Все еще твой

«Снова здесь этот!» - закатил глаза Артур, вставая на лыжи и застегивая крепления. День для биатлона сегодня выдался на редкость удачным: безветренно, легкий морозец. Трассу для соревнований готовили со всей тщательностью. - Привет! – помахал рукой высокий юноша в светло-зеленом костюме. На его груди красовался номер девять. – Что за кислая мина? - Эмрис, отвянь! - огрызнулся Артур. Разговаривать с этим парнем, который вот уже два раза подряд обставлял его в гонке, совсем не хотелось. Вдобавок, сердце все еще ныло после болезненного расставания. - Ты все такой же грубый, - пожал плечами спортсмен. – Я не заслужил такого отношения, даже если мы с тобой теперь не вместе. Да и прошло уже так много времени. - Мне все равно, что ты думаешь обо мне, - парень убрал светлые волосы под шапку. – Сегодня я обязательно у тебя выиграю, оставив так далеко позади, что даже успею проехаться с британским флагом, улыбаясь для фоторепортеров. - Ты просто не умеешь достойно проигрывать, Артур… - покачал головой его давний противник. - Я разве разрешал тебе называть меня по имени? - Что ж, удачи, - холодно произнес Мерлин Эмрис, представитель Ирландии на соревнованиях, стараясь не показать, как на самом деле ему до сих пор больно слышать ненависть в словах «бывшего». Парень ушел, а Артур попытался успокоиться. Чего это он так взбесился, только увидев Мерлина? Впереди гонка. Надо сохранять спокойствие. Несмотря на то, что ирландец выводил Артура из себя своим везением, нельзя было не отметить, что тот находился в идеальной форме. И когда улыбался, ямочки на щеках выглядели все такими же соблазнительными, как и раньше… Выслушав последние наставления тренера, Артур приготовился к старту. Винтовка за спиной не болтается, лыжные палки удобно лежат в ладонях, очки не запотели… Раздался сигнал, и лыжники ринулись в бой. Сначала все двигались в одной группе, затем несколько спортсменов вырвались из общего ритма. Швед, россиянин, немец и среди них, естественно, затесался ирландец – Мерлин Эмрис. Артур заметил отделившихся и поднапрягся. Впереди еще два огневых рубежа, отыграется на стрельбище, нельзя слишком загонять себя, иначе это скажется в дальнейшем и ему просто не хватит «дыхалки». Лыжи скользили идеально, они с тренером угадали с их выбором. Пошел снег, ветер стал усиливаться. Артур не знал, как отстрелялись фавориты, но закрыв все мишени из положения стоя, а затем после нескольких кругов дистанции так же отлично отстрелявшись еще и из положения лежа, он смог, наконец, заметить, что попал в тройку лидеров. Остальные наматывали штрафные круги, и оказались слишком далеко от них. Мерлин шел вторым, впереди отчаянно боролся за победу россиянин под шестым номером. Артуру удалось поравняться с Эмрисом после очередного поворота трассы. - Догнал все же… – сумел бросить юноша, понимая, что говорить во время гонки себе дороже. – Еще два огневых рубежа… - Я справлюсь, ты за собой смотри… Так они и двигались почти вровень, то один вырывался вперед, то второй, но оба все никак не могли догнать представителя Сборной России. К последнему рубежу тройка лидеров подошла почти одновременно. Трибуны замерли. Сейчас решалась судьба медалей. Кто же станет чемпионом и получит золото? - Сделай одолжение - промахнись, - кинул Артур Мерлину, стараясь выровнять дыхание, чтобы прицелиться. Мерлин поднял винтовку, удобно устраивая ее на плече: - Я все еще люблю тебя. И я не спал с Грегори… - произнес Мерлин перед тем, как начать стрельбу по мишеням. У Артура задрожала рука, и он чуть было не промазал, но сосредоточившись, покрыл все мишени с первого раза. Мерлин справился немного позже. Россиянин не попал один раз, и ему пришлось использовать дополнительный патрон. - Ты сделал это специально! – зло бросил Артур, закидывая оружие за спину, понимая, что сейчас за победу в гонке они будут бороться вдвоем, если, конечно, россиянин не включит второе дыхание на финише. - Возможно, - протянул Мерлин, покидая стрельбище. – Хотел увидеть твою реакцию… У тебя все еще остались чувства ко мне… - Идиот! Не мешай мне побеждать! Артур рванул из последних сил по лыжной трассе, минуя флажки на обочине, слыша крики болельщиков, свое имя со всех сторон. Мерлин не отставал, а перед финишной прямой они оказались наравне. Двое спортсменов двигались почти синхронно, и непонятно было, кто же в итоге победит. Артур чувствовал, как у него дрожали ноги от усталости, перед глазами начали плясать круги, а во рту словно образовалась пустыня. Еще чуть-чуть. Еще немного. И тут Мерлин вырвался вперед, показывая, что способен творить чудеса на последних секундах. Артур обреченно смотрел в спину ирландца, вновь сокрушаясь: быть вечно вторым его уже порядком достало. Скорее всего, он закончит свою карьеру и займется чем-нибудь другим… Например, будет тренировать детей в футбольной школе… Мысли о ближайшем будущем прервал странный маневр Мерлина: он притормозил практически у самой черты, и лыжи Артура первыми пересекли ее. Он победил? Не может этого быть! Упав на снег, пытаясь отдышаться, он практически не слышал восторженных выкриков, летевших со всех сторон. Эмрис специально проиграл ему…. Артур поднял голову и встретился взглядом с пронзительными серыми глазами своего соперника по гонке. На лице парня красовалась улыбка, искренняя и теплая настолько, что ей можно было согреть весь мир. Но это тепло дарили только ему – Артуру. Окончательно запутавшись в своих чувствах, уже чемпион отвернулся. Почему Мерлин нарочно проиграл? И нужна ли ему такая победа? И что делать с осознанием того, что эти два года ничего не изменили в его сердце, и сероглазый парень все еще оставался его возлюбленным. - Поздравляем! – англичанина окружили со всех сторон, оттеснив Мерлина. – Ты это сделал! Во время официальной церемонии Мерлин молчал, а Артур старался лишний раз не смотреть в его сторону. Он все еще не знал, что ему делать, а самое главное, что ответить на высказанное признание в любви во время гонки. Стоит ли вновь впускать в свою жизнь того, о ком пытался забыть долгие месяцы? Мозг просто взрывался от всего этого. Вечером следующего дня устроили банкет в честь призеров прошедших соревнований. Артур выбрал строгий синий костюм без галстука и белую рубашку с расстегнутыми верхними пуговицами. Все же это не прием у ее Величества. Здесь можно и расслабиться, что Артур и собирался сделать. Приглашенные гости наслаждались приятной классической музыкой, оркестр играл что-то из творчества Ференца Листа. Официанты в идеально сидящих формах сновали тут и там, предлагая гостям шампанское и другие напитки. Впереди Артура ждал небольшой отпуск, отдых дома, встречи в друзьями… Но об этом он думал меньше всего, так как все его мысли занимал лишь один человек – Мерлин. Он появился в зале, одетый в серую классику, густые волосы были уложены в идеальную прическу. По ним так и хотелось провести пальцами, ощутив их шелковистость. К Мерлину тянулись люди, он ослепительно улыбался всем, кто обращался к нему, и Артура это несказанно злило. Черт, да он ревновал! И это бесило его еще больше. Он и не заметил, как выпил больше шампанского, чем планировал. Стало душновато. Извинившись перед девушкой, чье щебетание он на самом деле даже не слушал, Артур стал пробираться через толпу, ища дверь в коридор. Музыка плавными нотами доносилась из зала и уже не так резала слух. Оглядев длинный холл, парень замешкался: где здесь искать уборную, в конце-то концов? - Тебя проводить? – послышался знакомый голос. Мерлин положил свою руку на его плечо. - Я и сам могу справиться, - отмахнулся Артур. – Уйди! - А по-моему, нет. Давай я тебе все же помогу, - подхватив за локоть возмущенного таким поведением Артура, Мерлин потащил его за собой. Когда они оказались в туалете, где дизайнерская мысль приняла исторический уклон, отчего на стенах красовались разнообразные древние символы, Мерлин отпустил бушующего Артура. - Эй, да что с тобой?! С какого хера ты ко мне пристал?! - Ты пьян, - спокойствие Мерлина еще больше выводило из себя. – Тебе стоит отправиться в гостиницу, там принять душ и лечь спать. - Ты мне что, мамочка?! Отвали! - Знаешь, я переживаю за тебя… - ответил Мерлин, прислонившись плечом к лакированной двери одной из кабинок. - Не смеши… Если ты мне поддался в гонке, это не значит, что я теперь твой должник по жизни. Признайся, ты сделал это, чтобы потом насмехаться надо мной? Это твоя своеобразная месть из-за того, что я бросил тебя? – Артур видел, как губы Мерлина сжались в тонкую линию. – Что ж, твой хитрый план удался. А теперь оставь меня в покое! - Сейчас ты не следишь за тем, что говоришь. Но даже твоя резкость не может заставить меня разлюбить тебя… - Снова ты за свое… Знаешь, меня уже тошнит от тебя и твоей песни про любовь! - простонал Артур и, прикрыв глаза, оперся спиной о стену позади. - Ты как-то назвал меня идиотом, - Мерлин сделал несколько быстрых шагов и оказался совсем близко от Артура. – И ты оказался прав, я именно он и есть, потому что люблю того, кому не нужен! Я, правда, пытался выкинуть тебя из головы и из сердца! Только вот с каждым днем еще больше любил тебя. Пускай я тебе противен, ты, наверное, жалеешь, что когда-то был со мной. Но просто знай, то, что было между нами, навсегда останется в моей памяти как самое лучшее из случившегося в этой жизни! - Мерлин наклонился, быстро поцеловал Артура в губы и стремительно покинул помещение. Впав в ступор после всего высказанного и сделанного бывшим любовником, Артур открыл кран и подставил руки под холодные струи воды. То, что сейчас произошло, это ведь конец всему? Мерлин больше не вернется. Не будет доставать своими признаниями, бросать пылкие взгляды и улыбаться так, как улыбался одному лишь ему, по-особенному, словно дарил все сокровища земли. Артур посмотрел на себя в зеркало. Светлая челка падала на глаза, в которых отражались безумная тоска и ярость от того, что язык снова подвел его. Он ведь хотел сказать совсем иное: что по-прежнему любит, что хочет начать все с самого начала, послав прошлое куда подальше. И жить вместе. Как раньше. - Блядь! – Артур ударил кулаком в зеркало, оно треснуло, а костяшки окрасило кровью. Боль всегда отрезвляла быстрее всего. Да и не так уж он много выпил, как пытался показать Мерлину. – И зачем я ему сдался, такой придурок? Больше не раздумывая ни секунды, понимая, что если сейчас он не поторопится, то Мерлин будет потерян для него навсегда, парень кинулся к выходу. Мерлин уже успел поймать такси и садился в него, как подлетевший Артур вцепился в дверь машины. - Постой! - Что случилось? Ты недостаточно высказался о том, как ты меня ненавидишь? – спросил Мерлин, между тем отметив кровоточащую рану на правой руке Артура. Эмрис не смог скрыть своего беспокойства за напускной маской равнодушия. - Я совсем не это хотел тебе сказать. Извини, я осел! Болван! Называй как угодно! Но не уезжай, пока не выслушаешь меня. Ты мне нужен, Мерлин! Я врал, когда говорил, что это не так. Водитель резко прервал признание Артура, обратившись к ирландцу. - Так вы будете садиться, молодой человек? Чуть помедлив, Мерлин ответил: - Нет, спасибо, - и захлопнул дверь такси. Артур с надеждой смотрел в родные глаза, ожидая ответа. - Я, конечно, очень зол на тебя, и хотел бы высказать все, что думаю о тебе, но вот только на улице минус, а ты не надел куртку, и это меня напрягает, - Мерлин улыбнулся, и Артур понял, что еще не все потеряно. – Если ты заболеешь, то винить станешь меня. А слушать твое ворчание я уж точно не собираюсь! – парень протянул ладонь Артуру, и тот крепко сжал холодные пальцы, чувствуя, как по телу распространяется тепло от соприкосновения рук. - Значит, я прощен? - Почти… - хитро прищурился Мерлин. С небес медленно падал снег, растущая луна сверкала сквозь редкие облака. Эпилог - Ты снова меня сделал! – выдавил из себя Артур, как только смог восстановить дыхание. - Не всегда же тебе носить на шее золоту медаль, - усмехнулся Мерлин, наклоняясь, чтобы снять лыжи. Вокруг шумели трибуны. Очередная гонка «масс-старт» закончилась победой ирландского лыжника. - Ничего, я отыграюсь сегодня вечером. В моем номере. Жду тебя ровно в десять. В серых глазах заблестели игривые искорки. - Ты серьезно так думаешь? Ладно, принимаю твое приглашение. Я приду, а там мы посмотрим. В эту ночь Артур любил Мерлина так, словно это был их первый раз. Медленные волнующие ласки, возбуждающие прикосновения пальцев. Он угадывал все желания своего партнера и доводил до сладкой дрожи экстаза. Он был сверху, затем под Мерлином. Любовники меняли позы, находя новые чувствительные местечки на телах друг друга. Усталые и умиротворенные после продолжительного секса, парни еще долго лежали в тишине, закрыв глаза, чувствуя единение родственных душ. Конец