О преимуществах чистоты

Прошло несколько часов. На темно-синем небе медленно начинал дребезжать бледный рассвет. Петуния сидела на кафельном полу ванной вся в крови и бездумно водила руками по оставшимся пакетам с останками Гиджлс. Ей впервые в жизни не хотелось прибираться. Все нутро отчаянно протестовало, а в голове хаотично бились мысли, но девушка игнорировала их и отстраненно наблюдала, как из белоснежных пластиковых пакетов медленно вытекает темная густая кровь. Полчаса назад ей звонили из полиции – сказали, что скоро приедут их люди с ордером на обыск. Так мило, что они позвонили заранее, но у нее все равно совершенно не было времени подготовиться: ни вымыть все комнаты до блеска, ни навести идеальный порядок в доме, ни накрыть на стол к приходу гостей… Снизу раздался стук в дверь – полицейские уже прибыли. Девушка неестественно передернула плечами от шума. В голове вновь начали роиться мысли обо всех тех микробах и грязи, которые с каждой секундой все сильнее вгрызались в кожу, разъедая ее до сырого мяса и ломких костей. Появилась навязчивая идея взять ножницы и аккуратно срезать кожу с рук, а затем с ног. Стук повторился, но уже более настойчиво. Раздался громкий голос полицейского, зачитывающего ордер. Петуния его почти не слышала – в голове звучал лишь противный треск, похожий на стрекотание насекомых. Эти жучки роились прямо в черепной коробке так сильно, что девушка отчетливо слышала, как они скребутся в голове, прокусывая и поедая череп своими крошечными, но крепкими челюстями. Во всем доме раздался грохот – кто-то из полицейских решился выломать дверь. Медленно, словно на автомате, девушка с трудом поднялась и, не выпуская из рук один из мешков с останками подруги, пошла на шум. Спускаясь по лестнице, Петуния почувствовала, как содержимое пакета стало плавно вываливаться прямо не нее, еще сильнее пропитывая когда-то красивое платье протухшей кровью. Посмотрев вниз, девушка увидела, как на лестницу с мерзким шлепком упало что-то бесформенное и явно гнилое. Субстанция была похожа на распоротый желудок, откуда медленно выливалось вниз по ступеням его содержимое. Петуния поморщилась – среди этой вони еще можно было различить запах конфет, которые Гиджлс ела той ночью. С глухим звуком откинув пакет в сторону, девушка услышала чьи-то крики – похоже, полицейские уже что-то нашли. На негнущихся ногах она зашла на кухню, откуда раздавались вопли и ругательства. Прямо перед ней стояли двое до смерти напуганных мужчин в форме. Они были настолько шокированы кровью, постепенно вытекающей из-под дверцы холодильника и духовки, что не сразу заметили хозяйку дома. На полу уже образовалось огромное алое пятно, в которое оба полицейских так старались не наступить. Завидев девушку, один из них быстро достал пистолет и трясущимися руками направил его на Петунию, сбивчиво пытаясь зачитать права. В глазах резко потемнело, а к горлу подкатила тошнота – ноги начали подкашиваться и девушка чуть не упала. Где-то вдалеке послышался хлопок дверцей холодильника, а затем раздалась очередная нервная ругань. Пытаясь сфокусировать зрение на аккуратной ухоженной плитке, Петуния не различала ничего кроме разбегающихся черных точек. Она даже не могла понять что это. Голова раскалывалась, и девушка с трудом поднесла руку ко лбу, чувствуя, как под ладонью пульсирует черепная коробка. Неожиданная догадка поразила девушку, отчего та вздрогнула – у нее в глазах живут черви. Вот почему она видит странные точки, вот почему у нее постоянно болит голова – это все из-за маленьких микроскопических белесых червячков, которые, возможно, уже несколько лет подряд медленно пожирают ее глазные яблоки, плодясь и размножаясь. От этой мысли по рукам почти болезненно пробежала волна мурашек. Девушка застыла в ступоре, пытаясь справиться с ужасом и прийти в себя, но уже через секунду она вцепилась обеими руками в голову, истошно крича. С силой сжав свои волосы, Петуния стала вырывать их с корнем, причиняя себе еще большую боль. Один из полицейских попытался остановить ее, но она отшатнулась от него. Перед глазами все плыло и от этого девушке становилось еще страшнее. Дышать становилось труднее с каждой секундой, словно ее кто-то начал душить, сдавливая шею стальной хваткой. Сделав несколько шагов назад, Петуния запнулась обо что-то и упала на пол, с силой ударившись головой. В ушах помимо мерзкого стрекота раздался звон. Во рту начал разливаться неприятный солоноватый привкус крови. Не различая ничего перед собой, девушка мгновенно вскочила на ноги и по памяти попыталась добраться до ванной комнаты. Слепо пытаясь нащупать ручку двери, она чувствовала, как по затылку начинает медленно стекать что-то теплое. Позади слышались топот и чьи-то взволнованные голоса. Наконец открыв дверь, Петуния быстро забежала в ванну, закрывшись там. Около дома послышался громкий вой полицейских сирен и визг шин. Девушка отошла на пару шагов от двери и попыталась отдышаться. Ее всю трясло и знобило, губы нервно дрожали, а руки и ноги сильно ломило от волнения и страха. В крошечной ванной резко погас свет, и Петуния вскрикнула от неожиданности. Посмотрев наверх, она не увидела потолок. Вместо него была какая-то черная пульсирующая субстанция, которая с каждой секундой спускалась все ближе к полу. Девушка в ужасе закрыла лицо руками и бросилась к раковине с зеркалом. Это все из-за червей в глазах, все, что она видит это из-за них. Вглядевшись в свое темное испуганное отражение, Петуния стала нервно перебирать содержимое шкафчиков у раковины. Если этих червячков убрать, то все вновь будет хорошо, ведь так? Достав маленькие маникюрные ножницы, девушка оперлась на холодную раковину и стала медленно подносить острое лезвие к левому глазу. Часто дыша, она чувствовала кожей холод железа. Где-то в горле стучало сердце, руки сильно дрожали, а затылок ныл от ужасной боли. Издав болезненный и бессильный стон, Петуния отвела руку с ножницами в сторону. Прикусив губу до крови, она чертыхнулась про себя, проклиная свою слабость. Ведь это необходимо! Так все станет прежним! Не будет ни густой темноты, ни странных шорохов из ниоткуда, ни насекомых в голове, ни всепоглощающего страха днем и ночью. Ничего. Почему она не может этого сделать?! За спиной раздался громкий треск – полицейские попытались выломать дверь. Посмотрев наверх, девушка заметила, что темная субстанция почти задевает ее голову. В ней что-то шевелилось с омерзительным хлюпаньем. От этого звука Петунию передернуло. Понимая, что у нее совсем мало времени, она еще раз поднесла ножницы к глазам и вновь убрала их. Из груди вырвался беспомощный всхлип. Девушка до боли сжала рукоятку в руке, чувствуя, как заточенный край начинает протыкать кожу на ладони. Позади послышался грохот и несколько желтых лучей фонарей озарили крошечную комнату. Полицейские уже здесь. Сделав глубокий вдох, Петуния резко ударила себя острым лезвием по левому глазу и тут же громко закричала. По щеке крупными каплями побежала горячая густая жидкость. Топот, грохот и громкие выкрики окружили Петунию со всех сторон. Ножницы вывалились из ослабевших пальцев. Судорожно глотая ртом воздух, девушка схватилась за голову, пытаясь засунуть пальцы в глазницу. Ее лицо исказила гримаса боли, а изо рта стал вырываться безудержный смех. Веко неприятно ныло пульсируя. Наощупь она попыталась найти ножницы, чтобы выколоть второй глаз, но кто-то с силой схватил ее за кисть и больно сжал руку, не давая пошевелиться. Еще пара сильных рук схватила ее за плечи. Пытаясь вырваться, Петуния истошно завопила во все горло. Дышать было почти не чем, и она стала задыхаться. Один из мужчин вывернул ей руку, и девушка почувствовала, как ей что-то впрыснули в вену. Боль была настолько сильной, что вскоре Петуния потеряла сознание прямо на руках у одного из полицейских. Девушка очнулась в светлом помещении. Зрение все еще было расфокусированным, и единственное что она могла видеть это белые пятна различных размеров, проносящиеся мимо нее. Яркий белый свет бил прямо в лицо и Петуния уже хотела поднести руку к глазам, но она обнаружила, что не может этого сделать. Кисти рук плотно облегали наручники, прикованные к поручням кровати. Все тело ныло от усталости, и девушка хотела вновь заснуть, но сильный свет стал приглушеннее и в мирной тишине послышался тихий щелчок наручников. Как только она смогла шевелить руками, ее тут же подхватили за локти и, резко поставив на ноги, спешно повели в другую комнату. Петуния с трудом различала проплывающие мимо комнаты. Рядом с ней по обе стороны шли две женщины в белой форме, которые никак не реагировали на ее вопросы. Пройдя еще несколько серых коридоров, они остановились в маленьком помещении, где не было ничего кроме небольшого стола, двух стульев и огромного зеркала шириной почти во всю стену. Внимательно присмотревшись к своему отражению, Петуния заметила, что почти вся левая половина ее лица была перебинтована и закреплена пластырями. Женщины усадили ее на один из жестких стульев и покинули комнату. Перед тем как уйти одна из них бросила на девушку и ее затертую больничную рубашку взгляд полный отвращения и брезгливости. Дверь за ними с громыханием захлопнулась, и Петуния осталась одна в полумраке. В голове впервые за долгое время была тишина и царила легкая почти невесомая пустота. В плечах было приятное ощущение спавшего напряжения. Левый глаз очень сильно чесался, но девушка едва замечала это. Зажегся неяркий свет, и в помещении появилась неясная фигура человека, которая подошла ближе к Петунии. Над головой раздался приятный бархатный голос: - Здравствуй, Петуния. Меня зовут Лампи, я главный врач этой больницы. Ты побудешь здесь несколько дней, пока мы не вылечим тебя. Ты себя хорошо чувствуешь? У смутной фигуры стали плавно вырисовываться тонкие черты лица. Мужчина тепло улыбался. Девушка устало прикрыла глаза и, легонько улыбнувшись в ответ одними уголками губ, едва слышно произнесла: - Да, все хорошо. Теперь уже все хорошо.