Новые Старые Сказки

      Кто-то нагло толкнул ее в бок, залез на ее кровать, практически лег прямо на нее.       – Отстань, Карр, – отмахнулась она.       – Карра здесь нет, – прозвучал знакомый голос. – Он полетел к дедушке.       Ата тут же проснулась и взглянула на него – гостя в своей комнате. И спустя мгновение захватила его в объятия, словно хотела убедиться, что он настоящий. И облегченно вздохнула, когда так оно и оказалось.       – Ты меня сейчас задушишь, – простонал ее младший брат.       Улыбаясь, она освободила его из своих объятий, но заключила его лицо в ладони, разглядывая, стараясь проглотить в свою память каждую черту его лица.       Сероглазый, как их отец; без голубого осколка в глазах, положенного в семье по материнской линии. С такими же темными, как и у нее, волосами. Бледноватый, но что поделать, если это семейное.       – Тебе опять приснилось что-то плохое? – тем временем спросил он. – Снова кто-то умер?       – Нет, что ты, – прикусив губу, а потом улыбнувшись, покачала она головой. – Все было в порядке.       – Но тогда почему ты плачешь? – он протянул руку к ее лицу и стер ее слезы.       – Я просто радуюсь, Энгир, просто радуюсь, – вновь обнимая его, укачивая, словно баюкая, проговорила она, а заодно поцеловала в лоб.       – Может, все-таки расскажешь о своем сне папе? – глядя на нее, предложил он.       – Папе?       – Да, – он закивал и заулыбался. – Он должен сегодня к нам приехать.       Слезы радости вновь накатили на глаза. Папа жив. Энгир здесь, с ней. Какой же долгий и темный был сон! Но тут она вспомнила: сны имеют обыкновение сбываться. Когда она это осознала, соленые капли уже не были радостными: они отдавали холодом и горечью.       Ее брат выбрался из ее объятий, слез с кровати и направился к выходу из комнаты.       – Энгир! – позвала она брата.       – Я в столовую! – откликнулся он. Дверь за ним закрылась, и она услышала, как он побежал.       Радостная, счастливая, улыбаясь, что-то напевая, она встала, переоделась, убрала кровать. Подойдя к зеркалу во весь рост в знакомой светлой раме, она накинула на себя мантию. Ее верхняя одежда была на удивление целой и выглядела как новая. А, нет, это во сне у мантии был разорван подол и то тут, то там на ней были заплатки. Этому еще не скоро суждено произойти. Она поискала взглядом по своей полупустой спальне шляпу... О, зачем она это делает? Она же не носит головных уборов! А потом схватив с тумбы расческу, она принялась за волосы. Раз взмах, другой взмах и... на пол медленно опустилось черное перо. Ата подняла его. Воронье. И тут же выронила. Вновь оно плавно дошло до пола. И ведьма следом за найденным опустилась на колени. Откуда здесь перо? Ведь это было сном! Но возможно, оно принадлежит Карру, он все же стар, уже не молод и временами теряет перья. Да, так оно, скорее всего, и есть, успокоила она себя.       Но, тем не менее, Ата огляделась по сторонам. Что-то было не так в ее спальне. Полы, стены, потолок, кровать, тумба, зеркало, – все это было светлым, как и должно, но не совсем. Чего-то не хватало. О, эти сны! Они вновь играют в злую шутку с ее памятью. Все в порядке. Все так, как должно быть. Просто эти вещие сны порой сводят ее с ума.       А потому, облегченно вздохнув, она направилась на поиски брата. Всю дорогу по этому огромному светлому месту, она время от времени облизывала губы.       – Энгир, ты снова наколдовал себе сладости? – спросила она, наконец, найдя своего младшего брата в одном из залов.       – Нет, – искренне покачал он головой. – А что?       Она снова облизнула губы.       – Такое чувство, что я объелась сахарной пудры.