Когда тени обретают неясные силуэты

Большие настенные часы на кухне показывали полночь. Звук безвозвратно таящего времени эхом разносился по пустой темной квартире, наполняя застоявшийся воздух щемящей безысходностью. Одинокая фигурка молодой девушки неподвижно сидела, кутаясь в старую растянутую временем кофту крупной вязки, уставившись ничего не выражающим взглядом в единственный источник света — экран размеренно гудящего ноутбука. Ее кожа в этом свете выглядела неестественно бледной, почти прозрачной. Этой ночью тени вновь не давали ей уснуть, сползаясь со всех укромных уголков комнаты. Тени прожитого дня приобретали размытые силуэты, с каждой секундой становясь четче, окружали, загоняли в угол, заставляя сердце сжиматься, а тело плотнее кутаться совершенно не защищающей в одежде. Лишь мягкий голос в наушниках каплю за каплей растворял отчаяние, закравшееся в душу, заботливо отделяя от окружающей действительности. Она закрыла глаза, вслушиваясь в знакомую мелодию, тьма закружилась разноцветными пятнами за сомкнутыми веками. Из бездумного оцепения выводит легкое, почти невесомое прикосновение к волосам, словно приятное дуновение ветерка, распространяющееся от головы россыпью мурашек по коже. Удивленный, настороженный, немного растерянный взгляд через плечо и приветственная улыбка облегчения на тонких обветрившихся губах. Сильные руки крепко обняли ее плечи со спины.  — Как прошел твой день? — знакомый, чуть хриплый шепот нарушил тишину, обжигая горячим дыханием кожу за ухом. А в ответ лишь улыбка, омраченная воспоминаниями дня, теплые руки поверх его и тихое: — Спасибо, что пришел. Наушники с все еще звучащей мелодией откладываются в сторону за ненадобностью, ведь обладатель любимого голоса сейчас не спеша обходит диван и садится рядом, вновь обнимая за плечи. Вместе с теплотой рук приходит спокойствие и чувство умиротворения на душе. Тени, недовольно подбирая черные щупальца, медленно заползают в свои укрытия по углам, признавая свое временное поражение. Никогда еще безумие не было так близко, победно танцуя размытыми силуэтами на стенах. Невесомое прикосновение губ у виска отвлекает от наблюдения за этим позорным бегством. Ее удивленный взгляд встречается с его теплыми и обеспокоенными глазами, и она понимает, что не ответила на заданный вопрос.  — Был довольно тяжелый день, — наконец отвечает она, положив голову на его плечо. — Не хочу вспоминать.  — Но тебя что-то беспокоит… Не поделишься со мной? Она вздохнула и начала нервно теребить в руках пуговицу на запястье. Говорить не хотелось, не хотелось ворошить былые мысли, которые только успокоились в ее голове. Не хотелось разрушать воцарившееся умиротворение, так не хватавшее в течении дня. Но молчать не получалось, обеспокоенность проскальзывающая в его голосе не позволяла отмахнуться от вопроса. Хотелось стереть ее из интонаций, заверить, что все в порядке, что нет ничего страшного. Только врать тоже не получалось. И она рассказывала. Говоря о том, что ее беспокоит, девушка заново переживала моменты из прошлого, воспоминания душили, подкатывая к горлу тяжелым комком. Она все продолжала говорить, слова и эмоции, находившиеся долгое время в заточении в глубине сердца рвались наружу. Голос иногда подводил ее, срываясь на всхлипы, тогда он крепче прижимал ее к себе, гладил по спине, пытаясь успокоить. Мягко стирал подушечками пальцев редкие слезинки, катившиеся по покрасневшим щекам. Целовал в макушку, когда она переставала говорить, собираясь с мыслями. Она медленно успокаивалась под его мягкими прикосновениями и песней, которую он напевал ей в полголоса, согревая кожу за ушком своим горячим дыханием. Его мягкий и обволакивающий бархатом голос дарил спокойствие и чувство невесомых бабочек на душе. Пустота и одиночество, разрывавшее грудную клетку изнутри, отступали, растворяясь бесследно. Этой ночью тени больше не мешали ей уснуть. Его голос — единственное, что подарило ей исцеление и сладкий сон этой тревожной ночью. Пусть даже эти невесомые прикосновения — ложь, а человек рядом — несбыточная мечта, обретшая неясные очертания в тусклом свете от экрана ноутбука. И пусть сейчас она сидит тут в темноте своей пустой квартиры и разговаривает сама с собой. И пусть, что с ней действительно что-то не так. Пусть. Главное, что эта маленькая ложь придает ей силы, а музыка спасает от одиночества.