Две стороны одной медали

Ночь в очередной деревушке на окраине королевства проходила так же, как и все остальные: спокойно, беззаботно и мирно. Мерлин с друзьями остановился здесь на время, чтобы пополнить запасы и побыть среди людей, которым нужна помощь, но главное, ему снова хотелось почувствовать этот дух сплочённости наполненных оптимизмом людей, живущих в почти впроголодь. Как и большинство других деревень, эта не отличалась достатком, но крестьянам беды не мешают жить счастливо. Каждый день они встают рано утром и дружно идут на поля работать почти до самой ночи, и при этом каждый из них чувствует, что жизнь хороша. Они получают удовольствие, их руки делают что-то во благо себе и окружающим, и не радоваться этому Мерлин просто не может. Всякий раз видя подобное, он понимает, что не зря затеял путешествие, и сложно представить сколько ещё всего интересного, забавного, примечательного ждёт его впереди, если он и его друзья пойдут дальше. За три месяца пути они прошли совсем немного, но успели помочь нескольким сотням нуждающихся, и это лишь начало. Миссия выполняется, люди счастливы, наверное, для этого маг и был рожден. Думая о своём, Мерлин не заметил прихода Келен. Девушка тихо подкралась к волшебнику и присела рядом. - Как там Натаниэль и Эндрю?- спросил юноша, наконец отвлёкшись от фантазий. - Они в порядке. Наш бравый рыцарь учит детишек, как нужно стрелять. - В темноте?- удивился он. - Да. А как ещё научить стрелять горящими стрелами? Келен улыбнулась и продолжила рассказ, чувствуя всякий раз облегчение, покой и смирение, когда разговаривала с Мерлином. Именно эти дары девушка приносит всем остальным, когда выслушивает их, а сама получает их нечасто. - А Эндрю, кажется, понравилась одна очень милая девушка. Они сейчас на крыше амбара, смотрят на звёзды и яркую луну и мило разговаривают. - Приятно слышать, - слегка улыбнулся маг новостям, которые в последнее время только радуют и более не приносят разочарования. - Вот только по тебе не видно! - Чего это? - Я не вижу на твоём лице счастья. Оно где-то глубоко внутри тебя, и меня это настораживает. Ведь жизнь, которая у нас сейчас, тебе нравится, ты хотел уйти от Артура и сделал это, собрал нас и теперь стоишь во главе. Жизнь меняется, но только не ты. - Иногда меня пугает твоя проницательность, - не без доли шутки отозвался маг, продолжая мечтать и в то же время смотря на Келен, которая, словно лазутчик, глядела на него, почти не моргая, будто пыталась что-то узнать. - А меня пугаешь ты. - Со мной всё хорошо. - Не уверена, - не отставала она, стараясь дать возможность Мерлину выговориться. Он этого никогда не делает, слишком замкнуто относится к простому разговору «по душам», стараясь держать всё в себе. Именно по этой причине Келен и посоветовала завести дневник, куда можно записывать все ощущения, приключения и чувства, которые он испытывает, но боится признаться в них друзьям. - Ты прости меня, но я сейчас не настроен говорить, - отнекивался маг. - Прости, не хотела докучать, просто каждому нужно говорить, от этого полегчает. Вот увидишь, даже в том, что произошло с тобой, можно найти положительные стороны, и рассказав о них и о своем отношении ко всему, можно найти умиротворение. - Сомневаюсь, что это поможет, - не соглашался юноша, продолжая вспоминать каждую деталь своей неудачи, как в этом мире, так и в другом. Ощущения становятся только острее, как будто всё произошло недавно. Казалось бы, нужно стереть все воспоминания прошлой жизни и часть этой, но юноша не может. Он не хочет избавляться от них, ведь иначе тот новый Мерлин, рожденный на смертях, предательстве и лжи, просто исчезнет, перестанет существовать, вновь превратившись в того доверчивого паренька, кем являлся когда-то. Такого нельзя допустить, иначе всё повториться, только будет гораздо хуже и болезненней. - Прости, но я хочу спать. Увидимся завтра, - сказал он и, поднявшись с подстилки, направился к дому, который им выделила приютившая их семья. Их сыну Мерлин помог вылечиться от болезни, мешающей нормально дышать, подарив ребенку второй шанс. Проходя мимо резвящихся вокруг Натаниэля детишек, чародей улыбнулся, радуясь, что рыцарь нашёл себя, и с хорошим настроением вошёл в дом. Жилище, как и все остальные дома в деревне, было бедным. Обстановка скудная: стол, пара стульев, посуда и пара кроватей. Совсем немного, но даже такой малости им хватало, чтобы жить счастливо, лишь бы все были здоровы, а остальное не важно. Буквально падая от усталости, маг прошел через кухню, оказавшись в своей каморке, рухнул на кровать. Всего несколько секунд потребовалось ему, чтобы уснуть крепким здоровым сном и хотя бы на время позабыть обо всём, что тревожит, но лёгкость и одухотворённость, обычно приходящие следом, так и не явились. Спустя какое-то время Мерлин открыл глаза. Громкий жалобный, безумно знакомый крик девушки пробудил его. Вскочив с кровати, он выбежал на улицу в надежде отыскать источник шума и понять, что происходит, но открыв дверь дома, юноша оказался в месте, никак не похожем на дворик деревни, через который совсем недавно прошёл. Это было пустынное поле, заросшее сорняками и мелким кустарником. Посреди него возвышалось дерево, высота которого по-настоящему впечатляла. Оттуда и исходил крик, становившийся с каждым мигом всё громче, пронизывающий до глубины души. Девушка продолжала звать на помощь. Она будто бы совсем не слышала голоса идущего к ней мага, пытавшегося понять, что происходит. Приблизившись к дереву, Мерлин наконец увидел её, и каким же было удивление мага, когда перед ним, прикованная цепями за руки и за ноги так сильно, что по смуглой коже пестрилась кровь, оказалась Гвеневра, напуганная, израненная, ищущая спасения и не знающая, придёт ли оно. Чародей ускорился и всего через мгновенье был рядом с другом. Он тут же попытался освободить её, но всякий раз, когда рука юноши касалась цепи, она проходила насквозь, словно вокруг не было ничего, кроме пустоты, иллюзии, презренно насмехавшейся над ним. И лишь спустя несколько минут он понял нереальность происходящего, ведь Гвен не видела его стараний: девушка смотрела куда угодно, но только не на него, продолжая ждать помощи извне. Раньше Мерлину нередко приходилось сталкиваться со снами, так сильно напоминающими реальность, что порой хочется поверить глазам, ведь сон заставляет проникнуть в происходящие события, и уже не замечаешь тонкой грани между двумя мирами, теряешь нить, способную вернуть обратно, в настоящий мир. И на этот раз он едва не поверил увиденному, но вовремя успел осмыслить и понять. Кто знает, чем всё закончится, и как бы на это маг отреагировал. Всего мгновенье спустя приезжает Артур. Он спускается с лошади и бежит на помощь к любимой, так сильно ожидавшей своего спасителя. Разрубив мечом цепи, принц наконец обнимает Гвеневру, которую, по-видимому, не видел долгое время. Ведения, приходящие к Мерлину, как бы то ни было, всегда исполняются. Он вспомнил о том, как находясь в междумирьи у кристально чистого озера, в его водах увидел себя, стоящим на обложенном хворостом костре, и Артура, в руках которого был факел. Всё, увиденное в тот миг, сбылось. Маг действительно горел, но, к счастью для него, смерть так и не пришла, хоть и очень хотела, а то, что происходит сейчас, отличается от всего, увиденного ранее. Казалось, ничего больше не произойдёт, но волшебник ошибался. Как только Гвеневра была освобождена, за спиной Артура появилась Моргана. Её губы кривились в язвительной улыбке, помогающей сбивать с толку врага демонстрацией бескрайней самоуверенности и собственного превосходства. Принц явно не удивился её присутствию, словно знал, что это случится, и пригрозил смертью, наставив устрашающий меч, что лишь подняло настроение ведьме, и она сказала единственное, что запомнилось Мерлину: «Сторонись не меня, а ту, что сзади!» Ожидать такого маг просто не мог. Гвен выхватила кинжал и вонзила его в спину Артура. Тот повернулся к ней, всё ещё не осознав случившегося, но вместо любимой женщины увидел роскошные развевающиеся волосы Моргаузы и её злую, ликующую, как у сестры, ухмылку. - Это было очень просто, Артур Пендрагон. Попрощайся со всеми, кого ты знаешь. Больше вы не увидитесь! Глаза Моргаузы зажглись светом. Достав из-под плаща небольшую вещицу, похожую на статуэтку какого-то божества, ведьма вынула нож из спины принца и отбросила его на середину поля. Измазав кровью отлитую в золоте голову фигуры, она произнесла заклинание, и земля под ногами Артура затрещала. Словно при землетрясении всё вокруг тряслось, гремело и ревело. Раненный принц, не удержавшись на ногах, упал на землю, в место, где прошла одна из трещин, с каждой секундой расширявшаяся, всё больше напоминающая овраг. Мерлин, невзирая на всё, что произошло между ним и Артуром, не мог смотреть на гибель некогда близкого единственного друга, но сделать ничего не мог. Оставалось только наблюдать и ждать, ради чего две могущественные ведьмы пришли на безлюдную пустошь. Мгновение спустя из образовавшейся расщелины один за другим стали выбираться существа, созданные магией лишь для одной цели: захват и уничтожение. Похожие на людей, но выглядевшие, словно их изваляли в грязи, воины противника заполняли некогда пустынное поле на радость своим создателям, и в конце концов перед ведьмами стояла целая армия, готовая идти в бой по первому зову. Артур же смотрел на врага. Его бледное лицо было почти безжизненным, он только в последний раз осознал, как сильно ошибался в сестре, любовь к которой всегда была безгранична. - Мы идём в Камелот, немедленно....