Взаперти

Девушка сидела за кухонным столом и читала руководство по уходу за крокодильчиками (Пинки собиралась уехать на пару дней). Ей было невыносимо скучно… Посетителей в кафе почти весь день не было, ни единой души. Да и в последние дни, с тех пор, как её план по “поимке” поклонника накрылся чуть ли не её жизнью, не было абсолютно ничего интересного. Скучные серые будни со скучными лекциями и не менее скучной работой. Да и пресловутый спаситель больше не появлялся. Он теперь вообще казался Флаттершай каким-то видением, словно всё, что было три дня назад, происходило во сне. - Овощной салат и фруктовый десерт! – раздался в наушнике голос миссис Финтч. - Наконец-то… - вздохнула девушка, отложила справочник и стала готовить. - А… а если это снова он! – вдруг посетила её мысль. Девушка стала нервничать, нож в её дрожащей руке опасно подрагивал. Закончив, она взяла поднос, вышла в зал и, сглотнув, открыла глаза. За единственным занятым столиком сидела какая-то женщина. Студентка разочарованно вздохнула. “Что это я? – подумала она. – Я… расстроилась, что это не он? Но… почему? Неужели я… влюбилась?!” Девушка покрылась румянцем и опустила поднос. Дама удивлённо посмотрела на неё, поблагодарила, и Флаттершай направилась к своему месту на кухне. “Нет… - прислушалась она к своему разуму и сердцу. – Он какой-то… странный… А! Может, я просто хочу поблагодарить его за спасение? Ну конечно!” Обрадованная студентка зашла обратно на кухню. Она хотела продолжить читать, но в комнате было слишком душно, и девушка решила открыть дверь чёрного хода. Вдохнув свежий воздух, она закашлялась. “Какой-то странный аромат… сонный…” – студентка чуть не рухнула на землю, но её кто-то поймал... - Эй. Вставай, – кто-то легонько потряс девушку. Она открыла глаза и увидела девушку-панка. – Проснись! - К-кто в-вы… - Флаттершай вжалась в угол кровати. Комнату, в которой она очнулась, освещала лишь одинокая лампочка на потолке. Это был чей-то подвал. По стенам из труб капала вода, повсюду валялись разбросанные тряпки, окон и чего-либо подобного не было. Лишь вентиляционная решётка, из которой дул затхлый душный поток воздуха. - Неважно, – отрезала та, держа в руках биту. – Слушай лучше, говорю один раз: еду тебе будут приносить три раза в день, в туалет – постучишь в дверь, отведут. Не пытайся бежать, не кричи и не пострадаешь. Без вопросов. Девушка продолжала таращиться огромными от страха голубыми глазами. - Ох… ладно… – сжалившись, проворчала девушка с зелёным ирокезом. – Мы – Гринганеры. - Но з-зачем в-вам я… - студентка расплакалась. – Я н-ничего н-не сделала… - Нам нужен твой друг. В полосатой кофте. - Н-но я… - всхлипнула Флаттершай. – Я его н-не… - Ты там скоро? – показался в дверях подвала парень, тоже с зелёным ирокезом. - Да заткнись ты уже, иду я! – огрызнулась девушка, махнув в его сторону битой. – В общем так! Я сама не рада, что ты тут, и не хотелось бы вмешивать тебя в войну банд, но увы – наш главарь очень ненавидит твоего дружка. Веди себя хорошо. А то нам обеим влетит. Панк усмехнулась, поднялась по лестнице и закрыла дверь. Ключ провернулся в замке. Через полчаса, когда истерика закончилась, девушка попыталась встать с кровати. Несмотря на слабость в ногах, ей это удалось. Пленница осмотрелась. Внушительных размеров бак занимал четверть подвала. Ещё четверть – полки с коробками, наполненными каким-то мусором. К счастью, девушке повезло, и живности в виде крыс или же пауков там не было. Помучившись от скуки ещё с час, она успокоилась и даже смогла задремать, уткнувшись сырым от слёз лицом в не совсем чистую подушку. Скрежет ключа в старом скрипучем замке рывком выдернул её из беспокойного сна. Флаттершай резко села на кровати, подогнула колени, обхватив ноги руками, и снова вжалась в угол. Знакомая девушка спускалась по лестнице, держа в руках миску супа. - Держи, – буркнула она, но её лицо не выражало никаких эмоций. Пленница даже не дёрнулась. – Не бойся, с ним всё в порядке. Хочешь, могу тут, при тебе попробовать. Надо? Девушка покачала головой и продолжила испуганно таращиться. - Слушай… - присела на кровать и заговорчески наклонилась к ней панк (Флаттершай вздрогнула при этом). – Я не должна с тобой говорить, но… в тех коробках лежат старые журналы и книги, мы ими печь топим. Можешь почитать, я закрою глаза на это. Только при проверке прячь. Не дожидаясь ответа, она встала, отряхнула штаны и ушла наверх. - С-спасибо… - запоздало сказала пленница полушёпотом. Когда дверь закрылась, она взяла в руки ложку и стала есть, избегая какие-то странные пятна на поверхности. Суп оказался довольно-таки неплохим на вкус. Закончив, девушка ощутила острую нужду в посещении одного места. Взяв тарелку, она медленно поднялась по лестнице (ступеньки скрипели и опасно проседали под её обувью), глубоко вдохнула и робко постучала в дверь, стараясь унять дикий стук сердца. - Да? – прямоугольное окошко в двери открылось, и появилось лицо парня, с интересом её разглядывающего. - Эм… извините… я бы сходила в туалет… если вы не против… - последнюю часть она почти что шептала, уставившись в пол. Панк гоготнул. - Спиной повернись, – скомандовал он, и закрыл окошко. Замок заскрипел. Флаттершай, немного боясь, развернулась, и ей на глаза легла чёрная повязка. – Руку дай. И тарелку тоже. Он повёл девушку, периодически говоря: “Ступенька”, “Осторожно, скользко” и “Пригнись”. Затем где-то рядом открылась дверь, и пленницу осторожно пихнули. Дверь закрылась. - Закончишь – надень повязку и постучи, – донеслось из-за неё. Туалетная комната мало чем отличалась от подвала. Тёмная маленькая комнатушка со старым унитазом, пожелтевшей раковиной и неработающей стиральной машиной, наполовину разобранной. Главным подарками были зеркало, хоть и с наискось идущей трещиной, и (о счастье!) расчёска во вполне сносном состоянии. У пленницы немного повысилось настроение, и она, сделав дела и слегка приведя свои розовые локоны в порядок, надела повязку и постучала в дверь. Она открылась. - М-м-м… - протянул панк. – Так бы и съел… Флаттершай покраснела, страх снова закрался в её сердце, а от мимолётной радости не осталось ни следа. Она протянула руку, её охранник снова гоготнул, и повёл девушку обратно. Закрывшаяся за спиной дверь дала знать, что повязку теперь можно снять. Пострадав от скуки пару минут, а может и больше – её часы с Энджелом сняли – пленница вспомнила, что панк говорила про старые книги и, решившись, подошла к полкам поближе.