Гарри Повар и Философский Парень

В Большом Зале царил хаос, удивительно, но его устроил не Гарри. Ну, это пока. За преподавательским столом сидела небольшая кучка людей. Во главе находился старик в черной футболке с надписью „I love metal!“, он сделал пальцы „козой“, призывая таким образом к тишине учеников. Рядом с директором сидел очень странный черноволосый мужчина с крючковатым носом. Этот был одет в вызывающую яркую одежду, как у хиппи, держал в руке цветочек и мило улыбался первокурсникам, которые ждали распределения. Гарри передернуло от этого нелепого вида. Эти два человека особенно сильно бросились Повару в глаза. Но когда он посмотрел на край стола, то увидел не менее странного мужчину. Лиловый тюрбан вечно сползал ему на глаза, а вид был настолько глупый, что Гарри прыснул, за что получил раздраженный и довольно-таки злой взгляд от МакГонагалл. Остальные учителя ничем не смогли привлечь нашего героя. Хотя стоило бы волноваться, здесь слишком много странных личностей. Но Гарри подумал, что вполне сможет среди них прижиться. Он не без интереса разглядывал Большой Зал и людей, находящихся там. Его взгляд остановился на поношенном головном уборе, лежащем на трехногой табуретке. Это была Распределяющая Шляпа, Гарри уже стал думать, что их всех надурили, и пора возвращаться домой, запасаться оружием для диверсии в своей маггловской школе, но тут у Шляпы появилось что-то напоминающее рот, и она запела: Наверно, тысячу лет назад, в иные времена, Была я молода, недавно сшита, Здесь правили волшебники — четыре ебанутых колдуна, Их имена и ныне знамениты. И первый — Годрик Гриффиндор, долбаный храбрец, Хозяин дикой северной равнины, Кандида Когтевран, коварства, мести образец, Волшебница из солнечной долины, Малютка Пенни Пуффендуй была их всех тупей, Её взрастила сонная лощина. И не было коварней, хитроумней и сильней Владыки курева — Салли Слизерина. У них была идея, план, мечта, в конце концов Со всяким там подвохом и злодейством Собрать со всей Британии упоротых юнцов, Способных к воровству и чародейству. И воспитать учеников на свой особый лад — Своей закваски, своего помола, Вот так был создан Хогвартс тысячу лет тому назад, Так начиналась хогвартская школа. И каждый тщательно студентов избивал По заслугам, росту и фигуре, И по душевным свойствам, и разумности начал, Которые ценил в людской натуре. Набрал неадекватных Гриффиндор, не трусивших курить, Для Когтевран — лишенные ума пристрастие, Для Пенелопы Пуффендуй — упоротые в зад, Для Слизерина — жадные до власти. Всё шло прекрасно, только стал их всех вопрос терзать, Покоя не давать авторитетам — Вот мы умрём, и что ж — кому тогда пиздюлей всем раздавать Ученикам на наших факультетах? Но с буйной головы меня сорвал тут Гриффиндор, Настал мой час, и я в игру вступила. „Доверим ей, — сказал он, — наши взгляды на отбор, Ей не страшны ни время, ни могила!“ Четыре Основателя процесс произвели, Я толком ничего не ощутила, ну, это почти. Всего два взмаха палочкой, и вот в меня вошли Их разум и магическая сила. А не то, что вы подумали, грязные извращенцы! Теперь, дружок, хочу, чтоб глубже ты меня надел, Я всё увижу, мне не ошибиться, Насколько ты упорот, туп, накурен и неадекватен, И я отвечу, где тебе учиться, тварь! Повар поистине оценил эту песню и громко зааплодировал. Оказалось, он один в Зале хлопал, а все остальные стояли с раскрытыми ртами, кроме Гермионы, потому что она не слушала Шляпу, а спокойно продолжала щелкать семечки. И вот началась сортировка детей на факультеты. Гарри наскучило стоять тут просто так и смотреть на этих ребят, поэтому он мысленно критиковал каждого, проходившего распределение. — Блейз Забини! — выкрикнула Минерва МакГонагалл с длинным свитком в руках. „Ниггер, а ходит тут один и без оружия. Сомнительный тип, я его запомню“, — подумал Повар. К трехногому табурету подошел смуглый мальчик. Шляпа кинула его в Слизерин, куда Гарри, например, не очень хотел. — Невилл Долгопупс! „Жиробасу не мешало бы на диету. И это его я сбил на платформе, что ли?“ — озадаченно думал Гарри. — Гриффиндор! Невилл побежал к столу красно-золотого факультета, где все ему аплодировали, Гарри лишь фыркнул на это и скрестил руки на груди. — Драко Малфой! „Хипстер и молокосос. Гопмиона выбрала легкую мишень, но груша для битья хорошая, да“, — справедливо заметил он. Блондина распределили на Слизерин, а у Повара полностью отбилось желание с ним общаться, еще толком не появившись. — Рон Уизли! Рон опять был в своей маске, он глубоко вздохнул и поплелся к Шляпе, которая его тоже на Гриффиндор забросила. — Гарри Повар! — крикнула МакГонагалл. Странно, но Гарри ничуть не волновался, а вприпрыжку дошел до табуретки и удобно уселся на нее. Ему на макушку надели Распределяющую Шляпу, и Гарри услышал в голове голос. „Так… Что тут у нас..?“ — начала задумчиво Шляпа. „Кепка, кто тут дилер?“ — застал ее врасплох Повар. „Флитв… Эй! Парень, о чем ты думаешь?!“ — недоуменно поинтересовался головной убор. „О шлюхах, сексе, наркоте и о мире во всем мире, конечно“, — парировал мальчик. «Если бы тут был факультет „Азкабан“, я бы направила тебя туда вне очереди вместе с этой Гопмионой и половиной школы! И откуда вообще такие берутся?» — возмущенно выдала она. „Если ты отправишь меня в Слизерин, я высыплю в тебя лоток миссис Норисс (о ней он услышал, а точнее подслушал у старшекурсников) или отправлю на швейную фабрику, и ты станешь стрингами для очередной девицы из местного борделя или Дамблдора“, — проигнорировал ее выпад Гарри. Он отвечал спокойным, ровным голосом, будто это для него раз плюнуть. Хотя, в принципе, так и есть. Шляпа заметно занервничала. „Ах, ты маленький..! Хорошо… Только никогда больше ко мне не приближайся!“ — пригрозила она и громко заорала: — Гриффиндор! „Дамблдор носит стринги? Чего еще я не знаю об этой школе?“ — озадачено подумала Распределяющая Шляпа, когда мальчик спрыгнул со скамейки. Конечно, он не знал, какое белье у директора, просто ему надо было припугнуть нерадивый головной убор. Гарри с напускной невинностью направился к столу факультета помидорного цвета. Там ему громко хлопали и радовались, что сам Гарри Повар будет учиться с ними. Но мальчику стало искренне жаль их, ведь никто даже не догадывался, какие планы созревают в голове юного волшебника. Он следовал правилу, которое Рон вычитал ему из своей книги: Имейте больше, чем показываете. Говорите меньше, чем знаете. Повар дождался конца распределения, хотя планировал все-таки узнать про здешние сортиры сразу, как его рассортируют на какой-нибудь факультет. Как только церемония подошла к концу, директор поднялся со своего места и опять сложил пальцы в форме „козы“. Постепенно в зале наступила тишина, и Гарри решил этим воспользоваться, поэтому стал довольно громко про себя завывать гимн Британии, обращая тем самым множество недовольных взглядов в свою сторону. А кто посмеет заткнуть песню о величии королевы? — Я не понял, надо подпевать или что? — зашептали ребята за столом. Продолжая одиночное исполнение песни, Гарри сделал невинное лицо, как бы не замечая раздраженности в глазах учеников, и устремил внимание на Дамблдора. — Выступление завораживающе-прекрасное, но напоминаю, гимн на распределении мы не исполняем, нам уже давно запретили так порочить репутацию Англии. Спасибо, что вообще еще не прикрыли. Так, начнем уже! Добро пожаловать в Хогвартс! — Дамблдор предпочел не растягивать церемонию и перебил Гарри, говорил он очень низким хрипловатым голосом. — Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько приятных слов. Вот эти слова: Queen! AC/DC! Metallica! Slipknot! Gorillaz! Всё, всем спасибо! Дамблдор сел на место, а Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Гарри сразу понял, что тут все под чем-то сидят, и решил, что при таком раскладе легко вольется в коллектив.

***

— Вот дерьмо, — выругался Повар на всю комнату, когда увидел ее размер. — Чё так мало места-то? Это же ущемление прав ребенка! — Свои права дома качать будешь, а сюда ты учиться приехал, — ответил ему Перси Уизли, открывая дверь, чтобы выйти. — Постой, — кинул Гарри невинным голосом. — А где здесь находится кухня? Перси на секунду остановился и непонимающе на него посмотрел. — Зачем тебе? — Надо, на всякий случай, — хихикнул мальчик, сделал большие глаза и мило надул губки. Актер, конечно, из него никакой, но он старался как мог. — Гм, ну, хорошо, — немного неуверенно сказал Уизли. — Добраться до кухни можно, спустившись в подземелье замка. По коридору нужно дойти до натюрморта с весёлыми фруктами и пощекотать грушу на данной картине. Груша сразу начнёт хохотать и превратится в зелёную ручку, с помощью которой можно открыть проход. — Спасибо! — не остался в долгу Повар и вытолкнул Перси за дверь. Господи, ручка начнет хохотать, груша там во что-то превратится... Повар решил, что и сам найдет кухню без неадекватных подсказок. Рона, Невилла, Симуса и Гарри поместили в одну спальню. Последний был очень недоволен таким соседством, ну, может, только против Уизли он ничего не имел. — Нам еще повезло, брат, — успокоил его Рон. — Чаще улыбайся — что бы ни было. Повар закатил глаза на его цитату, в его мозгу родилась мысль уничтожить книгу по философии, но он решил промолчать. — Я спать иду, аривидерчи! — крикнул Гарри и пошел расправлять постель. Соседи по комнате недоуменно уставились на него. — Еще же только девять вечера, да и вещи ты не разложил, — напомнил Невилл. — Заткнись, у меня завтра трудный день, — Гарри отвернулся к стенке и засопел. Действительно, он хотел покорить всех учителей в первый же день. Парни пожали плечами, стараясь лишний раз не связываться с Гарри. Даже про кухню не решились спрашивать. Еще бы, ведь он уже навевал страх, а от самого Повара несло хаосом или табаком, а может, алкоголем с порохом, но никак не выпечкой. Никто так и не смог определить, да и не старались, ибо он все равно никого не посвятит в свои дела.