Я - парень. Возвращение.

На следующее утро я уже не дожидалась бесстыжего шантажа со стороны ЧонДэ и проснулась раньше всех добровольно. После завтрака нам дали полчаса на сборы, и по их истечении собрали всех в холле отеля. Посадив тхэквондистов, дзюдоистов и хапкидистов в автобус, тренеры повезли нас к огромному спортивному комплексу, находившемуся в отличие от отеля ближе к центру острова и дальше от побережья. Увидев ЧонИна, я демонстративно насупилась и поджала губы. Этот осёл приторно улыбнулся и, подняв ладонь, поприветствовал меня одними пальцами. Никогда не любила такую манеру здороваться и прощаться. Для меня это выглядит примерно так: мне на тебя наплевать, но я должен быть милым, поэтому «Привет». Ответив ему убийственным взглядом, флюиды злости от которого долетели с одного конца автобуса до другого, я отвернулась к СеХуну, сидевшему рядом, и с боем отняла у него один нарушник. - БуИн, тебе не кажется, что ты слишком часто пересекаешься с этим парнем? – прошептал Се, через плечо оборачиваясь на сидящего позади ЧонИна, окружённого его верной свитой. – Может, он что-то подозревает? - Исключено, - отрицательно покачала я головой. – Просто он придурок жизни. И в моём лице он нашёл жертву для издевательств. - Постарайся не привлекать к себе лишнее внимание. Нам это не нужно, - равнодушно произнёс СеХун, отворачиваясь к окну. Надув щёки и шикнув на парня, я немного обиженно прикрыла глаза и положила голову на спинку автобусного кресла, погружаясь в круговорот мыслей, бегущей строкой сменяющих друг друга под приятную музыку. Сначала я думала о СеХуне, который временами включал свой любимый «poker face», от чего меня просто колотило. Ну, в чём проблема вести себя по-человечески, а не по-вампирски?! Он ведь всё-таки подросток ещё, при том даже младше меня. Этот ребёнок порой вёл себя так странно, что я не решалась к нему подойти, боясь быть проклятой до конца своих дней. Потом я вспомнила о надоедливом ЧонИне. Меня всегда задевало, когда люди, превосходящие большинство окружающих по физическим данным, считали возможным укорять кого-то в недостатках, над которыми бедняги не властны. Кай являлся ярким примером таких самодовольных индюков, насмехающихся над остальными. В частности, надо мной. Злилась ли я на ЧонИна по-настоящему? Скорее нет, чем да. Он просто меня побешивал. Потом мои мысли закрутились вокруг Лэя, который не мог не притягивать к себе эти самые мысли. Он сидел с ЛуХаном и что-то неторопливо обсуждал с ним, периодически поглядывая на меня и мило улыбаясь. На его щеках очаровательно проступали ямочки, и я расплывалась в ответной улыбке, тая, как плавленый сыр. Этот парень мог обаять любую – от пятилетней девочки до восьмидесятилетней старушки, просто потому что, несмотря на ангельскую внешность, проскальзывала в его взгляде какая-то чертовщинка, подсознательно любимая всеми женщинами. Я была на сто процентов уверена, что узнай Исин о том, что я девушка, он бы меня расцеловал, сайгаком прыгая от радости. Но знать он этого определённо не должен, да и мне это не было нужно, несмотря на мою к нему чисто поверхностную симпатию подобную сиюминутной влюблённости в прохожего красавчика. Но каким-то напоминанием сквозь все эти рассуждения то и дело раздавалось в голове одно и то же имя – МинСок… МинСок… Я старательно пыталась отвлечься от мыслей о своём друге, но они всплывали, не желая быть подавленными. Среди такого количества мужчин, окружавших меня, был один, которого я не видела, с которым не говорила, новостей от которого не было, но который по непонятным причинам занял место в моём сердце, не позволяя открыть его кому-то другому. На самом деле, это очень странное чувство – месяцами не пересекаясь с человеком, быть в него влюблённой. Ты начинаешь чувствовать неудовлетворённость во всём, буквально в каждой мелочи. Любимая еда теряет свою прелесть, любимые фильмы перестают вызывать интерес, общение с окружающими не приносит ничего, кроме раздражения. Ты становишься каким-то сплошным недоразумением, одержимым одной идеей – как встретиться с Ним? Но больше всего в этой ситуации угнетает неведение. Ты понятия не имеешь, вспоминает ли о тебе этот человек или ему совершенно до фонаря, что там с тобой происходит. Чувствуя, как за всей этой философской фигнёй я начинаю проваливаться в дрёму, я резко распахнула веки и заморгала, стараясь согнать с кончиков ресниц противную пелену, затуманивающую взгляд. Взглянув в окно, я обнаружила очередной парк с кучей скульптурных композиций, художественно стриженых кустиков и ухоженных аллей. Хотелось погулять по острову, забыв о цели визита, но автобус нёс нас мимо всей этой прелести, оставляя мечты о бесцельном шатании по улицам позади. - Долго ещё ехать?! – донеслось с хвоста автобуса. Я сразу узнала хрипловатый голос ЧанЁля. Какой же он нетерпеливый и непосредственный, словно ребёнок. При его внешнем виде странно было узнавать в нём шаловливого подростка, но этим он и цеплял. - Мы почти на месте, ЧанЁль, - ответил наш мастер Кан. – А для особо желающих поскорее приступить к тренировке мы с сенсеем Тагаши и мастером Паком придумаем что-нибудь особенное. По автобусу прошёл сдавленный смешок, а Чанни мгновенно притих, боясь расплаты за длинный язык. Оказалось, что у дзюдоистов тренер – настоящий японец, а у хапкидистов – монах из Шаолиня. В таком случае понятно, почему эти парни добиваются подобных серьёзных результатов. С такими учителями работают исключительно на износ. Выйдя из автобуса, мы все разом ахнули. Спортивный комплекс был гигантским. Как оказалось, это не просто арена с несколькими тренировочными залами и залами для проведения соревнований по боевым искусствам. Это полноценная база для атлетов, гимнастов, пловцов, бегунов, борцов и многих других начинающих спортсменов. В основном сюда по сменам съезжаются на лето талантливые ребята со всей страны для совместной практики. Всё это походило на своеобразный спортивный лагерь. Как нам потом по секрету рассказал мастер Кан, по большей части эти семинары устраиваются для выявления спортивного потенциала приезжающих, а следовательно, и страны в целом. Абы кого сюда не привозят – это только мне так феерически подфартило! Ведущие тренеры Кореи, грубо говоря, выбирают себе будущих подопечных, живущих на периферии и не имеющих возможности заниматься в столице. После закрытия «лагеря» тренеры рассылают предложения понравившимся ребятам, и те, если соглашаются, переезжают в Сеул для продолжения спортивной карьеры. Как отметил мастер Кан, соглашающихся – подавляющее большинство. Внешний образ новенького комплекса поверг нас лишь в первичную стадию шока. Зайдя внутрь, мы и вовсе оторопели от стильного оформления всех, непосредственно не связанных с занятиями спортом, помещений, многообразия спортивных снарядов и в целом масштаба здания. - Офигеть, - пробормотал БэкХён, широко раскрытыми глазами изучая раздевалку. Во-первых, она была такой просторной, что из неё можно было бы сделать отдельное татами. А во-вторых, она кардинально отличалась от раздевалок, к которым привыкли мы. Стены выкрашены в яркие цвета, а на одной из них – фотообои с чёрными силуэтами бойцов, выполняющих какой-то приём. Так как спокойно нам не сиделось, мы с ЧанЁлем, пока было несколько свободных минут, заглянули в ещё пару раздевалок, получили люлей от их обитателей, а точнее обитательниц (мы случайно забрели к художественным гимнасткам… короче, неудобно получилось) и обнаружили, что каждая из раздевалок специализированная. Определить это было возможно как раз по фотообоям, на которых в каждом помещении был отображён тот вид спорта, для представителей которого оно предназначалось. Душевые кабины особенно нас порадовали. Но это уже мелочи. Я по отработанной схеме переоделась в туалете, пока мои верные мушкетёры брали весь огонь внимая на себя, и благополучно вернулась в раздевалку, словно никуда и не отлучалась. Одним словом, мы были в таком восторге от всего происходящего, что, казалось, до тренировки сегодня так и не дойдёт. Однако, с тремя серьёзными тренерами шутки плохи. Выйдя собственно на татами, путь до которого был полон приключений и открытий, мы приступили к разминке. Так как честь начать разминку предоставили нашему мастеру Кану, начиналось всё по стандартной схеме: сначала разминка шеи, потом плечевого пояса, спины и поясницы и в конце ног; затем пробежка, прыжки, упражнения на растяжку и наши простейшие удары, которые для ребят с хапкидо тоже были не новостью, зато дзюдоистам давались куда сложнее. Мне доставляло особое удовольствие наблюдать за некогда самоуверенным ЧонИном, который порой не понимал, что нужно делать. Парень, как и остальные его товарищи по секции, туговато соображал, особенно когда речь заходила об ударах ногами. - Левосторонняя стойка. Бьём ёпчаги* задней ногой, затем, не опуская ногу, пробиваем доличаги**. Понятно? – мы кивнули и поклонились. Мастер хапкидо Пак МинСу быстро показал приём для большей наглядности, хотя и мы, и его подопечные прекрасно поняли, что он только что произнёс. Чего нельзя было сказать о дзюдоистах. Парни с крайне сосредоточенными лицами старательно вырисовывали в воздухе пируэты ногами, пытаясь повторить за инструктором. Хотя все старались быть взаимовежливыми, соблазн похихикать над ничего не понимающими последователями японского боевого искусства был весьма велик. К тому времени мы уже стояли в парах. Моим спарринг-партнёром оказался парнишка с дзюдо. Он был не намного крупнее меня, поэтому с ним я вполне неплохо справлялась. Так как наше пребывание на семинаре было рассчитано на три недели, то и программа обучения по трём боевым искусствам прекрасно ложилась в установленный срок. Первая неделя была посвящена хапкидо. В связи с этим мне довелось познакомится с До КёнСу. Он оказался просто душкой! Парень был старшим учеником и по совместительству помощником инструктора. Все приёмы и броски Пак МинСу показывал на невысоком, но стойком парне. КёнСу с удовольствием помогал нам и отвечал на наши порой совершенно тупые вопросы. Лучше всех из наших, конечно же, соображал БэкХён. Для него наше новое было хорошо забытым старым. Тренировка проходила в ударном режиме. Тхэквондо в основном связано с работой ног, поэтому было крайне непривычно большое внимание уделять рукам. Мы падали на страховки, делали всякие кувырки, вращались вокруг своей оси и проворачивали ещё кучу всяких, на первый взгляд, бесполезных штук. Через два часа у меня перед глазами начало всё плыть, желудок неприятно крутило от расстройства вестибулярного аппарата, а вены на висках с такой силой гоняли кровь, что хотелось проколоть их чем-нибудь острым и скинуть нагнетённое давление. К концу тренировки все буквально валились с ног. - Спасибо за тренировку, - поставив нас в круг, мастер Пак улыбнулся нам, поклонился и поаплодировал. Мы обессиленно, но стараясь не выглядеть совсем уж убитыми, проделали то же самое. - Чёрт возьми! Я думал, не переживу! – глотая воду совершенно невообразимыми количествами, пропыхтел СеХун, падая на мягкую скамейку. - Аналогично, - тяжко выдохнул Чен, протягивая руку в просьбе поделиться водой. - Дио, как вы ещё живы?! – обращаясь к старому другу, простонал Бэк. - Да мы привыкли уже, - с улыбкой и в совершенно прекрасном состоянии пропел паренёк. - Жесть какая-то! И так ещё неделю! – завыл Чанни, топоча ногами. - А потом ещё две, - похлопав его по плечу, констатировал парень с дзю-до. Пока парни медленно и мучительно приходили в себя, будучи в таком же убитом состоянии, я всё же заставила себя пойти в душ. Оперативно освежившись, я замоталась в полотенце, здорово рискуя быть раскрытой. Но в этот раз мне повезло. С непривычки парни ещё долго лежали на скамейках, причитая о том, что домой после семинара они вернутся в цинковых гробах. Вторая половина нашего дня была свободна. После обеда все, как обдолбаные, шатались по этажу, не зная чем себя занять. Так продолжалось почти до самого ужина, после которого, к слову, в корне ситуация не изменилась. Накануне мы строили грандиозные планы, продумывая начало знакомства с островом. Но реализоваться нашим прикидкам было не суждено. Выжатые, как лимоны, мы всей нашей немалочисленной компашкой торчали в номере БэкХёна, ЧанЁля и Тао. Как всегда, в шумной и бессмысленной беседе ни о чём, мы безжалостно убивали своё свободное время, упарываясь по максимуму. - Чё мы тут тухнем?! – запричитал в какой-то момент Чанни. – Давайте, что ль, к гимнасточкам визит нанесём? Я невольно засмеялась. Ох уж этот Пак ЧанЁль – генератор гениальных идей! Сидя рядом с башней, Сухо отвесил парню подзатыльник. - Тебе лишь бы по бабам шастать! Ты сегодня им уже визит нанёс! Они, кажись, в долгу-то не остались. - Чего сразу бить-то надо?! – заскулил, успевший стать почти брюнетом, ушастик. – Ну подумаешь, одна там разошлась! Остальные-то на меня глаз положили, - самодовольно фыркнул Пак. – Самому бы не помешало кого-нибудь охмурить, а то всё над нами издевается, - буркнул Чанни, отвернувшись от хёна. - Чего ты там вякнул?! – наигранно повысил голос ЧжунМён. Это словесная перепалка, наверное, могла бы длиться часами, если бы её не прервал телефонный звонок, поступивший Лэю. Бросив взгляд на валяющийся рядом с ним на полу смартфон, Исин быстро поднял телефон и ушёл разговаривать в ванную. Мне было до жути интересно, с кем и о чём он говорил. Но не вести же мне себя уже совсем, как съехавшей с катушек, и не бегать за парнем по пятам, подслушивая его! После возвращения Лэя мы ещё какое-то время пообсуждали тренировку и то, что завтра уж точно надо начать выбираться из нашей берлоги в город. Когда часть из нас уже начала клевать носами, на часах было за полночь. Я была одной из тех, кто еле ноги переставлял. Попрощавшись с парнями, я поплелась в свой номер, отставая от трёх соседей, которые как-никак были пободрее меня. Шаркая кедами, я полузакрытыми глазами, с трудом наводя резкость, пялилась в пол. Неожиданно упёршись во что-то лбом, я даже не сразу это заметила. Моё спящее подсознание обрадовалось наличию чего-то, к чему можно, наконец, голову приложить. - БуИн?! – по коридору разнёсся до боли знакомый голос. Сна как будто и не бывало. Я мгновенно широко распахнула глаза и сделала шаг назад, чтобы убедиться, что это не сон. Я столько раз представляла, как встречу его. Засыпала и просыпалась с мыслью об этом, готовила речь, хотела произвести на него наилучшее впечатление. А в итоге я в полной растерянности стою перед Мином посреди коридора, сонная, уставшая, немного шальная и совершенно не понимающая, что делать с этой нежданно свалившейся на меня сбычей мечты. - МинСок… - ошарашенно выдохнула я. – Ты… ты… ведь должен был завтра прилететь, - пытаясь припомнить слова Лэя, заикалась я. - Во-первых, сейчас уже и есть завтра, - парень вытянул руку, подсунув мне под нос свои дорогие наручные часы, подтверждающие данный факт. – А во-вторых, что ты тут делаешь и почему ты опять пар… - Тихо! – шикнула я на Мина, перебив его. – Не говори никому, прошу тебя… Я уставилась на СюМина, умоляюще сведя брови. - Зачем ты здесь? – серьёзно спросил он. – Ради ЛуХана? – неохотно добавил Мин. Я отрицательно покачала головой, поджав губы и сжав кулаки. Было как-то противно признаваться в том, что тогда, полгода назад, наше расставание отчасти было напрасным. Ведь с Лу так ничего и не вышло. - Мы с ним просто друзья, - я старалась говорить более обтекаемо. Мало ли какие уши скрываются в стенах этого отеля… - Я здесь ради тебя. Я была так ошарашена этой встречей, что даже не была в состоянии завуалировать свои пылкие признания. К тому же МинСок так изменился, что мой шок автоматически удваивался. Куда подевался милашка СюМин с пухлыми щёчками, вечно милым и безмятежным выражением лица и смешно надутыми губками? Этого мальчика больше нет. Вместо парня, которого я знала 17 лет, передо мной стоял девятнадцатилетний холёный красавец, одетый по последней моде, знающий себе цену и совершенно не нуждающийся в таком убожестве, как я. От МинСока всегда приятно пахло, и мне всегда это нравилось. Но сегодня запах его тела, смешивающийся с его любимым парфюмом, действовал на меня совершенно опьяняюще. Я так давно не ощущала этого, что с непривычки потеряла дар речи и лишь молча блуждала по Мину глазами. Это сравнимо с сексом после длительного воздержания, который сносит крышу, или с самой первой, выпитой залпом рюмкой крепкого алкоголя. В такие моменты ты теряешь голову, перестаёшь контролировать и разум, и тело, и эмоции. Ты весь, как оголённый нерв, и воспринимаешь всё неадекватно. - Не стоило ради меня идти на такие жертвы, - довольно холодно отозвался парень, собираясь пройти мимо. - Давай поговорим, - пыталась я его остановить. - Мне многое нужно сказать тебе! - я уже почти бежала за Мином, который непоколебимо направлялся в своё крыло. – Выслушай меня! Дёрнув парня за рукав, я заставила его остановиться. Укоризненно глядя на бывшего недодруга, я молча, одними глазами просила его дать мне возможность всё ему объяснить. МинСок отчасти равнодушно смотрел мне в глаза. Казалось, я со своими душевными терзаниями теперь мало его волную. Но, наученная горьким опытом, я теперь не верила его внешнему облику. - У меня завтра тренировка. Думаю, у тебя тоже, - констатировал СюМин. – Мы оба устали и лучше нам пойти спать. Доброй ночи, БуЁн, - друг противно выделил моё воображаемое имя и решительно направился дальше. Меня аж перекосило, как будто кто-то над моим ухом гвоздём по стеклу царапал. Это я сделала его таким циничным. А может, он просто нашёл ту, которая любит и ценит его без ущемляющего мужское самолюбие слова «друг»… - Так-так, - я вздрогнула и, сдавленно сглотнув, обернулась. Позади меня, сложив руки на груди и ехидно улыбаясь, стоял Ким ЧонИн. – БуИн… БуЁн… - нараспев тянул парень, обхаживая меня кругами. – Чувствую, происходящее здесь попахивает пиздежом и провокацией. Я, стиснув зубы, молча буравила его взглядом. Секунд через тридцать Кай не выдержал. - Ну не молчи же ты, - по-прежнему улыбаясь, слащаво пропел брюнет. – Я же должен понять, что происходит. - Не лезь не в своё дело, Кай! – сквозь зубы огрызнулась я, после чего развернулась и направилась в номер. - Да ради Бога! – театрально махнул шевелюрой ЧонИн. – Только с этих пор, крысёныш, знай, я наблюдаю за тобой! - схватив меня за запястье, прошипел парень и тут же бросил мою руку. Вот только лишней пары глаз мне как раз и не хватало! *, ** - удары ногами, применяемые как в тхэквондо, так и в хапкидо, т.к. это отчасти родственные боевые искусства.