Тот день, когда.

      Я нервничала, руки дрожали, сосредоточиться не получалось, и отчет дописывался на полном автопилоте. Когда раздался первый стук в дверь, я буквально подскочила на стуле.       Я медлила. Почему? Попросту не знала, куда себя деть и как вести с ним. Да-да, взрослая опытная женщина потерялась, и всему виной молодой курсант. - Я могу войти? – он снова просунул только голову. - Уже вошел… - голос дрожит. - Ну, да… - он на секунду замялся, но потом уверенно переступил порог и прикрыл дверь, а мгновение спустя я услышала, как щёлкнул замок. А вот это уже интересно! - Присаживайся, - я махнула рукой в сторону кресла, где прошлым вечером восседал его величество капрал, - чая у меня нет, так что пить нам нечего. - Я в курсе, - усмехнулось божество. – Когда вчера я отдал вашу записку капралу Леви, он разбушевался не на шутку! Наслушался же я от него… и о себе, и о вас… - Берт заулыбался еще шире, а когда увидел, что я с интересом на него смотрю, опустил взгляд в пол и чуть покраснел, чем привел меня в неописуемый восторг. - Яблочко хочешь? – я пошарилась в ящике стола и извлекла на свет огромное зелёное яблоко. - Почему бы и нет? – он пожал плечами и осмотрелся.       В отличие от Леви, он не морщился и не хмурился, глядя на тот вселенский хаос, который творился в моём кабинете. Ему, похоже, было плевать, что у меня по полу разбросаны скомканные листы бумаги, разлиты остатки ликёра, которым мы с Леви вчера баловались, а по столу размазаны чернильные потёки. Милый мальчик. Очень. Милый. Мальчик. - Ну, рассказывай, зачем пришел? – я принялась чистить яблоко. Нож был острый и отлично избавлял зелёный плод от кожуры. - Понятия не имею, - он пожамкал руками колени и встал. – Но вы так нежно трогали мои губы прошлой ночью, что я до сих пор чувствую ваши прикосновения на них…       Я чуть не упала в обморок. Честно слово, еще чуть-чуть, и меня можно было бы откачивать! Так значит, он не спал… Не спал, когда я трогала его губы… гладила волосы и… щупала его задницу… боги мои! Руки задрожали ещё сильней и я неосторожно резанула по яблоку ножом, задев палец. - Чёрт! – выругалась я и отбросила в сторону нож. - Позвольте мне? – он оказался совсем рядом, взял мою руку в свои и, наклонившись, поцеловал меня в место пореза.       Берт навис огромной скалой, давил своим присутствием. Меня попеременно бросало то в жар, то в холод, и сознание медленно, но верно утекало с каплями яблочного сока с кончиков моих пальцев. Хувер снова поцеловал порез, а потом обхватил палец губами и втянул в рот, облизывая. Его горячий язык нежно ласкал мой палец, а взгляд бездонных черных глаз блуждал по моему лицу. - Так лучше? – спросил он, выпуская мою руку из своих и нависая еще сильней надо мной. - Угу… - это всё, что я смогла из себя выжать.       А потом… потом он подхватил меня под руки, поднял со стула и со всей силы впечатал в стену. Я больно ударилась лопатками, но тут же забыла об этом, потому что он стал беспорядочно целовать моё лицо, шею. Отогнул ворот форменной рубашки, прикусил плечо. - Берт… - Пожалуйста, мисс Ханджи, замолчите! – приказал Берт, запечатывая губы поцелуем, и я сдалась.       Он быстро расстегнул ремни, скинул с себя рубашку и принялся избавлять от одежды меня. Это он делал медленно, играясь с оголяющимися участками моей кожи, как с драгоценностью. Это сносило крышу, подкупало и заставляло забыть о том, что он еще несовершеннолетний, а я – его командир, и отдаться захватившему нас безумию. - Ты такой горячий… У тебя кожа, будто кипяток, - задыхаясь прошептала я. - Знаю… - он размотал стягивающую повязку на груди, и обхватил руками оголившиеся груди. – Я весь такой. Особенно там…       Берт схватил мою руку и приложил к налившемуся кровью члену. Даже сквозь ткань я чувствовала, что он пылал, как только что закипевший чайник. Это было так странно… и интриговало еще сильней. Я расстегнула ему ширинку и обхватила яички. Берт утробно зарычал, ударив кулаком в стену рядом с моей головой. - Не могу больше! – заявил он и, раздвинув мне ноги, резко вошёл.       Он и вправду был горячим, почти обжигающим там. Но это уже не имело никакого значения, потому что я задыхалась, плавилась от ощущения его в себе, от его сильных и уверенных толчков, от его чуть шершавых губ, от прикосновения его рук, сжимающих мне ягодицы…       Это было тогда.       А теперь, стоя на стене и смотря на то, как он превратился в гиганта, я понимаю, почему меня так безумно к нему влекло. Всё ещё никак не укладывается в голове, что он – один из них. Что всё это время он скрывал от меня такую тайну.       Сердце сжимается, не могу дышать… А он смотрит на нас всех, он ненавидит всех вокруг. И меня тоже? Ну, конечно же. И меня он тоже ненавидит, ведь я – человек, его враг.       А когда Райнер схватили Эрена, осознание того, что всё это реально, накрыло с головой. Теперь мы по разные стороны, и я убью его. Убью, как только представится такая возможность. Запытаю до полуобморочного состояния, а потом убью и буду исследовать тебя, чёртов гигант. Я клянусь.