Убийца

Örsten – Fleur blanche

Я стояла, как вкопанная. Ноги приросли к холодному паркету, не в состоянии сделать хоть шаг. Я прикрыла рот, слезы текли по щекам. Гарри стоял в двух метрах от меня, руки сжаты в кулак, что аж побелели костяшки. Его изнутри пропирало на что-то, это было видно. Взгляд хищно осмотрел меня с ног до головы, но он не сделал ни шагу, и это ещё больше пугало. Я не знала, что твориться сейчас в его голове, но знала, что вляпалась по самое не хочу. Я хватала ртом воздух, которого мне так не хватало, но получались громкие всхлипы. Он достал из заднего кармана нож. Лезвие при свете сверкнуло, показывая себя во всей красе. Внутри меня все трижды перевернулось, я поняла, что он собирался сделать. Медленно, словно боялся меня спугнуть, как какого-то дикого зверька, он начал надвигаться на меня. Мои ноги не могли сделать и шагу, я только смотрела в его темные глаза. Мои кулаки сжались, и я поняла, что до сих пор держу в руке проволоку, которую согнула дважды. Крепче сжав её, отвела руку назад, готовясь нанести удар. - Гарри… - прошептала я, не выдерживая. Он даже глазом не моргнул. Вот она, настоящая сущность его. Я сейчас проживаю последние свои минуты, и понимаю, наконец-то разбираюсь в правильности вещей. Точность – вот что на самом деле важно среди людей. Не ошибиться, не сделать ложный шаг в не ту сторону. А я его сделала, превратилась в чужую надежду, которой не суждено сбыться. - Молчи сейчас, - ответил он ядовитым голосом. Между нами было меньше метра, когда я взяла всю свою силу в кулак, и всего лишь легким, невесомым движением, поднесла руку к его лицу. Удар был не сильным, но этого хватило, чтобы он упал на пол, выронив нож. В этом случае, адреналин в моей крови превысил норму, и голова перестала работать. Но все же я поняла, что смогу выиграть несколько минут своей драгоценной жизни. Откинув нож под кровать, я собралась бежать, но Гарри оказался шустрее, схватив меня за ноги. Всем телом я повалилась на холодный паркет, но мне было плевать на боль, я хотела вырваться из его хватки. Мое тело содрогалось от страха, я пыталась отползти хоть на метр, но сильные руки парня уже переместились на ягодицы, притягивая к себе. - Не уйдешь! - прокричал он, пытаясь ухватить меня. Я выкручивалась, но лишь когда одна нога оказалась свободной, я смогла его ударить. Со всех сил, несмотря на боль, где-то внутри, я бежала сломя голову. Ворвавшись в спальню, с оглушительным грохотом дверь захлопнулась. Я прислонилась спиной к холодному дереву, чувствуя рвущиеся раны внутри меня. Мне было до безумия страшно, я это уже поняла. Я услышала тяжелые шаги, громкий стук двери и Гарри уже возле моей спальни. Между нами было сантиметров десять, я слышала его тяжелое дыхание, перекрывающее мое громкое сердцебиение. Я не могла уже контролировать слезы, они сильным потоком катились по щекам. - Софи, милая, открой дверь, - прошептал Гарри по ту сторону, как будто зная, что я сижу здесь и слышу его. Мне стало тяжело дышать лишь от одной мысли, что мне больше некуда деваться, я в глухом тупике. Положив руки на пол, я сдерживалась, чтобы не закричать. Да, во мне было настолько много эмоций, что они не могли больше быть во мне, я хотела избавиться от этого ужасного груза, скинуть все с души. - Прошу, Гарри, пожалуйста, - мой голос сорвался от слез и истерики. Я стиснула зубы. - Пожалуйста. Я услышала пару щелчков, тихие шаги и пустоту. Я прислонила ухо к двери, пытаясь услышать хоть что-то. Но ничего. Глупая тишина, которая сама по себе убивала неизвестностью. Во мне зарождалось новое чувство, более страшное для меня и темное. Я тяжело вздохнула, и немного отползла от двери. Тело дрожало, я была на какой-то грани истерики, главное - держать себя в руках. Я живу последние минуты. Когда я была у кровати, дверная ручка медленно прокрутилась, а когда дверь открылась, я увидела своего убийцу. Выражение его лица было более чем спокойное, даже безразличное. В руках был тот же нож, видимо, он возвращался за ним. Он с каждым шагом приближался ко мне, а я пыталась все дальше отползти от него. Когда он оказался около меня, с моих губ слетел полу крик, который терзал меня изнутри. Я смотрела в его темные глаза снизу вверх, пытаясь понять, что он сам чувствует в этот момент, что руководит его разумом. Он присел около меня, немного наклоняясь к уху. - Прости, - шепчет он. От его слов мне становится до жути противно. Он сам понимает, что просит прощение перед тем, как убить меня? Кажется, что нет. Медленно, его рука тянутся к моему лицу, касаясь мягкими пальцами щеки. Большим пальцем коснулся губ, ощущая их шершавость. Я всегда имела дурацкую привычку их кусать. Рука опускается к шее, а потом дальше. Остановившись на животе, приподнимает майку и прикладывает холодное лезвие к телу. Я отвернулась, не могла смотреть на это. Я рыдала вслух, не боялась уже выразить свои истинные эмоции, не боялась показать свою душу. Я уже ничего не боялась, я приготовилась к худшему. Я чувствовала, как лезвие скользило по телу, но боли не было, он всего лишь играл со мной, словно забавлял. Но когда оно впилось мне в живот, по мне словно ток прошелся. Меня разрывало, уничтожало, испепеляло. - Софи... - шепчет Гарри возле самого моего уха. Горячее дыхание обжигает кожу шеи, заставляя покрыться мурашками. Он убирает нож, рывком бросает к стене, пока дыхание его учащается. Я словно слышу его сердцебиение, оно стучит совсем близко, как будто я могу его увидеть, хоть это нереально. Гарри яростно ударил кулаком об пол, заставляя меня закрыть глаза и вздрогнуть от неожиданности. Я боялась посмотреть на него, просто ждала. Ждала, когда придет мое время. Но Гарри лишь поднялся на ноги, придерживаясь за мою кровать, и ушел. Вот так, просто взял и ушел. Как будто, так и должно быть, правильность вещей. Я думала об этих правильных вещах, а в итоге выходит так, что они не так уж и правильны. Они лишь прикрыты мглой, скрыты где-то. Туда пропуска не существует. Я чувствовала, как тело начинает слабеть, просто вот так. Повернув голову, я увидела рану на животе, порез, хоть я его уже не чувствовала. Небольшая лужа крови была на паркете, майка была запачкана. Какая жалость, она ведь была моей любимой. Ключевое слово – была. Может быть, я тоже уже «была»?