Нетрадиционная медицина

Команда красных в сегодняшнем бою проигрывала не на шутку. Из-за несобранности команды, враг отвоёвывал метр за метром, приближался к контрольным точкам противника и быстро их захватывал. Все будто с ума посходили. Бесконечная ругань, обвинения, и, возрождающий без перерывов, жертв не командной игры, респавн. Скаут красных беспокойно носился вокруг захваченных точек, отчаянно пытаясь вернуть их команде, но только усугублял ситуацию своими, казалось, беспрерывными смертями. Только медик сохранял хладнокровное спокойствие, реагируя на ругань команды лишь разочарованным в бессмысленной битве взглядом, доктору всё чаще приходилось гоняться взад вперёд за умирающими соратниками, хотя на его счету было уже гораздо больше убийств, чем у любого наёмника красных. - Док, чувак, ты где?!Мне нужна помощь! - повизгивал Скаут, уносясь прочь от какой-то неведомой угрозы, которой не было в поле зрения Медика. Док лишь тяжко вздохнул и поднял мед пушку, готовясь направить её на горе-наемника, молниеносно приближающегося к спасителю в белом халате. На секунду доктору показалось, что что-то здесь не так. Взрывы и перестрелки звучали где-то далеко за стенами помещения, в котором находился Медик. Догадливый немец быстро смекнул что к чему, но виду подавать не стал, лишь глухо хмыкнул и дождался пока лже-Скаут подойдёт поближе. - Так держать, док! - Скаут подбежал вплотную к медику, и уже почти раскрыл все карты, но док еле заметно ухмыльнулся и быстро сменил в последний момент медицинскую пушку на шприцемёт, всаживая, с треском раскрывшему свою маскировку, вражескому шпиону шприц чуть ниже плеча. Француз не успел ничего произнести, и лишь с немой гримасой удивления повалился на пол ангара, не проехав и полуметра лицом по земле от набранного разбега. Проснулся любитель лягушек на медицинской кушетке, его движения ограничивали туго затянутые кожаные ремни. Шпион со страхом осмотрелся по сторонам, глазами натыкаясь на окровавленную пилу, лежащую на металлическом передвижном столике с разного рода оружием, именно оружием, так, как медицинскими приборами это можно было назвать только при наличии глубокого уважения к медику красных, коего Спай не имел ни на грамм свободного места в списке нужных ему качеств. Нагнетающая атмосфера больничного кабинета с холодным белым светом, падающим на уже давно не белоснежные плиты, вселяла немой ужас и ожидание чего-то необычного, в плохом смысле слова. Впрочем, Шпион недолго размышлял о красоте помещения в одиночестве, дверь предполагаемой палаты распахнулась и в неё быстрым шагом вошёл медик, даже не окинув взглядом Спая, который пребывал в смятении, стараясь никоим образом не выдавать своего страха. -Что же вы, Герр Шпион, так неаккуратно действуете? В вашем деле, если я не ошибаюсь конечно, нужна осторожность. - с укором и невозмутимым выражением лица произнёс Медик, натягивая на руки тонкие резиновые перчатки, оттягивая их и резко отпуская, послышался немного неприятный звук шлепка, который не мог не пугать прикованную к медицинской кушетке жертву. - Я не обязан вам отвечать! Хотелось бы задать встречный вопрос. Что же вы собираетесь со мной делать и почему не добили прямо на поле боя? - с какими-то смутными подозрениями спросил Шпион, прищуриваясь и смотря искоса на доктора в белом халате, который стоял спиной к медицинскому столу, что-то пытаясь найти, постоянно скрипя резиновыми перчатками. Эти звуки раздражали Спая, но ещё больше его раздражало игнорирующее поведение грубоватого немца, от которого можно было ожидать что угодно. - Так же как вы не обязаны отвечать на мой вопрос, в равной степени я имею право не отвечать на ваши, а теперь извольте немного помолчать, если у вас это получится. - с долей издевательства произнёс Медик, развернувшись к кушетке с прикованной к ней обездвиженной тушке вражеского лазутчика. В руках доктор держал небольшой шприц с какой-то странной жидкостью, полностью наполняющей его. Жидкость имела своеобразный зеленый оттенок. Шпиону это показалось странным. Немец медленно подошёл к кушетке ,и, отложив в сторону маленький шприц, оголил шею Спая, проводя холодными и немного влажными перчатками по коже. Француз еле заметно вздрогнул и немного напрягся от внезапно пробежавшей по телу волны мурашек. От доктора исходила какая-то, пробиравшая до дрожи во всём теле, аура. - Что это? - не скрывая своего беспокойства спросил Спай тихо, с долей презрения и ненависти. - Я просил молчать. - тихо прохрипел немец со всей красотой проскользнувшего во фразе акцента. Спай недовольно сморщился и прибывал в ожидании своей участи, медленно крутя запястьями, стараясь делать это как можно более аккуратно и незаметно для, по его мнению, невнимательного доктора. - Я попросил бы даже не стараться выбраться из этих ремней. Это ещё никому не удавалось. - с некой гордостью в голосе произнёс доктор, и воткнул иглу шприца в шею Спая, даже не целясь, и не стараясь как-то смягчить процесс. Шпион вздрогнул и его спина чуть прогибалась, поднимаясь над кроватью. Глаза его резко расширились, а выдохи сопровождались немыми надрывами голоса, еле вырывающегося из сухой глотки. - Кх, что это?! - скрипя зубами, пробормотал синий, ощущая что-то неладное со своим телом, и ,стараясь, путём сильно напряжения, изгнать этот непонятный препарат из своей крови. - Не напрягайтесь так, я ведь ещё не вытащил иглу. Будет очень неприятно, если не я, а вы станете причиной болезненных ощущений в вашем хлипком теле. - Медик быстро вытащил шприц и откинул его на железный столик к остальным «орудиям медицины». - Некоторое время будет немного неудобно, возможны некие побочные эффекты, но если всё пойдёт как надо, то вы даже получите удовольствие, Герр Спай. - в голосе Медика чётко чувствовалась грубая насмешка, которая немного напрягала Шпиона. Он всё ещё ощущал жар и какую-то невероятную эйфорию, которая окутывала и тело и сознание. Голова кружилась, потолок, казалось, вот-вот упадёт на него. Маска на лице Шпиона взмокла от холодного пота, дышать стало тяжело, будто что-то сдавливало лёгкие. Сквозь противный опьяняющий бред, окутавший голову Шпиона, он слышал, что ему что-то толковал доктор красных. Тихий и спокойный голос растягивался в непонятные звуки, словно испортившаяся пластинка заиграла на виниловом проигрывателе. - Кажется, побочных эффектов более чем достаточно, но результатом я доволен. - уголки губ медика немного дрогнули, напоминая как-то отдалённо улыбку. Когда всё окончательно прояснилось, тело Шпиона горело изнутри. Было такое ощущение, что вместо крови по жилам льётся кипяток. Силы уходили с каждым движением, с каждой попыткой что-то сделать или хоть чем-то пошевелить. Спай из последних сил приподнял голову, и, с ужасом обнаружил, что лежит он, оказывается, в одной только маске, но и её через пару секунд нетактично стащили с головы Шпиона. - Реакция налицо! - заливался грозным истерическим смехом доктор, обрадованный ещё одним отличным открытием. Несколько минут переваривая в голове жидкий суп вместо мозга, Шпион синих понял, что всю его бурную реакцию на препарат выставляет напоказ сильный стояк, возвышающийся над ровно лежащим худощавым телом француза - Что это за препарат, доктор?! Вы дорого заплатите за свои издевательства, я воткну вам нож в спину в тот самый момент, когда вы будете абсолютно уверены в моём отсутствии!- грубо огрызался изможденный Шпион синих, с трудом выдыхая воздух. Спай стискивал зубы и злостно шипел сквозь них незнакомые немцу слова. Эти слова звучали слишком красиво для ругательств, поэтому Медик принял это за добродушный комплимент в адрес божественного таланта к медицине. - Всё это слишком сильно затянулось, пожалуй я проверю ещё пару реакций и убью вас.- доктор медленно подошёл к кушетке, и стянул с руки резиновую перчатку, откидывая её куда-то в сторону. Немец, с нескрываемым интересом, наклонился к уху француза и что-то тихо прошептал на немецком, слегка щелкнув зубами, то ли с ненавистью, то ли со страстью прямо рядом со шпионским ухом, от чего, последний скривил лицо, изображая недовольную гримасу, и с ужасом стал осознавать, что его это ,почему-то, заставляет возбуждаться ещё сильнее. Спай уже догадывался о чудодейственной силе препарата, но всё же надеялся, что сможет ему противостоять и не предаться ужаснейшему позору, прогибаясь под пилюлькина вражеской команды. - Отлично! - с усмешкой произнёс Медик, проводя кончиками грубоватых пальцев по влажному телу синего шпиона, постепенно приближаясь к соскам, с силой и аккуратностью нажимая на них. Синий вздрогнул и широко распахнул глаза, ему было стыдно признаться самому себе, что эти лёгкие грубоватые прикосновения, выводят его на совершенно новый уровень блаженства, пробегающего горячей волной по всему телу, и врываясь бушующим потоком крови в напрягшийся до критического состояния член, с головки которого уже большими каплями сочилось предсемя. - Даже представить себе не могу, Герр Спай, каково вам сейчас... - грубо и холодно произнёс медик, сжимая двумя пальцами сосок Шпиона и оттягивая его, немного покручивая и легко отпуская. Доктор ожидал полного покорения, но интерес его разгорался теперь ещё сильнее от вида гордого, непоколебимого лица врага, старающегося сдерживать эмоции. Но глаза Шпиона, с пылким возбуждением, молили о продолжении. Немца тронул этот взгляд, не за сердце, нет, за что-то, что находилось гораздо ниже сердца и немного снаружи. Это внутреннее скрываемое всеми силами желание, приподняло настроение Медику, от чего поднялось и ещё кое-что. Когда Шпион уже полный уверенности в том, что, что бы он ни делал, как бы он ни отворачивался, участи не избежать, и где-то внутри, он ,даже с удовольствием, соглашался с этой участью, как вдруг, Медик отстранился от кушетки и освободил худощавое тело француза от стягивающих ремней, от них на руках и ногах остались красные полосы. - Почему?! - с каким-то недовольством воскликнул Спай, приподнимаясь с кушетки, но тут же кашлянул и сделал серьёзный вид. - Я проверил всё, что хотел, теперь я могу вас убить, хотя, не думаю, что это обязательно.-доктор не подавал никаких признаком заинтересованности ,в уже разряженном, чуждым для худощавого тела желанием, чуждым для гордого разума возбуждением. - Но если вы меня не убьёте, мсьё Медик, то я могу подкрасться сзади и всадить вам нож в спину. - почему-то эту фразу он произнёс с каким-то мягким шипящем акцентом, будто подразумевая не нож, и вовсе не имея в виду убийство. - Забавно, в вашем то состоянии. - доктор не улыбался, но усмешка в его глазах была настолько ярко видна, что сомнений не оставалось, доктор ждёт ответных действий от вражеского лазутчика. Но каких? Внезапно, мускулистый немец аккуратно снял халат, кинул его на кушетку, а затем, с невозмутимым видом, снял и всё остальное, оставаясь в том виде, в котором находился сейчас Спай. Воцарилась тишина, Шпион не смел сделать всего, что приходило ему в голову, а доктор только смиренно ждал, либо металлического пера в грудь, либо страстных объятий, с последующими далее интересными действиями. Шпион ещё немного колебался, но смотреть спокойно на сильные руки, широкие плечи и, главное, - на будоражащий кровь стояк немца, француз не мог, и через пару минут, проклиная всё на свете, осел на колени и, зажмуривая глаза, подполз к отвердевшему члену Медика, мягко упираясь в него лицом и тяжко выдыхая воздух. Пылающий кипяток, бегущий по венам, нельзя было просто так игнорировать. Этот жар утихал только посредством подобного отвлечения, да и мысли Шпиона уже были далеко за границами его гордости и мира враждебности в целом. Доктор добродушным взглядом окинул свою удачно схваченною жертву, и одной рукой, медленно провёл по губам Спая, распахивая его рот и прижимая к своему члену. Теперь уже покорившегося врага можно было не просить дважды, он с нескрываемым желанием облизал языком твёрдый член и обхватил губами головку, водя по ней языком и жадно всасывая каждую каплю предсемени, которая в малом количестве сочилась с головки. Медик положил руку на голову покорной жертве и мягко нажал на неё, подаваясь бёдрами вперёд и всаживая тугую плоть в приветливо распахнутый, словно двери доброжелательной хозяйки дома, рот. Всё это казалось каким-то сном, скорее, даже кошмаром, после которого просыпаются в холодном поту. Только вот, почему-то, пробуждение никак не наставало, и ситуация от этого казалась Шпиону ещё более унизительной. Он замечал за собой, как теряет контроль над телом, как предательски мягко и ласково ползает его язык по чужеродному объекту глубоко во рту, он уже не сопротивлялся грубым движениям доктора, он сам поддавался им на встречу, пытался поднять взгляд на лицо этого сумасшедшего пилюлькина, но всё перед глазами плыло, тело тонуло в приятной истоме и просило большего. Всего на несколько секунд Спай представил этот тугой большой член у себя в заднем проходе и почувствовал, как испытывает внеземное блаженство, утопая в оргазме, хотя даже пальцем не прикоснулся к собственному члену, а лишь представил себе, как его грубо имеют в зад. Доктор за волосы оттащил лицо Шпиона от своей «мед пушки» и с силой откинул его назад. Худощавый француз, весь дрожа, привстал и упёрся руками к кушетку, стараясь хоть как-то сохранять равновесие, ноги дрожали, вновь напрягающийся член ужасно мешался, ведь только-только всё должно было закончится, а его эрекция напоминает о себе в такой момент. Немец подхватил сильными руками обмякшее тело Спая и усадил на кушетку, поднимая его ноги одной рукой и сводя их вместе. Ему открылся прекрасный вид измученной плоти, то расширяющееся на несколько миллиметров, то внезапно сужающееся, кольцо анала так и просило о грубом вторжении, но, имея саму малую долю уважения к Шпиону, не как к врагу, а как, хотя бы на эти несколько часов, любовнику, он взял со стола бутылочку с маслом и зубами открыв крышку, обильно налил прохладного масла на отяжелевшие яйца Спая и туго сжавшееся колечко анала. Синий мягко простонал, окончательно обмякнув всем телом и бессильно откидывая голову. Горячий воздух с тихими стонами срывался с губ Шпиона и приносил неописуемое удовлетворение немцу, который уже мягко водил по анальному проходу незащищёнными перчаткой пальцами, он проходил внутрь всего наполовину пальца, а звуки жертва издавала такие, будто его уже во всю имеют огромным фаллосом. Мягко поглаживая подушечками пальцев внутренние стенки анального прохода, доктор аккуратно вводил всё больше и больше пальцев, шевеля ими внутри и разводя в разные стороны, тем самым расслабляя и расширяя проход для своих дальнейших продвижений. Ещё чуть-чуть, и пронырливые пальцы уже доставали до простаты и с силой вжимались в неё, выпуская наружу громкие измученные стоны, сопровождаемые французским шёпотом и редкими подёргиваниями ног, которые доктор уже мог и не держать, что он и сделал, освободив тем самым одну руку и положил её на намасленные яйца француза. Другая рука была в перчатке, тонкий латекс в купе с тёплым маслом и парой пальцев с силой давящих только на слабые места внутри Шпиона, заставляли его таять и теряться где-то в прострации, утопая в волнах возбуждения. Медик неторопливо изучал мужчину изнутри и снаружи, услаждая свой слух обессиленными стонами противника, сдавшегося ему без особого сопротивления. - Ещё чуть-чуть, - думал немец - и он будет молить о том, чтобы я вошёл... - продолжал он свою мысль не отрываясь от дела и вскоре так и произошло. Когда Спай был готов снова кончить, а доктор не прекращал свои игры с обессиленным тело врага, Шпион жалобно застонал и немного приподнялся измученно смотря на Медика, увлечённого процессом. - Либо убей, либо оттрахай меня уже... - без стыда и стеснения произнёс Спай, изрядно раскрасневшийся, дышащий паром, а не воздухом, готовый на всё ради облегчения своих томительных мучений. Немец язвительно усмехнулся и выпрямился во весь рост, оценивающе осматривая тело любвеобильной жертвы. Его влекла эта покорность непокорного, он хотел слышать, как тают в воздухе стоны, рвущиеся из глубин лёгких пылающей волной бессилия и наслаждения. - Проси... - тихо и грубо произнёс медик, обхватывая рукой свой твёрдый член, который сочился соками, но всё ещё не изверг, желанной Спаем, спермы. - Как грубо! - стиснул зубы Шпион и прикусил губу, посматривая на толстый длинный фалос прямо над собой, он ощущал своё бессилие перед этим мужчиной, уже даже забывал, что всё это - действие нетрадиционной медицины этого недоделанного пилюлькина. Спай кусал губы и глухо постанывал, тянулся руками к своему напряжённому члену, чтобы хоть как-то облегчить свои страдания, но ничего не могло заменить ощущения покорённости силой немца. - Я, Шпион синей команды, прошу тебя, чтобы ты отымел меня самым непристойным образом, с особой жестокостью! ЕСЛИ ТЕБЕ ЭТОГО НЕДОСТАТОЧНО, ТО ПОПРОШУ ВЕРНУТЬ МНЕ РЕВОЛЬВЕР! - Спай закричал, надрывая голос и злобно смотрел на хладнокровного докторишку, откровенно издевающегося над его гордостью. - Уже лучше, meine lustvolle Hündin!- по-немецки прошипел Медик и схватил худощавое тело мужчины, поднимая его выше за бёдра и, не колеблясь ни минуты, вошёл в полную мощность, ненадолго задерживаясь внутри нажав на простату с такой силой, что крик был уже болезненный. Мужчина начал медленно набирать темп, иногда сбавлять его, иногда выходя полностью и просто играя с головкой, твёрдого от возбуждения фаллоса, со сжимающимся колечком анала. Спай стонал в полный голос, его лицо выражало вселенское блаженство, если бы он видел такого себя сейчас, не выдержал бы стыда и застрелился самостоятельно, но разум его покинул, а сам Шпион был где-то между солнцем и землёй, где-то в далёком космосе своих будоражащих кровь ощущений. За всё время, пока Медик неторопливо мучал свою жертву, синий противник успел кончить ещё пару раз и был уже сильно измотан непрекращающимся потоком возбуждения. Он окончательно потерял над собой контроль и, обессиленно обнял руками Медика за шею, укладывая свою голову ему на плечо. Доктор немного удивился такой реакции, но противиться ей не стал, а лишь поднял француза с кушетки и насадил на свой член до конца, от чего услышал прямо над своим ухом влажный продолжительный стон, наполненный томительным мучением. Немец, показалось, улыбнулся? Нет, это точно! Он одобрительно и мягко улыбался, не останавливаясь ни на секунду. Спай медленно приподнял голову и посмотрел в глаза Медику с каким-то скрытым в глубине голубых глаз чувством. - Ненавижу тебя.... - без всякой фамильярности произнёс голубой, во всех смыслах, Шпион, и мягко коснулся губ доктора, облизывая их языком и пытаясь найти хоть маленький намёк на взаимность. Доктор стиснул зубы и с грохотом уронил жертву на кушетку, придавливая её собой и входя всё грубее, набирая темп, всё быстрее и быстрее, он страстно ответил на порыв чувств Спая, и их языки сплелись в диком танце, прерываемым только глухими стонами, рвущимися наружу из глотки шпиона, но не выходящими из-за страстного поцелуя. Это могло продолжаться ещё очень долго, но вот, очередная волна оргазма прокатилась тяжёлой артиллерией по телу Шпиона, и он вновь кончил чем-то полупрозрачным, это и понятно, изливаться было уже нечем, всё, что могло только выйти, уже вышло, и Спай окончательно обмяк в сильных руках доктора, который, повторив несколько сильных толчков, заполнил своей горячей спермой всё свободное место внутри вражеского шпиона, синий это почувствовал уже сквозь полусон. Очнулся француз на захваченной вражеской базе, одетый по всей форме, где-то в коробках, схватился за ноющую голову и поморщился, стараясь заглушить её силой мысли, но вдруг боль отдала совсем в другое место, вот там было уже побольнее, Шпион схватился рукой за шею и обнаружил на ней еле заметный прокол от шприца. - Чёрт... - тихо прошептал Спай и дико покраснел, что было, к его счастью, не видно за маской. - Очнулся? - послышался за спиной знакомый шёпот, вызвавший волну мурашек по всему телу, и какую-то непонятную отдачу, какую испытывает верный щенок, видя своего хозяина. Это был красный медик, незаметно подкравшийся к озадаченному Спаю сзади. - Сегодня моя команда проиграла, но я всё равно ощущаю своё превосходство, и ,кажется, не только я... - насмешливый тон немца будоражил кровь, Шпион хотел обернуться и высказать пару ласковых этому пилюлькину, или же воткнуть нож ему в глотку, но лишь покорно выпрямился во весь рост. - В следующий раз, я точно воткнул тебе нож в спину... - неоднозначно произнёс шпион и испарился в воздухе. Медик удовлетворённо улыбнулся и побежал помогать зовущему его Хэви.