Мужчина в моей голове

Удивительно, как врачи боятся копов. Особенно, те медсестры, которые таскают морфий из реанимационных аптечек. Ведомая гнусавым голоском, Тереза раскрыла хищение и, в связи с этим, отправилась домой выздоравливать - чтобы больше ничего не раскрыла. Мало ли. Едва выйдя из больничного холла, Лисбон закуталась в шарф и восхищенно подняла взгляд к небу. С ума сойти. - Ага. Снег. - Угу, - Лисбон открыла рот и поймала на язык снежинку. Ангину схватишь. - Заткнись, - дружелюбно посоветовала Тереза, заметила недоуменный взгляд медбрата, курящего на крыльце, и торопливо вытащила из кармана пальто сотовый, - Ты можешь объяснить, чем я так провинилась? А почему ты не спрашиваешь, почему тебе так повезло? Лисбон кашлянула: - В смысле, как утопленнице? Солнышко... - Я тебе не солнышко! Я все еще не уверена, что не валяюсь в дурке. Не, там по-другому. - Так ты и там был? Я много где был. - Неужели я слышу виноватый тон? Тебе показалось. Лисбон торжествующе улыбнулась и предупредила: - Я все равно схожу к специалисту. Да пожалуйста. Мне самому интересно. - И пропишут мне анти-ты таблетки, и буду я жить долго и счастливо. Очень за тебя рад. - Ты вообще кто? Тереза, посмотрев по сторонам, перешла дорогу и замахала рукой, ловя такси. "Сосед" так и не ответил. - Мое "Долго и счастливо" уже началось? - уточнила агент. Я не знаю. - Извини? - Лисбон пристегнулась, скороговоркой назвала адрес, дунула в трубку и позвала, - Ты еще здесь? Здесь. Снова повисло молчание. Она закусила губу. Откровенно говоря, голос был ни писклявым, ни гнусавым, как она первоначально сообщила наглому оккупанту, захватившему ее голову. Мужской - низкий, мягкий тембр, приятно отдающийся в ушах. А как он вычислил эту медсестричку! Работал бы в КБР, цены ему б не было. Хотя с таким-то характером... Ему бы в первые же пятнадцать минут сломали нос. Может быть, даже сама Лисбон. Я не помню, печально сказал он. Пока ты не спросила, я об этом даже не думал. - Ну извини... Амнезия. - Может, мы с тобой в одной больнице лежали? Остановите здесь, пожалуйста, - попросила она водителя, хлопнула дверью и забежала в дом. Я не могу построить логическую цепочку. - Ну... - Тереза швырнула сапог в стену, за ним последовал второй, - Неужели никогда не... - она оглянулась, вспомнила, что в квартире кроме нее никого нет и быть не может, положила сотовый на полку и, побрела в ванную, - Про теорию переселения душ не слышал? Хочешь сказать, я умер? Она предпочла сделать вид, что прослушала вопрос. Ты еще скажи, что веришь во всю эту религиозную чушь. Это Лисбон тоже проигнорировала, но, кажется, "сосед" в очередной раз сделал правильный вывод. Баптистка? А. Протестантка. Понятно. Лисбон зажмурилась, стянула с себя одежду и на ощупь залезла в душевую кабинку. А почему темно? - Потому. Думаешь, я никогда не видел голую женщину? Тереза недовольно булькнула: - Меня - нет, и не увидишь. Поспорим? - Ха-ха, - с максимальным сарказмом проговорила она, - Если я выиграю, ты заткнешься. А давай я заткнусь, а ты откроешь глаза? - Давай ты просто заткнешься, Джон. Почему Джон? - Потому. Повторяешься. Мне не нравится имя. Я не хочу быть Джоном. Лисбон дотянулась до держателя, схватила полотенце и укуталась в него по уши, прежде чем открыть один глаз и убедиться, что зеркало запотело: - Это твои проблемы, солнышко. Пора спать. А футбол? - Мне завтра на работу. А футбол?.. Девушка фыркнула, прыгнула в халат и отправилась на кухню. В животе бурчит, весело заметил Джон. Загляни в холодильник, а? - Там пусто, - пробормотала агент. Вернись к зеркалу, а? - Зачем? - подозрительно спросила она, все-таки возвращаясь в ванную комнату. Хочу убедиться, что грудь не уползла. - Ты! - Тереза уставилась на собственное отражение, - Ты просто задница!!