят на утреннее небо… Его лицо в моих ладонях... Руки, что так бережно и трогательно обнимают меня на пути в Изенгард… И нежный поцелуй, который так трепетно дарил мне аранен в Хельмовой пади… И глаза, в которые я смотрю… И…       И та ночь. У Нимродэль. Та чистота, та ласка и нежность… та смесь доверия и отрицания… та зарождающаяся любовь… и шепот Нимродэль.       Шепот, что я слышала сейчас, умирая.       Зеленая волна подхватила меня и понесла, захлестывая корабль. Вспениваясь и бурля, смывая все на своем пути. Я не сразу поняла, что это мертвые. Мертвые пришли.       И я среди них.       Король мертвецов сдержал обещание.       Их общество тяготило меня. Их липкие взгляды и ужасные лица. Никто не осмеливался подойти ко мне, но они смотрели на меня, и это сводило с ума.       Этот старый подонок, мой предок, пытался отговорить меня. Видимо, ему так наскучило общество своих подданных, что он сразу, после захвата кораблей, явился пред мои очи с контрпредложением.       - Кровиночка! Отмени свое слово! Вернемся! Заживем с тобой душа в душу!..       Я резко выбросила руку и ухватила предка за кадык.       Король захрипел.       - Клятва! – яростно прошипела я. - Сдержи Клятву! Или я вырву тебе глотку, и ты уже не будешь таким разговорчивым!       Старик дернулся, но как бы призрачны мы ни были, его кадык в любую секунду мог покинуть его оболочку.       - Ладно! – прохрипел он. – Какая ты свирепая и несговорчивая! Уж точно не в меня!       Я кивнула и разжала пальцы.       Я глядела издалека на своих друзей, которые с изумлением и надеждой слушали короля мертвых, что сообщил им о своем намерении принять участие в предстоящей битве.       Я видела, как одухотворен Арагорн, который с горящими глазами смотрел в сторону приближающегося Осгилиата.       Я видела гнома, который морщился, недоверчиво глядя на призраков, и что-то выговаривал своим спутникам.       Я видела осунувшееся лицо Леголаса, который единственный смотрел на горы позади… И в глазах его была невыразимая печаль.       Забившись подальше от назойливых взглядов, я потеряла счет времени, пытаясь впасть в отупение, как мое нынешнее окружение, чтобы не думать, не сожалеть, не вспоминать... И, когда до меня донеслись звуки битвы, я удивилась.       Моим глазам предстало Пеленнорское поле, и мною овладел ужас. Ужас от той мысли, что мы опоздали!       Осгилиат представлял собой развалины, еще дымящиеся и кишевшие орками. По долине на всю ширь раскинулась армия харадримов, орков и умбарцев. С востока их дерзко и отчаянно атаковали малочисленные рохирримы. Минас Тирит же был в огне, и большей частью захвачен.       Я увидела Арагорна, что выпрыгнул на пирс, шокировав своим появлением зазевавшихся орков. За ним последовали гном и эльф. И, спустя секунду, серо-зеленая волна призраков, которых с азартом, чего нельзя было от него ожидать, вел в бой мой предок.       Я не заставила себя ждать и, выхватив меч Халдира, ринулась в свой последний бой. Это было неописуемо легко - рубить орков, оставаясь неуязвимой для них.       - Смерть! – кричала я до хрипоты, подхватывая общий клич.       На какое-то время я забылась, предавшись вакханалии резни, опуская меч снова и снова, ведомая местью и болью. Но фигура Леголаса, исчезнувшая за тушей гигантского мумака, заставила меня очнуться. Я, не отдавая себе отчета, следила за ним и, как только он исчез с моих глаз, заметалась. И с этого мгновения я поняла, зачем я здесь... в чем смысл моего странного существования.       Я следовала за араненом, следила за гномом, прикрывала Арагорна. Я была их щитом, их хранителем, их незаметным стражем, и неоднократно отводила смертельные удары…       Отвлеклась я только на несколько минут.       Когда увидела Эовин.       Боль так сдавила мне грудь, что я не могла вдохнуть. Хоть это было так странно и неловко для призрака. Но чувствовала я так же остро, как и тогда, когда была живой!       Она лежала возле тела короля Теодена. Возле ящера с отрубленной головой. Возле ошметков плаща и странного, смердящего тьмой, шлема.       Моя нежная Эовин.       Я склонилась над ней и вдруг поняла, что она еще жива.       Великий Эру!       Подняв голову, я видела своих друзей, что в пылу битвы уже были далеко. И страх оставить их владел мною. Но и эту нежную девушку я не могла оставить на милость недобитых орков.       Поймав пробегающего мимо призрачного воина, я указала ему на девушку.       - Охраняй ее!       Когда его перекошенное лицо, со снесенной частично нижней челюстью, умудрилось ухмыльнуться, а руки потянулись к паху, я вдруг вспомнила, что насильники были не редкость в армии моего предка. Злобно встряхнув призрака, я свирепо прошипела:       - Мерзота! Тронешь ее, и я отрежу тебе все то, что ты так любишь теребить! И прибью тебя к дверям борделя! Снаружи!       Мутные глаза призрака округлились, и я поняла, что моя угроза его отрезвила.       И я снова нашла тех, ради кого я здесь была.       Но им моя защита больше не требовалась.       За несколько минут зеленая волна призраков очистила Минас Тирит и Пеленнорское поле от воинов Мордора. Оставшиеся в живых позорно бежали к Осгилиату и пытались переправиться на восточный берег.       Король мертвых стоял перед Арагорном. Все слова были произнесены. И он ждал освобождения. Ждал с надеждой, несмотря на свой жалкий, извращенный, сумасшедший разум.       И он получил его.       Ветер задул мне в лицо. Ветер, уносящий в беззвездный мир успокоения и забвения. Король мертвых и его подданные вздохнули с облегчением и закрыли свои ужасные глаза. И зеленый сумрачный туман, который был так похож на людей, исчез. Туман, по моей воле пришедший на поля Пеленнора.       Лишь я осталась стоять, хотя чувствовала, что истончаюсь, улетаю… Что скоро исчезну, растворясь в воздухе.       Лицо Арагорна горестно перекосилось. Гимли выронил свою секиру и закрыл рот руками.       А Леголас. Леголас не мог поверить своим глазам. Его потрясение было таким явным, таким сильным, что я чувствовала его боль.       Приблизившись, я подняла руку и попыталась дотронуться до его лица. Коснуться, чтобы хоть на миг почувствовать тепло любимого, унести в вечность воспоминание… Но нет.       Убить его я могла, поцеловать - нет.       - Прощай, любимый! - прошептала я, когда ветер развеял мои пальцы, что тянулись к лицу аранена.       Я еще видела невыразимую муку на его лице, видела, как он упал на колени, сжимая кулаки... я еще услышала его рвущий мою душу стон...