Фэльзи — дочь краболова

"Мне часто кажется, что моя жизнь не имеет смысла". Блеклые горноцветы безвольно трепетали под дыханием стылого ветра. Он сдувал пыль на линии, что Фэльзи рисовала на земле, но та продолжала сжимать сухую палочку озябшими пальцами. В этот мглистый день у руин Упокоища властвовала тишина, безгласная и величественная, и лишь шелест промёрзшей листвы нарушал воцарившийся покой. "Нет света, нет тепла, всё, что было, повторяется изо дня в день. Словно план Обливиона, из которого мне не найти выхода". "Даже в царстве Вермины можно отыскать проблеск света, моя милая", — кристально-голубые глаза старого краболова были устремлены в даль, неведомую и чуждую для Фэль, но тёплая улыбка, тронувшая его губы, предназначалась только ей. "Ты лишь пытаешься приободрить меня", — под палочкой постепенно возникала летящая птица. "Глядя во мрак снова и снова, блуждая в пустоте, ты не увидишь проблеска и не отыщешь своего проводного огонька. Стоит изменить сторону, с которой ты смотришь. Шагнуть дальше. Понимаешь о чём я, крошка Фэль?" Охотница подняла голову, вдумываясь в сказанные им слова: "Не совсем". Старик повернулся и указал рукой на дверь: "Шагнуть дальше, Фэльзи. Открыть ранее неведомое. Ты ведь не можешь всю жизнь оставаться у подножия двери, верно?" Она почувствовала, как ветер проходит сквозь неё вместе с выдохом. "Я... я не уверена, сумею ли". "Попробуй", — краболов поднялся со ступеней, отряхивая одежду, и неспешно направился прочь. "Куда ты?" "Ты должна пройти свой путь сама, крошка Фэль. На то он и твой, — на мгновение старик обернулся: — Сделай шаг". Холодный ветер с новой силой заиграл листьями голубых горноцветов. Пепельные волосы взметнулись под очередным порывом, закрывая её глаза тонкими паутинками. Она осталась одна. Нет, не совсем. "Иди". Ей показалось или резные узоры на двери стали наливаться сиянием, а сквозь щели наружу проник слепящий свет. Фэльзи неуверенно встала на ноги, чувствуя, как ветер пронизывает её тело насквозь. Свечение коснулось её кожи и она поддалась ему, неспешно двинулась к вспыхивающим на створках узорам. Неожиданное тепло удивило её, и она протянула руку, чтобы узнать, почувствовать на ощупь, но пальцы коснулись лишь холодного железа. Происходит ли это действительно здесь, с ней? Она уже и забыла, когда перестала задаваться этим вопросом. А теперь, спустя долгое время безмолвия, вместо него возникла фраза, твёрдый приказ — "иди". Она вошла прежде, чем ветер успел развеять летящую птицу на иссохшей земле.

***

Свет снопом искр ударил сквозь веки, а вместе с ним до слуха донёсся отдалённый шум. "Прошла?" Фэльзи еле слышно застонала, ощутив ноющую боль в затёкших конечностях и попыталась принять более удобное положение. В следующее мгновение она почувствовала, что скатывается куда-то вниз; пальцы заскребли о холодный камень, инстинктивно пытаясь за что-то схватиться. Удар. Вместе с ним в её голове возникли пульсирующие воспоминания прошедшего дня, которые казались сейчас невероятно далёкими и произошедшими с кем-то другим, но никак не с ней. Фэльзи резко распахнула глаза, вбирая в себя вместе с нахлынувшими мыслями тусклый свет, проскальзывающий в пещеру. Ей удалось, действительно удалось оторваться от бандитов, и в этом холодном каменном оплоте она сумела найти себе ночлег, никем не обнаруженная. Конечно, она сейчас чуть не разбила голову о камень, но боги вновь были на её стороне, учитывая в какой дальний и высокий угол пещеры она забралась. Подняв голову вверх, Фэльзи в полной мере сумела оценить это. А ещё ей во сне явился отец, воспоминание о котором тянущей болью отозвалось в груди. Он хотел, чтобы она шла дальше. Чтобы продолжала свой путь, пусть всё вокруг и стало таким странным и неясным. Несмотря на то, что она была не уверена, сможет ли теперь почувствовать счастье. Даже после того, как стала тонкой грань между обыденностью и тем, что она до этой поры считала невозможным. Не смотря на это она должна идти вперёд. Остановится — и застрянет навсегда в этой бездыханной пустоте. Отдалённые голоса оторвали её от болезненных размышлений. "Это что ещё такое?" Несколько шагов ко входу — и звон стали вперемешку с криками стали выделяться из общего гула. А остановившись у самого края пещеры, Фэльзи и вовсе расслышала вибрирующие звуки выпускаемых заклинаний. Битва? Настоящее сражение здесь, где только случайные путники проезжают мимо? После всего произошедшего навряд ли ей стоило сомневаться, но она захотела увидеть. Увидеть, убедиться, просто посмотреть. Битвы происходят не каждый день, по крайней мере в её жизни. Тёмные глаза загорелись, и Фэльзи выскользнула из пещеры хищным зверьком, точно такая же маленькая, дикая и взъерошенная. Среди дневного света и на местности, открытой чужому взору, она чувствовала себя слишком заметной. Казалась себе не охотницей на саблезубов, а беспечным травоядным, которое каждую секунду рискует быть атакованным сзади когтистыми лапами тех самых хищников. Расщелина среди скал только скрылась из глаз, а среди беспрестанного лязга оружия уже можно было уловить чьи-то яростные выкрики и обрывки фраз. — ...не поняли... Не зная на кого охотишься, нельзя подбираться слишком близко. — ...да сдохни!.. Но это ведь не охота, верно? — ...поганые твари... уяснить?.. Ведёшь себя, как ребёнок. "Я не могу отсиживаться в пещере всё время", — произнесённая в мыслях фраза была не очень-то убедительной. Впереди возникли валуны, без сомнения, знакомые зоркому взгляду Фэльзи. Голоса привели её обратно к бандитскому лагерю. Конечно, кое-где она узнавала дорогу и подозревала, что только это место может быть источником звука, но всё же надеялась, что ей не придётся побывать здесь снова. Ещё есть возможность вернуться, крошка Фэль. Эти замшелые камни подвели в прошлый раз, могут подвести и в этот. Отец сказал идти. Да, верно. Познать неведомое. В какое-то мгновение она почувствовала себя невероятно одинокой, брошенной посреди холодной тундры. Ей захотелось крикнуть "папа" и уцепиться за большую тёплую руку. Отец всегда защитит, всегда спрячет за своей спиной. "Милая моя, не бойся... Этот краб, может он тоже тебя боится, ты не думала? Да самый ужасный злодей чего-то и боится, поверь мне, я-то знаю. Твой отец в молодости был бравым воином. Я тебе не рассказывал, как однажды победил пятерых ужасно невежливых магов одной вилкой?" "Хватит". Она сжала губы, подавляя в себе притупившуюся за ночь боль. Просто не думать об этом. Скользнув в расщелину меж камней, Фэльзи пробралась к околице и притаилась у одной из щелей среди неплотно прилегающего друг к другу дерева. В лагере царил хаос. Если можно было назвать хаосом то безумие, что творилось среди многочисленных палаток и костров. Струи пламени, электрические разряды, разбросанная повсюду пища, кружки, яростные выкрики, какие-то разломанные ящики и прочий хлам. Очевидно, бандитов застали врасплох. Это выглядело бы даже забавным, если бы не многочисленные трупы, один из которых лежал прямо напротив Фэльзи. В выкатившихся глазах застыло отчаяние, а из распоротого от груди до паха живота всё ещё вытекала густая тёмная кровь, прямо на вывалившиеся внутренности. Фэльзи часто приходилось разделывать свою добычу. И только благодаря этой выдержке охотника она осталась сидеть, где сидела. "Просто наблюдай и не бойся. Это как в книгах, только здесь. Ты же должна узнать, что происходит". А скоро в поле зрения возникла и причина побоища. Его трудно было не заметить. В чёрных, как смоль, доспехах, внушительного роста, он крушил всё вокруг огромным мечом, с лезвия которого срывались языки пламени. Он выкрикивал какие-то слова, от которых воздух словно сотрясался, а всё, что было на его пути, разлеталось в стороны. "Даэдра?" Нет. За рогатым шлемом проглядывалось человеческое лицо с торчащими прядями чёрных волос. — Убогие куски дерьма, — прорычал он, и из его свободной руки вырвался огненный шар, поразивший очередного разбойника, который бесполезно размахивал топором. Тот чуть ли не захлебнулся криком, чувствуя, как его кожа начинает сползать и обугливаться, но в следующий момент огромный меч настиг его. — Я же предупреждал. Оставшиеся бандиты сбились в кучку. Четверо, держащиеся за мечи не как за оружие, а как за спасительную соломинку. Фэльзи видела их всех. И всепоглощающий страх, заполонивший всё своим едким запахом, таким же густым, как кровь из распоротого живота. Выражения на их лицах были совершенно различны, и Фэльзи затаила дыхание, наблюдая за ними. Как будто её вовсе там не было. Как будто она не Фэльзи, а лёгкий дух тундры. Никем не заметный и никому не мешающий. Свободный и быстрый, который видит всё. В руках долговязого рыжего лучника подрагивал лук с натянутой тетивой. Стрела готова была сорваться, но он никак не решался отпустить её. Невысокий светловолосый разбойник с мечом постоянно дёргался и косился на своих товарищей. Огромный бородатый громила, который казался главным, выглядел бы устрашающе, если бы не убийца в чёрных доспехах, разом затмивший их всех. Громила старался казаться твёрдым, но Фэльзи чувствовала, как от него разит трусостью. Поболее, чем от остальных. Охотница с любопытством уставилась на боевой раскрас на его лице. Тёмные рисунки на коже. Она никогда не видела подобного и решила, что это особый знак главенства. Чуть в отдалении стоял знакомый её детства. Русоволосый парень, совсем ещё юный, с высокими скулами, тонким носом и сосредоточенным выражением в глазах. Если он не боялся так, как другие, то только из-за неопытности. Странно, но она чувствовала некое сожаление из-за того, что он умрёт сейчас. Этот разбойник, кажется, Рик, так его называли остальные, вызывал у неё детские воспоминания. А это было какой-то связью с прежней жизнью. Да, с прежней. Фэльзи чётко разделила свою жизнь на ту, что была до вчерашнего дня и на ту, что началась после него. После того, как даэдра решили с ней поиграть. Интересно, они всегда живятся на чужих страданиях? — Тупые уроды, — вновь глухо произнёс черноволосый. — Вы что, думали, умней меня? Рядом с ним застыл бледный рыжий тип с бакенбардами. В доспехе из потускневшей стали, которая когда-то, наверное, блестела, он выглядел не так впечатляюще, как его спутник. Скорее всего его помощник или друг, хотя Фэльзи сомневалась, что такое понятие существует где-либо кроме книг. — У вас есть последний шанс, ублюдки, сказать мне, кто из вас сделал это, — продолжал черноволосый. — Йорген из Морфала. Кто из вас убил его и забрал принадлежавшее ему? Молчание. Разбойники только часто дышали, застыв в оборонительных позах, словно это могло спасти их. Вопрошавший вздохнул и Фэльзи пришло в голову, что он сделал это, как недовольная женщина. — Колдер. Мужчина с бакенбардами ринулся вперёд, словно заклинание, выпущенное из рук умелого мага. Светловолосый разбойник попытался отразить его атаку, довольно умело, на взгляд охотницы, но удары Колдера были более мощными и точными. Он просто схватил его за шкирку и поволок в сторону своего ожидающего черноволосого спутника. — А теперь смотрите, паршивые псы, что бывает с теми, кто желает играть со мной в молчанку. Раз вы настолько тупы, что не можете уяснить с первого раза. Он стянул шлем и откинул его в сторону. Фэльзи буквально впилась глазами в открывшееся ей лицо. Жёсткое, как она и ожидала, с твёрдой линией губ и прямым носом. Уже не совсем молод, но далеко не старик. И в глубоко посаженных глазах бурлила ярость, которую он сейчас намеревался выплеснуть. Меч в его руках блеснул отразившимся на лезвии огнём, а потом он вогнал его в колено бандита, которого буквально стиснул в обяътиях Колдер. Тот заорал, подкашиваясь и падая, а воин в чёрном уже успел пронзить его второе колено. Он просто кромсал распростёртое на земле тело бандита, а его напарники стояли в стороне, наверняка осознавая чем может кончиться для них встревание в это дело. — Вы поняли, скампы вас дери?! Кто из вас, уродов, её спрятал? Это ожидало и их. Страх, царивший вокруг, расширился, сгустился, запульсировал, оборачивая оставшихся троих леденящей пеленой. Внезапно бородатый громила с рисунками на лице содрогнулся и сбивчиво заговорил: — Я знаю... знаю, где она... Убийца наклонил голову, прокрутив окровавленный меч в руках. — Мы были в Морфале, хотели поживиться... ну пошли в "Хижину", Херд сказал, там много хлама... мы хотели взять совсем немного и пойти, но Рик он... в сундуке нашёл какой-то обломок, подумал, что ценный... ну я ему так и сказал, брось, ну подумал, дурное что-то в этой штуке... а он так сказал "нет, я его нашёл и..." это "сила в нём", а потом пришёл этот дровосек, ну он как накинулся... ну прямо с лесопилки, топором, Рик его и прирезал. И рукоятку ту с собой забрал. Фэльзи видела, как меняется в лице Рик, пока разбойник тянул свою прерывистую речь. Глаза парня расширились, он смотрел то на черноволосого убийцу, то на своего напарника и его дрожь стала заметна даже Фэльзи. Черноволосый хищно улыбнулся: — Итак, кто из вас, ублюдков, Рик? Долговязый лучник покосился на Рика, а тот взглянул на бородатого, основательно побледнев и, словно ожидая, что тот скажет что-то ещё и оправдает его: — Отец, я ничего не... Тот сразу вспыхнул: — Нечего врать, Рикки, мы-то тут все знали, что ты её с собой утащил, лучше решай сам дела с... господином, а мы к этому не причастны, так ведь Агнир? Скажи, что это он убил лесоруба, скажи им! Рыжий быстро закивал. — Я убил его, но... я не видел никакой рукоятки, я клянусь! — голос Рика сбился, в нём скользило отчаяние и этот страх, леденящий, душащий. — Брат? Но Агнир только промолчал, делая вид, что не расслышал, хотя Фэльзи видела, как его зрачки судорожно бегали. Черноволосый неспешно стянул с себя перчатки и зааплодировал: — Семейная драма, как мне это нравится. По воле судьбы вы остались втроём и у одного из вас то, что принадлежит мне. Что ж, Рикки, я думаю, ты понял, что брать чужие вещи нехорошо и сейчас мы покажем тебе, как поступаем с ворами, которые забирают у честных людей ценные рукоятки. Фэльзи чувствовала, что это произойдёт. Она и сама знала, когда нужно сделать тот самый рывок. Именно он в нужный момент спас её вчера. Парень дёрнулся, как загнанный лис, и помчался прочь со всей скоростью, с какой только мог. — Колдер! — реакция черноволосого не заставила себя ждать. — Разберись с... этими. Я за ублюдком. — Мы же... — начал было бородатый, но Колдер уже начал свой кровавый танец, искусно и отточено взмахивая мечом. Здесь осталась только смерть. Больше не на что смотреть. Чтобы проследить за Риком, Фэльзи пришлось прильнуть к другой щели и чуть ли не высунуться из-за околицы. О нет. Во имя всех богов, мыслимых и немыслимых, он бежал в её сторону. Обогнув частокол и мчась по берегу Хьяла, он направлялся к валунам. Мгновения назад она чувствовала себя безликим наблюдателем, даже не думая о возможности стать частью происходящего. А теперь всё в один момент перевернулось. Бежать? Они её заметят. А так могут и не увидеть, хотя и шансы невелики. Она вжалась в холодный камень, слыша то ли секунды в своей голове, то ли биение сердца. Топот ног стал ближе и отчётливей. Не мигая, Фэль уставилась в проём между валунов. Когда-то она узнала о заклинании невидимости и теперь думала о том, как бы оно помогло ей сейчас. Что потянуло её сюда? Любопытство, слова отца из сна? Даэдра её дери, с каких пор эта жизнь стала настолько насыщенной? Отца нет — и теперь ничего не удерживает от попадания в неприятности? "Совсем рядом". Она уже даже слышала учащённое дыхание и звуки мелких камешков, отлетающих от сапог. Так что для уже готовой ко всему Фэльзи тишина наступила слишком уж неожиданно. Некоторое время она всё ещё смотрела в пустоту, не совсем осознав, что к ней больше никто не приближается. Так и сидела, обхватив колени руками, бледная, как альтмер, грязная, как норд, и занавесившаяся нечёсаными кудрями изгойки. Ещё двенадцать ударов сердца. Фэльзи опустила руки. "Боги, вы со мной?" Проведя пальцами по сухой земле, она взглянула в сторону проёма, раздумывая. Вздохнула, набираясь смелости, и всё же выглянула наружу.