Ликан

      Остаток недели рыжик прогуливал уроки и сидел со мной дома. С ним, конечно, было веселее, чем без него, но он дурачина последний! Через несколько дней апрель, а там и май, итоговые контрольные и все такое. Если он их провалит - не перейдет в одиннадцатый класс! А судя по рассказам о его отце, рыжему не то что анальную кару устроят (меня это мало пугало, а уж Кима - тем более) - ему запретят завести меня! А я ой как не хотел обратно на улицу! Вновь быть грязным, одиноким и голодным меня не устраивало! Надо что-то делать. Но что?       Субботу и воскресенье мне пришлось торчать в комнате почти безвылазно. Еще и прислушиваться приходилось: не собирается ли мама рыжего зайти посмотреть чем там сын занимается? Он много времени потратил на уборку в своей комнате, потом помогал маме убираться в доме. А после они вместе готовили еду. Я бы со скуки подох от ничегонеделанья, но Рыжик поступил умно: включил мне телевизор, сделав звук очень тихо, чтоб маман не услышала и, опять же, не зашла посмотреть, что за звуки из комнаты доносятся.       Все остальное время Ким якобы делал уроки, прося мать ему не мешать и не отвлекать. А вот что касаемо моего выгула - это происходило рано утром, пока родительница спала, и поздно вечером, когда на улице уже темнело и меня нельзя было увидеть в окно. Кормили меня тоже рано утром, и я начал задумываться над приоритетами. Выходило, я для рыжика важнее учебы, раз для меня он мог подняться затемно, а ради школы - нет.       В понедельник, как только мама ушла, хлопнув дверью, я стащил зубами одеяло с этого сони. Ох, как он на меня ругался! Заслушаешься! Я тыкал в него носом, лизал в лицо, фыркал в уши и таки добился своего! Он поднялся с кровати. - Я понял, чего ты хочешь! Понял! Хватит только фыркать! - Ким потер лицо, убирая волосы назад. - Хочешь сказать, что я ленивая задница и что мне пора прекратить прогуливать? Возможно, ты прав.       Еще какое-то время он посидел на кровати просто так, а потом вдруг резко поднялся и начал собираться. Позавтракал, меня покормил. Принял быстро душ, оделся в серые узкие джинсы, темно-серую футболку (шубу серую ему сюда до полного комплекта) и ярко-зеленую легкую куртку. На улице было градусов десять тепла, скоро все уже в футболках бегать будут. Ким свалил в наплечную сумку какие-то учебники и поспешил к выходу. Потом остановился и повернулся ко мне. - Волчик, а куда же мне тебя пока деть? Я бы тебя дома оставил, но боюсь: вдруг отец раньше времени приедет. Ему только к концу недели скажут, когда его командировка закончится. А еще я боюсь, что, если выпущу тебя побродить до конца моих уроков, ты убежишь куда-нибудь и все. И мы больше не увидимся. Ты ведь не убежишь, правда? Ты дождешься меня?       Столько надежды в его серых глазах. Вот как ему объяснить, что я и так не собираюсь пока никуда сваливать, что мне и у него хорошо? Я повилял хвостом, это единственное, что я могу сделать. - Да ты моя радость! - Ким кинулся мне на шею, прям затискал всего! Я аж слюни пустил от удовольствия! Затем мы вышли на улицу. Я пошел провожать рыжего до школы, чтоб убедиться, что он точно дойдет. Парнишка все переживал: куда я пойду, пока он будет занят, не попаду ли под машину. Но потом решил, что для суицидника я слишком умный, и со спокойной душой ушел на территорию школы. Я же решил побродить поблизости.       Вокруг оказалось полно моих ровесников. Кто спешил на занятия, кто вальяжно развалился на железяках спортивного городка, затягиваясь сигаретным дымом. Я заметил ту самую Маргариту: она и еще две девушки торчали в окружении парней. Среди последних я узнал пухляша, который передавал Киму сообщение от какого-то там уебка по имени Денис. Надо бы узнать, что там за терки у них с шизиком. Хотя, мне кажется, я знаю кто такой этот Денис.       Рядом с Ритой стоял высокий парнишка с зачесанными наверх светлыми волосами. Интересно, он прическу ставил пенкой или лаком заливал? Разговаривал парень громко, надменно, с гнусавой ухмылкой. Выражение лица а-ля "Я - царь всея Руси". У нас в детдоме даже Густав был не таким пафосным, хотя я всегда считал его верхом надменности человечества. А эти, возле Дениса, - видимо, его банда. Интересно, а чем он там промышляет?       Хотелось подойти поближе, послушать о чем они говорят, но я не рискнул. Неподалеку пасся охранник, не хватало от него по голове камнем получить. Но, увидев как Ден проводит кончиками пальцев по щеке Риты, убирая выбившуюся прядь, я понял, что у них за тема. Эх, а она Киму нравится. Прям "Санта-Барбара" какая-то!       Оставшееся время я блуждал по округе, изучая местность. Там был красивый парк. Сейчас он, конечно, так себе, но вот когда зацветет!.. Как только почки на деревьях распустятся, там будет просто ахово! Красивые клумбы, аккуратно стриженные кустарники, много плодовых и цветочных деревьев с декоративной формой кроны. Прячущиеся в кустах беседки для свиданий, лавочки, качели... Был даже небольшой прудик, куда, как я понял, по весне прилетают уточки.       Я немного загулялся, поэтому торопился встретить Кима. А то выйдет, а меня нет - у него же удар будет! Я пришел без опозданий. Как раз прозвенел звонок с урока. Дети начали бурным потоком выливаться из парадных дверей. Так непривычно. У нас вот в детдоме мало детей, и всех я в лицо знаю. И учились мы в специально отведенных классах. К нам приходили учителя и обучали нас. А тут настоящая школа! Всегда мечтал в такой учиться! Столько новых людей! Возможно, я смог бы найти друзей - таких, что не стали бы меня чураться.       Хоть я и чувствовал себя прекрасно, мне надоело одиночество. Даже не так. Я привык к одиночеству только потому, что мне не с чем было сравнить. Теперь у меня есть Ким. Пусть он и шизик, зато он добрый и открытый. Да, со своими странными наклонностями, но кормит меня и гладит, а это многого стоит! Я это ценил и не хотел потерять.       Выглянувшее из-за быстро бегущих облаков солнышко сразу же выхватило из толпы рыжую макушку. Худенький, весь напряженный, глаза бегают из стороны в сторону. Ищет. Как-то даже приятно стало. Я подал голос, громко гавкнув басом. Серый взгляд тут же устремился ко мне, улыбка растянула губы, и Ким побежал ко мне. Меня затискали в объятиях, после чего мы поспешили пойти домой. Домой... Как приятно звучит.       Эту неделю Ким посещал занятия исправно. Правда, не без моей помощи при побудке. Я каждый раз провожал его и встречал после уроков, но в пятницу засиделся возле пруда в парке и опаздывал. Бежал до школы, аккуратно переходя дорогу по светофору. Дети уже расходились от здания школы, но Рыжика не было видно. Он что, без меня ушел? Я пробежался вокруг территории школы, принюхиваясь, пытаясь взять след. Правда, не представлял себе как это сделать.       Пробегая мимо крытого спортивного зала, стоящего отдельно от главного здания, я услышал какой-то шум. Резкий вскрик. Ким! От волнения сердце забилось быстрее. Я почти летел на голос. Завернул за угол и увидел, как два парня высятся над сползающим по стене рыжиком. Тот согнулся в три погибели, держась руками за живот. Голова склонена вперед, лица не видно из-за спадающих волос. Один из парней замахнулся, но не ударил, а схватил Кима за горло и вжал спиной в стену.       Я резко подлетел, издавая утробный рык, не обещающий этим уебкам ничего хорошего. Резкий рывок, и я щелкнул зубами в опасной близости от ноги дерзкого мальчишки, посмевшего обидеть моего кормильца. Грозный лай из оскаленной пасти сделал свое дело, и эти двое дали деру. Я еще немного проводил их, делая вид, что вот-вот укушу за пятки. Кажется, кто-то из них наложили в штаны, что не утаилось от моего чуткого носа. Я вернулся к рыжику. Он сидел на земле, обхватив ноги и уткнувшись лбом в коленки. Я потыкался носом ему под локоть. - Волчик, мой миленький. - На меня посмотрели заплаканные глаза. Рыжик бросился мне на шею, утыкаясь лицом в густую шерсть. - Что мне делать? Они требуют от меня деньги, а их у меня нет. Тем более столько!       Ким прижался ко мне сильнее, я почувствовал, как его слезы пропитывают даже подшерсток! Ну ни фига себе он плакать! Освободился от хватки и начал лизать его в лицо, ощущая на языке вкус слез. Ким пытался отстраниться, спрятаться от меня, но тщетно. В конце концов он засмеялся и, поднявшись на ноги, оповестил меня, что все в порядке и мы идем домой. Ну, слава богу, а то я терпеть не могу, когда кто-то плачет.       Мы продолжали скрывать мое присутствие от матери рыжика, и это удавалось без труда. Ну, был бы я простой собакой - давно бы уже спалились. Весь вечер Ким сокрушался насчет Дениса, возмущаясь несправедливости жизни. Пытался придумать, где можно заработать деньги. Я так понял, что за сорвавшуюся сделку тот белобрысый придурок хочет содрать деньги с рыжика - типа как нашел козла отпущения. Мне хотелось помочь мальчику, но я пока не придумал как. К сожалению, в теле собаки я мало что могу. Даже не подзаработаешь.       После ужина шизик и вовсе забыл, что у него есть какие-то проблемы. Все его внимание было сосредоточено на общении с Маргаритой. Насколько я смог прочитать, она просила помочь с какой-то работой по рисованию, писала, что у нее самой руки из жопы растут и нужна помощь. Они договорились встретиться в понедельник, поработать над ее композицией. Я в рисовании, а тем более в терминах, не силен, так что не представляю, что они имеют в виду. Потом они еще долго болтали о какой-то чепухе, что потихоньку начинало раздражать. Читать их переписку было скучно, и телик не посмотришь, но как я могу объяснить это рыжему? Никак. Поэтому приходилось лежать и скучать.       Выходные прошли так же, как и предыдущие. Я сидел в комнате перед теликом, а Ким с мамой возились с домашними делами. Звонил отец семейства. У него все не получалось заключить с новым клиентом договор, поэтому командировка должна была продлиться еще месяц. Не знаю, чем он там занимался. Выходило, мне хватит времени, чтобы втереться в доверие к рыжиковой матери. Если я ей понравлюсь, у меня будет больше шансов остаться в этом доме. Правда, обидно потом будет уходить отсюда. Жалко будет Кима, если его песик вдруг убежит. Но ничего, я, как разберусь со своими проблемами, буду его периодически навещать. Пусть знает, что я жив-здоров и все хорошо.       В понедельник рыжик сам поднялся ни свет ни заря. От волнения не спал всю ночь, только ворочался с боку на бок да меня поглаживал. Сегодня к нему должна прийти Рита, и они будут заниматься ее рисунком. Но до этого, пока Ким будет в школе, мне предстоит найти для него деньги.       Стоило рыжей макушке скрыться в дверях школы, я двинулся по улице к центру города. То, что я решил сделать, ни в какие рамки не лезло и не укладывалось у меня в голове. Пусть я и детдомовский, но я никогда ничего не воровал. Хотя тут другое дело: ведь я собирался сделать это не для себя. По дороге я смотрел под лапы и под ноги других людей, желая найти что-нибудь потерянное, ценное. Но безрезультатно.       Минут через двадцать я добрался до крупного торгового центра. Вход туда мне был воспрещен, так что я уселся у вращающейся двери и стал выжидать. С полчаса я высматривал подходящую добычу. Адреналин бурлил в крови. На меня никто даже не обращал внимания, что играло мне на руку. Вот! Есть! Из здания выходили люди, среди них - молодая девушка. Блондинка, на высоченных каблуках, на коже ровный загар, длинные красивые волосы, выглядит богатой. Она шла, быстро перебирая худенькими ножками, громко разговаривая по телефону. Я двинулся следом. Тут блондинка остановилась, зажала телефон между ухом и плечом и принялась копаться в сумочке. Извлекла оттуда пачку дамских сигарет, зажигалку... Вот он, мой шанс! Я быстро подскочил, вцепился зубами в сумочку, дернул и рванул прочь. - А-а-а! - завизжала она. И прервалась - видимо, осознавая, что только что произошло. - Алё, Галя, я тебе перезвоню! - И продолжила вопить. - Собака украла сумочку! Меня ограбила собака!       Отбежав на приличное расстояние, я обернулся проверить обстановку. Каково же было мое удивление, когда я увидел идущего по другой стороне дороги Игоря Михайловича Плоткина! На какое-то мгновение я даже оцепенел от ужаса! Он смотрел на меня, и в его глазах читалось непонимание, медленно переходящее в шок. Блядь! Узнал! Точно узнал! Я рванул со всех лап вперед, виляя среди ног прохожих. Меня еще долго преследовало чувство погони, однако за моей спиной никого не было. Я не побежал к школе, я понесся домой. Радовало, что в райончике, где жил рыжик, были не очень-то любопытные соседи.       Перепрыгнув через калитку, я пробежал на задний двор. Там, в дальних кустах, принялся потрошить добычу. Зубами, конечно, совсем не удобно перебирать вещи, так что я довольствовался только кожаным кошельком. Да и то, непонятно было, есть ли в нем наличка. Я не подумал заранее, что люди не носят с собой большие суммы, предпочитая им банковские карты. Припрятав кошелек и все остальное поглубже в кусты, я не спеша двинулся в парк. Оставалось достаточно времени, чтобы погулять и привести собственную совесть в порядок. Главным аргументом было то, что та блондинка явно не бедствует, от нее не убудет.       Сегодня я не опаздывал за Кимом, не хотелось снова найти его побитым где-нибудь под забором. Из дверей школы Рыжик вышел вместе с Маргаритой. Они были одного роста и комплекции, только грудь у девушки, в отличие от моего шизика, была размера третьего. Они очень мило болтали, пока не дошли до школьных ворот. Проходя мимо, это ходячее недоразумение с веснушками даже не посмотрело в мою сторону. Лишь по какому-то наитию нащупало рукой мою макушку и потрепало. - О, это твоя собачка? - На меня уставились восторженные карие глаза. - Да, это Волк, - гордо проговорил Ким, наконец-то обратив на меня внимание. - Настоящий? - Глаза Риты испуганно округлились, а рука, уже тянущаяся погладить меня, резко отдернулась. - Н-нет, это его имя. Я, я зову его Волчонком. - Ким немного заикался. Неужели так волнуется? Пф... - Я могу его погладить? - И, не дождавшись ответа, она положила легкую ручку мне на голову. Я вопросительно глянул на Кима, выражая явное "Какого хера?!". Но меня наглым образом проигнорировали. - Какой он мягкий. Мы же с тобой подружимся, Волчонок? - К-конечно подружитесь! Он мало того, что красивый, так еще и большой умница! Ты даже не представляешь, к-какой он у меня сообразительный! - Шизик чуть ли не в грудь кулаком бил, расхваливая меня. Как на смотринах, блин! Я ткнул парня лбом под коленку, давая понять, что пора домой. - Э-э... Ну, мы пойдем? Жду тебя через час. Блин, мне этого шизика за ногу оттаскивать от Риты? Еле телится! - Ага, до встречи.       Марго развернулась на каблуках и поспешила в противоположную сторону. С Рыжика наконец-то спало оцепенение. Неудивительно, что он до сих пор девственник. Если бы и я был таким контуженным в присутствии женского пола, Мария на меня и не посмотрела бы. Но не будем о ней, не хочу вспоминать эту тварь. Да она чуть ли не продала меня этим Плоткиным, которым хрен пойми что вообще от меня надо. Я все то время, что бродил по парку, озирался, боясь быть найденным тем пузатым дедом. Но никого не встретил: ни его, ни Калерию. Хотя с такими деньгами они могут нанять сыщика и подобраться ко мне незаметно. Блин! Вот надо же было спалиться с этой чертовой сумкой?!       Дома рыжий начал метаться как сраный веник, доводя обстановку своей комнаты до идеала. Мало того, что у него было всегда чисто, так сейчас стало просто стерильно! Даже моей шерстинки нигде не валялось, ни единой волосинки! Удивительно, как так можно! Ким спрятал свою шубку подальше в шкаф и извлек оттуда некое подобие домашних шорт. Правильно, не в обычном же прикиде перед девушкой ходить! Думаю, она не оценит сланцев на носки. Но шизик решил иначе. Чистые белые носки, черные резиновые сланцы, короткие, до середины бедра, джинсовые светло-голубые шорты и черная футболка. Волосы он расчесал и напустил на лицо. Обычно он их собирает карандашом в пучок или просто закладывает за уши, но сейчас он отчаянно пытался прикрыть веснушки. Заварил чай, принес в комнату вкусняшки. Достал из ящиков стола разные приблуды для рисования и в назначенный час, когда уже должна была явиться Рита, понесся в ванную чистить зубы.       Девушка опоздала почти на полчаса, объяснив это тем, что не ориентируется в нашем районе. Она с интересом разглядывала нашу комнату. Остановилась у стола и залюбовалась работами Кима. Да, рисует он превосходно. На одном из белых листов была последняя зарисовка рыжика, на ней красовался я собственной персоной. Маргарита отметила идеальное сходство с оригиналом, особенно ей понравились глаза. Сумасшедшая, что ли? Как они кому-то могут нравиться?       Ребята заняли стол, а я то и дело крутился рядом, наблюдая, что они там делают. Через час Ким немного осмелел и освоился, перестал заикаться и нести какую-то чушь, хотя у него все это время рот практически не закрывался. Рисовали они какой-то авангард. Я так понял, что на уроке рисования у них к каждой пройденной теме прилагалось по работе в данном стиле. Ну, или что-то такое. Но у Риты действительно руки были не предназначены для рисования, выходило у нее чуть лучше чем отвратно. Если бы за нее нарисовал Ким, учительница бы все поняла, поэтому ему приходилось просто помогать ей, исправляя или подрисовывая что где надо.       Пока Марго корпела над своей работой, рыжик набрасывал новые зарисовочки на чистом альбомном листе. Забавно было наблюдать, как из меня делают нечто среднее между моими двумя ипостасями. В простом карандаше был запечатлен я, но с головой собаки - только с укороченной мордой, улыбкой, почти человеческими глазами, телом человека - только непропорциональным, с видоизмененными под лапы руками, ногами и хвостом. Я по телику видел такой мультик с людьми-животными, их вроде как фурри называют. Забавно. Прям в точку попал! Знал бы он сам, насколько близок к правде...       Часа через три их мучения закончились. То, что получилось у Риты, выглядело даже более чем прилично, но это - целиком и полностью заслуга Кима. Он же чувствовал себя уже довольно свободно в ее обществе, но все равно не предпринимал никаких попыток подкатить. Я бы на его месте хоть как-то намекнул ей, что имею на нее виды. Хотя говорить легко, а на деле еще неизвестно, как бы я себя вел. Молчал бы как рыба да только рот открывал. Опыта у меня в отношениях (не в плане секса, там у меня все отлично, но, правда, опять же, не с чем сравнивать) и не было толком. Так что не буду так жестко критиковать действия рыжика.       Потом они пили чай. Тут уже и началось "сдруживание" со мной. И печеньками меня кормили, и гладили, и чесали, и играть пытались. Но я ленился и растягивался на зеленом коврике, подставляясь под почесывание разными частями тела(ничего неприличного). Марго была в восторге от мягкого меня, а еще сказала, что у меня прикольный шершавый язычок. Хм, нравится когда тебя лижут? Что-то мне вся эта обстановка стала напоминать какую-то прелюдию. Пора было прекращать. Я поднялся и пошел к задней двери, просясь на улицу. - Ох, засиделась я что-то, Ким. Спасибо тебе большое за помощь и за чай. Я твоя должница! Надеюсь, Тамаре Алексеевне понравится, что получилось, и она не будет придираться. Даже не знаю, что бы я без тебя делала! Спасибо! - Рита чмокнула рыжика в щеку и засобиралась. - Я пойду, да и Волчик вон уже гулять просится. Волчик, ты просто прелесть!       Меня хорошенько потрепали напоследок, после чего Ким проводил гостью до парадной двери. Я вышел с ней и направился на задний двор делать свои дела. А шизик вернулся в свою комнату и облачился в привычную одежду: снял шорты и напялил шубку. Странный... Пока он отсутствовал, я достал из кустов кожаный кошелек и притащил к крылечку. Рыжик закурил сигарету и чуть не выронил ее, увидев в моей пасти что-то маленькое и розовое. - Фу, Волк, брось! Ну, я и плюнул. - Фух, я думал, это что-то живое! Так, это... кошелек? - Серые глаза, не скрытые длинной челкой, забавно расширились. Парень взял в зубы сигарету и поднял мою "находку". Открыл, покопался, закрыл, сел на ступенечку, посмотрел на меня. И спросил тихим-тихим голосом: - Где ты это взял, Волчик? Я завилял хвостом и вывалил язык. Рыжик еще раз открыл бумажник, достал оттуда несколько оранжевых купюр. - Да это же целое состояние!       Ким еще какое-то время сидел над деньгами, считая бумажки и что-то прикидывая в голове. Его глаза не блестели алчностью - скорее, поблескивали от слез. Он начал тяжелее и глубже дышать, стараясь сохранить лицо, но все равно расплакался. Как только первые слезы упали на колени, Ким кинулся ко мне, крепко стиснув в объятиях. Я так и не понял, плакал он или смеялся. Скорее всего, с ним приключилась истерика. Этот шизик благодарил меня, шептал обещания сделать все-все, чтобы родители позволили мне остаться в их доме. И еще обещал мне самый красивый ошейник, какой мне понравится. Мне было приятно. Меня перестала грызть совесть, а на ее месте появилось чувство исполненного долга. Я избавил своего друга и кормильца от проблем, разве не ради этого существуют друзья?