У нас будет свой Шерлок - с блекджеком и шлюхами

День медленно передавал свою эстафету вечеру, на город опускались сумерки, смещая солнце к линии горизонта. Так тихо, и так печально на улице. Словно, погода тоже разделяла эту грусть... Джон проснулся в холодном поту, ему снилось, что Шерлок умирает. Опять! Снова! Сколько это может продолжаться? Успокоительное не помогает! Тогда, зачем? Зачем врачи вкололи ему новую дозу? Джон перевернулся на другой бок, ощущая сонливость. Нет! Если он уснет, опять приснится гибель друга, а это выше его сил! Он больше не может выносить этого! Да, он прошел Афганистан! Да, он видел смерть своих сослуживцев... Но, тогда это всё воспринималось по-другому, как должное, с военной холодностью, словно, так и надо. С Шерлоком же всё иначе. Джон очень привык к нему, привязался, как верный пёс. Он и не знал раньше, что способен такое испытывать, пока жизнь не столкнула с консультирующим детективом. Как больно, осознавать... Осознавать то, что Шерлок больше не придет, не скажет своё коронное "Скууучно!". Конечно, можно обманывать себя, говорить, что он всего-лишь уехал что-то расследовать в другую страну. Но, это глупо! Ведь Шерлок не вернется! На самообмане далеко не уедешь! Не вернется... Где-то там, в морге, где Шерлок так любил проводить свободное время, лежит его холодное тело... Джон, стиснув зубы, со злостью ударил по подушке. Как внезапна и нелепа эта смерть. Врачи говорили, что детектива нашли в парке, кто-то ударил его камнем по затылку. Шерлок долго боролся за жизнь, пребывая в коме, но, к сожалению, эта битва была им проиграна, вопреки привычке побеждать всегда. И Джон расплакался, как мальчишка, благо, никто этого не видит. Тоска, одиночество, пустота... Они разъедают его изнутри, как голодные термиты. Осознание, что ничего изменить нельзя, давило на Джона всей своей тяжестью, не давая вздохнуть. Джон яростно колотил подушку, обрушивая на нее кулаки, как будто та была виновата в его беспомощности. Джон не заметил, как дверь открылась, и в палату, не включая свет, кто-то вошел. Услышав тихие шаги, мужчина обернулся и увидел силуэт кого-то высокого. - Джон. - Такой знакомый голос! Такой долгожданный... Шерлок сказал это и присел на край кровати. Джон смотрел на него, вытаращив глаза, не смея пошевелиться. Он боялся, а вдруг это видение, галлюцинация, вызванная успокоительным? А вдруг Шерлок сейчас исчезнет, и Ватсон останется наедине с самим собой, продолжая медленно сходить с ума? - Всё, что произошло со мной, за последнее время, не поддается нормальному логическому объяснению. - Сказал Шерлок. - Ты... ты мне не мерещишься? - поинтересовался Ватсон, с опаской. - Скажи, что ты настоящий, пожалуйста! Ватсон дрожал, он чуть не перешел на крик. - Я настоящий. - Кивнул Шерлок. - Успокойся, Джон, всё хорошо. - Правда? - Да, я жив. Не понятно, каким образом. Но, факт остается фактом... И Джон не смог с собой совладать, на него накатило такое безудержное счастье, что он тут же бросился обнимать Шерлока. - Не делай так больше, слышишь! – шептал он, прижимая детектива к себе. Рана на животе отозвалась болезненным эхом. Плевать на нее! - Я думал, что ты… - Я был мёртв, Джон, и могу сказать одно. – Ответил Шерлок, всё так же спокойно. – Там чертовски скучно. - Но, как? Как ты сумел... - Это долгая история. Мне нужно ее осмыслить. - Шерлок улыбался. Наконец-то он в Лондоне, совершенно живой, с Джоном, а та Нью-Йоркская реальность осталась позади, и эти бюрократические "Небеса" тоже. Джон тоже улыбнулся, впервые за эти дни. Шерлок здесь! Он единственный человек, способный обыграть даже смерть. Ведь привычка побеждать редко подводит детектива. Они взглянули друг другу в глаза и засмеялись. Пора выпустить накопившееся напряжение.