Плюс на минус

1 Кажется, Сэм опять во что-то вляпался. У Дина были тысячи братьев, но ни один не умел так же хорошо находить себе неприятности. И ни один из них не приходил к Дину за их решением. Они с Сэмом почему-то всегда были ближе друг другу, чем остальные братья. Так что, раз Сэм во что-то вляпался, это значит, что Дину придётся снова за ним разгребать. — Что случилось? — устало спросил он. Благодать Сэма неуверенно замерцала, но, к счастью, тянуть кота за хвост он не собирался. — Я влюбился, — сообщил он. Впору было завыть. В последний раз, когда Сэм влюблялся, всё закончилось рождением нефилима, а всем известно, как небесное начальство к ним относится. Вот поэтому Дин всегда предпочитал земных мужчин. Ну, или женщин, если ему доставался женский сосуд, но это нравилось ему меньше. За таким приятнее наблюдать, чем самому участвовать. Смысл, в общем, оставался тем же: никаких полуангельских деток. — Её зовут Джессика, — торопливо сказал Сэм, делясь с братом образом возлюбленной. Ну да, миленькая. Но влюбляться в такую? — Она уже беременна? — уныло спросил Дин. — Нет! — благодать Сэма снова замерцала, но на этот раз возмущённо. — Я ещё не… я начну с начала. Я помню, как всё закончилось в прошлый раз, Дин. Я умею учиться на собственных ошибках! Дин промолчал, но Сэм, конечно, всё равно заметил на его благодати тень скепсиса. — Умею, — с нажимом повторил он. — Я знаю, что ангел не может разделить жизнь с человеком. Так что я пал. Дин с сомнением окинул взглядом его вполне ангельскую благодать: всё определённо оставалось при Сэме. — Да нет же, — Сэм снова понял его без слов. — Если бы я пал сейчас, я оказался бы на земле в теле младенца. Зачем мне это? Я переместился во времени и пал двадцать лет назад. Точнее, перемещусь. Но я уже пал, — и он снова поделился с братом мысленным образом: высокий молодой человек стоит у витрины с рождественскими подарками. Дин бы сказал на это что-нибудь, не будь он так ошарашен. Его брат… его единственный друг… его любимый брат… пал?! Оставил его? — Мне нужно торопиться, если я не хочу создать временную петлю, — добавил Сэм. — Ты пришёл попрощаться, — неверяще сказал Дин. — Ты покидаешь меня. — Попрощаться, да, — смущённо сказал Сэм. — Но… не только это. Я… — Говори уже, — как можно безразличнее сказал Дин, зная, что Сэм всё равно видит его боль. — Я… человек, которым я стал… он влюблён в Джессику. Но она… ей нравится кое-кто другой. Я бы вмешался, но ты же знаешь, правила путешествий во времени запрещают мне видеться с самим собой. Пожалуйста, Дин, сделай что-нибудь. — Да, — угрюмо ответил Дин. — Конечно. — Дин… — Не надо, Сэм. Во второй раз прошлое уже не изменить. — Прости меня. Благодать Сэма мягко обнимает его собственную, но спустя несколько мгновений исчезает. Видимо, Сэм уже переместился двадцать лет назад. Его любимого брата больше нет. Но его просьба всё ещё в силе. 2 Как человек Сэм был просто жалок. Он глупо улыбался Джессике, таскал её вещи, помогал ей с учёбой, в то время как она только кивала с благодарной улыбкой и тут же оборачивалась к своему другу Джимми и заботливо расспрашивала его о проблемах с семьёй. Он как раз рассорился со своими родными, так что на Рождество Джессика пригласила его к себе. Просто чудо, что каким-то образом в список приглашённых попал и Сэм. Ну, не «просто» чудо — Дин слегка приложил к этому руку. И заодно постарался и сам попасть в этот список. Ему удалось и найти подходящее тело, как раз в его вкусе. Симпатичный светловолосый парень, зеленоглазый, веснушчатый — это был его любимый типаж. Что было очень кстати, потому что именно такие парни обычно и оказывались подходящими на роль его сосуда. Итак, план был прост — показать этого Джимми дураком. Уронить его в глазах Джессики, представив Сэма в выгодном свете. Джимми как раз заливался о различиях британского и континентального права и их влиянии на право американское. Не самая любимая тема Дина, прямо скажем, но все, кроме него, были будущими юристами, так что, может, это было и к лучшему. Ладно, вместо увлекательной дискуссии будет нудноватое цепляние к фактам. И Дин приступил. В каждой реплике Джимми он находил ошибку и въедливо растолковывал её всем присутствующим. В особо сложных случаях он за полмгновения успевал перенестись в библиотеку или на место обсуждаемых событий и вернуться обратно. Вот только почему-то никто не смотрел на него с восхищением, кроме самого Джимми, которому вообще-то полагалось его возненавидеть. Выходило как-то странно. Сэм поначалу пихал его локтем, а потом, наоборот, стал потихоньку от него отодвигаться. Джессика сразу пыталась сменить тему после каждой высмеянной им ошибки, но, поняв тщетность своих попыток, принялась тяжело вздыхать и посматривать на часы. Все её укоризненные взгляды предназначались почему-то не Джимми, а Дину. И ни в чём не виноватому Сэму — ведь это его другом сказался Дин. Джимми же только пуще распалялся, пытаясь доказать Дину свою правоту. Он отодвинул свою тарелку и, чёрт его дери, вспоминал такие вещи, о которых Дин и слыхом не слыхивал. Ну а что? Если он ангел, это не значит, что он в курсе всего на свете. Когда Джессика как-то слишком уж резко поставила свой фужер на стол, Сэм не выдержал. — Кажется, нам с Дином пора, — процедил он, поднимаясь из-за стола и волоча за собой Дина. Дин, уже успевший позабыть, что в комнате есть кто-то кроме них с Джимми, растерянно заморгал. — Пора? — Да, пойдём, — Сэм выдавил улыбку и утащил его в прихожую. Хозяйка дома не стала возражать, но Джимми расстроенно выдохнул: — Но мы же не закончили! — Договорите в другой раз, — отрезал Сэм, застёгивая куртку. — Дин никуда не денется. Он вылетел на улицу, вытащив за собой и Дина и хлопнув дверью. — Что на тебя нашло? — изумился Дин. — Всё же шло так хорошо! — Серьёзно? — Да! Чего ты вдруг взвился? — Дин, я взял тебя с собой потому, что ты обещал мне помочь! А ты опозорил меня перед Джесс! — Сэм сердито взмахнул руками и зашагал прочь. О чём это он? Дин же ради него старался! Он выставил напоказ всю некомпетентность Джимми! Стоило, конечно, втянуть в разговор и Сэма, чтобы подчеркнуть его ум, но слишком уж увлекательно было спорить с этим парнем. Кстати об этом парне. Он оставил его одного с Джесс, а это нехорошо. Нельзя было оставлять девушку, которая нравилась Сэму, наедине с этим… привлекательным… приятным… интересным… с этим парнем. Дин стал невидимым и вновь переместился в гостиную Джессики. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как она садится рядом с Джимми на диван и берёт его за руку. Вот чёрт. — Извини за это, — сказала она, пока Дин, паникуя, решал, что будет лучше, чтобы отвлечь их, — уронить ёлку или распахнуть окно. Но Джессика оказалась быстрее. Произнеся: — Ты был очень убедителен, — она потянулась поцеловать Джимми. Джимми отпрянул от неё, как ошпаренный. — Я… — он широко распахнул глаза, — я… прости, Джесс, но я… гей. О. Дин явно терял хватку. Обычно он сразу подмечал такие вещи. — Ты, э… у тебя… нет номера Дина? — неуверенно поинтересовался Джимми. Нет, чувак, нет! Нельзя вот так сразу просить телефон симпатичного парня у девушки, которая только что пыталась тебя поцеловать! Но Дин, безусловно, был польщён. И, раз уж угроза коварного соблазнителя невинной Джессики отпала сама собой, Дин мог немного подумать и о себе. 3 Джимми обнаружился у себя дома на диване в обнимку с ноутбуком. — Серьёзно? — хмыкнул Дин. Ладно бы ещё он пытался нагуглить страничку Дина в соцсети, а то ведь читает… — Фридман? На дворе Рождество, а ты читаешь учебник по праву? Джимми поднял на него хмурый взгляд: — Сегодня ты разнёс мои доводы в пух и прах. С какой стати мне ждать до завтрашнего дня, чтобы восстановиться в своих глазах? — Я думал, ты спросишь, как я здесь оказался. Джимми заморгал. — Как ты здесь оказался? Дин самодовольно плюхнулся на диван рядом с ним: — Я ангел, детка. Твой подарок на Рождество. — Ха! — Джимми хлопнул крышкой ноутбука. — Поэтому ты столько знаешь о праве? Дин закатил глаза: — Неужели тебе так просто поверить в то, что, если кто-то умнее тебя, причина обязательно сверхъестественная? — Ну, или это, или ты маньяк-вундеркинд. Зачем ты здесь? Уже лет триста никто так просто не верил в то, что Дин ангел. Или этот парень прикалывается? Точно, поддерживает розыгрыш. Ну, Дин сейчас ему покажет. Он переместился в кафешку неподалёку, умыкнул себе бургер с картошкой и пива и вернулся на диван. Джимми протянул руку. — Что? — Дин прижал бургер к себе. — Это мне. — Я думал, ангелы не едят. — Хочешь бургер — купи. Воровать нехорошо. Джимми приподнял бровь. — Я ангел. Мне положено. Ладно, возьми немного картошки. У тебя есть кетчуп? Джимми принёс кетчуп из холодильника, налил себе пива из бутылки Дина и захватил немаленькую горсть картошки. — Так ангелы знают всё обо всём? — спросил он. — Неа, — Дин покачал головой. — Я за время разговора пару раз отлучался разузнать подробности. — Ха! — Джимми скрестил руки на груди и чуть не подавился картошкой. — Значит, я умнее ангела. — Дурак ты, — беззлобно сообщил ему Дин. Джимми не обратил на это внимания. — Но зачем тебе это понадобилось? Спорить со мной? Это ведь… скучно для тебя, наверное. — Сэм мой брат. — Он тоже ангел? — Джимми широко распахнул глаза. — Но он… такой… распустёха! Дин фыркнул. — Он пал. — Пал? Как это? — О боже, ты просто мистер-хочу-всё-знать! — Дин слетал за очередным бургером. — Отказался от благодати. Он теперь ничего не помнит. — Но… — Джимми заморгал. — Как можно отказаться от этого? Это ведь… неограниченная возможность узнавать всё больше и больше… подумать только, целая вечность для изучения мира… ангелы бессмертны, ведь так? — Он влюбился, — Дин скривился. Джимми скопировал его гримаску: — Хреново. Так… его благодать — она просто рассеялась в воздухе? Как вообще происходит падение? Он на самом деле падал? Или это просто выражение? — На самом деле, — кивнул Дин. — Для людей это как падение метеорита. В этой местности падал метеорит лет двадцать назад? — Джимми кивнул. — Ну вот. Это была его благодать. Значит, в тот же день он и стал человеком. Если он захочет, то сможет вернуть её, но… он ничего не помнит, я уже сказал. — Так ты пришёл его уговорить? Напомнить ему, кто он? — Неа, — Дин покачал головой. — Может, позже. Но сейчас мне просто нужно проследить, чтобы он стал встречаться с этой Джессикой. — Так ты за этим пытался меня опустить сегодня? — Ну да, — признался Дин. — Как видишь, не особо удачно. — Почему ты так думаешь? Я же здесь и один. — Я… присутствовал при том, как она пыталась поцеловать тебя, — Дин оказался ближе. — И, — он сделал паузу с намёком, хлопнув ресницами, — при том, как ты сказал ей, что гей. Джимми моргнул и сделал шажок назад. — Прости, Дин, — он и вправду выглядел виноватым, но уже в следующее мгновение выражение его лица сменилось строгим. — Я сказал это, чтобы отвязаться от неё. У меня есть девушка. Если… если ты здесь… за этим… тебе лучше уйти. Дин отшатнулся. Серьёзно? Этот парень думал, что Дин заглянул к нему просто так, в гости? Просто так решил признаться, что ангел? И он думает, что его можно вот так просто отшить. На мгновение Дину захотелось стереть ему память, но он передумал. Нет. Пусть помнит. Пусть знает, что где-то в мире есть ангелы. И что он мог бы узнать одного из них ближе, но… Чёрт, он ведь действительно понравился Дину. Поджав губы, он перенёсся к Сэму. 4 Спустя неделю, когда Дин уже где-то полчаса наблюдал за тем, как Сэм пытается пригласить Джесс на свидание, он почувствовал что-то странное. На ангельском уровне странное. И это несмотря на то, что он привычно закрылся от происходящего со всеми, кроме Сэма, ангелами. Но Сэм был здесь, прямо перед ним! Дин в растерянности мысленно потянулся к происходящему, но ясности это не внесло, пока его вдруг не осенило. Благодать Сэма. С ней что-то происходит. Проклиная свою беспечность — нужно было сразу же узнать, где она! — Дин понёсся в библиотеку. — Мне срочно! — рявкнул он, распихивая очередь. Библиотекарь подняла на него недовольный взгляд. — Срочно! Двадцать лет назад где-то здесь упал метеорит! Мне нужно точное место! — В сосновом бору, на берегу лесного озера, там, где самое высокое дерево, — буркнула библиотекарь. — Это что — какое-то домашнее задание? Почему это вдруг стало всех интересовать? — Кого ещё это интересовало? — прошипел Дин. Библиотекарь поморщилась, но почла за лучшее ответить: — Джимми. Дин замер, как громом поражённый. Кто-то тянул его за рукав и ныл что-то про очередь, но он не мог сдвинуться с места. Мерзкий обманщик! Выведал у него про благодать Сэма и надумал её похитить! Кажется, тогда в разговоре Дин не упомянул, что большинство людей ангельская благодать просто разорвёт в клочья. Кажется, Дин очень надеется, что с этим гадёнышем так и произойдёт… …но чего в этом мире стоит надежда? Сучёныш, укравший благодать Сэма, был цел и невредим. А ещё он нисколько не испугался, увидев пышущего гневом Дина. Напротив — посмел радостно улыбнуться! Радостно и так искренне, что ярость Дина вспыхнула ещё ярче. — Дин! — воскликнул Джимми. — Смотри, смотри, я стал ангелом! — Ненадолго, — прошипел Дин сквозь зубы, обнажая клинок. Новоиспечённый ангел растерянно замер. — Дин? — Верни то, что украл, — процедил Дин. — Но… — Джимми заморгал. — Но, Дин, ты ведь сам сказал, что Сэму сейчас благодать не нужна. А я столько с ней сделаю! Я узнаю всё на свете! Я столько всего смогу! От мгновенной смерти его спасало только то, что Дин не хотел повредить благодать брата. — Джимми, — негромко сказал он, — я даю тебе десять секунд на размышления. — Я не Джимми, — ангел вскинул подбородок. — Теперь меня зовут Кастиэль. — Ка… что? — Дин вскипел. — Ты не можешь вот так просто украсть чужую благодать и придумать себе ангельское имя! — Я не придумал его просто так! — воскликнул Дж… Кастиэль. — Оно выбрало меня! И я ничего не крал! Я поговорил с Сэмом! Он сказал, что никогда бы не захотел стать ангелом, а предпочёл бы прожить жизнь с любимым человеком! — А ты, значит, решил забить на свою девушку? — хмыкнул Дин. Кастиэль опустил взгляд. — Я обманул тебя, — сказал он. — Да, я заметил! — рявкнул Дин. — Нет! Не в этом! Я… нет никакой девушки. Я и правда гей. Я просто хотел, чтобы ты ушёл. — Держи новое откровение, — прошипел Дин. — Я и так бы ушёл, если бы ты попросил. Но вот сейчас — я не уйду, пока не всажу клинок тебе в горло. Верни благодать моего брата, сучёныш. — Это более не благодать Сэма, Дин. Дин резко развернулся на новый голос. — Иешуа? — пробормотал он, потрясённый. Иешуа мягко кивнул ему. — Сэм на самом деле отринул свою благодать ради человеческой жизни, — сказал он, — тем самым оскорбив её. Да, у нас были случаи, когда павшие на землю ангелы вновь вспоминали прежнюю жизнь и возвращали себе свою суть. Но это не случай Сэма. Он выбрал землю всем сердцем. Смирись с этим, Дин, — сказал Иешуа и обернулся к Кастиэлю: — Сегодня Небеса обрели нового ангела, Кастиэль. Они приветствуют тебя, — он чуть склонил голову и, дождавшись такого же жеста от растерянного Кастиэля, исчез. Кастиэль перевёл ошеломлённый взгляд на Дина — но и его уже не было в лесу. 5 Прислонившись к окну, Дин, невидимый, меланхолично наблюдал за Сэмом. За Сэмом, который больше не был его братом. За обычным человеком по имени Сэм, так застенчиво улыбавшимся сейчас своей девушке. Вот и сбылась твоя мечта, Сэм. Вот и остался я один. — Дин. — Убирайся. — Дин. — Если Иешуа признал тебя, это не значит, что я не могу тебя убить. Проваливай. — Дин, пожалуйста, выслушай меня. — Слушай, я уже поговорил с Иешуа. Он сказал, что благодать Сэма сама выбрала тебя и всё такое. Что она тянула тебя к себе и что у тебя не было выбора. Отлично. Поздравляю. А теперь уйди. — Но я просто хотел… — Чего? Зачем ты сюда припёрся? Ты разве не собирался узнать всё на свете и что-то там свершить? Ну так действуй! Сваливай только отсюда! — Джимми? Дин вздрогнул, услышав голос Сэма. — Как ты сюда попал? — изумлённо спросила Джессика. Чёрт. Кажется, этот придурок ещё не научился контролировать свою невидимость. Кастиэль бросил на него растерянный взгляд, и Дин с тяжёлым вдохом оказался рядом с Сэмом и Джесс, прижал пальцы к их лбам и стёр воспоминание. — Мелкота, — процедил он Кастиэлю, утаскивая его прочь и оказываясь вместе с ним в квартире Джимми. — Не умеешь — не берись. — Спасибо, — смущённо пробормотал Кас. Дин только поморщился: — Отлично. Теперь мы лучшие друзья. Будь добр, свали. — Нет! — Кастиэль сжал кулаки. — Нет, я должен с тобой поговорить! — Да? Хорошо, что я с тобой разговаривать не должен. — Нет, должен! Должен! Знаешь что? Ты… ты хотел поступить со мной непорядочно! — Чтооо? — Ты всегда так поступаешь — появляешься на земле, сияя своей благодатью, ослепляешь какого-то обычного скучного человека, соблазняешь его, говоришь, что ангел, и исчезаешь? А потом просто забываешь их, оставляя их только вспоминать тебя и понимать, что вы никогда, никогда не встанете в один ряд? — Не говори о том, чего не знаешь! — прошипел Дин. — Не знаю? Я видел твоё лицо, когда ты сказал, что Сэм влюбился! Ты презираешь людей и пришёл ко мне только потому, что я был лёгкой добычей! Только потому, что ты подслушал, как я признался кому-то, какой ты… необыкновенный! Но, конечно, ты был необыкновенным, ты ведь ангел! И ты обвиняешь меня в том, что я захотел стать равным тебе? В том, что я захотел того, что у тебя было всегда? Дин буквально вшвырнул его в стену и зашипел: — Ты ни хрена не знаешь! Не смей обвинять меня в чём-то, лжец и вор! Ты украл у меня брата только потому, что я доверился тебе! По-твоему, я такой дурак, что каждому «обычному скучному человеку» говорю, что ангел? Я сказал это тебе, придурок, потому что посчитал тебя охренеть каким необыкновенным! И потому, что мне никогда ещё не было так интересно с человеком! Я хотел дать тебе всё, что смог бы! Но ты сам предпочёл забрать то, что тебе было нужно! От меня тебе были нужны только сведения! И я, значит, ни в чём не могу тебя обвинять? Ты самый подлый из всех людей, которых я знал! — Дин ещё раз приложил его о стену и отошёл, брезгливо поморщившись. — Катись вслед за Люцифером, прямо в ад! Там тебе самое место! Кастиэль оскорблённо ахнул, но всё равно потянулся схватить Дина за рукав, чтобы он не ушёл. Всё ему мало! Рассвирепев, Дин потянулся к его благодати своей, чтобы ударить ощутимее. И, коснувшись её, замер. О, Иешуа был чертовски прав — это больше не была благодать Сэма. Аура Каса была… иной. Светлой, тёплой, зовущей, гостеприимной… не то чтобы Сэму этого недоставало… сейчас всё было иначе. Раз прикоснувшись к ней, Дин не мог отстраниться — и уж тем более причинить ей боль. Не удержавшись, он ласково провёл по ней незримым крылом — и она ответила на ласку, вспыхнула, засияла, расправила и свои крылья, потянулась ими к Дину, и он тихонько хихикнул, потому что Кас, видимо, был так поглощён ощущениями, что даже не подумал о том, что крылья нужно спрятать. Вот Дин держал себя в руках. Ну, так он думал до того, как обнаружил, что целует Каса. Он не собирался этого делать и не помнил, как поцеловал его — или это была инициатива Каса? Кажется, это произошло во время изучающих прикосновений их благодатей и крыльев, но… это было словно неподвластно Дину. Он был уверен, что целоваться с Джимми было бы потрясающе, но теперь, когда он стал чем-то большим… это было невообразимо. Дин никогда не переживал ничего подобного прежде. И уже тем более Кастиэль. Дин отстранился, чтобы полюбоваться на него, задыхающегося, растерянного, хлопающего глазами. — Это… — выдохнул Кас, — это… это как… целоваться с молнией. Дин хихикнул. — Я бы не сравнивал, — сказал он. — Совершенно разные вещи. Поймёшь, когда попадёшь под свою первую молнию. Кас нахмурился. — Это обязательно? Дин снова хихикнул. — Ты же ничего не знаешь, — нежно сказал он. — И ничего не умеешь. В груди Каса вспыхнула обида — обида на неуважение к себе, на отношение свысока, на оскорбления; теперь, когда Дин коснулся его благодати, он видел всё это — и больше. Он видел отношение Каса к себе. Видел невыносимое притяжение — отражение своего собственного. Но Кас, конечно, ещё не умел читать его благодать, и нужно было ему объяснить. — Расслабься, — миролюбиво сказал Дин. — Я просто хотел предложить помощь. Кас поднял на него настороженный взгляд, втайне светясь надеждой. — Почему ты вдруг передумал? Дин пожал плечами. Когда-нибудь Кастиэль сам прочтёт его чувства. Это скажет ему больше, чем слова. — Итак, — Дин скрестил руки на груди. — Чем хочешь заняться? Погулять по Марианской впадине? Прочитать весь Интернет? Слетать на Луну? Зашиться в Британскую библиотеку? — Вообще-то, самая крупная библиотека в мире — библиотека Конгресса, — заметил Кас. Дин закатил глаза. — Туда хочешь? — Я хочу поцеловать тебя, — ответил Кас. — Можно? О да, Дин был не против. Дин никогда раньше не целовался с ангелом; конечно, нет, ведь все они были его братьями. Кроме Каса. И это было… правильно. Нет, если подумать (только не сейчас, а попозже), он был уверен, что целоваться с Джимми было бы восхитительно. Но всё же то, что происходило сейчас, рушило что-то внутри него, сметая всё на своём пути, накрывая с головой, как и осознание того, что этого не случалось ещё ни с кем. Они с Касом были первыми — и, судя по безумному взгляду Каса, он чувствовал то же самое. — Нет, — Дин придержал руку Каса, потянувшегося высвободить его футболку из джинсов. — Сделай это усилием мысли. — Что? — выдохнул Кас. — Нет, Дин, я не могу ни на чём сосредоточиться, дай мне просто… Дин призвал всю свою силу воли, чтобы отстраниться, крепко обхватить запястья Каса и решительно заглянуть ему в глаза. — Можешь, — настойчиво сказал он. — Ну же. Разве ты не хотел, чтобы я тебя всему научил? — Ты уверен, что сейчас подходящий момент? — раздражённо прошипел Кас. — Абсолютно. Кас резко выдохнул носом и рванулся из его хватки, делая шаг назад. Сжав кулаки, он решительно вскинул подбородок и чуть сощурил глаза. В следующее мгновение Дин почувствовал, что его одежда исчезла… и что его почему-то впечатало в стену. — Эй, — позвал он. — Вообще-то… э. Сам не хочешь раздеться? — Нет, — отрезал Кас, продолжая сверлить его пристальным взглядом. И… о. Руки Каса по-прежнему были сжаты в кулаки, но Дин определённо чувствовал, как по его телу скользят две жаркие и не особенно скромные ладони. — Телекинез, — выдавил он. — М-да, отлично, ты молодец. Может, теперь… — ладони скользнули ниже, и Дин резко дёрнулся. — Кас! Кас, прекра… прекрати! — Ты прекрати, — выдохнул Кас. Его голос прозвучал совсем близко, и Дин открыл глаза, только сейчас поняв, что он их вообще закрывал. — Ты не будешь мной командовать. Ты ничем не лучше меня. Ты только опытнее. Прекрати быть таким самодовольным. Дин сощурился. Ладно, он тоже кое-что может. Он легко сделал шаг вперёд — ладно, не совсем легко, Кас нехило так прижал его к стенке, но видимость лёгкости ему сохранить удалось. И ему не понадобилось ни щёлкать пальцами, ни сжимать кулаки, чтобы и Кас оказался раздет. Ладони, изучающие его тело (хотя и слегка зациклившиеся на конкретной его части), замерли, и Дин приготовился было праздновать победу, когда они решительно развели его ягодицы с совершенно определёнными намерениями. Почувствовав внутри себя палец, Дин рвано выдохнул. Это нечестный приём. Да он сейчас… Хотя… А, к чёрту. Дин сгрёб Каса за плечи и резко перенёсся вместе с ним на кровать. — Ладно, — прошипел он. — Вот сейчас тебе лучше действовать самому, чем применять ангельские штуки. Кас хмыкнул, но он тоже явно был не железный, так что без долгих споров подчинился, и Дин снова притянул его для поцелуя. Его пальцы внутри Дина, его ладонь на бедре Дина, его спина под ладонями Дина, его язык во рту Дина… это было почти слишком — и этого стало слишком много, когда их крылья соприкоснулись кончиками перьев. Они оба рвано простонали от избытка ощущений, и откуда-то донёсся стеклянный звяк. Дин был не в состоянии, чтобы посмотреть, что там разбилось, но чуть приоткрыл один глаз и скосил взгляд на Каса. — Что? — выдохнул он. — Это не я. — А кто — я, что ли? — хмыкнул Дин. И тут Кас неожиданно толкнул его обеими ладонями в грудь и откатился в сторону, поджимая ноги к груди и пряча лицо у коленей. — Я не могу! — почти истерично воскликнул он. — Я так не могу! Я совсем недавно… а это всё происходит… а я здесь… и я ничего не могу… — Шш, Кас, — Дин подполз ближе и мягко положил руки ему на плечи. — Шш, я здесь. Ты думаешь, никто ничего не взрывал, первый раз оказываясь на земле в чужом теле? Первый раз чувствуя что-то новое? Ты отлично справляешься, Кас. У тебя всё ещё впереди. А сейчас просто… расслабься. Отпусти. Ну же, отстранись от ангельского. Почувствуй своё тело, почувствуй себя человеком. Ты же помнишь, каково это. Ты сможешь. Отпусти, — Дин ласково приподнял его подбородок и совсем легко коснулся его губ своими. — Здесь просто ты, обычный парень, и ещё один невероятно привлекательный парень, с которым ты познакомился у Джесс. Кас хмыкнул, купившись на уловку с «невероятно привлекательным». — Невероятно самодовольный, — буркнул он. — И невероятно обаятельный. — И невероятно раздражающий. — И невероятно умный. — Боже, заткнись, — Кас сам потянулся углубить поцелуй, но вдруг испуганно отстранился: — Мне можно говорить «Боже»? Или это богохульство? — Говори что хочешь, — фыркнул Дин. — Поминай кого хочешь, хоть бога, хоть чёрта. Всем плевать. Ты остановился на том, какой я невероятно сексуальный. Кас с рыком толкнул его на спину, и Дин приглашающе развёл ноги. — Вообще-то у меня строгие принципы, — выдохнул он, целуя Дина и потираясь о него. — Секс только после пятого свидания и всё такое. — Ладно, с меня пять свиданий, — согласился Дин, ёрзая под ним. — Хоть десять. Только хватит болтать. — Да? А я только хотел рассказать о том, какой ты невероятно невероятный. — Лучше покажи. — Хо-ро-шо, — медленно прошептал Кас, бегло проникая в него пальцами, чтобы проверить, достаточно ли он успел растянуть его до этого и тут же выскальзывая назад, несмотря на определённое недовольство Дина. — Хорошо… — его член не заставил себя долго ждать, и Дин напрягся было, опасаясь новых разбитых стёкол, но удовольствие почти мгновенно затопило его, выметая все посторонние мысли прочь из головы. — Хорошо, хорошо, Дин, как же хорошо… — Да, детка, — выдохнул Дин, и после этого они сорвались на какую-то совершенную бессмыслицу, из которой его мозг выделял лишь случайные обрывки вроде «пожалуйста» и «ааааах». Это определённо стоило тысячи свиданий. Хорошо, что у них в запасе была вечность. Вечность возможности ходить на свидания, дразнить Каса, заниматься с ним сексом и не давать ему застревать в библиотеках. Огромная потрясающая вечность. — Я хочу спать, — удивлённо пробормотал Кас. — Разве ангелам нужно спать? — Неа, — зевнул Дин. — Но нам нравится. Спи. И он бережно и незаметно накрыл Каса своим крылом. И, судя по улыбке Каса и по тому, что он повторил его движение, он всё же это заметил.