Мои проблемы никого не касаются

-Ты сама спустишься или тебя спустить? -Сама! - Сказала я, на что он поднял руки в верх и улыбнулся, мол, сдаюсь. -Давай я полезу первым, там предпоследняя ступенька хлипкая, если вдруг что, то хоть поймаю. -Нас двоих ступенька выдержала, а меня одну нет что-ли. -Буркнула я, но согласно кивнула головой. -Эй, ты чего? Не в том же дело. Мало ли какая ты неуклюжая, так безопасней будет. -Он усмехался и когда я тяжело вздохнула быстренько подошел к краю и начал спускаться, а потом с третьей ступени и вовсе спрыгнул. -Давай, только аккуратно и не зацепись на за что. - Крикнул он. За кого он меня принимает? Может он вообще думает, что я первый раз по лестнице лажу? Тем не менее я спустилась быстро(не знаю, насколько грациозно правда) и когда добралась до третьей ступеньки то тоже подумала спрыгнуть, но побоялась, что неудачно приземлюсь, я просто минула вторую ступень. Когда наконец я сошла на землю я победоносно хмыкнула, на что он едва ли сдержался, что б не рассмеяться. -Слезла и не хуже тебя, индюк. -Еще раз хмыкнула я. -Почувствовала землю под ногами, так теперь обзываться? -Он обиженно надул губы, но глаза стали смотреть жестче... или мне показалось. -Ага. -Я широко улыбнулась, я всегда так делаю, когда попадаю в конфузившие меня ситуации. -Будешь бежать, догоню и очень рассержусь. Я тебе тут показываю кусочек своей души, а ты... -Вдруг он ни с того, ни с сего стал выглядеть еще строже. Кусочек? Почему не частичка? Главное, не заржать. Не заржать. Улыбка сама выкатилась на лицо, но он лишь посмотрел на меня и спросил: -Ты же опаздываешь, пойдем? -Да, пошли. -Я вдруг всполошилась, а ведь действительно, отсюда до дома не меньше часа езды при том, что сейчас час пик. А потом мы пошли не очень быстрым шагом, но и не медленным и я понурила голову задумавшись. Мы шли молча, я не знала как оживить разговор, а он кажется, о чем то думал. Я уже почти придумала тему разговора, как он спросил: -Сколько тебе лет? -Пятнадцать... -Он удивлено посмотрел на меня. -А тебе? -Мне восемнадцать. Выглядишь ты старше. -Угу, на все шестнадцать? -Еще старее. -Улыбнулся он. -Спасибо. -Снова буркнула я. Бурчу, бурчу, а что я вообще хочу? -Не ворчи. -Он обнял меня за плечи. -И не газуй так сильно, чуть наш поворот не прошли. -У меня же есть штурман, мне то что. -Смотри, а то не уследишь за дорогой и кто знает, куда я тебя заведу. -Но ты так безобидно выглядишь. -Состроила глазки я. -Эй, под ноги хоть смотри. -Он пропустил мою реплику мимо ушей, но обратил внимание на камешек, о который я чуть было не споткнулась. Он был темно-зеленым, как будто из болота и сантиметров пять в диаметре, так что моим пальчикам на ноге могло быть достаточно больно. Мы разговаривали не о чем, задавая не имеющие значения вопросы, очень нелогичные и от того невпопад. Он спросил, люблю ли я Бродского, я сказала, что да, он сказал, что совсем не знаком с его творчеством. Я узнала, что он нигде не учится и работает барменом в ночную смену. Мы ехали в метро и там я призналась, что ненавижу белый шоколад и не умею танцевать. Он посмеялся. Он рассказал, что в свободное время катает на скейте и время от времени рисует. Он сказал, если бы мы встретились еще раз, он бы научил меня катать. Я согласилась с горящими глазами, а потом подумала, что мы ведь совсем друг другу ничем не обязаны, и может случиться так, что не встретимся. Он провел меня до самого подъезда и на прощание потрепал по волосам и записал мой номер. Все зависит от него, я теперь завишу от него, от его звонка, я не могу строить планы(которых у меня и так не предвидится)так как я хочу, что бы он научил меня катать на скейтборде. Я думала о том, что мне будет очень больно, если он не перезвонит до самого момента пока не вола в квартиру, где моя мать сразу накинулась на меня с расспросами. И вдруг я очень испугалась, что продиктовала где-то в своем номере не ту цифру.