Мы растопили наши сердца

C победы над Кромешником прошел практически год. Джек по обвыкся со своей новой должностью и всю весну с летом провел у Северянина в гостях, да собственно и большую часть осени он проболтался там без дела. Когда же наступило время холодов, он с радостью вырвался из дома Санты. И не только потому, что Клаус стал занят, но и потому, что ему уж очень наскучило однообразие. Да, это было лучше, чем проводить время в одиночестве на полюсах, но все же ему ничто не могло заменить снегопады, холодные ветра и зимние забавы. Так что как только осень перешла в ноябрьский месяц, когда уже и снег выпасть может, Джек буквально сбежал из резиденции. - Северянин, как думаешь, нормально все будет? – обеспокоенно спросила Туоф, из угла в угол летая по комнате. У новогодних эльфов голова закружилась, так что некоторые из них уже лежали и что-то невнятное бормотали, но были и те, кто держались, позванивая бубенчиками на колпаках. Йети же недовольно бурчали, столпившись у входа. У всех были вопросы по поводу наступающего Рождества, а Зубная фея прилетела и отвлекает начальника от работы. – Ну, Северянин! – снова воскликнула фея, от чего мужчина отколол ото льда не ту часть. – Ой… - пропищала она, когда Санта Клаус замер, а после медленно встал и глянул на неё уставшими глазами, под которыми залегли темные круги. - Фея, - тяжело вздохнув, начал Северянин, - Джек уже не тот, каким мы его встретили год назад. Ему не нужны няньки. Наверно. Но до февраля ещё куча времени, так что не переживай. Я уверен, он уже сталкивался с ней, так что задурить ему голову не получиться. - Но Северянин! Ты же знаешь! Ему бы только веселиться да с детьми играть! А если она… Она же! - Туоф! – прикрикнул мужчина, заставив женщину - колибри умолкнуть. – Я уверен, Луноликий не допустит того, о чем ты пытаешься мне втолковать. Он не ребенок… - Вот именно! Он подросток! – воскликнула Туфиана и выразительно посмотрела на уставшего Северянина. – А ты знаешь, какие подростки! Ты что, себя не помнишь?! - Помню… Но тогда-то я не знал! Да и как давно это было… Я тогда был молод и глуп. - А он сейчас молод и глуп! – снова воскликнула женщина и вздохнула. – Северянин, он же про обязанности забудет… - Ну не запирать же его на целые сутки? – поинтересовался мужчина, усаживаясь на место. – Да и то, она если захочет – везде достанет… - А это идея! - оживилась Зубная фея и тут же закружила по комнате. – Надо его запереть! Тогда все будет хорошо! - Туоф! – буквально рявкнул мужчина, после чего вздохнул и покачал головой. Фея тут же приуныла, поняв, что сморозила глупость. - Ну, ладно… Я пошла. Ночь уже скоро… Пока. – Тихо попрощалась она и вылетела в дверь оставив Северянина думать над их разговором. Декабрь и январь прошли, как обычно. Джек веселился, морозил носы как детям, так и взрослым. Проводил время так, как захочет. Часто навещал Джейми с Софи, рассказывал разные истории, выслушивал их. Они только и делали, что веселились. С наступлением февраля, в городе снова начала появляться праздничная атмосфера. Джек уже такое видел и раньше. По улицам гуляют парочки, над которыми забавно подшучивать, а сейчас вдвойне веселей, ведь в него верят дети и ему есть для кого разыгрывать эти представления с поскользнувшимися людьми. Постепенно приближалось четырнадцатое февраля. Все покупали валентинки. Количество гуляющих парочек увеличилось, несмотря на морозы. Все радовались, даже дети и те, постоянно галдели о приходе праздника всех влюбленных. Только вот, когда он спросил о хранителе сего торжества, дети пожали плечами. Да и он ведь не сталкивался с хранителем этого праздника раньше. Сидя на крыше одного из зданий, Джек наблюдал за прохожими, лениво подмораживая асфальт. Сегодня выходной, праздник, но все встречают его либо с семьей, либо по парам. Один Джек ни с кем не встречал его, скучал. Да вот и скучал бы он так, если бы не привлек его силуэт на соседней крыше. Приглядевшись, он различи хрупкую фигуру в легком платьице с длинными, каштановыми волосами, закрепленными внизу, чтобы не так развивались. В принципе, ничего не обычного, но для таких морозов, уж слишком легко была одета девушка. Любопытство взяло свое и Джек, поддавшись искушенью, перелетел на другую крышу, что бы лучше разглядеть странную девушку. Она смотрела на гуляющие внизу парочки и улыбалась, что-то считая на пальцах. Может, он бы так и наблюдал за ней, но неожиданно девчушка отвлеклась от созерцания людей и посмотрела точно на него, улыбнулась и испарилась. - Нет, ну ты видела? Видела?! – верещала Туоф. Она уже довольно давно наблюдала как за Джеком, так и за Трифой. Ей не давало покой то, что она так долго не обращала на него внимания, хотя фея была уверенна, что эта девчушка заметила Джека с самого начала наблюдения, и её тоже. Вот только что у хранительницы дня всех влюбленных, да и вообще, любви, на уме - не знала. Она только и могла, что советоваться со своими помощницами. Джек весь город облетал в поисках этой странной особы, но так и не нашел. Когда он совсем умаялся и прилетел в парк, где решил отдохнуть, девушка нашла его сама. Пришла и спокойно села рядом. Она улыбаясь, смотрела на парочки, даже не взглянув на Ледяного Джека, он же в свою очередь с интересом и неким опасением глядел на гостью. Она посмотрела на него только через несколько минут и так же тепло улыбнулась. - А ты тот ещё ледышка. – Усмехнулась она, в упор, глядя в голубые глаза парня. У неё же они были зелеными, как первая листва, и Джек неосознанно сам, как завороженный, смотрел в них. – Сердечко холодное такое, ужас. - О чем ты? – очнувшись ото сна и посмотрев мимо девушки куда-то ей за плечо, спросил он. Трифа лишь звонко рассмеялась - Я Трифа, хранительница любви. – Она протянула руку ошарашенному Джеку, который на автомате пожал её. – А ты и впрямь холодный, как и говорили. - Зато ты теплая. – Довольно тихо отозвался Джек и, если бы было возможно, то покраснел. Трифа снова звонко засмеялась и растрепала белоснежные волосы парня, вызвав его недоумевающий взгляд. - Ты ещё сущий ребенок. – Тепло улыбнулась она, встав со скамьи, и отправилась к одной из парочек. Сложив ладони лодочкой, она дунула в них, и сквозь пальцы полился насыщенный, розовый свет. Раскрыв ладошки, она явила миру маленький огонек, излучающий этот нежный свет. Подойдя к девушке, она прислонила руку с огоньком к её груди, где он и пропал. Полюбовавшись пару минут на уходящих людей, держащихся за руки, она вернулась к Джеку. - Что ты сделала? – слегка раздраженно спросил он, сжав ладонями посох. - Всего лишь усилила её чувства. – Беззаботно ответила Трифа и пожала плечами, не видя в этом ничего особенного, а после рассмеялась, заметив удивленный взгляд на себе. – Сердца людей, в зависимости от силы влюбленности, излучают разное сияние. Симпатия – желтый, влечение – оранжевый, влюбленность – нежно - розовый, который ты видел. Любовь же, ярко - красного цвета. Страсть - более глубокого, алого цвета. И каждый цвет по своему прекрасный. Ещё есть черные сердца, это те, которые поглощены ревностью или у тех людей, кто играет чувствами других. Я их предпочитаю превращать в холодные, источающие голубоватое сияние. Такое как у тебя. – Заметив некое подобие испуга на лице юноши, Трифа снова расхохоталась. – Ты такой смешной! - Ничего подобного! И вообще, ты ошибаешься! – воскликнул Фрост, взлетая в небо. Девушка ещё долго хохотала, вспоминая голубоватое, слегка дрожащее сияние, приобретшее у самого - самого края слегка желтоватый оттенок. - Увидимся в следующем году! – крикнула она ему в след, растворившись в воздухе. Сидя у камина в резиденции Санты, Туоф, Северянин, Песочник и Банимад совещались. Джек только и делал, что хандрил после наступления весны. И ничто его не веселило, только сидел, вздыхал да метели по северу гонял. - Ну, и что делать будем? – отставив кружку, поинтересовалась Туоф у присутствующих. – Я же говорила, что добром это не кончится. - Но ты не говорила, что он в неё влюбится. – Говорил довольный Кролик. У него давненько не было такой хорошей Пасхи. - И что? Я ж не знала! – воскликнула фея. – Песочник, скажи что-нибудь! Ошарашенный Песочный человек, о котором не вспоминали, от неожиданности выплюнул какао. Над его головой начали мелькать картинки. - Ясно - ясно… - Фея махнула рукой в его сторону и плюхнулась обратно в кресло. – Что делать - то будем? - А что делать? – удивленно спросил Банни и отпил морковного сока. – Вот что ты сделаешь с влюбленным парнем, а? Вот когда я влюбился в одну крольчиху… - Кролик, не начинай… - вздохнул Северянин. – Есть только два варианта: переждать и подтолкнуть. А ещё лучше, вообще не лезть. Дела сердечные, очень сложные, это не с детьми общаться. - Да вы и с детьми не общаетесь. – Пробубнила Туоф отпивая какао. - Кто бы говорил! – воскликнул Кролик, готовый что-нибудь съязвить в её сторону. - И о чем разговор? – поинтересовался пришедший Джек. Он был весь в снегу и по виду – довольный. - Ха-ха, да так, ни о чем! – попытался растерявшийся Санта исправить положение, глазами сверкая в стороны собеседников. Только вот Песочник всех спалил. - Как интересно! – растянул слова по слогам Фрост и хрустнул пальцами. – И почему же это меня не приглашают на разговор обо МНЕ? – Северянин потупил взор, под тяжким взглядом Ледяного. Кролик и Песочник с усиленным рвением начали пить напитки, а Туоф глупо захихикала. – Ну так что, продолжим дискуссию? Спустя полчаса отмораживания носов, задниц и других частей хранителей, Джек все же успокоился и позволил себе расслабиться, развалившись в комнате, любезно предоставленной для него Северянином. Хотя, как, предоставленной? Пришел, сказал что занято и все дела. И, если изначально комнатка была теплой, и в ней постоянно горел камин, то теперь она вся пребывала во льду и камин, во избежание потопа, топить перестали. Так что там теперь было царство холода. - Эй, Джек, как думаешь, ей понравиться моя валентинка? – допытывался у Ледяного духа Джейми. Джек согласно кивнул и расплылся в улыбке, хотя сам он думал совершенно о другом. Завтра четырнадцатого февраля. - Эй, Трифа! – орал Джек, перескакивая с одной крыши на другую, но девушка упорно не желала отзываться. – Выходи, иначе к чертям тебя заморожу! - Какие страшные угрозы… - лениво все же отозвалась девушка, появившись на крыше соседнего дома. - Ты что натворила, а? – подлетев к девушке, грозно спросил Джек, заставив Трифу попятиться. - Тише - тише… Сбавь обороты. – Усмехнулась девчушка. – Какие-то проблемы? - Да! После того вечера… Что ты тогда сделала, а? - Я – ничего. Ты сам. – Рассмеялась девушка и спрыгнула с крыши. Джек было ринулся за ней, но раздавшийся позади него смех, заставил остановиться. – Люди сами влюбляются. Моя задача лишь раздувать их чувства и пресекать те, которые любовь порочат. Вот у тебя, сердечко светит оранжевым. – Пропела она, идя по краю крыши. – И кто же предмет твоей любви? – насмешливо спросила она. - Ты. – Без капли стеснения ответил Фрост. Трифа застыла, неверяще глядя на парня. - Что? – девушка хихикнула. – Ты о чем? Это невозможно. В меня нельзя влюбиться. И я не влюблюсь никогда. Я только дарю чувства людям. Так… надо что-то придумать. Давай, я верну все на свои места, а? – растерянно предложила она и спустилась на крышу. Она была Фросту всего лишь по подбородок, что сейчас ей сыграло на руку. Она не видела его глаз. – Эй, Джек? Пока не поздно? - Ага, сейчас же. – Хмыкнул дух и притянул к себе хранительницу, которая от таких действий ещё больше растерялась. Обледеневшая байка в миг остудила раскрасневшиеся щеки. – Ты от меня не отделаешься. – Он сильнее притянул девушку к себе и запустил ледяные пальцы в её пышные волосы, растрепав их. - Ты идиот. – усмехнулась она, ощущая, как его сердце приобретает насыщенный, ярко - красный цвет, а её - легкий, золотисто - желтый. По своей глупости растопила два холодных сердца, которым было не суждено любить.