Кролик без страха в глазах

Маленькое предисловие: Несмотря на то, что Луссурия написал приехать не раньше десяти дней, Реборн решил, что не нужно так долго ждать, и наши герои полетели в гости к Варии уже через семь дней. - Итак мы летим в Италию! - Сказал Реборн обращаясь к стене. - Реборн, ну пошли уже, мы на самолет опаздываем! - Больше всех как всегда суетился Тсуна. - В путь!... Чувствую поездка будет веселой. - И не надейся! - Ответил на это Савада. *** Тсуна сидел в самолете рядом с Реборном, и оба молились за то, чтобы все было хорошо. При взлете самолета у Тсуны обнаружилась боязнь высоты, и теперь он так трясся от страха, что дергался самолет, как-будто они попали в зону турбулентности. Хаято все это время пытался заснуть, но при такой тряске это было невозможно, да еще и Ямамото, который сидел рядом, постоянно шептал ему в ухо что-то про бейсбол. Секунда, и самолет содрогнулся от вопля доведенного подрывника. Встав с места Гокудера, вооружившись динамитом, пошел разбираться с пилотами, почему они так долго летят, по дороге распугав всех пассажиров, включая и трясущегося Тсуну. Хаято зашел в кабину пилота, но никого там не обнаружил. Через секунду до него дошел весь трагизм ситуации, и в эту же секунду появился Ямамото. - А где пилот? - Тут и до Такеши дошло. - Мы падаем - Радостно объявил он повернувшись к пассажирам. - А чего они все вопят? Ямамото сел за штурвал - Эти вот огоньки - это посадочная полоса? - Да - Хаято все еще не понимал, что тот собирается делать. - Значит, надо только его посадить. - Беззаботно сказал он, а потом добавил чуть серьезней - Если мы умрем... Хаято, запомни, я люблю тебя! - Не-е-е-ет!!! - У Гокудеры сдали нервы и он отключился прямо там. Очнулся он уже на земле. Для него так и осталось загадкой, как, ничего не знающий бейсболист мог посадить самолет, да еще и, как потом выяснилось, со сломанным двигателем. До места назначения они добрались почти без происшествий. Прибыв на место Вонгола обнаружила огромный, жутковатого вида замок. Ворота были открыты, хотя никого не тянуло входить. Наконец, решившись, Тсуна переступил порог. Первый этаж оказался огромный, но нам царила полная тишина. Поднявшись по лестнице на второй этаж все остановились возле двери. На самой двери висела бумажка: Гостиная. Не входить убьет. Слово убьет было зачеркнуто и исправлено на убью. Сразу чувствовался и почерк Занзаса, и его отношение к гостям. Никто не решался открыть дверь...