Наваждение

Джорджия. Я хорошо знала своего мужа, его мысли, характер, пристрастия, но в тот день тень страха коснулась моего сердца. У него и раньше бывали молчаливые приступы, но не больше чем на 2-3 дня, и всегда была видимая причина их возникновения, будь-то изучение новой роли или размышления, какие контракты сейчас лучше заключить. Все к этому шло, я не могла не заметить, но до последнего отказывалась верить, утешая себя, что все хорошо, у нас крепкая семья, он обожает детей и меня. Все было просто отлично, было… Уютная светлая гостиная с камином в классическом английском стиле. В кресле сидел худощавый мужчина средних лет в классическом темно-синем костюме. Рядом находился изящный столик, приготовленный для классического Five O'clock. В комнату вошла молодая женщина, ее светлые волосы были собраны в небрежный пучок, а домашнее платье выгодно очерчивало красивую фигуру. - Я так рада, что ты дома! Мери мне сказала только что. Когда ты успел приготовить чай? – произнесла женщина и поспешно прошла вглубь гостиной. Дэвид Я сидел с закрытыми глазами и ждал. Сегодня, да, я должен сделать это сегодня. Слышу, как она вошла. Насколько сложно, слышать ее радостный голос и быстрые шаги. Сейчас или будет поздно, если она успеет меня коснуться – я не смогу... Я открыл глаза и посмотрел на свою жену. И это было еще больнее – она остановилась, словно наткнулась на стену и не скрывала этого. - Пожалуйста, сядь… Чай остывает. Джорджия Что мне еще оставалось, как не повиноваться, я села на краешек дивана и не сводила с него взгляд. Опять эта сладка между бровей, опять уставшие глаза. Где он был два дня? На нем все тот же костюм и рубашка. Смотрю на него и впервые не могу понять. Я любила в нем все, веселый нрав и усталость, жажду необычных сюжетов и нежность. Мы многое пережили, я прощала ему флирт, а он не опускался до романов на стороне. Что изменилось? Его лицо, такое родное, искажено болью… - Я тебя слушаю, - к сердцу пробирается холод, руки сжимают складку платья. Дэвид Это казалось невозможным, две недели перевернули мою жизнь. Много успело произойти, но какие-то жалкие две недели! Обычное рабочее время, привычный десятый доктор в полосатом костюме, все эти сценарии, камеры, спецэффекты… Среди этого обычного появилось нечто необычное, среди всего ненастоящего, появился некто настоящий. А ведь с Джорджией мы познакомились так же. Всего одна серия с ее участием, всего неделя работы вместе. Неужели возвращаться к «Доктору» было злым роком, насмешкой судьбы? Боль медленно сжигает изнутри. А кто виноват? Я - что много работаю? Жена - что воспитывает детей? Ксена - что оказалась на моем пути? Ни один ответ не верен, но вместе все верны. Джорджия, любимая, жена, мать моего ребенка, лучше тебя нет никого, но что со мной я не знаю. Я должен признать только одно – это есть и это не изменить. - Я должен тебе во всем признаться, - боже… как она судорожно вздохнула, словно это последний воздух. Но я произнес. – Я хочу ее. Джорджия, Дэвид Он сказал «я_хочу_ее»… А мне хочется смеяться. Можно выдохнуть? Я ожидала этого? Нет, но, то, как он это сказал. Что это? Меня бросает в пот?! Зубы сжаты, не могу пошевелиться, сердце не на месте. Ничего не понимаю. Почему я продолжаю волноваться? Успокойся, он тебя любит, «хочу» не значит «изменил», наоборот, так в чем дело?! Разряд тока, сердце остановилось - из-за простого желания он бы так не переживал, не мучился! - Не хочешь,… а любишь… - Нет! Я люблю тебя мою жену и только тебя! Пару движений и я сижу рядом с ней, держу ее холодные руки. Нет слез, нет истерики, нет ничего, она предельно спокойна. - Да, ты любишь меня, я верю, - пытаюсь улыбнуться, но я еще не отошла от шока, - но и любишь эту девочку, меньше чем меня, но все же любишь… - Но это не возможно! - У тебя есть другое объяснение своим чувствам?, - боюсь своего вопроса, боюсь его ответа, но ответа не последовало, лишь выдох похожий на тихое «нет»… Боюсь за наше будущее, но иду в наступление. - Зачем ты мне это сказал? Зачем? Хочешь моего официального разрешения? Ты знаешь, чего именно ты хочешь? - Не знаю.., - этот вопрос и впрямь застало меня врасплох. Я только что сказал своей жене, что хочу другую женщину, но является ли Ксена «другой женщиной»? Я уже ничего не понимаю, а 20 минут назад я был уверен. - Расскажи мне все с самого начала… Прошу тебя! - Это будет долгим рассказом… - Нам это необходимо!, - делаю ударение на слово «нам», он слышит этот намек, мы оба хотим сохранить что имеем, но оба боимся, что в попытке сохранить – разрушим… Цепляемся за руки друг друга, смотрим друг другу в глаза. Нам_это_необходимо. - Пойдем в кабинет, мне нужно тебе кое-что показать, словами все не объяснишь. По дороге не отпускаю свою жену ни на секунду, держу ее за талию, она вцепилась в мою руку. Вот открываю двери кабинета, достаю ноутбук – я был готов к исповеди. Не знаю что меня ждет, в голове лишь одна фраза – мы_обязаны_спастись. Вот он находит нужный файл, запускает. Я ничего не вижу, все в тумане. - Дорогая? Ты уверена?, - беру в свои руки ее лицо, проходит пара минут, наконец, она очнулась. - Да, да. Надо, да, - прижимаюсь к его груди, такой родной запах, его руки успокаивающе гладят по спине. Но надо действовать, усаживаюсь в кресле. – Я готова.