Конверты

обложка к главе: http://savepic.su/3829465.png ______________________________________________ – Кас, ненавижу тебя, – рыкнул Дин, пихая снова заснувшего парня под ребра. – Ты че, днем не мог выспаться? Мне тебя каждые пять минут будить? – Неправда, – Кас, встрепенувшись, сел прямо и уставился на слепо глядящие окна дома. Свет горел в одном окне на втором этаже и в двух на первом. – Что «неправда»? – не въехал Дин. – Ты меня не ненавидишь. – Придурок, – Дин нахмурился, скрестив руки на груди. Все вокруг начало раздражать. Импала – приметная машина, ее он на дело никогда не берет. К тому же он боится, что однажды заляпает салон кровью или поцарапает бок детки, неудачно вписавшись в поворот. Поэтому они сейчас сидят в этом долбанном БМВ. Хорошая машина, вот только не для Дина. Это Кас, увидев пафосную тачку впервые, едва ли не принялся ее облизывать, как шлюха, продающаяся за престижные вещи. Вот и сейчас сидит и почти наглаживает приборную доску тощими пальцами с содранной кожей на сгибах фаланг. – Где поцарапался? – Дин кивнул на ладонь. – А, – Кас пожал плечами, – кажется, не заметил стену и ударил по ней рукой. Вот и содрал, – парень убрал челку со лба. – Пьяным был? – Я не пью, – фыркнул Кас, остро взглянув на Дина, словно обвинил его в алкоголизме. «Если он не перестанет так таращиться, – пообещал себе Дин, – я ему вмажу». Вмазывать не пришлось: Кас снова перевел взгляд на окна дома. В них погас свет, и парень напрягся. Дин размял руки, щелкая запястьями и пальцами. Обычно он чувствовал себя расслаблено, но сейчас, когда рядом сидел Кас, ему было тревожно. Как он вообще на это подписался? Какого черта он решил, что будет хорошей идеей позвать в напарники этого психа, да еще и пообещать ему двадцать кусков? С другой стороны, совсем без напарника было непривычно. К тому же последние дела шли не так гладко, как хотелось бы… Скорее всего, Дин справился бы и в одиночку, вот только он совсем отвык так работать. Начинал он с отцом, а потом присоединился Сэм. Семейный бизнес почти что. И Дин уже и не знал, как в одиночестве выполнять задания, а может, все дело было в усталости и желании сбежать, улететь от всей этой жизни в другую страну. И, видимо, после того случая отчаяние достигло критической точки, выстрелило, как пробка в бутылке, выпуская наружу пену безрассудности, раз он додумался предложить Касу провернуть это дело вдвоем. Кстати, о случае. Он тоже относится к тем вещам, которые Дин предпочел бы забыть. Да он едва не облажался! Самое смешное – сотню раз же выполнял подобные задания. Ему постоянно приказывали зачищать наркопритоны. В этом он был асом. Каждый раз свободно проходил в полутемное помещение, набитое нариками и вооруженными охранниками, прикидывался золотым мальчиком, ищущим развлечений. Он легко оказывался внутри, без проблем проносил мимо шкафообразных секьюрити оружие. Выбирал угол поудобнее и начинал пальбу. Интересный факт: когда даже в самом охраняемом помещении начинают стрелять, внутрь может войти кто угодно безо всяких усилий. Люди выбегают, прячутся, отстреливаются в ответ. Но никто в здравом уме не войдет туда, где потенциально ожидает опасность. Если только ты не коп или еще какой костолом. Хотя, копы-то как раз на подобные разборки приходят только под самый конец, когда на полу, как вещи в неприбранной комнате, валяются трупы, и забирают под стражу оставшихся в живых… Но речь не об этом. Когда Дин начинал стрелять, всячески поднимая шум, Сэм или отец беспрепятственно проскальзывали внутрь притона и палили по спинам дилеров и их цепных псов. Доставалось и не успевшим смыться наркоманам. Но на них было плевать и начальству, и Винчестерам. Кому какое дело до опустившегося мусора? Они в большинстве своем уже и не люди. Именно так всегда действовал Дин. Вот только шесть лет назад отец свалил из страны, не справившись с заданием. Они даже не успели толком попрощаться. Спустя месяц после этого побега от него пришло письмо. Обычное бумажное письмо, Дин до сих пор помнит пятно от чашки с кофе в углу конверта и кучу марок. Джон писал, что нашел себе дом и нормальную работу, на которой не требуется никого убивать. А устранить его попытались из-за того, что он не выполнил очередной приказ. Он просто не смог завалить второго парня: тот слишком хорошо охранялся. И, черт побери, Джон бы до него рано или поздно добрался, но время-то вышло, он не уложился в заданные ему сроки, и поэтому за ним началась охота. А Организация – совсем не те люди, которым можно что-то доказать. Перед ними не оправдываются. Им нет никакого дела до того, что Исполнитель – тоже человек, у которого бывают провалы. Нет. Тебе дали задание – будь добр, выполни. А если не получилось – придется умереть. Может быть, именно после этого письма Дин и начал задумываться о том, что существовать в подобных условиях вечно нельзя. Что, возможно, он делает что-то неправильное и, скорее всего, работает против Белого Дома. Он порой ощущал себя конем с шорами на глазах, и каждый Конверт был словно ударом шпорами по бокам. Уйти из бизнеса нельзя. Если ты попал в него – это навсегда. Поэтому, когда отец сбежал, Дин продолжил его дело. Он был безумно благодарен Сэму: брат стал его напарником вместо Джона. Они прекрасно справлялись, хорошо зарабатывали. А четыре месяца назад Сэм сказал, что больше не хочет этим заниматься. Что у него есть средства, чтобы начать учиться на юриста. Собрал манатки и уехал в Стэнфорд. Наверняка он остался бы, если б Дин попросил. Но Дин лишь пожелал ему удачи. Его младший брат не был замешан во всем этом дерьме, ему не приходили Конверты, ему не отдавали никаких приказов. Значит, у Дина не было права втягивать его в этот бизнес. Да и к лучшему это, пусть хоть у мелкого будет нормальная жизнь… И надо же такому случиться: стоило Сэму свалить из города, как Дину начали приходить Конверты едва ли не раз в неделю. Его словно проверяли, сможет ли он справиться в одиночку. И он справлялся: кое-как крал документы, снимал людей из снайперской винтовки, прошвыривался по чужим домам за какими-то жутко ценными вещами. Пару дней назад ему пришло еще одно задание, хотя одно уже было в процессе. Зачистить притон – что может быть проще? Никого не надо выслеживать, обходить кордоны из охраны, хитрить, скрываться, пытаясь уйти от возмездия. Просто пришел, перестрелял всех – и свободен. Эта формула стала девизом, заменяя латинское «Пришел, увидел, победил». Но, черт возьми, Дин впервые зачищал притон в одиночку. Он без труда прошел внутрь, вытерпев проверку охранников. Металлоискателей не было, значит, наркоту тут продавали совсем говенную. И сам дилер был мелкого пошиба. Во время проверки Дину вообще показалось, что главная цель двух умеренно накаченных парней – не найти при нем оружие, а хорошенько облапать. В любом случае, заднице Дина пришлось вытерпеть несколько хлопков. Пройдя внутрь, он усмехался: непрофессионализм «охранников» налицо. Никто не додумался проверить голени. Дин заплатил за дозу кокса, прошел к пустому загаженному дивану и хотел уже было прыгнуть за него и начать стрелять, как его резко и цепко схватили за плечо, неслышно приблизившись со спины. На него смотрел один из охранников, очевидно, что-то заподозрив. – Парень, – сказал он Дину, улыбнувшись, – подожди-ка секунду, – и чуть согнул колени, нагибаясь и намереваясь ощупать лодыжку Винчестера. Тогда-то Дин и понял, что совсем расслабился. В этих джинсах было видно, как штанина оттопыривалась из-за ствола. Решение пришло молниеносно: приложив охранника носом о колено, Дин выхватил пистолет, начав стрелять. Его не успели окружить, он уложил сразу всех охранников: помимо двух на входе, в глубине помещения ошивался лишь еще один. Дин не учел одного: загашенного нарка, вмазанного и испуганного до того, что ему не хватило мозгов сбежать. Парень просто кинул в Дина какой-то тяжеленной железкой, попав в запястье. Пистолет упал на пол. И вот тогда его и взял на мушку дилер. Похоже, этот парень лишь начинал строить свой наркобизнес, разве что до этого он явно не просто так отдыхал. Руки у него не дрожали, когда он прицелился в Дина. По нейронам мозга быстро забегали импульсы, пока Винчестер пытался за одну секунду решить, куда кинуться. Он на открытом пространстве, едва ли не посреди этого полуподвала. А дилер выглядел крепким, как будто раньше служил, а может, был бандитом, выбивавшем (в прямом смысле этого слова) деньги из должников. Кто его знает? И вот в самый этот момент, когда Дин уже приготовился получить ранение в конечность, избегая выстрела в грудь, – в этот момент дилер свалился на пол. Через упавшее пыльным мешком тело переступил человек с обрезком трубы в руках. Его не было до этого видно из-за тени. Дин окинул его профессиональным взглядом. Человек потер правые ребра, поморщившись, как от боли, и Дин начал всматриваться, не ранен ли он, но крови не увидел. Да, было темно, мало что видно, но он уже вполне составил портрет неожиданно выручившего его человека: лицо неглупое, одежда так себе, вполне возможно, что он прошел в клуб не за наркотой, а ради мести или еще чего. Может, у него свои счеты с этим дилером? Мало ли семей разбили наркотики... Этот мужик мог продавать дурь любимым или родственникам того типа, который спас Дина, и теперь этот брюнет с мрачным взглядом мстит… – Будешь его приканчивать? – неожиданно низким голосом спросил парень, подходя к Дину. Обрезок трубы он бросил на пол, и она, гремя, откатилась в сторону. – Или ты коп и хочешь его сдать? Дину так и не удалось уловить тревожных ноток в голосе парня, а ведь наркоман испугался бы представителей закона… И это лишь уверило его в догадках. – Как тебя зовут? – спросил Дин, одним выстрелом вышибая дилеру мозги. Вот и все, задание выполнено, пять штук у него в кармане. Можно и сваливать. Тем более, что он приехал на Импале – поездка домой будет приятной… – Кас. На тот момент Дину и вправду показалось, что это хорошее решение – предложить Касу стать напарником хотя бы на текущее дело. В конце концов, ему действительно не везло. Ему нужен был сообщник на одно убийство. А дальше, может, и на второе, и на третье… Если он не решится отойти от всего этого. У Дина в руках уже неделю был Конверт со следующим заданием, там посложнее, чем наркопритон, помощник очень нужен. И, черт возьми, он ведь предложил ему сам, сам все предложил! Посулил денег, и парень согласился, сразу сев с ним в машину, чтобы узнать детали дела. Когда Дин выдавал ему необходимую информацию, он реально думал, что сделал правильный выбор. Он считал, что разбирается в людях. Подкидывая Каса до дома, он спросил его, чем ему не угодил дилер. – Какие-то личные счеты? – мельком поинтересовался Дин. – Можно и так сказать, – кивнул Кас, – эта тварь поставляла херовую наркоту. Купишь – а все разбавлено и разведено так, что можно было и не покупать. А деньги брал немалые. И подчистил, похоже, всех конкурентов в этом городе – хрен что купишь… Услышав предельно честный ответ, Дин чуть было не дал по тормозам. Проклятье. Он нанял на работу наркомана. Он вывалил все сведения о предстоящем деле наркоману. А наркоман согласился. Бля. Теперь его либо пристрелить, либо… что? Либо выполнить с ним задание и отпустить на все четыре стороны. Ну а что тут такого? Парень ведь помог ему. Пусть даже и по сомнительной причине, но помог же. И вряд ли он не сможет сыграть свою роль… – А зачем ты огрел этого мудака? – на всякий случай спросил Дин. – Мог бы подождать, пока я его пристрелю. – Не люблю, когда страдают люди, – легкомысленно ответил Кас. – Притормози тут, дальше я пешком по дворам. Охуеть ответ. Страдают люди. А вырубленный этим ангелом дилер не считается что ли? Но Дин не стал ничего больше говорить, он просто остановился там, где попросил Кас. Подумал, что уже завтра они встретятся, и тогда можно будет решить, что с ним делать. Когда Кас уже открывал дверь, до Дина дошло, где они стоят. Перегнувшись через пассажирское сиденье, он крикнул в открытое окно уже собравшемуся нырнуть во тьму, разбавляемую мигающим фонарем, парню: – Эй, ты проститутку что ли решил на радостях снять? – Нет, – невозмутимо ответил Кас, оборачиваясь к Дину, – у меня денег нет. Поэтому я сам иногда… – он сделал движение рукой, тыча языком в щеку изнутри и изображая минет. – Бля, – Дин, не удержавшись, закатил глаза и рванул с места. Охереть. Мало того что наркоман, так еще и начинающая шлюха. Связался. Разбирается он в людях, ага. Нет, этот бесценный дар он давно, видимо, проебал, раз нашел себе такого напарника. Однако на следующий день Кас весьма серьезно слушал Дина, выполнял все его приказы. Нашел информацию о человеке, которого надо было грохнуть, нарыл… В общем, показал себя почти профессионалом. Ну, или хотя бы любителем, а не совсем профаном. Тогда Дин заподозрил, что все сказанное Касом накануне было ложью. Ему дико захотелось перерыть дом парня или квартиру, или где он там живет… А еще проверить его кровь на вещества. И, конечно, стянуть с него уродливый свитер в ярких геометрических узорах и посмотреть локтевые сгибы. Но все это было пока некстати, Кас испугается и свалит, тогда придется его все же пристрелить. А Дин, несмотря на свою работу, убийцей себя не считал. Просто так он убивать не любил. Поэтому решил оставить все на потом. Тем более, что своего клиента они выследили уже на второй день, разработали ночью план и вот сегодня, в третий день знакомства, в ночь отправились дежурить перед его домом. Но Кас, так прекрасно зарекомендовавший себя накануне, за последние два часа засыпал раз пять. Отрубался он так легко и просто, словно привык засыпать в любых местах. Есть такие люди – они или много учатся, или много работают, и вырубаются где угодно и абсолютно при любом уровне шума. Кас, похоже, был одним из таких. Вот только Дину эта особенность его организма на данный момент на хрен не сдалась... – Дин? – вдруг спросил Кас. Он не отрывал глаз от дома. Три этажа, весьма неплохой особняк. Стоял у дороги, двор располагался с другой стороны. Им это было на руку: проникнуть внутрь легче, не придется бежать по территории под внимательным взором видеокамер. – А почему ты не всегда на этой машине ездишь? Ты вчера на рухля… – Дин предупреждающе кашлянул, но Кас, очевидно, не понял намека, потому что машинально стукнул Винчестера по спине, словно он подавился, и продолжил: – …на рухляди какой-то был. – Это было оскорбление, – мрачно ответил Дин. – Импала шестьдесят седьмого года проживет еще сотню лет, а эта тачка развалится через три года. Знаешь, почему? Потому что раньше машины делали на всю жизнь. Производство не было поставлено на поток. Автомобиль покупали так, что не собирались его потом менять. Ты хоть представляешь, какая там подвеска? А тут, – Дин махнул рукой, обводя салон, – одна пластмасса. Стукнешься о бордюр – и все, трещина. Выпускают новые модели каждые три-четыре года, понимаешь? Если они будут делать все на совесть, то никто не станет покупать себе новое корыто, хотя старое еще даже ни разу в ремонте не было. Так что пересмотри свои взгляды относительно «рухляди», – Дин выделил последнее слово презрительным тоном. – Какой интересный экскурс в историю, – пробормотал Кас. – Так значит, у тебя несколько машин? Одна понтовая, а другая как у всех, чтобы не палиться? – Ага. Только у меня одна машина, я не собираюсь изменять ей с другими. К тому же не имеет смысла покупать новую – все равно придется после окончания дела утопить. Угнал и все. Потом избавился. – Офигеть, – Кас наконец-то взглянул на Дина, как будто собираясь высказаться о его моральных качествах и образе жизни, но тут же снова уставился на здание. – Черт, свалит он или нет?.. У него ж вроде уже через полчаса встреча с телкой той… Слушай, Дин, значит, ты нередко тачки уводишь? И такие «дела» у тебя частенько появляются? – Не твое дело. Все, что тебе нужно знать, я уже сказал. – Нет проблем, мой бесстрашный лидер, – Кас улыбнулся. Дин украдкой наблюдал за его сосредоточенным лицом. Улыбка у парня удивительная. Широкая-широкая, про такую и говорят – до ушей. Вот только она редко затрагивает лицо. Губы растягиваются, словно Кас хочет произвести впечатление легкомысленного и радостного человека, а в глазах так и остается холод. Но сейчас, похоже, парень улыбался вполне искренне. – Не называй меня так, – Дин отвернулся, привалившись к двери, и тоже стал следить за домом. Окно холодом обожгло щеку, а потом постепенно стало влажным. Дин почувствовал, как Кас снова смотрит на него, но решил не обращать на это внимания. Из дома никто не торопился уходить. Неужели они уже упустили его? Или у парня переменились планы? Ладно, скоро будет видно… А новое прозвище отвращения у Дина не вызывало. Было в этом «бесстрашном лидере» что-то милое и в то же время странное. – Постараюсь. Смотри, – Кас неожиданно схватил его за руку, сжимая запястье, и Дин зашипел от боли. Именно в это запястье пришелся удар в притоне. Больно до сих пор… Подозрительно больно… Надо будет на пару дней зафиксировать его эластичным бинтом, вдруг что сместилось. Если там есть чему смещаться… Пальцы Каса вместо того, чтобы отлипнуть, просто переместились выше, сжимая середину предплечья. Ладно хоть так – через куртку… А то запястье он цапнул за голую кожу. Дин не думал, что может чем-то заразиться от Каса через рукопожатие, но все равно соприкасаться с ним лишний раз было страшно. Выбросив из головы неожиданно набежавшие от этого прикосновения мысли, Дин внимательно посмотрел туда, куда указывал Кас. Сукин сын… Их клиент решил свалить через черный ход. От кого шифруется, интересно?.. Жены нет, давно в разводе. Ну конечно, ведь мистер Кропп женился на манекенщице. Видимо, был все-таки умным мужиком, раз не выдержал с куклой больше года. Наверняка она с него до сих пор требует алименты или пытается что-то отсудить, потому что мелькать на подиуме и на страницах глянцевых журналов она перестала. Ага. От охранников. Видимо, не доверяет. Дин увидел, что мистер Кропп обходит дом и садится в машину без секьюрити – впервые за все то время, что они следили за ним. Ни водителя, ни личного телохранителя… Круто. Значит, тут два варианта: либо его женщина настолько высокого положения, что он не имеет права ее скомпрометировать и не может дать кому-то знать, что он с ней. Либо он совсем не к женщине едет, и тогда получается, что Кропп обманул свою секретаршу. Черт, вот точно – надо было организовать прослушку телефона. Уже один раз едва не облажался на таком же клиенте-параноике… Ругнувшись, Дин скомандовал: – Я в дом, а ты езжай за ним, проследи, куда он направился. Я освобожусь минут за десять, если не повезет – за пятнадцать, и рвану сразу за тобой. – Я не умею водить, Дин, – неожиданно тихо произнес Кас. – Твою мать… – Дин сжал кулак, и запястье снова прошило болью. Мышцы руки напряглись, и он только сейчас понял, что Кас до сих пор цепко держит его за предплечье. Тряхнув плечом, Дин сбросил с себя ладонь парня. Клиент уже завел машину и прогревал мотор. Тачка у него лимона за два, греть долго не придется… – Короче, – решил Дин, – я в дом, а ты через пять минут заводи машину и готовься если что открывать мне дверь. Но, скорее всего, – Дин договаривал, уже выходя на дорогу, – этого не понадобится. Поехали. Дин, чуть пригибаясь, быстрым шагом пошел к особняку, не замечая, что за его кошачьей походкой с интересом наблюдает Кас. Винчестер тенью скользнул к забору соседнего дома, дожидаясь, пока Кропп отъедет, а после сразу же кинулся к черному входу. По его расчетам, после того, как клиент покинул свое жилище, прошло около трех минут. Дин был уверен, что камеры отключены. Зачем так шифроваться, если оставляешь камеры включенными?.. Обычно в таких случаях их вырубают на пять минут, чтобы успеть улизнуть из дома. А значит, у Дина есть две минуты, чтобы проникнуть в дом незамеченным. Они с Касом внимательно изучили план особняка, нашли информацию об охране. Два охранника патрулируют двор по ночам. По его углам расположены четыре камеры, дающие полный обзор территории. У входа – еще один охранник, но он, очевидно, просто для вида; мужчина средних лет неспортивного телосложения, ставший хозяину дома скорее другом, чем просто подчиненным. Он смотрит за изображениями с камер во дворе и приглядывает за видеосъемкой с камер в коридоре и возле черного входа – и все. Остальные камеры, понатыканные в каждой комнате, не выводятся на мониторы. Они для личного просмотра мистером Кроппом. Он не желает, чтобы за ним наблюдали. Есть еще личный телохранитель. Сегодня он вместе с Кроппом заходил в дом, и черт знает, в какой он сейчас комнате. Остается надеяться, что они не встретятся с Дином. Винчестер постарается, конечно, просто оглушить его, но велика вероятность, что придется стрелять. И не факт, что Дин попадет в конечности. Рука порой сама нацеливается в грудь или голову. Дин быстро переместился к черному входу, открывая замок отмычкой. Вот на хрена отстраивать такой особняк и повсюду устанавливать камеры, если двери чисто для красоты? Нет бы железные поставить, куда там – деревянные со стеклянными вставками красивее… Дин быстро проник внутрь. Он помнил план дома. Теперь оставалось только пройти к кабинету и к спальне Кроппа, не наткнувшись по пути ни на какие вазы и скульптуры, или чем там заставляют свои особняки миллионеры? Достав из-за пазухи фонарик и прикрывая одной рукой лицо, Дин двинулся вперед. Ему не хотелось светиться. От желающих отомстить клиентов и полиции его прикроет Организация, но попадать в сводки все равно не стоило – Организация не всесильна, если его возьмут, то это чревато отстранением от работы. А отстранение – это верная смерть; тех, кто работал на Организацию, в живых не оставляют. До суда не протянешь, уберут, когда в изоляторе будешь сидеть. Дин бесшумно пробирался вперед и спустя минуту уже дергал за ручку кабинета. Тот оказался не заперт. А Кропп, похоже, очень уверен в своей безопасности и в безопасности своих документов… Быстро закрыв за собой дверь, Дин увидел мигающий в углу красный огонек видеокамеры и, прикрыв лицо предплечьем и приблизившись к ней, повернул ее в потолок. Пускай вот поснимает… После этого он взял фонарик в зубы и торопливо перешвырял все бумаги на столе, залез в ящики. Нигде не было папки, которая описывалась в Конверте. Сейфы… сейфы… Дин окинул кабинет взглядом. Лучик света выхватил маленькую железную дверь в стене. Ага, вот он… Дин тяжело вздохнул. Нет. Такой тайник только взрывать, если нет к нему кода. Может быть, Кропп взял папку с собой? Ну зачем ему прятать ее в сейф? Насколько Дин понял из текста задания, документы в ней, на первый взгляд, ценности не имели. Она должна быть на виду, потому что для Кроппа она – простой рабочий документ. Дин быстро вышел из кабинета и двинулся к спальне. У людей порой и там располагаются рабочие столы, может, Кропп оставил папку там. Проникнув в спальню, соседствующую с кабинетом, Дин проделал то же самое с той камерой. Ага, вот и стол, на нем тоже куча документов… Дин копался в бумагах, щурясь и пробегаясь глазами по первым строчкам, чувствовал, как время уходит. Кропп уже уехал так далеко, что им его не найти. Если только он не поехал по тому адресу, который назвал своей секретарше, в чем Дин сильно сомневался… Винчестер уже собрался развернуться и пойти прочь, как вдруг услышал за спиной шаги. А в следующую секунду к его шее что-то приставили, мир взорвался перед глазами болью, мышцы свело судорогой. И все поглотила темнота. … – Если ты его не отпустишь, – до Дина как сквозь подушку доносился истерический вопль, – я все взорву! Быстро отошел в сторону, тогда выживешь! – Ебнутый, ты же тоже сдохнешь! Дин ощутил, что он вовсе не лежит. Кто-то крепко держит его за грудь, прижимая к себе. В голове был кисель, и мысли продирались сквозь него еле-еле, но до Дина все же дошло, что его используют в качестве щита. Заложник, бля… Глаза открыть не получается, веки до одури тяжелые. – И похуй! – снова вопль, в котором смутно кто-то узнается. – Руки убрал от него! Дин почувствовал, что его больше ничего не держит, и свалился на пол. Он определил это по звуку падения, а не по ощущениям. Ему показалось, что он умер. А что иначе?.. Он не чувствует тела, оно воспринимается как что-то тяжелое и чужое, удерживающее его разум. А что, если он действительно умер? Бля, зачем он столько убивал… Похоже, священники и Библия не врали, у людей действительно есть душа. И сейчас его душа не может улететь на небеса из-за грехов, придавивших ее. Срань господня, ну точно, все ясно: нагрешил так, что теперь навсегда останется на земле. Ладно если призраком, а что, если вот так – в теле, не в силах что-то увидеть или почувствовать, только слушать… – Все, мужик, убрал! Успокойся! – Пистолет! – вопль почти превратился в визг. – Медленно опустил и пнул ко мне! И чтобы без фокусов, я все равно успею спустить чеку! – Окей, окей… Дин услышал, что мимо него что-то прокатилось. Ему не хотелось умирать. Очень не хотелось. И, кажется, ему и не предстояло, потому что он почувствовал, что у него подрагивают пальцы, а еще в запястье что-то тукает, и от этого больно. С усилием сконцентрировавшись, он смог двинуть фалангами, а потом и кулаком. Дальше Дин ухитрился открыть глаза, но почти ничего не увидел из-за мутной пелены. Мертвецкая тяжесть отступала, ничего больше не придавливало тело к полу, мышцы снова сокращались, а сердце билось. Зрение прояснилось, и Дин наконец-то смог рассмотреть, что же вокруг него творилось. Для начала, он до сих пор был в спальне, только здесь ярко горел свет. Глаза заслезились, но Дин мужественно сморгнул и смог подтянуть к лицу ладонь. На полу были разбросаны бумаги. Крови нет, значит, в него не стреляли. Уже хорошо. Кстати, о выстрелах. Недалеко от себя Дин увидел пистолет возле чьих-то ног в кедах и протертых, некогда серых, джинсах. Скользнув взглядом вверх по этим тощим конечностям, Дин чуть было не открыл рот от удивления. В дверях спальни стоял Кас, сжимая в одной руке здоровенный пистолет-пулемет МП9[1]. То есть здоровенным он, конечно, не был по меркам Дина, он никогда не стрелял из крошечных Вальтеров… Но в изящных ладошках Каса он отчего-то смотрелся громоздким. Надо же, Кас даже додумался разложить приклад… Дин поражался своим мыслям в такой ответственный момент – да, валяться на полу, рискуя быть застреленным, и размышлять об узких запястьях – это охуенно. А потом Дин понял, что по спине пробегает холодный пот. Его затопил липкий страх. – Кас, – захрипел он. Голос не слушался, но парень его услышал и чуть скосил взгляд, однако тут же поднял глаза на стоявшего перед ним мужчину. Под ногами которого, к слову, Дин и валялся… – Слушаю, мой бесстрашный лидер, – Дин был готов поклясться, что услышал в голосе Каса веселье. Бля, в такой ситуации… Он не просто наркоман. Он психонавт, он чокнутый, самый настоящий шизофреник, маньяк, да кто угодно, только не нормальный человек! Удивительно, как его еще только не застрелили. Дин почувствовал в себе силы двигаться и пополз на локтях к ногам Каса. Он подумал о том, что фильмы-боевики – зло. Огромное такое зло. Их нужно запретить. Когда в кино показывают, как какой-нибудь Брюс Уиллис срывает зубами чеку гранаты, Дин ухмыляется. Когда на экране бросают ручную гранату во врагов, и она взрывается, оставляя лишь месиво и осколки в радиусе ста метров, Дин наслаждается красивым взрывом. А вот когда Кас держит такую в руках, угрожая все взорвать, и пытается запугать этим противника, Дину становится реально страшно. Да, на таком близком расстоянии ручная граната действительно убьет и охранника, и их с Касом. И пригрозить ею было бы неплохим ходом. Но Кас сжимал в кулаке светозвуковую гранату. Если бросить эту шумелку, то они втроем оглохнут и ослепнут на несколько минут – и все! Охранник в это время может пристрелить их. Особенно Дина – ведь он еще валяется на полу, не восстановив полностью двигательную активность. И как только мужчина рассмотрит, что именно держит в руках брюнет в смешном свитере, им не поздоровится. Дин наконец-то дополз до Каса и с трудом поднялся на колени, опираясь одной рукой о стену. Переместив взгляд на охранника, он перевел дух. Кажется, им повезло. Им просто невероятно повезло. Мужчина, поднявший руки под прицелом Каса, обладал солидным животом. Ему было лет пятьдесят, и весь он выглядел… Ну, обычным. Служившие так не выглядят. Профессиональные телохранители так не выглядят. Дин понял, что его вырубил охранник, наблюдавший за камерами, а не головорезы, бродящие по двору. Не личный секьюрити клиента. И, похоже, Кропп действительно взял на работу какого-то знакомого, не связанного с охраной безопасности или с полицией… И, разумеется, откуда ему знать, чем отличаются ручные и светозвуковые гранаты. Господи, если ты все-таки есть, спасибо. Дин дотянулся до пистолета, который бросил мужчина. Вот блин… Это ж его собственная пушка. Похоже, охранник просто вырубил его и взял выпавший из кармана пистолет. Или ощупал и нашел его. Поднявшись, Дин навел ствол на противника, преодолевая усилившуюся боль, что расползалась от запястья до ладони. Колени еще немного подрагивали, да и руки тоже, шея ныла… Но ничего. Этот горе-спаситель мистера Кроппа вряд ли что поймет. – Гранату, – скомандовал Дин, подняв руку и раскрыв ладонь. – Предлагаю сделать следующее, – он оскалился. – Я прощаю тебе то, что ты меня вырубил, – Дин окинул комнату взглядом и увидел электрошокер. Ясно, ясно… И наверняка мощность у него превышает разрешенную, иначе бы охраннику не удалось вырубить его так надолго. – А ты не трогаешься с места еще минут десять. После этого ты говоришь, что поймал вора, но тот тебя вырубил, и ты его не запомнил. Тогда будешь жить. Если ты не согласен, – увидев, что мужчина хотел что-то возразить, Дин повысил голос, – то я тебя вырублю тоже, рассчитаюсь, можно сказать. Только я вырубаю насовсем, – Дин подмигнул, чуть взмахивая пистолетом. – Ну как? – Я согласен, – глухо ответил мужчина, медленно перемещая руки на затылок и разворачиваясь спиной. – Мудро, – кивнул Дин, – удачного вечера. Пошли, – он дернул Каса за локоть, выталкивая его из комнаты. Попятившись следом за ним, Дин споткнулся, чуть не упал, но парень подхватил его, придерживая за талию. Да твою ж мать, что он все время тянется полапать, никто же так не ловит людей… И в теле все еще слабость, руки и ноги как деревянные… Выйдя из спальни, Дин тихо произнес: – Иди в машину, я вернусь через три минуты. – Нет уж, – так же тихо ответил Кас. Дин подумал, что сейчас не время для препирательств, и скомандовал: – Тогда иди и стирай с мониторов все, что наснимали камеры. Я сейчас. Кас, даже если и волновался за Дина, все равно виду не подал. Он просто отпустил его, скользнув ладонью по бедру, и бросился к входу. Там рядом располагалась небольшая комнатка с мониторами. Дин же, не закрывая дверь в спальню, сделал несколько шагов назад, а затем тихо убрал пистолет во внутренний карман куртки, замахнулся и метнул гранату в комнату. Едва граната покинула его ладонь, Дин зажмурился, закрыв руками уши, и рванулся в сторону коридора, чтобы оказаться как можно дальше от спальни. – Дин! Дин! – Иди отсюда, – рявкнул Дин в ответ, надеясь, что Кас его услышит и не прибежит на шум. Убедившись, что по коридору не плывет оранжевый дым, Дин быстро вернулся, закрыв дверь в спальню, и побежал к выходу. Едва он ворвался в комнату с мониторами, Кас сразу же обернулся. Его глаза были огромными и испуганными. – Ты… Ты его… – заикаясь, начал Кас, но Дин его перебил: – Это светозвуковая, идиот, она только оглушает, – оттолкнув Каса, он схватил мышку. Ему нужно не только стереть записи видеокамер за последний… скажем, час, но и вырубить их. Все те три минуты, что Дин возился с компьютером, его героический напарник истерически смеялся. – Ну вот и на хрена я с тобой связался? – закончив с камерами, Дин, вздохнув, обернулся к Касу. Тому, похоже, действительно было нехорошо: он весь побледнел и выглядел ненормальней обычного. – Пошли, время поджимает… Дин обхватил Каса одной рукой за плечи и потащил за собой, держа свободной левой ладонью пистолет. Левой он тоже неплохо стреляет, вот только все равно будет лучше, чтоб этого делать не пришлось. Кас безостановочно смеялся, размахивая МП, сжимая его до побелевших костяшек. Но Дина не волновало, что парень пребывал в истерике. Главное, чтоб он достаточно быстро переставлял ноги. Разобраться с его психологической травмой можно и потом, сейчас нужно быстро свалить. Дин сомневался, что Кас вырубил оставшихся охранников, а ведь они могли услышать шум или увидеть вспышку в окне. Профессиональные головорезы обычно стреляют быстро. За себя Дин не боялся, он уже почти полностью оправился после удара электрошокером, а вот Кас – отличная мишень. Каким бы придурком он ни был, но он спас задницу Дина во второй раз за рекордно короткие сроки. Ну, может, и не спас, но избавил от дополнительных неприятностей точно. Дин вытащил Каса, безвольно идущего за ним, через главный вход: все равно камеры уже отключены. До машины – рукой подать, она ждет на противоположной стороне дороги. Все, выбрались. О поиске Кроппа и речи не могло идти: Кас, можно сказать, в отключке, он, определенно, перенервничал, и оставлять его в таком состоянии не хотелось. Не то чтобы Дин волновался за его физическое состояние, но Кас мог пойти в бар, надраться и растрепать кому-нибудь о произошедшем. Ну или ширнуться и растрепать, если он действительно не пьет…Можно было запихнуть его в отель и запереть, но вдруг начнет буянить? Хотя основным фактором, из-за которого Дин стремился домой, было его собственное состояние. Кажется, ему стоит выспаться. Он второй раз за три дня едва не провалился. Такого раньше не случалось. Может быть, из-за того, что его подстраховывал отец или Сэм. Но даже если это и так, то это все равно лишний повод сейчас завалиться в свой дом и заснуть крепким сном. Дин впихнул Каса на пассажирское сиденье, вырвал из его рук оружие и бросил пушку назад, сел на свое место, заводя мотор. Кас уже перестал безумно хохотать и лишь тихонько и полузадушено хихикал. Его смех затихал, сходя на нет. Дин сразу же поехал, решив, что машина еще не успела остыть, да и нет у них лишнего времени рассиживаться. Кас окончательно перестал смеяться минут через семь. Вместо этого он скрестил руки на приборной доске и положил на них голову, заскулив. Сначала Дин попытался идентифицировать этот звук, но потом, бросив эту затею, просто грубо спросил: – Рыдаешь? – Пиздец, – всхлипнул Кас. Он поднял голову, посмотрев на Дина. Слезы были незаметны, но глаза, казавшиеся в темноте черными, влажно блестели. А потом Кас снова уткнулся лицом в руки и заскулил. Вздохнув, Дин пожалел, что он не в Импале. Тогда бы он смог включить какую-нибудь кассету, чтобы заглушить этого несчастного, но сейчас ему придется выслушивать его скулеж. Ладно хоть реально не плачет, а то раньше Дину не приходилось сталкиваться с заливающимися горькими слезами мужиками, и он слабо представлял себе, как реагировать на подобное. Поэтому он просто попытался абстрагироваться от жалобных звуков, раздающихся рядом с ним, и катил вперед. Дом Дин поменял шесть лет назад. Когда отец уехал, Лоуренс перестал держать Дина. Они вместе с Сэмом первое время просто катались по штатам, выполняя задания, а потом поняли, что хотят осесть. Жизнь в дороге осточертела. Дин осознал, что ему не нужны никакие деньги, если некуда вернуться. Тогда он предложил Сэму выбрать штат и купить дом, благо денег накопилось немало. Может быть, из-за того, что Джон сбежал заграницу, Дину стали чаще приходить Конверты – ему нужно было выполнять работу за двоих. Но и оплачивалась она отлично. Он хотел остаться в Нью-Йорке. Большое Яблоко – огромный город, наверняка Организации нужно больше исполнителей в этом штате. Тогда они выбрали дом за городской чертой, решив, что так будет удобнее: жилище достаточно далеко от центра, рядом с ним нет вездесущих глаз веб-камер и полиции, вокруг него – несколько соток земли. Можно построить гараж. «Или закапывать трупы», – как шутил тогда Сэмми. Они вообще тогда много шутили. Ухитрялись постоянно устраивать розыгрыши друг над другом, словно и не убивают людей по чьему-то приказу. Сэм носил смешную челку и был совсем ребенком. В год, когда исчез отец, ему было восемнадцать. Сейчас Дин не мог понять, как ему хватило наглости и глупости втянуть в эту кровавую карусель младшего брата. Он многое бы отдал, чтобы отмотать прошедшие годы назад и отправить Сэма учиться, а самому продолжить зарабатывать деньги. Ему бы хотелось забыть о крови на руках брата. Взять ее на себя. Он бы полжизни за это отдал. За это и за то, чтобы стереть у Сэма воспоминания о четырех годах непрекращающегося насилия и убийств. Дин бы обязательно научился работать в одиночку, он бы справился, не подвел бы Организацию, не подвел Сэма. Вот только второго шанса начать все заново никому не дают. Когда шел второй год их совместной работы, Сэм захотел отдельное жилье. Он начал снимать квартиру в центре Нью-Йорка, и у него было достаточно уютно. Дин помнил первую подружку брата, с которой тот решил жить. Симпатичная. Но его нынешняя девчонка куда лучше, да и умнее наверняка. Иначе, зачем она поехала поступать в Стэнфорд?.. Наверно, Сэмми из-за нее и захотел завязать со всей этой жизнью. Он врал ей, что уезжает в командировки с братом, боясь, что однажды она узнает, чем он занимается. Не узнала. И Дин уже хотя бы поэтому счастлив. Сэм живет со своей девушкой нормальной жизнью, забыв прошлое, как кошмарный сон. Он не нуждается в средствах – благо Дин в этом кошмаре прожил столько, что и не считает его таковым… Иногда Дин задумывался, смог бы он завести постоянные отношения. Как показывал его опыт, дольше трех недель с кем-то одним он выдержать не мог. Его не слишком интересовала эмоциональная сторона романов; ему было тяжело лгать о своей деятельности. Вряд ли бы кто смог принять его таким, какой он есть. Поэтому все его связи сводились к сексуальным экспериментам и простому флирту. Иногда, когда было лень с кем-то знакомиться, Дин снимал проститутку. Он усмехнулся, вспомнив их первую встречу с Касом. Забавно было бы, если б оказалось, что они раньше встречались… Нет, они не встречались, конечно, но ситуация была бы неплохой. Тогда бы, правда, Дин пристрелил парня еще там, в притоне, решив, что он окончательно снюхался. Или скололся… Черт знает, как это назвать. Дин кинул взгляд на Каса. Тот наконец-то перестал скулить и теперь просто прятал лицо, порой прикасаясь ладонью места пониже груди. Может, опять заснул, он же весь день засыпал. Ничего, уже почти приехали, минуты три осталось до дома. Дин понял, что даже не задумался о том, что Касу следует предложить подбросить его куда-нибудь… Ну, или хотя бы проинформировать, куда они едут. Но парень не возражал, так что… Впрочем, у него сейчас сил возражать, наверно, нет. Скорее всего, Кас совсем эмоционально выжат и не в состоянии реагировать на происходящее. Ну и ладненько, пускай, выспится – и к завтрашнему утру им придется составлять новый план. Потому что, несмотря на возникшие трудности, задание выполнить надо. Припарковавшись возле дома, Дин дотронулся до плеча Каса, и с удивлением обнаружил, что вытянутый и с виду старый свитер на самом деле очень даже мягкий. И, наверно, он не вытянутый, а просто модель такая… Нет, Кас – чокнутый. Ну кто в здравом уме наденет такой смешной свитер? Синий с мелкими красными, рыжими и желтыми ромбиками на груди… Дин издал короткий смешок, представив себе, как грозно Кас смотрелся бы в таком наряде с гранатой и оружием в руках. Поддавшись непонятному ему самому порыву, он слегка погладил Каса по плечу. – Вставай, спящая красавица, приехали. Кас встрепенулся и поднял голову, сонно заморгав. И вправду заснул. А может, он так отрубается из-за какой-нибудь болезни?.. Или от наркомании… Дин закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Ему следует избавиться на какое-то время от этих мыслей, иначе он будет постоянно на них отвлекаться. Лучше он потом все разузнает об этом парне, а пока просто завершит с ним дело. Убедившись, что Кас потянулся к двери, Дин вышел из машины, обходя ее кругом и останавливаясь напротив пассажирского места. И, как оказалось, он сделал это не зря: у Каса, едва он ступил на газон возле парковочной дорожки, тут же подкосились ноги, и он бы рухнул, если б Дин его не поймал. Подхватив его под подмышки, Дин хмыкнул. Ну вот. Сначала он падал, а Кас его ловил, а теперь наоборот. Отличная пара просто. Мистер и миссис Смит, гей-версия. Кас, навалившись на Дина, вцепился в его талию. Дин дал парню пару секунд, чтобы прийти в себя, и негромко спросил: – Идти можешь? Или совсем плохо? – Могу… Не знаю, – прошептал Кас. – Мне нехорошо. Вздохнув, Дин пригнулся и закинул одну руку Каса себе на плечо, приобнял его. Парень был весь мокрый от пота… Так они и дошли до дома – Кас крепко держался за Винчестера, а Дин практически тащил его на себе. Лохматая макушка то елозила на груди Дина, то утыкалась ему в подбородок. Когда Дин остановился, чтобы открыть дверь, Кас попытался встать ровнее, и в результате головой едва не съездил Дину по носу. – Эй, тише, – хмыкнул Дин, пытаясь попасть ключом в замочную скважину. Все-таки он сегодня тоже то ли переволновался, то ли от тока еще не оправился… Руки-то трясутся… Голова Каса подрагивала, и Дин, устав от ее мельтешения перед своим лицом, поднял ладонь с его талии, прижав Каса виском к подбородку. Он невольно вдохнул глубже, заинтересовавшись, чем пахнет от Каса. Он вообще любил запахи… Дин ожидал, что от него будет нести немытой головой, потом или грязью, и уже приготовился скривиться, но неожиданно почуял запах одеколона или туалетной воды и чего-то еще. Может, шампунь, а может, гель для волос. И волосы чистые у него… Кас, словно почувствовав это, как-то разом сжался, и Дин машинально погладил его по голове, ловя себя на том, что хочет успокаивающе чмокнуть его в макушку. Но, к счастью, он уже повернул ключ в замке и не дошел до этих нежностей. Конечно, Кас расплавился и потек, как мороженое на солнце, но это вовсе не делало его хрупкой девушкой… Распахнув дверь, Дин дотянулся до выключателя, зажигая в прихожей свет, и легонько подтолкнул Каса вперед. – Добро пожаловать. Чувствуй себя как дома, если ты дома не мусоришь и ничего не портишь, – весело произнес он. Кас, оказавшись внутри, тут же рухнул на пуфик возле двери. Увидев, что Дин начал разуваться, он тоже расшнуровал свои кеды и бросил их в сторону. Когда он стянул свитер, под ним оказалась простая белая майка. Дин, сняв куртку, повесил ее на крючок и, взяв у Каса свитер, сложил его и отправил на полку сверху. Пускай лежит, а то окажется с утра, что Кас разбросал шмотки по всему дому… Ах да, надо ему еще кое-что сказать о доме… – Кас, – Дин присел на корточки перед пуфиком. Парень сидел, поставив локти на колени и спрятав лицо в ладонях. – Эй, посмотри на меня, – Дина начало напрягать состояние напарника. Может, пока Винчестер был в отключке, Каса успели огреть, и поэтому он сейчас с ума сходит? Кас поднял лицо, и Дин, держа его за подбородок, ощупал затылок и виски. Нет, крови нигде нет. Шишек вроде тоже. – Посмотри наверх, – оттянув нижнее веко, Дин оглядел глаз Каса. Сэм так иногда делал, когда Дину доставалось. Сам же Дин не знал, зачем эта процедура, но решил, что лишней она не будет. Кас совершенно безразлично отнесся к действиям Дина, вытерпев все ощупывания головы и лица. – Где-нибудь болит? Тебя били? Кас помотал головой. – Просто у меня сильная слабость. Давление упало. Криз, коллапс, кадавр, хах… Это от нервов, – негромко и устало произнес Кас. – Я так… – Все разговоры потом, – прервал его Дин, – есть хочешь? Кас помотал головой. – Пить только. – Сам до кухни дойдешь? – Наверно. – Ну, тогда вставай, – с сомнением произнес Дин. Он наблюдал, как Кас, глубоко вздохнув, поднимается на ноги. Его покачивало, но все же он не падал. Дин пошел за Касом, держа руку возле его плеча, чтобы поймать, если тому станет дурно, и попутно говорил: – Здесь ванная с туалетом. Санузел есть еще на втором этаже. Там же две спальни – моя и гостевая. Так, стой, направо… Слева – гостиная, можешь там поваляться перед телевизором, если хочешь… Ага, проходи, садись, – Дин проследил, чтобы Кас опустился на угловой диванчик, а не мимо, взял чайник с подставки, наполнил его водой и вернул обратно, щелкая кнопкой включения. – У тебя раньше бывали такие приступы? – он взял высокий табурет от кухонной стойки и подтащил его к диванчику, усевшись напротив Каса. Парень поднял на него глаза, взглянув снизу вверх: табурет был достаточно высоким, чтобы голова Каса находилась на уровне груди Дина. – Бывали, – признался Кас, – давление понижалось… И панические атаки тоже случались… – Чем ты болеешь? – напрягся Дин. Не, вроде то, что перечисляет Кас, не заразно, вот только если ему станет совсем худо, Дин должен хотя бы знать, нужно ли звонить 911 или сразу закапывать коченеющее тело на заднем дворе. – Да фигня, – Кас, не отрываясь, глядел в глаза Дина, словно боялся, что, стоит ему моргнуть, он отключится. – ВСД. – ВэЭс-что? – Вегетососудистая дистония. Не забивай голову, – Кас неожиданно улыбнулся – снова искренне, как тогда, в машине, а не наигранно. Может быть, у него не было сил, чтобы натягивать на лицо маску жизнерадостности. – Я не отброшу коньки, – он словно прочитал мысли Дина, – но если ты угостишь меня сладким крепким чаем… – Нет проблем, – Дин улыбнулся в ответ и поразился выражению, застывшему на лице Каса. Парень распахнул глаза и долго на него смотрел, затаив дыхание. Нет, Дин, конечно, знал, что он весьма симпатичный и что улыбка его красит, но так на нее еще никто не реагировал. Но это неважно, пусть Кас реагирует, как хочет; главное, что он явно приходил в себя. С его лица уходила мертвенная бледность, он уже говорил почти нормальным голосом, и, судя по всему, приступ проходил. Вставая с табурета, чтобы взять кружки и заварить чай, Дин весело спросил: – А сейчас что у тебя было? Паническая атака? Давление? Или еще что? – Думаю, все разом, – Кас заулыбался еще шире, и Дин заключил, что с ним точно все в порядке, раз уж тот в состоянии так скалиться. – Как ты себя чувствуешь? – Все окей, – Дин пожал плечами, кидая в кружки чайные пакетики. – Одного удара электрошокером недостаточно, чтобы мне стало плохо, – он налил кипяток и вернулся к Касу, пододвигая одну чашку к нему. – Жаль, что я этого не знал, – пробормотал Кас, опуская взгляд. – Если бы тот козел не начал прикрываться тобой, я бы точно решил, что ты уже мертв. Дин усмехнулся. Кас держал ладони над кружкой, над которой вился пар, грея ладони. В одной только белой майке он показался беззащитным. Под бледной кожей на руках чуть проступали мышцы, но вряд ли это были последствия занятий спортом. Тощий он, скорее, от того, что мало ест, а не из-за того, что поддерживает форму. Или просто много двигается. Дин вспомнил о своих подозрениях и скосил взгляд на локтевые сгибы и предплечья Каса. Нет, вроде следов уколов нет. Хотя кто знает этих нарколыг, может, он в другое место колется… Дин одернул себя. Ему пора перестать выдумывать. Лучше он попозже прямо спросит, чем себя убивает Кас. И обязательно пообещает, что вырвет ему позвоночник, если парень рискнет чем-нибудь закинуться во время работы. – А зачем ты пошел вообще за мной? – спросил Дин. Он только сейчас подумал, что, должно быть, его долго не было, раз Кас решился ворваться в дом. – И как догадался захватить с собой оружие? Ты хоть стрелять-то умеешь? – Ты не вернулся спустя пятнадцать минут, – просто ответил Кас. – Я подождал еще полторы минуты и решил, что что-то пошло не так. Ну, и что мне еще было делать, – он придвинул к себе кружку и, склонившись над ней, отхлебнул чай. – А сахар? Фыркнув, Дин встал и принес сахарницу и ложку. Сам он редко ей пользовался: предпочитал покупать десерт, например, пирог. Так что Касу повезло, что ему не пришлось утешаться несладким чаем. – Так вот, – продолжил Кас. Он подрагивающей рукой высыпал в кружку три ложки сахара с горкой и начал неторопливо его перемешивать. – Я подумал, что с пустыми руками идти глупо, поэтому залез в багажник… – Откуда ты знаешь, что я храню оружие в багажнике? – перебил его Дин. Он, помнится, не показывал Касу свои богатства, всегда приходил на встречу, держа пистолет при себе или в бардачке… – Это элементарно, Ватсон, – Кас снисходительно взглянул на него, и Дин поднял брови. Нет, ему что, не показалось? Кас действительно смотрел на него снисходительно? Надо же. Такого выражения лица Дин еще у него не видел. – Эй, Шерлок, – с насмешкой произнес Дин, – тут вообще-то я самый умный и крутой. – И поэтому я уже дважды спас тебя, – Кас тихо засмеялся. – Просто я подумал, что вряд ли ты ходишь на подобные дела без оружия. В машине я его не заметил, да и кто будет возить все это в салоне? Вот и взял приглянувшееся… Самый большой пистолет и гранату. Я решил, что ею можно пригрозить. Стрелять только не умею, да и вообще в оружии не разбираюсь. Я никогда ни с кем не ссорился до такой степени, чтобы брать его в руки. – А теперь слушай меня, – вздохнул Дин. Его чай начал остывать, и, сделав глоток, Дин только сейчас осознал, что у него тоже уже пересохло в горле. – Во-первых, завтра с утра я обязательно проведу тебе лекцию по разным классам оружия, чтоб ты знал, как с ним управляться. Во-вторых… Господи, Кас. Нам невероятно повезло, что ты столкнулся с человеком, не разбирающимся в оружии. Ты схватил неплохую игрушку, конечно, с ближнего расстояния из нее стрелять вполне можно. Но ты не умеешь стрелять, значит, она для тебя была бесполезной. Далее – граната. Неужели ты подумал, что я буду с собой возить ручную гранату, которой можно все взорвать? – А почему бы и нет? – буркнул Кас. Его щеки слегка порозовели. – Ты хоть знаешь, как я пересрал, когда услышал взрыв? Я думал, что ты там снова умер. Дин усмехнулся. Надо же, как Кас за его жизнь беспокоится… – Это светозвуковая граната. Такими обычно полиция распугивает митинги. Оглушает и ослепляет. – Зачем ты кинул ее в человека? – задумчиво спросил Кас. Он потер пальцем бок кружки, не поднимая взгляда на Дина. – Разве ты недостаточно припугнул его? Он же согласился. – Не будь наивным. Он в любой момент мог нажать тревожную кнопку, и тогда бы нам пришлось уносить ноги уже от копов. Ты же не хочешь попасть в список разыскиваемых преступников? – Дин следил за Касом, пытаясь догадаться, о чем тот сейчас может думать. Ему и раньше было нелегко читать людей, а сейчас он и вовсе запутался… – А так мы его безболезненно оглушили. Это все же лучше, чем огреть трубой по голове. Кас вскинул глаза на Дина. – Не надо напоминать об этом, ладно? Я не хочу быть причиной лишних страданий. – Ты буддист? – Дин откровенно развеселился. Все-таки Кас ненормальный. То безжалостно бьет кого-то по затылку, то прикидывается нежной фиалкой. – Нет, – чуть раздраженно ответил Кас. – Дин, пожалуйста, не надо смеяться надо мной. Я могу обидеться и уйти. – Кто б тебя еще отпустил. Кас внимательно посмотрел на него, словно что-то для себя решая, а потом неожиданно сел поближе к краю дивана и лег щекой на бедро Дина, положив ладони на его колени. Несколько мгновений Винчестер просто пораженно смотрел на умиротворенную физиономию Каса, а потом, кашлянув, спросил: – Все в порядке? Кас? – Ой. Прости, – парень быстро поднялся и покраснел. – Ты просто так сказал, и я подумал, что… – Не оправдывайся, – Дин прервал его ставшую путаной речь, – все нормально. Хотя на самом деле нормально ничего не было. Дин ни хера не понял, что только что произошло. Что он такого сказал? Что Каса никто не отпускает? Так это касалось работы… А! Он, видимо, действительно просто не так подумал. Хотя с чего бы ему решить, что Дин сейчас говорит о чем-то… чем-то… связанном с чувствами, что ли? Или как это там называется? Впрочем, – Дин мысленно вознес глаза к небу, – и до этого было ясно, что у Каса не все в порядке с головой. Намеки он не понимает, смысл сказанного, как оказалось, улавливает неправильно, ведет себя не слишком адекватно. И, похоже, не имеет четкого мировоззрения, или системы ценностей… Дин не знал, как назвать это. Сам он мог без проблем делить мир на черное и белое, а вот Кас, судя по тому, как он ведет себя, различал множество оттенков серого. – Сколько тебе лет, чудо? – Дин облизал губы, подумав, что неплохо бы узнать о Касе побольше. – Двадцать четыре, – Кас чуть прищурился, видимо, желая состроить недовольное или подозрительное лицо, но Дин засмеялся. Парень стал похож на жмурящегося котенка. – На два года младше меня. Кстати, а как ты в доме нашел меня? – Ну, я же запомнил его план, – Кас пожал плечами. Его лицо снова расслабилось. – И помнил, что ты или в спальне, или в кабинете. Обнаружил в спальне, когда тот мужик тебя ощупывал, искал оружие, да? Наверно, да. Я сразу заорал на него, а он схватил тебя, прикрываясь, и начал тыкать в мою сторону пистолетом. А дальше ты очнулся. – Круто, – заключил Дин, отметив, что у Каса неплохая зрительная память, – ты просто герой. Знаешь, такие в фильмах появляются в тот момент, когда у главного персонажа не остается никаких шансов. А Кас – это имя или кличка? – Имя, – оскорбился парень. – Сокращение от имени Кастиэль. – Ни фига себе, – присвистнул Дин, – а фамилия какая? Что-нибудь вроде… – Коллинз, – оборвал его Кас, поморщившись. Он явно не желал выслушивать фантазий Дина на тему своего имени. – Дин Винчестер, – он протянул ему ладонь для рукопожатия. – Наконец-то будем знакомы. – Приятно познакомиться, – Кас слабо пожал его ладонь, явно не собираясь мериться силой рукопожатия. – Ладно, – Дин хлопнул в ладоши, – сеанс психотерапии и лечения будем считать законченным, я пошел в душ. Холодильник в твоем распоряжении, спальня с большой кроватью – моя, а… – Это приглашение? – заинтересовался Кас, и Дин, начавший было допивать чай перед тем, как уйти, поперхнулся. – Я шучу, – глаза Каса засверкали. – Продолжай. – А все остальные горизонтальные поверхности, – откашлявшись, закончил Дин, – в твоем распоряжении. Шутливо отсалютовав Касу, он ретировался в ванную, перед этим забежав на второй этаж, чтобы взять чистое белье. Да, он, в отличие от Каса, пах чуть лучше уличного бомжа. С Дина сегодня сошло сто потов, и удивительно, как Коллинз еще не начал морщить нос. Кастиэль Коллинз… надо будет вбить его имя в поисковик, посмотреть, какие ссылки выскочат. Несмотря на прямоту и честность парня, Дин не мог затолкать свою подозрительность куда подальше. Он привык все проверять. Он должен точно знать правду о тех, кто рядом с ним, пусть даже придется ее выпытывать. К тому же у него были поводы для подозрений: пускай Кас и ухитрился дважды помочь ему, но все же он в первую их встречу был в наркопритоне, и дилер ему не понравился отнюдь не из-за моральных качеств, а из-за плохого товара и высоких цен. Когда Дин вышел из душа и кинул джинсы с майкой и рубашкой в свою комнату, он обнаружил Каса на том же месте. Коллинз ухитрился свернуться и улечься на узком диванчике, но, едва услышав шаги Дина, сразу же принял сидячее положение. Посмотрев на Винчестера, он едва заметно улыбнулся: – Всегда ходишь дома в майке и спортивных штанах? Не жарко? Дин хотел ответить, что это нормальная форма одежды, когда в доме посторонние, но не стал. Он почувствовал интерес. Если он все правильно понял, Кас ненавязчиво с ним флиртовал; Дин хотел бы узнать, было это его привычной формой общения или у Коллинза есть какие-то планы по соблазнению. Дин не считал, что работа и легкая интрижка несовместимы; возможно, потому, что у него не было подобного опыта. А экспериментам он всегда был открыт. Так что, – решил он, – пусть Кас продолжает так же восхищенно на него смотреть. Это льстит самолюбию и тонизирует эго. – Станет жарко – разденусь. Не советую спать тут, завтра не разогнешься, – Дин взял пустые кружки и поставил их в раковину, решив, что сполоснет их чуть позже. Кас неожиданно робко поинтересовался: – А у тебя не найдется лишнего полотенца? – Разумеется, – Дин улыбнулся, пользуясь тем, что стоит к Касу спиной. Ему отчего-то не хотелось демонстрировать ему эту улыбку. Рано еще. Они плохо знают друг друга, а показывать открытое лицо и тепло улыбающиеся глаза кому попало Дин не собирался. – Найдется даже какая-нибудь чистая одежда. Но, – Дин повернулся к Касу, – она будет тебе великовата. – Нестрашно, – Кас улыбался, глядя на Дина, словно догадываясь, что тот скрыл тепло, родившееся в глубине его глаз. – Можешь отправляться изучать ванную, я сейчас все принесу, – Дин вышел из кухни и взбежал по лестнице на второй этаж. Порывшись в шкафу, он нашел чистую майку и старые, но непотрепанные спортивные штаны, потом взял большое махровое полотенце и понес вещи к Касу. Перед дверью он на секунду задумался, стоит ли постучаться, или просто открыть, или просунуть все в щелку… Но потом мысль, что это его дом, все-таки взяла вверх, и он просто позвал: – Кас, – и открыл дверь. Кастиэль стоял перед зеркалом, держа в руках майку, и разглядывая себя. Дин не хотел пялиться, но его взгляд зацепился за грудь Каса, и, не в силах противиться любопытству, Дин медленно положил вещи на стиральную машинку и приблизился к парню. – Откуда это у тебя? – Дин взглянул в зеркало, рассматривая гладкую грудь Каса. Ее обезображивали два длинных шрама. Один шел наискосок от грудины до середины ребер, а второй был почти горизонтальным, проходя по нижним ребрам и немного затрагивая живот. Шрамы не такие уж старые, может, им пара лет максимум, розовые рубцы выделяются на светлой коже. «Светлее, чем у меня», – подумал Дин. И… Дин понял, что уже не раз видел, как Кас тер эти шрамы рукой, морщась. Но они же не должны были болеть… – Не думаю, что мне хочется рассказывать об этом, – пробормотал Кастиэль, – на сегодня и так достаточно неприятных событий. – Прости, – Дин кивнул, – вот одежда и полотенце. Извини, – еще раз попросил он прощения, проклиная себя за любопытство и бестактность. Исчезнув из ванной и прикрыв дверь прежде, чем Кас успел что-то ответить, Дин сжал кулак, прикусывая губу. Отправившись в спальню, он думал, что ему было бы ужасно неприятно, если бы у него были шрамы, а на них бы кто-то так уставился. Так, как он сейчас сделал. Дин выключил в своей спальне свет и лег на кровать поверх одеяла, только спихнул в ноги плед. Он думал, что не заснет еще полночи. Они с Касом предполагали, что сегодня уже закончат хотя бы часть работы – найдут папку. А потом и проследят за Кроппом. Точнее, Дин думал, что они сделают и то, и то, разделив обязанности, он даже не мог предположить, что Кас не умеет водить машину… Но, как бы то ни было, они готовились к бодрствованию всю ночь. Точнее, нет. Дин готовился. А Кас, судя по тому, что засыпал каждые пять минут, встал рано утром, в отличие от Дина, разлепившего глаза только к обеду. И раз уж они теперь так рано вернулись… А во сколько они вернулись, кстати?.. Дин нехотя встал с кровати и, включив ночник, окинул взглядом комнату. Где он там оставил джинсы?.. Вроде в их карманах был мобильный… Ага. Найдя телефон, Дин включил его. Старая-старая Нокиа, которая выживала при любых падениях. Когда у Дина появлялось задание, он вставлял сим-карту именно в этот телефон, избавляясь от другого аппарата, Сони Иксперии с большим сенсорным экраном. Этот капризный девайс не ценил постоянных ударов. Телефон наконец-то включился, и Дин удивленно поднял брови. Полпятого утра? С ума сойти… Когда они успели столько времени потратить?.. Не за разговорами же его провели. Вздохнув, Дин задвинул телефон под кровать и выключил ночник. Он уснет, не может не уснуть. Закрыв глаза, Дин завозился, устраиваясь поудобнее. В голову полезли непрошеные мысли. Он размышлял, откуда у Каса могли взяться такие шрамы. Они были похожи на те, что остаются от ранения ножом или подобным предметом. А может, это от каких-то хирургических операций? А в аварии можно такие получить? Хотя сомнительное какое-то место для получения шрамов… Ах да, Кас же не водит машину. А может, он именно поэтому и не водит, что однажды доводился до такого вот? Застонав, Дин перевернулся на живот, утыкаясь лицом в подушку. Он очень хотел перестать думать и просто заснуть. Видимо, усталость все же брала свое, и Дин задремал. Только он быстро вынырнул из сна через какое-то время, услышав, как открывается дверь в его комнату. Он привык быть готовым ко всему, и на секунду кровь вскипела в предвкушении схватки, но тут же по телу прокатилось облегчение, когда Дин услышал свое тихо произнесенное имя: – Дин?.. Кас, очевидно, потоптался на пороге, не решаясь пройти дальше – стеснялся разбудить Дина. Тогда Винчестер встряхнул головой, приподнявшись на локте, и хрипло спросил: – Что-то случилось? – Ты советовал мне не спать в скрюченном положении, – Кас сделал несколько шагов вперед и застыл сантиметрах в сорока от кровати Дина. – А в гостевой спальне… Э… Когда ты там был последний раз?.. – Не помню, – честно ответил Дин, моргая. Он начал различать в темноте силуэт Каса. Парень стоял, переминаясь с ноги на ногу, вцепившись пальцами одной руки за локоть другой. Дину показалось, что Коллинзу хотелось вести себя раскованно, только он все равно был застенчив, и преодолеть робость ему удавалось не всегда. Одежда Дина была ему предсказуемо велика, но выглядел Кас достаточно уютно. В конце концов, ему и его свитер велик… – Там кровать перевернута и стоит на одном боку, – сообщил Кас ровным голосом, словно информировал о солнечной погоде на завтра, – и еще в той комнате невозможно дышать. Кажется, там что-то стухло. – Черт, – Дину снова стало стыдно, – я реально не помню, когда туда в последний раз заходил. Наверно, когда прогнал туда своих приятелей после небольших дружеских посиделок. – Ааа. Кас все так же продолжал стоять, не решаясь подойти ближе, а Дин тупо глядел на него, не слишком догоняя, как следует себя повести. Он мог бы оправдаться тем, что был все еще сонным, или уставшим, или еще каким… Но на самом деле он просто смотрел на Каса, скользил по нему взглядом, изучая. – Может быть, – Кас сделал глубокий вдох, – мой бесстрашный лидер позволит мне лечь на второй половине его прекрасной двуспальной кровати? – Черт, – опять ругнулся Дин, – прости. Я опять туплю. Конечно. Ложись. Дин сдвинулся в сторону и лег на бок лицом к середине кровати. Он привык спать на правом боку – его обычное состояние во сне. Какой бы огромной кровать ни была, он все равно не мог заснуть в позе морской звезды. И только когда постель прогнулась и матрас спружинил под весом чужого тела, Дин понял, что лежит и смотрит на Каса. А Кас смотрит на него. – Спокойной ночи? – спросил Дин. – Спокойной ночи… Дин, – Кастиэль неожиданно подался вперед и легко прикоснулся к губам Винчестера. Дин хотел было отпрянуть, сказав, что… что? Что он не такой? Чего ему сказать? Его целует симпатичный парень, храбро себя проявивший, пусть даже безрассудно храбро. Парень, которому Дин мог доверять во время работы. Так почему ему нельзя доверять во время отдыха? Почему ему нельзя довериться? Дин потянулся за губами Каса, положив одну ладонь ему на затылок, чтобы он не отодвинулся, и поцеловал его. Он прихватил нижнюю губу Каса, проводя по ней языком, и погладил его по голове. У него были такие мягкие волосы, что Дин проводил и проводил по ним ладонью, пока Кас не отстранился, фыркнул, но при этом он все равно касался кончика носа Дина своим. – Наглаживаешь меня как кошку. Приятно, – рука Кастиэля скользнула на талию Дина. – И мне приятно, – прошептал Дин. Кас потянул Дина к себе, и Винчестер перекатился на живот, опускаясь на Каса, опираясь на локти по обе стороны от его головы и продолжая мягко целовать его. Дину не хотелось ни секса, ни страсти, ни жесткости. Ему хотелось нежности. Может быть, потискаться, чтобы почувствовать легкое желание, но не больше. Он и так сегодня устал. Да и нет у него ничего для секса, лежит только не распакованная пачка презервативов в тумбочке, а смазка не куплена. Он не водит к себе партнеров и партнерш на одну ночь, он приглашает их в отель. К появлению парня в своей постели он готов не был. И Кас, казалось, понимал это. Может быть, у него дар такой – читать мысли Дина? Ладони Каса мягко легли на поясницу Дина, чуть пощипывая кожу возле позвоночника, и скользнули вверх, так же мягко разминая спину и снимая напряжение. Губы Кастиэля отзывались на поцелуй именно так, как хотелось Дину, и он мысленно благодарил Каса за то, что он не лезет с языком. Руки Каса добрались до шеи Дина, и Винчестер едва не замурчал от удовольствия. – Нравится, когда к шее прикасаются? – Кастиэль улыбнулся в губы Дину. – Когда умеют прикасаться, – ответил Дин. Кас, извернувшись, лизнул его в шею. Дин выгнулся, подставляясь под ласки, и закрыл глаза. Кас то и дело облизывал губы и скользил ими по горлу, порой добавляя язык, и у Дина перехватывало дыхание от его легких, совсем обычных прикосновений. Ведь ему кто только не вылизывал шею, как только не терзали кожу – а сейчас все чувствовалось во много раз острее, было гораздо приятнее… Может быть, все дело в удивительной уместности этих касаний? Ладони Каса огладили бока, чуть приподнимая футболку, и легли на талию Дина, дотрагиваясь до обнаженной кожи. Дин почувствовал, как внизу живота скручивается узел, и член начинает напрягаться. Тогда он откатился на бок и притянул к себе Каса спиной. Мгновенно все поняв, Кастиэль прижался к его груди, ко всему его телу, так плотно, как только мог, и Дин крепко обнял его за талию. Закрыв глаза, он целовал Каса в шею, плечо, выглядывавшее из широкого ворота футболки. Он чувствовал всем телом свой пульс, биение сердца, и Кас, наверно, тоже ощущал его стук. Дин положил одну руку на грудь Каса, чтобы тоже чувствовать его сердцебиение, и глубоко вдохнул. – Так хорошо, Дин… Тепло… – Да, – выдохнул Дин, – хочешь спать? – Очень. – И я. Спи, Кастиэль. Кас накрыл руку Дина своей, замирая. Его дыхание становилось ровным, и Дин заснул, ощущая под ладонью биение его сердца. _______________________________________ [1] – В руках у Каса MP9 — пистолет-пулемет, выглядит вот так: http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/2/2d/Steyr_TMP_9mmPara_001.jpg/800px-Steyr_TMP_9mmPara_001.jpg