Дурак

      Эд и сам не предполагал, что ему посчастливится вернуться в Ризенбург прямо под Новый год. Ал до сих пор находился в Ксинге, изучая местную алхимию, весело проводя время в компании — а старшему Элрику было это стопроцентно известно — Мей. Жизнь без алхимии была не так трудна, как до этого думал Стальной. Стальной… Сразу навевает воспоминания, хотя сейчас ему это прозвище было ни к чему. Жизнь бежала своим чередом, притормаживая на лихих поворотах. В правительстве, да и во всём Аместрисе наконец всё успокоилось, что просто не могло не радовать.       Сойдя с перрона, бывший алхимик вышел на давно знакомую и привычную дорогу, уходящую, казалось, к самому горизонту, петляющую между небольших холмов. Эта дорога всегда вела к самому знакомому, самому дорогому и самому родному месту для братьев Элриков — к дому семьи Рокбелл. Вот и сейчас она ни на милю не изменила своего привычного направления, всё также уходя туда, где небо соединялось с землёй.       Радость от предстоящей встречи переполняла Эдварда, невольно заставляя улыбаться. В памяти незаметно всплывали воспоминания о том, сколько же в его дурную голову вдалбливали, что его там ждут и будут ждать всегда. Их, наверное, уже даже по пальцам пересчитать не получится. Какое-то родное тепло затапливало разум, заставляя забывать все чёрные полосы, все неудачи и провалы.       Из-за очередного холма выглянула знакомая крыша, а потом и весь дом. Краем сознания Эд уловил привычный весёлый лай Дэна, который, не жалея сил, звал свою хозяйку. Старший Элрик улыбнулся, поднимая глаза. Собака задорно скакала по крыльцу, вновь и вновь призывая Уинри выйти на улицу. Девушка, видимо, устала слушать собачий лай и наконец показалась на пороге, что-то крикнув Дэну. Потом подняла глаза и застыла, будто вмиг окаменела.       Простояв в таком положении секунд тридцать, Уинри на первой космической рванула с крыльца навстречу бывшему алхимику. Секунда, две, три, и Эд почувствовал, как девушка сцепила руки за его спиной, обнимая так, будто не видела лет десять.       — Дурочка, холодно на улице, — запричитал Элрик, сняв с себя плащ и накинув его на Рокбелл.       — Сам дурак, — буркнула в ответ Уинри, смешно надув губы.        Минуту спустя прибежал Дэн, весело виляя хвостом. Всю дорогу до дома он с азартом прыгал вокруг идущей парочки, нарушая их молчание задорным лаем. Блондинка всё так же продолжала обижаться на идущего рядом улыбающегося Эдварда, который, казалось, пропустил слова девушки мимо ушей, в отличие от неё самой. Но стоило только им подойти к крыльцу, как Уинри быстро вбежала по лестнице, скинула плащ и громко крикнула:       — Бабушка, Эд вернулся!

***

      Под утро в Ризенбурге стало ещё холоднее. Погода как бы намекала, что именно сегодня должно случиться что-то необычное. Хотя любой Новый год был в семействе Рокбелл чем-то необычным. И этот тоже не должен был стать исключением, ведь это был первый за несколько долгих лет Новый год, когда старший из братьев Элриков не мотался неизвестно где в поисках философского камня, а находился дома.       Эдвард не был бы Эдвардом, если бы не вспомнил обо всём в последний момент. Хотя иногда это всё же играло на руку, но в данной ситуации было совершенно неприемлемо. Вот уже битый час бывший алхимик ломал голову что бы такого подарить Уинри. И именно в этот момент он понял, что алхимия была бы сейчас очень кстати. Но ни её, ни Ала — а он бы помог — не было. Устав от самокопаний, Стальной решил положиться на случай. В конце концов, Рокбелл же не глупая маленькая девочка, которое обидится из-за отсутствия подарка.       Вечер неумолимо приближался, всё больше и больше разрушая надежды на приятную случайность. Эдвард мрачнел на глазах, стараясь этим самым глазам от греха подальше в поле зрения не попадаться. Получалось, надо сказать, вполне сносно, ведь Уинри была очень занята, помогая бабушке. Так ничего и не придумав, бывший алхимик плюнул на свою затею и постарался выкинуть из головы мысли об этом.       — Сне-ег! — радостно закричала девушка, выбегая на крыльцо. Маленькие снежинки оседали на неприкрытые одеждой участки кожи, заставляя табуны мурашек разбегаться по телу.       На плечи опустилось что-то тёплое, а рядом появился Эд, бурча себе под нос что-то в духе «завтра с простудой сляжешь, ненормальная». Уинри лишь задорно усмехнулась и повалила недовольного парня на землю, устроившись на нём сверху.       — Уин, похоже в этом году ты останешься без подарка, — нахмурив лоб, как-то неуверенно сказал девушке старший Элрик.       — Дурак, — беззлобно ответила ему девушка, — не нужны мне никакие подарки, лишь бы с вами всё было в порядке, — чуть тише добавила Уинри.       Эдвард не растерялся и, потянув её на себя за руку, быстро чмокнул в губы. Он даже и не думал обижаться на то, что она вновь назвала его дураком.