Superpowers.

Только когда деревья вновь скрыли за собой тайный проход в деревню эльфов, Чанёль развернул карту, чтобы более подробно рассмотреть её. Та на миг сверкнула солнцем и погасла, лишь слегка переливаясь тусклым золотом. Все сбились в кучу, окружив Пака, вглядываясь в вытесненные на своеобразном свитке значки и дорожки. Без слов, Чанёль нахмуренно несколько раз перевернул карту, пытаясь найти подвох. Остальные молча наблюдали за его действиями, так же не понимая, почему на карте изображено то, что изображено, ведь говорилось им совершенно о другом. Наконец, Бекхён тыкнул пальцем в середину карты и негромко проговорил: - Это что, шутка, или сейчас всё серьёзно? Директор Пак сидел в своём кабинете около окна. Скрестив руки, он с лёгкой улыбкой на губах наблюдал, как все двенадцать учеников сейчас возвращаются обратно в Школу, явно возмущённые и растерянные, а по губам ученика Бёна можно было прочитать: «Я потребую всех объяснений! Что мы, только зря через весь лес для этого прошли?» Развернувшись и подкатив на кресле с колесиками обратно к столу, директор стал дожидаться учеников. Он знал, что они придут, потому что он знал карту, ведь точно такая же лежала сейчас в его рабочем столе, во втором ящике сверху. И нет, дело было совсем не в том, что директор собирался поиздеваться над учениками, он просто хотел их кое-чему научить. Директора не заставили ждать, уже через несколько минут все двенадцать парней без стука ворвались в его кабинет. Впереди всех был Бекхён, который и был разозлён больше всех. По пути обратно в Школу, он нарвался на большой муравейник, и муравьи не стали разбегаться в страхе, а Исин не смог пересилить амулет. Теперь обе руки и даже часть шеи покрывали красноватые, болезненные следы от укусов. Бекхён был настолько возмущён, что амулет не мог полностью сдерживать его гнев. На руках и шее золотистым светом вспыхивали и погасали ниточки вен, загорались и потухали снова и снова, просвечиваясь сквозь тонкую кожу. - Бекхён, успокойся, - Лухан опустил руку на его плечо, но Бён лишь скинул его руку, разворачиваясь, выдергивая свиток из рук опешившего Чанёля и резко опуская его на стол перед директором. - Вы не могли бы нам объяснить, - голос Бека дрожал, но в нём проскальзывала, на удивление, не злость, а обида, - зачем вы отправили нас за этой картой, если она нам не нужна? И идти никуда не нужно! Зачем вы соврали о каких-то десяти днях, о нашем отстранении от уроков? Директор спокойно развернул свиток, внимательно вглядываясь в вытесненные на нём черточки, словно видел их впервые. Проведя кончиками пальцев по картинкам, он даже блеском глаз себя не выдал, что на самом деле знает эту карту, начиная спокойно разъяснять: - Каждый портал находится в каждом из объектов. Они открываются только раз в день, в одно и то же время, когда там никого нет. Нельзя идти туда, куда хочешь. Вы не сможете войти в портал, если не побываете в предыдущем. Вы не сможете находиться больше одного часа в портале, по истечению времени он просто вытеснит вас. В каждом из них вы должны будете найти ключ, каждый из них похож на тонкую серебряную пластинку. Она может быть где угодно, но ваши силы помогут вам в их поисках. Правда, для этого вам нужно будет научиться это чувствовать. Порталы открываются ближе к вечеру, поэтому да, ваши уроки и часы отработки не прервутся. - Но зачем?! – Сехун пнул один из стульев, - зачем вы соврали? В тот раз вы сказали совершенно другое. Зачем вы нас запутываете? - Я не запутываю вас, я и сам не знал, что на самом деле, порталы находятся в этом месте, - голос директора Пака даже не дрогнул, - я просто умею понимать карты. Мне жаль, что вы ходили в лес, чтобы вернуться. Но ведь всё же не зря, у вас теперь есть карта. – Директор протянул свиток обратно Чанёлю. Джонин, ранее молчавший, кажется, психанул. Резко выйдя вперёд и ударив кулаком по столешнице, он чуть ли не прошипел сквозь зубы: - Директор Пак, зачем вы вообще тогда дали нам эти амулеты? Они не помогают, так ещё и мы сами должны избавляться от них. Вам не кажется, что это нечестно по отношению к нам? Мы не подписывались на такое, когда поступали в вашу Школу! – с каждым словом, голос Кая повышался, и под конец он почти кричал на мужчину. Вдруг сзади в его спину врезалась какая-то книга. Обернувшись, Кай уставился прямо на Кенсу. - Ты вообще как разговариваешь? Тебя совершенно не учили манерам вежливости? Если ты нравишься всем здешним учащимся, то это не значит, что ты можешь повышать голос на учителей! – сжимая кулаки, жестко отчеканил Кенсу. В несколько шагов, Кай преодолел расстояние между ними, снова, как тогда в парке, сжимая ткань его воротника и прижимая к стене. - Тебя вообще никто не спрашивал. Если я тогда к тебе благосклонно отнёсся, то это не значит, что ты можешь в меня швыряться всем, чем попало. - Благосклонно? – Кенсу невольно фыркнул. – Это ты крышу имеешь в виду? Тогда может и мне тебя снова ударить, как в тот раз? Чувствительность же не пропала, будет так же больно? - Ах ты, маленький уб… - Кай уже занёс руку, чтобы посильнее врезать наглецу по челюсти, но Чанёль вовремя оторвал младшего от миниатюрного парня, которого сейчас же закрыл собой Минсок. - Кай, ты слишком вспыльчивый в последнее время, успокойся, - Чанёль оттеснил Джонина к другой стене. Тот лишь одернул рубашку, слегка скаля зубы в усмешке и отворачиваясь так, чтобы лицо Кенсу исчезло из его поля зрения. - Итак, - директор негромко кашлянул, привлекая к себе внимание, - надеюсь, вы закончили. Вы можете вернуться к урокам уже завтра, а к часам отработок уже сегодня. И на счёт десяти дней я не врал. Так же, сегодня вы можете приступать к первому «уровню». Примерно часов в семь вечера. Удачи вам. Когда все двенадцать парней ушли, в кабинет вошёл учитель Чон. Поправляя очки на переносице, он негромко спросил: - Я могу приступать? - Да, прямо сегодня. На это будет интересно посмотреть, - чуть улыбаясь, проговорил директор, опуская подбородок на скрещенные руки. На учёбу в этот день никто из групп не успевал, а вот время до отработок было, поэтому перерыв был заполнен возмущением в обеих квартирах. В семнадцатой группе, в основном, возмущались Кай и Сехун, а остальные позволяли им попинать мебель, спуская им чуть больше, потому что они – младшие. - Да как он вообще мог швырнуть в меня книгу?! – в стену комнаты полетела ни в чём не повинная чашка. Крис лениво проводил её взглядом, отмечая, что в этот раз сила удара была больше, раз осколки в пару раз мельче, чем от предыдущей кружки. - Он что, вообще не понимает, что я могу ему врезать? Зачем он сам нарывается? – Кай запустил тарелку в стену, но, словив взгляд нахмуренного Сухо, по привычке телепортировался, ухватив тарелку за миг до её соприкосновения со стеной. Проявлению телепортации уже никто не удивился: все привыкли, что на эмоциях, амулеты совершенно не помогают. - Джонин, а ты вот сам не провоцируйся. Да и достал ты уже со своими играми, оставил бы парня в покое, - отозвался Чанёль с кресла, перебрасывая золотой свиток с одной руки на другую. Честно, он до сих пор не мог понять, почему мать сказала ему о драконах, ведь их не существует как таковых, разве нет? Даже существование их – людей со сверхспособностями и эльфов – само по себе просто чудо природы. Эльфы чуть ли не единственная не людская раса на планете, да и то, о них мало что известно. Хотя, ничто не может исключать существование фей, драконов, русалок и прочих магических существ. Ведь, если есть они, то почему бы и не быть им? - Йа, Чанёль! Ты меня слышишь вообще? – Сехун швырнул в задумавшегося парня подушкой. Огненный парень дёрнулся, не понимая, что на него сейчас накинулось, замахал руками, и лишь спустя несколько секунд сбросил с себя подушку. Сехун тихо хихикнул, после щёлкая пальцами, вновь привлекая к себе внимание развеселившихся друзей. - Вы сейчас ничего не слышали? - Да как он посмел ко мне прикоснуться?! – Тао с Минсоком зажимали уши, пока Кенсу вопил на всю их квартиру о несправедливости жизни. Оба парня, плюс Лухан с Исином, сейчас забились на диван, спасаясь от гнева парня. На вид хрупкий, он раздавал такие подзатыльники, после которых ещё несколько минут в ушах звенело. Причём, раздавал их не намеренно, а лишь потому, что чья-то голова оказывалась в поле его зрения. И как поняли остальные, Кенсу сейчас каждая макушка казалась макушкой нахального Кая, из-за чего Дио уже не замечал ничего, кроме своей цели. Сейчас только Бекхён был цел, и то только потому, что неплохо бегал, и каждый раз умудрялся оказываться за спиной Кенсу. - Ненавижу-у его! – провыл Кенсу, пиная диван, и тут же начиная скакать по комнате на одной ноге, скуля от боли в ушибленных пальцах. Лухан, улучив эту минуту, чуть ли не умоляя, громко зашептал Беку: - Сделай с ним что-нибудь! Он же нас поубивает здесь всех! Ну, кроме Син-Сина, и то только потому, что тот сам исцелится. - А что я могу сделать? – отчаянно прошептал в ответ Бекхён, чудом уворачиваясь от руки Кенсу. Ладонь, пролетевшая мимо новой цели, звонко шлёпнула по стене. И всё бы ничего, если бы спустя несколько секунд по ней не пошли трещины. Одна, вторая, и сотни мелких следом. Ойкнув, Кенсу поспешно убрал руку. Только это не помогло. Обронив несколько струек пыли в воздух, стена, ухнув, обвалилась. В семнадцатой группе было даже слишком тихо, как раз достаточно для того, чтобы услышать очевидный звук чего-то ломающегося. Чен крупно вздрогнул, медленно оборачиваясь, и обнаруживая растерянного Кенсу в довольно большом проёме в стене. - Какого… - Джонде только и успел это сказать, когда резкий голос Кая оборвал его. - Да ты совсем уже свихнулся! Какого хрена ты сломал стену?! Кенсу большего и не нужно было. В миг разозлившись, он переступил через груду разломанного кирпича и вошёл уже в чужую квартиру. - Ты что же, думаешь, я специально это сделал?! Мне и так твоего сволочного лица хватает на учёбе, так какое мне наслаждение видеть его и в общежитии? И дальше всё по сценарию. Кай уже рвался к Кенсу, пока Чанёль с Крисом сдерживали его, Лухан обхватил Дио за плечи и оттаскивал обратно в их квартиру, остальные лишь растерянно посматривали на проём в стене, и где-то на заднем плане раздался протяжный возглас Бекхёна, обессилено повалившегося на подушки: - За что мне всё это? Ничего необычного, всего лишь повседневное времяпровождение в общежитии двух соседствующих групп.