Всё еще будет

Небо рассыпалось на мириады звезд, зазвенело и потухло. Рано или поздно для меня мир бы стал прежним. По крайней мере, так должно произойти по всем законам бытия. Но сегодня сама действительность посмеялась надо мной. Забавно, но и горько, как ни посмотри. Но небо вместе с разбившими его фейерверками упадет на меня позже. Не сейчас. А сейчас наслаждалась своей сказкой, своим честно выстраданным чудом, я ведь имею право? *** Говорят, что сказки заканчиваются свадьбой, если посмотреть, то ничего удивительного в этом нет. Правда иногда прилетает дракон, и сказка может продлиться еще чуть-чуть. Пока дракона не убьют... или пока принцесса - уже королевна! - не влюбится в дракона. Такая вот тонкая ирония. Мой дракон был неказист, небрит и полностью оброс свитером. Занимательный, но вполне типичный персонаж, полностью укладывающийся в рамки офисного админа. А принц... а принц был принцем, как бы глупо это не звучало. - И? - спросила у своего отражения в зеркале. Отражение скорчило мину и показало язык, - нет, не то, скучно, пошло, слишком... - бормотала я, раскидывая платья по комнате. Те превращались в цветные лужи на темном ковре. Когда обстановка в комнате стала напоминать творчество какого-нибудь модного концептуального художника, я решила остановиться. Всё-таки что бы выпить бокал шампанского в практически женской компании марафет наводить не обязательно. Вздохнув, я собрала волосы в хвост, натянула джинсы и веселенькую футболку. А город поприветствовал меня сыпучим снегом, забивающимся за капюшон и подло прокрадывающимся в рукава. Через какое-то время я совсем перестала чувствовать холод от снежинок, барабанивших по щекам, видимо окончательно замерзла. Хотелось домой, спать, кофе, уюта. Совершенно не хотелось идти в офис и смотреть на похмельных коллег, уже начавших отмечать новый год заранее, не хотелось сидеть за черным столом в бесцветном кабинете. Ничего не хотелось по большому счету. Настроение моё, и так не особо радужное скатилось до отметки тоски. *** В офисе было шумно, все пытались доделать дела пораньше, что бы выпить стаканчик шампанского и упорхнуть домой. Хотя нет, вру, не все, наш дизайнер чах над новогодними открытками для партнеров, ругаясь периодически в почтовой рассылке. Дизайнером у нас была совершенно не тривиальная особа, главной чертой которой было отсутствие какого-либо постоянства. Наши с ней отношения, пожалуй, можно было назвать дружбой. Странной, но всё-таки. И вот сейчас, хлопнув дверью в прокуренный кабинет, я решила поговорить как всегда о чем-нибудь не новогоднем, не радостном, не праздничном. Но видимо сегодня судьба мне не благоволит, и Кэт отказалась в хорошем настроении, пытаясь напевать одну известную ей песню, периодически разговаривая с монитором. Я вздохнула. Меня проигнорировали. Вздохнула еще раз и закашлялась, всё-таки в кабинете было слишком дымно, несмотря на открытое окно. Пожарная сигнализация в этом кабинете традиционно не работала. Ну как не работала - на ней периодически появлялись разномасые презервативы сегодня, например, был зеленый и пупырчатый, этакая дань новогодней елке. Эти презервативы были некой визитной карточкой дизайнерской. Их постоянно сдергивали охранники и уборщицы, находя в них различные послания. Послания коллекционировались, а фотоотчеты регулярно появлялись в корпоративной почте. Некая изюминка, разбавляющая скучную жизнь офисятника. Но это я отвлеклась. Мои потуги привлечь внимание наконец-то возымели действия и со мной наконец-то соизволили поздороваться: - Привет. Будешь? - как всегда, не предисловий, ни приличий, ничего лишнего. Я помотала головой. - Что делаешь? - банальный вопрос, меня почему-то всё время сбивает с толку, её манера поведения, хотя пару раз я готовила оригинальную речь заранее. Ну да ладно. - Скучно. Все бесит. Ты посмотри, какую гадость прислали нам в ответ! Их дизайнеру надо оторвать руки и, - она замялась, скорчила гримасу, закатила глаза, фыркнула, на все, потратив не больше секунды, - ладно, проехали. Просто бесит неимоверно. Да еще эти радостные пьяные рожи всюду. Вот скажи чему радоваться? Вопрос повис в воздухе сизыми кольцами дыма. - Нет, всё понимаю, - ответа от меня видимо не ждали, - можно и погулять и выпить, но зачем пытаться втянуть в это меня? Эх, - печальный театральный вздох завершил тираду. Что ответить я не знала. С Кэт вообще часто так получается – вроде приходишь с настроением поболтать, а завершается всё очередным её вздохом. Я тоже вздохнула и принялась, пялится на стены, увешанные пестрыми плакатами. За спиной что-то загремело, тихо зашипело и забулькало – дизайнер что-то разливала по стаканам. Завершив сиё действо, она как бы взвесила стаканы в руке, что-то мысленно прикинула, сощурившись, и подала один мне. Я подозрительно принюхалась. - Что это? – С Кэт приходится держать ухо востро, ибо налить она могла всё что угодно от какого-нибудь экзотического настоя до медицинского спирта. Прецеденты были. Она принюхалась, словно сама, вспоминая, что там. - М… Кажется, сначала это был ром с колой, потом еще что-то… А, сейчас, это, пожалуй, виски с колой. Не бойся – не крепче спирта, - она ухмыльнулась, по-мальчишески взъерошила короткие волосы и залпом выпила половину. Я лишь пригубила жгучий напиток - Ну дак что? Не верю, что ты пришла ко мне, когда уже должна сидеть дома наводить марафет да крошить салатики, - выдохнув она, полностью осушила стакан, - он? Кэт единственная из всего офиса знала о моих отнюдь не дружеских чувствах к местному админу. Не смеялась, а просто принимала как данность, что имея достаточно долгие отношения можно посматривать на других, да и не просто посматривать, а «быть одержимой», опять по её же словам. Хотя от подколок со стороны девушки, особенно когда она была в приподнятом настроении, спуску не было. - Знаешь Катя, - на звуке собственного имени девушка поморщилась, - так хочется чуда. Что бы что-то случилось хорошее, хотя бы поговорить, - думая об этом я не смогла удержать мечтательную улыбку, - вот и сижу в офисе как дура до последнего, хот действительно пора домой «наводить марафет и крошить салатики», - а теперь я еле сдерживаю слезы, думая о том, что меня ждет дома. А действительно, что меня там ждет? Кирилл такой милый, правильный и понимающий? Пара подружек с недавно испеченными мужьями, которые при каждой встрече норовили спросить дату свадьбы, обсудить свои, посетовать о том, что засиделась в девушках - а давно надо стать сначала невестой, да уж потом и до жены недалеко - и «всем давно уже всё ясно»? Пресловутое оливье и заливное? - Не хочу я домой! – уже не сдерживаясь, взвыла я. – Плохо там, вернее хорошо, но скучно и правильно. Ёлка красивая, блестящая и не живая, ящик мандаринок и бутылка шампанского, президент на экране, куранты - всё как всегда. Плохо, - последнее я сказала еле слышно, но по сочувственному взгляду собеседницы поняла, что меня всё равно услышали. Я втянула в себя воздух и, захлебнувшись слезами, пойлом из стаканчика и собственным вздохом торопливо натянула на себя улыбку, сказала: - Я побегу, дела надо доделать, - слишком быстро и наиграно, да и лицо, наверное, перекосило, как посмертную маску африканского вождя, - спасибо, - ставлю стаканчик на ближайшую поверхность, быстро сбегаю из «дизайнерской» так, чтобы меня не успели окликнуть. А в коридоре,… а в коридоре, как назло, сталкиваюсь с Глебом, лицо сводит, я бледнею, синею и выдавливаю робкое приветствие, старюсь не смотреть ему в глаза, но, не успев себя одернуть, на миг теряюсь в смешливых серых глазах. Когда я возвращаюсь в свой кабинет, сердце – вот предательская мышца! – стучит так, что мне кажется, будто его слышат окружающие. Кое-как успокоившись, я стала доделывать мелкие дела, с восторгом ощущая, что это последние дела уходящего года. *** Остаток рабочего дня прошел как-то незаметно, коллеги сбежали еще час назад, а я сидела за тоскливо-черным столом силясь изобразить бурную работу. Но дальше оттягивать возвращение домой стало просто не куда и мне волей-неволей пришлось собираться. Нацепив на лицо улыбку, я дернула входную дверь. Дверь не соизволила поддаться, я дернула дверь еще раз, изнутри послышался металлический звук – видимо язычок ударился о внутренности двери. Я похолодела, как там говорится «бойтесь своих желаний»? Не хотела идти домой и судьба решила поиграть со своей любимой игрушкой, заперев меня в офисе. На секунду в моей голове поселилась паника, но потом на смену ей пришла собранность и деловитость. Час назад девчонки нормально ушли, значит, тогда офис был открыт, следовательно, меня закрыли в этот интервал. Пошарив по карманам, я поняла, что злосчастный мобильник остался на столе, и нехотя поплелась наверх. В серверной привычно что-то шуршало, этот звук был почти не слышен через толстую тяжелую дверь, но я уже привыкла, хотя есть большая вероятность, что я его просто домысливаю, надеясь услышать хоть что-то. Но вот маты и тонкий резкий звон слышен отчетливо. Я остановилась, не веря своему счастью. - - Глеб! Глеб тут! Тепло от его присутствия где-то рядом бежало по венам, сердце сделало кульбит и уютно умостилось в районе желудка, щеки покраснели. Я занесла руку и тихо дробно постучала в тёмную дверь. - Да? - голос из-за двери прозвучал немного удивленно. Я открыла двери и осторожно зашла, надеюсь, но моём лице не появилось ничего лишнего. - Глеб, а у тебя есть ключи от главной двери? - пожалуй, я сейчас походила на знаменитого кота — глаза большие-большие, губки надуты. - А зачем тебе? Действительно, смысл было заходить? Но я лучше занесу это в категорию подумаю-об-этом-позже. Или вообще никогда. - Дверь закрыли, - я вздохнула, изображая вселенскую скорбь, - а я хотела бы... Да не важно. Он кажется задумался, а я тем временем тихо любовалась им из под опущенных ресниц. Не красавец, нет. Однозначно. Но что-то в нем меня зацепило. Глаза? Тонкие губы или аккуратный нос? Не знаю. Мою тихую радость прервали слова: - Нет, ключей у меня нет, но надо кому-нибудь позвонить. Мне не улыбается сидеть в новогоднюю ночь тут, - а потом с улыбкой добавил, - меня ждут. На этих словах я вскипела, ревность в этому таинственному ждущему просто вывела из себя, и совершенно не подумав я ляпнула: - Девушка? Дура-дура-дура! Зачем спрашивать? - Да нет, - Глеб, казалось моему вопросу совершенно не удивился, хотя действительно вопрос достаточно невинный, - друзья. Огонь в душе сразу потух, будто его накрыли колпаком — захлебнулся от недостатка кислорода. Я была счастлива. Нет, даже не так — СЧАСТЛИВА. Подожди минутку, - он полез в карман и ушел в дальний угол набирая чей-то номер, до меня доносились только обрывки фраз. - Окей, Кэт подъедет через полтора-два часа. Извини, - он виновато развел руками, - раньше никак. Я показательно сникла, но в душе я ликовала — два часа вполне легального времени с Глебом! - Да ничего, хорошо что через два, а не завтра, - еще одна маленькая ложь. Я бы предпочла завтра. Или никогда. - Я сейчас доделаю пару дел, выпьем шампанского? - я удивляюсь, а моё ликование пожалуй попрет из ушей. - Да почему бы нет, - пожимаю плечами, - помирать так с музыкой. - Музыку тоже можно организовать, - улыбнулся он. Странно, чертовски редко вижу его улыбку. *** Полчаса я провела за разглядываем серверной — я была тут в первый раз. Она напоминала дизайнерскую с поправкой на провода. Когда мне уже наскучило это занятие, я встала за спиной у Глеба и заглянула в монитор, касаясь своими волосами его плеча. В мониторе было куча всего не понятного — сплошной эльфийский, как сказала бы Кэт. Тут парень защелкал мышкой что сворачивая, что закрывая, и резко обернулся ко мне. Мы столкнулись почти носу к носу. Я почувствовала как заливаюсь краской, хотя он тоже слегка покраснел. Резкий рывок и я прикладываюсь многострадальной головушкой о какую-то коробку. Осторожнее, - он улыбается, почти смеется! - поломаешь мне тут технику. - Ну а меня значит не жалко? - я смущена и возмущена в равных количествах, - бе-бе-бе, - показываю язык, с ним очень легко, оказывается, вести себя по-детски. - Иди поцелую где больно, - Глеб хватает меня в охапку и начинает меня щекотать. Я вырываюсь какое-то время, но на один миг перестаю и таю в его объятьях, а он их не разжимает. Тут приходит понимание, что еще чуть-чуть и я сорвусь, поэтому немного хриплым голосом произношу: - Дак что там с шампанским? *** Шампанское уходит быстро, а время пролетает почти не заметно. У Глеба весело затренькал телефон, я снова слышу только обрывки: Да, мы в серверной, заходи, ждем. Кэт уже рядом, минут через пять, я думаю, будет - уже оборачиваясь ко мне говорит он. - М,тогда надо вызвать такси. Черт! У меня же мобильник так и остался в моём кабинете, меня же обыскались! Я выбегаю, пытаюсь унять дрожь и согнать краску с лица. Видимо время чудес закончилось, и снова краснею и бледнею при одном его взгляде. Телефон я нахожу быстро, так же быстро и пусто извиняюсь перед Кириллом, объясняя ему ситуацию. А он прощает. Он всегда прощает. Погрустневшая возвращаюсь в серверную. - Все уладила? - Глеб улыбается мне, я подхожу ближе и тихо говорю: - Да, всё. В комнате повисает тишина. Наши взгляды встречаются, мы ода неосознанно делаем шаг вперед и в этот момент в кабинет врывается Кэт. - Что, ребятки, заждались? - её звонкий голос обрушивает на меня небо. Я была близка к состоянию абсолютного счастья. - Да, Кэт, мы идем, - несколькими словами он обрывает уже было готовый сорваться поток словоизлияния дизайнерши. - Окей, тогда я курить на улицу, собирайтесь, - и она улетает вихрем, только хлопок двери и слышен. - Спасибо, - после небольшой паузы говорю я, - было здорово. Хотя сказать-то хочется совершенно иное. - Это был лучший предновогодний вечер, - он казалось озвучивает мои мысли, и поэтому я не успеваю сообразить, что он действительно это произнес. Но когда осознаю, он уже о чем-то треплется с Кэт, вдыхая табачный дым. - Да, для меня тоже. Увидимся в новом году! - кричу я уже от машины и резво запрыгиваю в неё. Меня услышали и поняли. Я точно это знаю. *** Все вокруг, казалось, сковано холодом и непонятным предвкушением чего-то, но по большому счету я прекрасно понимала застывший город. Всё ждало чуда, моё же чудо уже со мной случилось. А потом было традиционное безликое поздравление президента, традиционное оливье, рука Кирилла на моей талии — всё скучно и банально, но сейчас со мной была надежда — весьма редкая спутница, смею заметить, и я твёрдо знала, что всё еще будет. Всё еще будет.