Под чужой луной

Красноватая иминдианская луна была в эту ночь видна лишь на половину – и всё же довольно ярко озаряла степь, отделяющую столицу от Кинтальских гор. В степи – посередине между столицей и горами – два человека сидели у костра. Один из них был очень молод, другой казался сорокалетним – и только при внимательном взгляде можно было заметить, что ему не больше четверти века. – Вот мамой клянусь – не хотел я больше тырить, как с рудника откинулся! – говорил этот второй, с аппетитом вгрызаясь в кусок кровяной колбасы. – А тут иду, гляжу – ты дрыхнешь, и дух от твоей сумки такой… ну, не устоял, понимаешь ли! Откуда ж мне знать, что ты… – Что я не безоружен? Ты это хотел сказать? Тот молча покосился на палку с металлическим набалдашником, лежавшую возле правой руки юноши, и поспешил сменить направление разговора. – Жратвы-то не жалко? Самому, небось, путь неблизкий? – Ничего, по пути полно поместий, я умею читать, писать, составлять гороскопы – не пропаду. Ешь, не стесняйся. – А я вот не пойму – с чего ты меня кормишь? Мог ведь и пришибить, а? – Если приходится выбирать между справедливостью и милосердием – выбирай милосердие, справедливых и без тебя сыщется предостаточно… так говорил мой учитель. – Что ещё за учитель? – Господин Вьет, придворный астролог. Он в этом году был осуждён за богохульство… кстати, ты не встречал его на руднике? – Неа, он по дороге помер. – Откуда тебе это известно? – Да парень один говорил, который с ним по этапу шёл. Душевный был парень… тоже помер, – каторжник вздохнул. – Прими мои соболезнования, – отозвался юноша. – Да чего уж там… у нас каждый день кого-нибудь к телеге оттаскивали. Хотя странно, конечно: такой крепкий был, мог за день две нормы выдать – и так быстро скопытился. Ученик астролога поспешил увести разговор от печальной темы: – Куда ты теперь думаешь направиться? – Да к Кольцу иду. Мне тот парень рассказал, как в его мир перейти. – Думаешь, тебя там ждут? – Здесь меня точно никто не ждёт, – криво усмехнулся он. – А ты теперь куда? – К морю, в Кьеленг. – А что там, в Кьеленге-то? – Да много что… говорят, король туда столицу перенести думает. – А кто говорит-то? – Торговки на базаре. – Ну, если бабы на базаре говорят – значит, точно! А ты-то что там делать собираешься? – Да хорошо бы к кому-нибудь из тамошних философов в ученики! – Думаешь, примут? – Положим, у меня есть кое-что, что может их заинтересовать. – Вот как? И что же? Юноша посомневался, прежде чем сказать: – Ты не донесёшь на меня жрецам? – Это уж не сомневайся! – заверил собеседник. – Чтоб я со жрецами ещё связывался!... – Когда арестовали господина Вьета, – начал парень, развязывая мешок. – Стражники разбили трубу, но они не знали, что есть ещё одна. Вот, смотри! – он приложил к глазу собеседника трубу, направляя её на ночное светило. – Не пойму, что это там… вроде как горы? – Это Рьин, – пояснил юноша. – Видишь, это не лик богини, это земля – как наша. – Ну точно – колдовство! – Это не колдовство, – объяснял молодой астролог. – Смотри, вот здесь стёкла, они собирают свет и позволяют видеть то, что находится далеко. – Ну вы, колдуны, даёте! – с восторгом проговорил его собеседник, видимо, так и не проведя черту между колдовством и наукой. – Так я не понял, Рьинн – это ж богиня, откуда горы-то! – Это не богиня, – пояснил астролог. – Не лик богини. Это земля. А наш мир – это такой же шар в пространстве. – Вечно вы, колдуны, чего-нибудь выдумаете, что ум за разум зайдёт! – почти раздражённо бросил бывший вор. – А вот если ты такой умный, так скажи мне, к примеру: ежели Рьинн – не богиня, мы-то все откуда взялись, а? – Не знаю, – задумчиво ответил юноша. – Мой учитель как-то сказал, что если у Вселенной есть Творец, то он не такой, как те боги, которым мы молимся. – А какой же? – Прежде всего, Он не должен быть подвержен человеческим порокам… …Посреди иминдианской степи два человека смотрели в небо – и где-то там среди других звёзд сияли солнца Нового Асураса и Новой Лантии.