Взгляд из темноты

POV Frank

      Вокруг лишь томительная тишина, которая давит на уши, скука, съедающая остатки моего хорошего утреннего настроения. Мной овладевает чувство полнейшей безысходности, как будто весь свет в мире померк, и остался только мрак, поневоле уничтожающий всё прекрасное на своём пути. Нет, я не в тюрьме. Это – своеобразный конец света, который, как сильно бы мне этого не хотелось, начинается в сентябре, каждый гребанный год.       Сейчас я сижу за своей партой, которая находится прямо возле учительского столика, и смутно слышу голос учителя истории, который в очередной раз пытается донести до моих одноклассников какую-то чушь. Всю эту прилежную обстановку полного непонимания темы прерывает внезапно открывшаяся дверь, в рамках которой тут же появляются два силуэта. С видом полного безразличия к факту того, что сейчас идёт урок, заходит наш директор – мужчина лет пятидесяти, страдающий шизофренией и резкими переменами настроения. Позади него, еле волоча ноги, появляется маленький красный комок, плотно сжавшийся и засунувший свои руки в карманы толстовки. - Здравствуйте, ребята, - класс только сейчас заметил приход незнакомца и директора. – Знакомьтесь - это наш новый ученик – Джерард Артур Уэй. Можно просто Джерард, да? – он обратился к тощему пареньку, который стоял, как суслик, будто бы ему жутко холодно. Джерард лишь кивнул головой в знак согласия, не промолвив ни слова. Множество вечно любопытных глаз, ищущих того, над кем бы посмеяться, принялись изучать незваного гостя, так бесцеремонно, не сказав ни слова, вломившегося в монотонную и наскучившую жизнь сего класса. Поначалу я, опять же пытаясь выделиться среди остальных, не стал обращать на него никакого внимания, делая вид, что мне абсолютно всё равно, продолжая выводить какие-то каракули в своей тетради. - Итак, Джерард, - обрывая ход моих мыслей по поводу того, какую гитару выпросить у мамы на день рождения, с тупой натянутой улыбкой обратился директор к этому существу, которое до сих пор, хотя бы ради приличия, не хотело вытаскивать свои лапы из карманов и что-либо говорить. - садись к Фрэнку. - новичок послушно поплелся к моей парте и без лишних слов уселся за нее, как будто так и надо. Я, с секунду прибывавший в шоке от такой неслыханной наглости, всё же решил, что лучше будет начать разговор первым, а то ему, скорее всего, жутко не комфортно: - Привет, как я вижу, ты понял, что я и есть тот самый Фрэнк, - решил я взять ситуацию в свои руки. - Слушай, не лезь ко мне. И вообще лучше думай, что меня здесь нет, - совершенно неожиданно, грубо и с презрением обратился он ко мне, от чего я, мягко говоря, встал в ступор. «Окей, приятель. Не хочешь разговаривать? Не надо», - подумал я, тут же забыв о его присутствии.       Именно так мы и просидели все уроки – ни сказав друг другу ни слова, ограничиваясь лишь некоторыми бросками косых взглядов. Каждый звонок с урока – для меня словно музыка, открывающая дорогу в более приятное место. Я, всё так же не обращая внимания на этого тощего нахального типа, собрал свои шмотки и с довольной рожей направился к выходу из класса, а затем, собственно, из школы.       День сегодня был просто потрясающий, что тут же подняло мне настроение после этого секундного конфликта с Джерардом и утомительных уроков. Дорога от школы до остановки, на которую я, впрочем, и направлялся, шла около пяти минут, давая мне вполне достаточно насладится свежим ветерком и солнечными лучами, слегка обжигающими мою кожу. Стоило мне подойти к остановке, как моё состояние полной эйфории нарушил режущий уши крик, который, насколько я понял, пытался выкрикнуть моё имя. Я настолько привык, что до меня никому нет дела, что подобная выходка несколько вывела меня из себя, я уже было приготовился обернуться и с видом бывалого гопника наехать на нарушителя моего внутреннего спокойствия, если бы не внезапная потеря равновесия от жуткого зрелища, которое предстало предо мной, стоило мне обернуться: - Блять! Ты меня напугал! - пытаясь поднять свой зад с горячего асфальта, выругался я на Джерарда, который стоял надо мной настолько бледный, что, если бы не мой инстинкт самосохранения, столь внезапно проявившийся в виде жестокого падения на твердый асфальт, я бы, наверно, заорал, как резанная курица, при виде вот этого страшного от невероятной белизны лица. - Ой, прости, - сделав гримасу а-ля «как я мог такое допустить?», положив указательный палец себе на нижнюю губу, легонько прижимая её к подбородку, голосом четырнадцатилетней девственницы сказал Джерард. – Кто же знал, что ты у нас такая неженка! – он поднял свои брови, постепенно выводя меня из себя. - А ты меня прости за то, что выглядишь, как мертвый сатана! – заорал я на него так, что прохожие потихоньку стали коситься на нас – двух обдолбанных одиннадцатиклассников, ведущих столь "милую" беседу. На него нахлынула волна дикого, я бы даже сказал истерического смеха. Он начал смеяться на всю улицу, оставляя меня в полном непонимании того, что в моем ответе такого смешного. Меня потихоньку начинают раздражать его перемены настроения. То он мистер «не подходите ко мне, я зол», то - "посмотрите на меня, какой я общительный мертвец". Думаю, что это не последняя странность, из-за которой я буду ломать голову, в виду знакомства с этим, пока что не известным мне, созданием. - Ладно, извини за то, что вел себя таким образом, - более менее успокоившись, дав мне руку, чтобы я наконец-то поднял свою, теперь уже грязную от пыли, задницу с этого раскаленного бетона. - И за то, что не разговаривал с тобой. Надо было просто привыкнуть к обстановке и все-такое. Непросто каждый год переходить из одной школы в другую. - Непросто? Насмешил, - решил поддержать я разговор, одновременно пытаясь отряхнуть свой белый зад. – Я в этом классе с семи лет и до сих пор не знаю имен дармоедов, с которыми учусь, - выражение лица Джерарда, который был явно в полном недоумении от сего факта, заставило меня слегка улыбнуться.       Я смотрел на него, а он на меня, мило улыбаясь до тех пор, пока не подошёл автобус. Мы уселись в него так же быстро, как успели доехать и выйти на одной и той же остановке. Но это не единственное забавное совпадение, которое впоследствии откроет меня новый мир. Мир, в котором у меня впервые появится родная душа, имя которой – Джерард Артур Уэй.

***

      Утро, дико орущий будильник, падение с кровати. Не знаю, как мне это удается, но последнее стало моей утренней привычкой. Потому что я победитель по жизни. Да, это я - тот самый Фрэнк Айеро. Я, поднявшись с пола, который уже стал мне второй кроватью, напялил свои джинсы, решив, что полностью одеваться еще рано, и направился на кухню, чтобы заварить себе вкуснейший утренний кофе. Что, как не он, подарит мне дух утренней бодрости? Господи, я несу чушь, прям как тот чувак в рекламе. Стоило мне выйти из комнаты, как до меня уже донесся приятнейший аромат, который явно веял с кухни. «Это же блинчики с шоколадом!» - подумал я, после чего как маленький ребенок побежал на туда, всё так же улавливая этот великолепный запах. Полнейшей неожиданностью и обломом всей жизни стало внезапное, совершенно непредсказуемое и до жути нахальное появление в моем доме этого красноволосого пугала, поедающего МОИ блинчики, пьющего МОЙ кофе и мило разговаривающего с МОЕЙ матерью. - Привет, Фрэнк, - с совершенно бесстыдным и невозмутимым видом обратился он ко мне, продолжая запихивать в рот очередную порцию. «Вот наглая морда», - понеслось у меня в голове. - как спалось? - Привет, - еле выдавил я из себя, сдерживая дикое возмущение от увиденного. – что ты, позволь спросить, - с язвительным акцентом продолжил я. – тут делаешь? – заканчивая всё это мило натянутой улыбкой, дабы показать, что я, мягко говоря, недоволен столь нахальному появлению этого создания в своем доме. - Фрэнк, Джерард зашел за тобой, – так вовремя встряла в разговор мама, продолжающая крутиться возле плиты, разряжая напряженную обстановку, повисшую между нами. - и почему ты о нем ничего не рассказывал? Такой хороший мальчик! – вот это поворот. Что это только что было? Моя мама не переносит чужих людей в доме! А тут она вот так запросто впустила ЭТО в дом, покормила и поддержала милую беседу?! Сказать, что я, мягко говоря, прибывал в шоковом состоянии - ничего не сказать. Стараясь все-таки не обращать на него внимания, что было очень даже сложно, я позавтракал, окончательно оделся, и мы, еще раз переглянувшись пожирающими взглядами, направились с Джерардом в школу. Именно с этим наглым Джерардом, который съел все мои блинчики, имея наглость выпить весь мой кофе!