Чистая фантастика

Насыщенный аромат кофе разбудил Джина утром. Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Осмотрев большую, очень стильную спальню в сине-черно-серых тонах, он нахмурился. Эта комната ему была совершенно незнакома. Поерзав на кровати, Аканиши восторженно вздохнул — она была на удивление мягкой. Пушистое одеяло и гора подушек так приятно расслабляли, а темно-серое постельное белье из непонятного материала было очень хорошего качества, что давало ощущение комфорта, выползать из такой постели совершенно не хотелось. Джин потянулся и вдруг понял, что он совершенно голый. Самое интересно, что он совсем не помнил, как тут оказался. Задумчиво почесав макушку, Джин попытался вспомнить, что вчера с ним происходило. Память услужливо воспроизвела огромные бездонные глаза, в которых хотелось утонуть. Джин сел и, подтянув подушки, облокотился на них, размышляя. Неизвестно, куда бы завели его эти мысли, но дверь приоткрылась, и в комнате появился черноволосый парень. Настороженно уставившись на незнакомца, Аканиши решал, задать ли черноволосому множество вопросов, крутящихся у него в голове, или пристукнуть чем-то тяжелым, на всякий случай, а то мало ли какие намерения у незнакомца. Словно не замечая настороженного взгляда Джина, незнакомец улыбнулся во весь рот и протянул Джину халат, нахально устраиваясь рядом с ним на кровати, попутно внимательно изучая как ценный экспонат музея. Джин сам не знал почему, но он автоматически прикрылся одеялом. Ему вдруг стало неудобно за свой вид. Чернявый потрогал его волосы и изрек: — А ты ничего. Теперь понятно, почему Ямапи на тебя так запал. Вспышка света накрыла сознание, сжимая болью виски. Джин передернул плечами, вспоминая все события вчерашнего дня. Теперь он точно знал, что перед ним сидит Нишикидо Рё, а парень, про которого он говорит, — Ямашита Томохиса, его босс. Вот на этой мысли Аканиши стало себя жалко, ведь он всё-таки надеялся, что всё, что с ним произошло, лишь сон. Не было никаких летающих машин, корабли пришельцев не бороздили просторы вселенной, и он не копался во внутренностях умирающего человека. Действительность оказалась намного страшнее и увлекательнее, чем сон. В подтверждение этой мысли дверь в спальню снова открылась, и перед парнями появился Томохиса. Вид у красавчика был уставший и потрепанный. Глаза стали ещё более бездонными, а под ними появились серые тени. Уставившись на Нишикидо, эти глаза сразу потемнели. — Рё... — голос как бы предупреждал о чем-то плохом. Нишикидо тут же отодвинулся от Джина подальше, удобно устроившись у него в ногах, не переставая улыбаться. Было такое впечатление, что всё, что происходит в спальне, очень его забавляет. В наступившей паузе желудок Джина напомнил о себе урчанием. Сжавшись, Аканиши постарался заглушить смущающие его звуки. Перед этими крутыми парнями хотелось выглядеть таким же значимым, вот только его оголенность и издаваемые животом звуки к этому не располагали. Словно ничего не слыша, Ямапи подошел к кровати и почти приказал: — Рё, сделай мне кофе. Я не спал уже трое суток, — не спрашивая разрешения у Джина, Ямашита лег рядом с ним на кровать и вытянулся, явно получая от процесса удовольствие. Несмотря на приказ, Нишикидо не спешил покидать кровать. Покрутив рукой у виска, он обратился к Ямапи: — Ты дурак, нужно было выпить этого арианского пойла, что мы привезли с последней вылазки и силы вернулись бы мгновенно. Ямашита посмотрел на Рё, как на ненормального: — А ты слышал что-нибудь о побочных эффектах? О том, как останавливается сердце? Рё хмыкнул. — Ну, у тебя теперь есть он, — Нишикидо кивнул на Джина. — Вылечит, если что. Ямапи потянулся, скосив глаза на Аканиши. — А вдруг не успеет? И потом, он ещё слабо представляет, что нужно делать, к тому же на людях его способность так быстро не работает. Почему так, никто точно сказать не может, возможно, наша раса такая, а возможно, все дело в том, что способности проявляются только в космосе. И вообще, не заговаривай мне зубы, лучше иди и принеси нам кофе и что-нибудь из еды. Слышишь, человек есть хочет, да и я голодный, как зверь. Нишикидо поднялся. — Нашли тут себе служанку, — пробурчав себе под нос, он неспешно направился к двери. Проводив Рё взглядом, Ямашита развернулся и дотронулся рукой до руки Джина. — Ну, ты как? Чувствуешь себя лучше? Пока шел разговор, Джин размышлял о превратностях судьбы. Прикоснувшись пальцами к своим губам, он спросил: — Пи, это все был не сон? Нишикидо в дверях тут же развернулся и стал хохотать. — Пи! Чудное прозвище. И как это я не догадался сам его тебе дать? — продолжая смеяться, он быстро выскользнул за дверь, потому что Ямапи бросил на него такой красноречивый взгляд, что трудно было не понять, что парень по этому поводу думает, но все равно, уже закрывая дверь, Рё выдал: — Кажется, мне он определенно нравится. Ямашита запустил в Рё подушкой, но не попал, а потом развернулся к Джину и нахмурился. Все это время Аканиши сидел, глупо улыбаясь, он и сам не понял, как это у него такое вырвалось. — Ты можешь меня так называть, но только тогда, когда докажешь, что на что-то способен, а пока я для тебя Ямашита-сан и никак по-другому. Джин фыркнул. — Это почему так официально? Ты со мной одного возраста, а строишь из себя неизвестно кого. Ямапи стукнул Джина по голове. — Ну во-первых, я твой семпай. Во-вторых, твой Защитник, и в-третьих, твой начальник, потому что с сегодняшнего дня ты числишься в нашей фирме на должности аналитика. Кстати, у тебя неплохая зарплата будет, а я как бы, если ты ещё не в курсе, являюсь руководителем этой фирмы. Джин хлопал глазами. — Ты руководитель этого конгломерата? Ты же так молод, не может быть. — Потом Джина озарило: — Тебе, наверное, фирма перешла по наследству? — Нет, не по наследству, а скорее вот поэтому. Ямапи посмотрел на пульт от телевизора, который лежал на полке рядом с самим телевизором, встроенным в стенку. Пульт вдруг оторвался от полки и поплыл по воздуху прямо к ним на кровать. Джин одурел, пытаясь не удивляться. Пи насмешливо взглянул на его вытянутую физиономию. — Вообще-то, я мог включить телевизор и без пульта, но решил, что так смотрится эффектней. Еще я могу делать много других вещей, но главное — ставлю силовой барьер, а именно это будет в будущем спасать тебе жизнь. В фирме я являюсь посредником между людьми и инопланетянами, а заодно охраняю их друг от друга. Джин сглотнул, у него опять вся информация не укладывалась в голове. — Ты думаешь, я так тоже смогу? Ямапи покачал головой. — Нет. Ты Спасатель. Ты лечишь. Вот, например, вчера ты за каких-то двадцать минут спас командора корабля, на котором мы находились. А ведь уже никто не верил, что он выживет, и никто ему уже не мог ничем помочь, даже все самые крутые инопланетные технологии. Вот поэтому тебе предлагают работу в Космической гвардии. Ты будешь Спасателем, а они тебе будут платить деньги и довольно большие. Кроме того, ты будешь работать в моей фирме. — Но я ведь ничего не умею. Ямашита кивнул. — Вот для того, чтобы научиться, тебе придется пожить несколько месяцев на корабле, так сказать, пройти стажировку. Там тебя научат владеть телом, новым технологиям, обращению с оружием и вождению шаттлов. Всему самому необходимому, что тебе пригодится. Во всяком случае, все мы через это прошли. Потом тебе присвоят номер в Гвардии и должность лейтенанта, — Ямапи испытывающе посмотрел в глаза Джина. — Кстати, пока не поздно ты можешь отказаться. Тебе сотрут память о вчерашнем дне, и ты опять вернешься к нормальной жизни. Аканиши думал, что за это время он уже утратил способность удивляться, но как оказалось не совсем. Он пораженно уставился на Ямашиту широко открытыми глазами. Ямапи не смог сдержаться и рассмеялся. — Ты такой забавный, когда на меня так смотришь. Джин сглотнул, не реагируя на последние слова Ямапи, его сейчас волновало совершенно другое. — И что, я совсем ничего не буду помнить? Ямапи наклонился совсем близко к его лицу и успокаивающе погладил Джина по щеке, заставляя парня отшатнуться от дружеского жеста, больше похожего на ласку. — Не переживай. На всех это по-разному действует. Как правило, стирается только ненужная тебе информация. В твоем случае, только вчерашний день и всё, что с ним связано. — Значит, у меня есть выбор? — Пока да, потом стирать придется всю память, и создавать новую, а это довольно сложно. Ямашита был настолько серьезен, что Джину даже стало страшно. Он вдумывался в слова начальника и не понимал. — Как я могу принять решение касательно того, о чем я ничего не знаю. Я ведь не знаю толком, что буду делать. Вот ты. Ты сразу все решил для себя? Как получилось, что ты работаешь на инопланетян? Ямапи вдруг состроил рожицу, нечто среднее между просто глупой мордашкой и несогласием со словами Джина. — Я работаю на себя в первую очередь, потом работаю на людей, живущих на этой планете, пусть это немного пафосно звучит, но это так. А ещё работаю на японское правительство и нашу страну. Просто так совпало, что инопланетянам это тоже выгодно. И потом, у меня была другая ситуация. У меня сразу не было выбора, мне его никто и никогда не предоставлял. Осмысливая слова Ямапи, Аканиши прикидывал, что он теряет и что приобретает. Вообще это было интересно — совсем другая жизнь, полная приключений. Он будет настоящим дураком, если не согласится. Да ещё за эту работу будут платить деньги. Он сможет закончить колледж и докажет родным, что все-таки на что-то способен. У Джина снова заурчало в животе. Подняв глаза на Ямапи, он, встречаясь с его насмешливым взглядом, состроил ему рожицу, чтобы не смеялся. Тот решил выяснить, что его так развеселило. — На тебя интересно смотреть, все чувства отражаются на лице. И как ты выжил с такими эмоциями. Вот сейчас ты даже можешь мне не говорить, я и так знаю, что ты будешь с нами работать. Пи посмотрел на дверь, и та сама открылась, а Ямашита крикнул: — Рёёёёёёёё! Нишикидо тут же появился в проеме. — Когда уже у нас будет еда? Нишикидо видимо хотел показать какие-то вариации на тему «а не пошли бы вы подальше», но встретился со взглядом Ямапи. — Я вам что, домохозяйка? — сдерживаясь, язвительно произнес Рё, почему-то глядя на Джина. — И я тебя тоже очень сильно люблю. — Ямашита сделал такую мордаху, что складки на лбу Нишикидо сразу разгладились. — Вечно я тебе подчиняюсь, — пробурчал он и удалился, но, правда, ненадолго. Он вернулся с полным подносом еды и двумя чашками кофе. Как только поднос оказался на кровати, никого не нужно было приглашать к еде, челюсти заработали сами. Джин, наконец получивший еду, был бы совсем доволен, если бы еще Ямапи и Рё не смотрели на него так пристально. — Что со мной не так? Оба парня, как по команде, покачали головой. Не понимая, что с ними, чувствуя себя неуютно под их взглядами, Джин философски пожал плечами и продолжил трапезу, ведь неизвестно было, когда он теперь ещё раз сможет нормально поесть. Он был так увлечен, что не заметил, как Ямашита, заметав в рот всё, что лежало на тарелке, переместился поближе к нему, довольно потянулся и прикрыл глаза. Аканиши понял, что Ямапи уснул, только когда Рё потряс его за плечо, убирая поднос, и, приложив палец к губам, скосил глаза на Ямашиту. Джин посмотрел на парня, который, сложив руки на груди, сладко посапывал. — Одевайся. Я тебя сам отвезу на корабль, ему нужно поспать. Джин вздохнул, он понимал, что Нишикидо, наверное, прав, но рядом с Пи было так надежно, что уходить не хотелось. Рё, Джин не то, что опасался, он, скорее всего, ему почему-то не доверял. Он сам не мог объяснить почему, просто было такое чувство. Надев халат, Джин последовал за Нишикидо. В принципе у него не было особого выбора, он не настолько знал ребят, чтобы изъявить желание поехать только с Ямапи. Уже садясь в машину и пристегивая ремень безопасности, Аканиши поинтересовался у Рё. — А что, Ямашита действительно владелец фирмы, в которую я ходил устраиваться на работу? Нажимая кнопки на пульте, Нишикидо кивнул. Джин, ободренный вниманием, продолжил расспросы: — Вас так же, как и меня пригласили работать? Рё зыркнул на Джина. — Не совсем. Если Ямапи захочет, сам все расскажет, если нет, значит, тебе об этом знать не надо. А что это он тебя так заинтересовал? Уже влюбился? Джин фыркнул и насупился: — С чего это ты сделал такие выводы? Я с ним вроде работать буду, вот и интересуюсь. Нишикидо кивал головой, но весь его вид говорил о том, что думает он совсем не это. — Говори что хочешь, но я предупредить должен. Статья 257, пункт 45, подпункт 3 устава космической гвардии. Цитирую: «Между гвардейцами или лицами, работающими в Космической гвардии, запрещены личные отношения». Джин уставился на Рё как на придурка. Он искренне не понимал, к чему весь этот разговор. — Я парень и он тоже, — заявил он, как будто это что-то объясняло. Нишикидо улыбнулся. — Ты дурак, Аканиши, разве это чему-нибудь мешает? Вот полетаешь с нами по космосу, поймешь. Там такое можно увидеть. Ребята как ненормальные потом бросаются на все, что движется. К тому же, в Гвардии есть очень красивые виды, например лиринианцы. Они очень похожи на людей, но только выше ростом и невозможно красивы. Понятие полов у них размыто. Есть, конечно, мужчины и женщины, но размножаются они уже очень давно искусственно. Потому в них легко влюбиться, что в мужчин, что в женщин. Правда, с чувствами у них напряженка. Их трудно развести на них. Зато, говорят, уж если влюбятся, от них трудно отделаться, но наш вид их совсем не интересует. Мы по их понятиям слишком приземленные создания. Например, не слышал ни разу, чтобы лиринианец влюбился в землянина. Единственное, чем мы их привлекаем это набором эмоций. Они заколебались убирать из космоса наш эмоциональный хлам. У людей слишком много негативных эмоций. Вообще, они созданы для того, чтобы созидать, поэтому им трудно воевать, но приходится. Обычно они занимают руководящие посты в Гвардии, а воюют за них наемники. В общем, я зря это тебе рассказываю. Лиринианцы — это элита космоса, с ними могут сравниться по интеллекту только Древние, но эти вообще стараются ни с кем не контактировать. И общение и с теми, и с другими нужно заслужить. В ближайшее время тебе ничего такого не светит. Джин внимательно слушал Нишикидо, ему казалось, что он читает какой-то фантастический рассказ, хотя он их раньше вообще не читал. За это время они подлетели к кораблю и, влетев в открытый шлюз, припарковались в ангаре. Вылезая из машины, Рё ещё раз бросил насмешливый взгляд на Аканиши. — В общем, я тебя предупредил насчет Томо, а ты сам решай. Джин пожал плечами и последовал за Нишикидо, он не хотел задумываться над словами Рё, потому что не мог представить, как это — влюбиться в парня, пусть даже такого красивого, как Ямапи? * * * Не чувствуя своего тела, Джин лежал на кровати в своей каюте и смотрел в потолок. Он с трудом повернулся, и кровать сразу повторила за ним его движение, приняла оптимальную форму для усталого тела. Прошло три недели с тех пор, как он появился на корабле, а Джина всё ещё восхищали все эти технологические штучки. Мало того, что его комната тут была запрограммирована только на его ДНК, и никто кроме него не мог сюда войти, — компьютер давал разрешение только вышестоящему по званию и то в случае опасности для жизни, — так ещё и сама комната подчинялась его мыслям. Комната была небольшая, но очень функциональная, она могла создать ему любой земной пейзаж, если он этого хотел, заказывала еду, когда он был голоден, и делала ещё массу полезных вещей. Только вот Джина это больше не радовало. Почувствовав настроение хозяина, свет в комнате стал приглушенный темно-синий с вкраплениями звезд. Комната старалась успокоить Джина и, надо сказать, ей это немного удалось. Аканиши перестал психовать и стал спокойно оценивать ситуацию. По прибытии на корабль, Джина встретили Стивен и Ден. Они и Рё отвечали за подготовку Аканиши. Темнокожий Ден был подвижен, легок в общении, силен и владел всеми мыслимыми и немыслимыми приемами рукопашного боя. Синеглазый блондин Стивен все время был где-то не с ними. Зато он разбирался во всех видах оружия и был первоклассным пилотом. Нишикидо оказался стратегом, человеком, который умел все делать понемногу и просчитывал ситуацию как минимум на хода три вперед. Аканиши, не ожидая, что эти парни окажутся такими крутыми, также не ожидал, что он на их фоне будет выглядеть бледной поганкой. Джин снова перевернулся и застонал, задевая синяк, который он сам себе поставил из-за неосторожности сегодня на тренажерах. Он устал от всего этого. Его день начинался в шесть утра с двухчасовой пробежки с препятствиями и занятий в тренажерном зале. Эту тупую накачку мускулов Джин ненавидел так же, как и занятия с оружием. И если в первом случае он считал, что превращается в животное, то во втором случае, ему реально становилось плохо, как только он брал в руки какой-нибудь предмет, помогающий живым существам расстаться с жизнью. Раньше Джин никогда не замечал за собой такой особенности. Ему даже нравилось играть с катанами, теперь же его тошнило от одного вида оружия. Затем его учили пользоваться защитными костюмами, которые не только ускоряли движения, но и создавали хоть и слабое, но все же защитное поле. Джин надевал костюм, и мучения продолжались снова. Несколько часов ему приходилось бегать по местности, имитирующей чужие планеты, в условиях, приближенных к боевым, то есть рядом что-то падало и взрывалось, на него что-то лилось, он ползал по колено в воде в каких-то болотах и проваливался в ямы вулканов. К концу дня он был настолько вымотан, что не мог даже есть, но это не мешало Рё, насмешливо улыбаться и язвить на его счет, называя Джина "наша девчонка". Это словосочетание намертво прилипло к нему за эти недели. Джин бесился, но ничего сделать не мог, как бы он не старался, ничего не получалось. Он выдыхался на длинных дистанциях, никак не мог разобраться с защитой, при разгоне падал на колени, стирая их в кровь, потому что не мог вовремя убрать ускорение в защитном костюме, про оружие вообще говорить не стоит. В общем, что бы он ни делал, все было плохо, пожалуй, единственное, с чем он легко справлялся, — это пилотирование всех средств передвижения в космосе. Но и тут Рё умудрялся над ним смеяться, делая язвительные замечания: — Девочка, это тебе не компьютерные игры, пусть сейчас это тренажер, но на самом деле это многотонные машины. После этого заявления, Джин возненавидел Нишикидо. Он мечтал его больше никогда не видеть и не понимал, почему за это время он занимался всем, но только не своими прямыми обязанностями, и почему за это время его так и не навестил Томохиса. Джин посмотрел на свой замотанный палец. За всю жизнь он получил меньше травм, чем за эти подготовительные три недели. Он не хотел больше так калечиться. Его чувство самосохранения восстало против такого обращения с собственным телом. К тому же он стал понимать, что ему никогда не тягаться с этими тремя ребятами, он всегда будет проигрывать. Джин чувствовал себя неудачником. Теперь он принял решение и не собирался больше его менять. Утром Аканиши не встал на пробежку. Затем не пошел на занятие по стрельбе и на все сообщения, что посылали ему ребята, не ответил ни разу. К одиннадцати часам его дверь открылась, и в комнату влетел Ямашита. Увидев развалившегося в кресле-качалке и спокойно слушавшего в наушниках музыку Джина, он сначала застыл на полдороги к нему и облегченно вздохнул, а потом, подлетев, вытащил Джина из кресла и начал трясти. В дверях появились Рё с Деном и оттащили Ямапи от Джина. Аканиши хватал ртом воздух, он не ожидал, что явится Ямапи и что будет так его прессовать. Нишикидо содрал с него наушники и насмешливо поинтересовался: — Что случилось, почему наша девочка сегодня не показала свое милое личико на занятиях? Джин невозмутимо посмотрел на собравшихся и твердо заявил: — Я больше туда не пойду. — Неужели решил, что все можешь? — иронично поинтересовался Нишикидо. — Именно потому, что не могу считаю бессмысленным этим заниматься. Хочу, чтобы вы поняли, это не блажь, а мое решение. Джин скрестил руки на груди и твердо посмотрел Ямапи в глаза. — Ну, что будем делать? Кто пойдет докладывать начальству? — спросил Рё у Томохисы. Пи пожал плечами. — Ты, потому что именно ты курировал его все эти недели. Видно было, что Нишикидо это не нравилось, но он молча развернулся и вышел из комнаты. Как только он ушел, всегда невозмутимый Ден набросился на Джина. — Ты идиот! Почему не открывал дверь? Мы подумали, что с тобой что-то серьезное случилось, может плохо или ещё что, все-таки Нишикидо тебя вчера загнал до полусмерти. Вот даже Ямашиту пришлось вызывать. Он бросил совещание и наверно миллионами рискует, а ты просто решил сделать очередную глупость, — теперь Ден тряс Джина, а Ямапи его оттаскивал. Аканиши посмотрел на усталого и злого Ямашиту и ему действительно стало неудобно за свой поступок, но Джин не собирался отступать. Насупившись, он упрямо выдал: — Я больше не буду, как идиот, скакать по кочкам, переплывать вонючие рвы и уж точно не возьму в руки оружие. Что хотите со мной делайте, но я считаю все это глупостью, лучше бы научили меня тому, что действительно мне необходимо. Вернулся Нишикидо и, не глядя на Джина, обратился к Томохисе: — Вас вместе вызывают к командору. Ямапи так посмотрел на Джина, что у того даже мысли не возникло не пойти следом за ним. Аканиши лениво встал, всем своим видом показывая, что он не изменит решения, и под пристальными взглядами ребят последовал за Ямашитой. Томохиса привел Джина в панорамный зал. Здесь у окна во всю стену стоял командор и разглядывал звезды. Как только они вошли, тот развернулся и внимательно посмотрел на Аканиши. Джину показалось, что его просканировали. Он поежился, но ещё раз поразился его красоте. Джин до сих пор не мог поверить, что командор и есть то тело, неподвижно лежащее на столе в первый день его появления на корабле. Он всматривался в пришельца и не мог понять, как это ему удалось вылечить так, что и следов не осталось. Командор мелодичным голосом сказал, обращаясь к Джину, только одно слово: — Почему? По лицу командора нельзя было понять, о чем он думает. Джин наклонил голову, всматриваясь в него, и почувствовал спокойствие и что все будет хорошо для него. Именно поэтому он выдал все, что думал по поводу его занятий на корабле. Джин собирался упорно отстаивать свою точку зрения и удивился, когда этот красавец, слегка наклонив голову, спокойно произнес: — Хорошо. Затем холодные серые глаза остановились на вошедшем Нишикидо. — Лейтенант, отведите его в комнату, а вы, Ямашита, останьтесь, нам с вами нужно обсудить ситуацию. Схватив Аканиши за руку, Рё как под конвоем доставил Джина назад. Прислонившись к стене и скрестив руки на груди, он отрезал Джину путь к бегству из комнаты. — Если Ямапи из-за тебя объявят взыскание, я лично сделаю твое пребывание тут на корабле невыносимым. Джин фыркнул: — По-моему, оно именно такое и было, так что можешь не стараться. У тебя и так это уже получилось. Рё зловеще улыбнулся: — Ну не скажи, ты даже не представляешь, как тут подшучивают над новенькими. Скажи спасибо, что Томо просил не доставать тебя, поэтому ты так и не узнал, что такое запах болот Артериана. Тебе не скидывали в кровать пожирателя гнили. Ты замечательно жил за счёт других. Аканиши хлопал глазами. Возможно все, что говорил Рё, было ужасно, но он об этом не знал и поэтому не собирался расстраиваться по пустякам. Сейчас Джин почему-то переживал за Ямашиту, хотя не понимал почему, ведь командор не показался ему опасным. Когда Джин уже стал серьезно нервничать, появился Ямашита и успокаивающе ему улыбнулся. Рё сразу подлетел к Ямапи и спросил: — Ну, как все прошло? — Да нормально. С завтрашнего дня выходим в патруль, — Нишикидо удивленно поднял брови и взглянул на Джина. Видимо, Ямапи понял невысказанный вопрос и кивнул: - Все. И он тоже. Отныне мы его прикрытие. У нас появится пилот. В группе я старший. Нам дали день на отдых. Ваша задача за это время подготовить снаряжение, проверить корабль. Завтра встреча в семь. Наш корабль в пятом боксе. Рё присвистнул: — Вот это да, я не ожидал. Это же совсем новая машина. Видимо, командор им заинтересовался. Ямапи пожал плечами: — А что ты удивляешься. Он ему жизнь спас. И потом позабавил сегодня на приеме, если лирийцы на такое вообще способны. Ямашита схватил Джина за рукав и потянул за собой по коридорам к машине. По пути он выдавал Аканиши информацию: — Мы решили, что ты должен начать работать. Побывав на задании, ты сам разберёшься, что к чему. Решишь, что тебе надо и не надо. Нишикидо, конечно, перестарался, обучая тебя, но он пытался в короткий срок сделать из тебя настоящего гвардейца. Обычно такому обучают несколько лет. Он перестраховался. Устроившись в машине, Джин удивился, когда Ямапи проверил как пристегнут ремень, и тому, что парень ему стал говорить: — Примерно месяц ты будешь жить у меня. Все твои вещи я уже перевез из твоей квартиры к себе, а её сдал. — Джин даже не успел возмутиться, а Пи продолжил: — Это я сделал для того, чтобы у тебя не было возможности вернуться к твоей прежней жизни. В моей квартире нет второй кровати, так что тебе придется спать либо на диване, либо в моей. Её ты уже видел, она свободно вместит троих, так что выбор за тобой. — А почему это я должен спать на диване, а не на кровати? — Джин был возмущён. Мало того, что его лишили квартиры, пусть и убогой, но его, так еще и заставляют спать на диване. — Потому что это моя квартира и моя кровать. — А гости вроде всегда имеют привилегии. — А ты не гость. Считай, что ты временный квартирант и иждивенец. Джин обиделся и решил вообще не разговаривать с Пи. * * * Утро, если так можно назвать побудку в пять, началось с криков, ледяного душа, в который Джина запихнул Ямапи. Затем была пробежка в течение сорока минут и хорошо сваренное кофе. Весь остальной завтрак пришлось взять с собой, потому что Джин не мог есть так рано и потому что не хватало времени на него. Предыдущий день у Аканиши получился очень насыщенным. Ямашита отвез его на работу, ознакомил с тем, чем он будет заниматься, и, показав на стол рядом со столом Нишикидо, сообщил: — Устраиваться будешь после патрулирования. Затем Джина заставили перебрать свои вещи, и половину из них ему пришлось выкинуть в принудительном порядке. Джин бился за каждую свою любимую вещь до конца, но ему сказали, что если не выкинет сам, то будет жить в кладовке вместе с этой ветошью и на работу его не пустят, потому что стыдно перед служащими за это хламье. — У нас рассыльный и тот одевается приличнее. Потом его свозили на Сибую, купили костюм и набор вещей на каждый день. Джин чувствовал себя манекеном, пока Ямашита заставлял его примерять все это. Наконец, Ямапи решительно кивнул, заплатил за все вещи и потащил Джина из магазина, заявив: — Не обольщайся, за вещи сниму с зарплаты. Аканиши возмущался и пытался объяснить, что он не подписывался на это, но его игнорировали. Единственное, что Джину понравилось в их совместном хождении это поход в один из самых дорогих ресторанов Токио. Он здесь ни разу не был. Он притих и стрелял глазами, пытаясь поверить, что за соседним столом действительно сидит известная актриса, а чуть дальше — знаменитый на всю Японию айдол. Ямашита вручил ему меню и предложил выбрать все, что он хочет. Джин был озадачен, смутно переставляя, что кроется за половиной названий этих блюд. Ямапи, видимо, понял его затруднение и рассказал о каждом блюде, давая возможность оценить названия. Потом он заказал им выпить. — Нам вроде надо отметить твое назначение. Даже теперь, сидя в машине, Аканиши блаженно закрывал глаза, вспоминая как было вкусно. Потом его ждал неудобный диван. Джин демонстративно пошел спать на него, но продержался только два часа и в середине ночи со своим одеялом растянулся на кровати Ямапи, чтобы сразу отрубиться. По прибытии на корабль, Джин даже в роли простого наблюдателя не успевал осмыслить и переварить происходящее, так быстро его заставили передвигаться. Сначала нужно было переодеться, потом заставить костюм функционировать, подстраивая под свое ДНК. Затем на него нацепили какие-то датчики, надели пояс с оружием. Джин поморщился, собираясь оспорить, но Ямапи сразу пресек возражения: — У тебя стандартный комплект. Посмотри, что надевают на себя ребята. Действительно, Ден, Стив и Рё были увешаны "игрушками", которые в радиусе нескольких километров стирали все живое с лица Земли. Джин не понимал зачем им такое вооружение, если они будут только наблюдателями. Ямашита в это время, развернув его на 180 градусов, проверял снаряжение. — Вот смотри, — Ямапи ткнул кнопку на груди у Джина, — это передатчик. А вот тут ты можешь разговаривать с базой, если что, — это уже была другая планка, — тут находится запас воды, ну а все остальное ты знаешь, — Ямашита осмотрел команду. — Ну что, все готовы? Тогда на корабль. Они прошли в их ангар. Патрульный корабль восхитил Аканиши, он был небольшим, но очень функциональным. Ребята что-то нажали на костюмах, и дверца в корабле отъехала вверх. Ден, вскочив внутрь, счастливо произнес: — Ух ты, нулёвый! Нам повезло, не часто получаешь корабли прямо с верфи, тут ещё озоном пахнет. Он прошел внутрь и, поздоровавшись с пилотом, занял свое место в появившемся, словно ниоткуда, кресле. Джин вертел головой. Он ни разу не был на таком, все занятия обычно проходили на симуляторах, поэтому, войдя, он застыл и, открыв рот, стал разглядывать все внутри. На корабле почти все было виртуальным, даже кресла, в которых они сидели. Они вырастали, как грибы, прямо из пола, именно там, где ты желал в данный момент сесть. Они обхватывали тело, сразу фиксируя положение и создавая поле, не давая упасть ни при каких обстоятельствах. Вообще, весь корабль был полуживым организмом, разумным и подчиняющимся мысленным приказам человека. Джин почти не почувствовал тот момент, когда отключилась подушка, удерживающая их, и корабль скользнул в черное пространство космоса. Несколько минут, и солнечная система оказалась перед ним как на ладони. Аканиши до сих пор не мог поверить в реальность происходящего с ним. Вот он, вот межгалактический корабль, вот звезды, до которых, казалось, можно дотянуться рукой. Пока они разгонялись, Томохиса был занят и совсем не обращал на Джина внимания, Аканиши показалось, что он тут вообще лишний. Все остальные тоже были заняты своими делами. Нишикидо сразу занял свое место и уткнулся в компьютер. Ден и Стив о чем-то переговаривались друг с другом. Джин не знал, куда себя деть. Видимо, как обычно, все эмоции отразились у него на лице, потому что Стив вдруг посмотрел на Джина и стал объяснять происходящее, выдвинув перед ним рамку монитора. Ткнув в пальцем в жидкий экран, он сказал: — Вот смотри, тут точка гиперперехода. Мы будем тут через несколько минут. Затем скачок и вуаля — мы в другой галактике. У нашей группы задача на сегодня патрулирование вот этого квадрата, — экран поменялся, показывая другую галактику и другие звезды. Джин не успел понять, чем она отличается от их галактики, потому что корабль завис в пространстве, и у него появилось чувство, словно его рассеяли. На мгновение его тело скрутило и ему стало плохо, просто невыносимо. Хотелось что-то сделать, чтобы больше никогда не ощущать такого. Правда, это чувство почти сразу прошло, оставив легкое головокружение. Придя в нормальное состояние, Джин решил, что не переживет такого перехода ещё раз. Он не понимал, как эти парни такое выдерживают. Пока он отходил, к нему подошел Ден и, ударив по плечу, рассмеялся, глядя на его синюю физиономию. — Поздравляю, тебя распечатали. Не переживай, так плохо больше не будет. Это как потеря девственности: сначала неприятно, потом привыкаешь, а через определенное время даже нравится. Стив тоже включился в разговор, посмеиваясь: — Ну ты и сравнил, мог бы что-нибудь повеселее придумать. — А что тут такого? Подумаешь, пусть знает. Кстати, Аканиши, ты девственник? Джин посмотрел на парней, как на полных придурков: — Я вроде уже взрослый мальчик, у меня были девочки. С некоторыми я даже встречался какое-то время. Тут Нишикидо отодвинул экран и тоже включился в разговор. Он ехидно улыбнулся и потрепав Джина по голове заявил: — Наша девчонка ещё девственница. Это так мило. Парни заржали. Джин разозлился и попытался скрыть смущение из-за своей глупости. Он даже представить себе не мог, что парни думают о чем-то другом, кроме девчонок. Пока Аканиши пытался перебороть смущение, Ден нагнулся почти к самым его губам, как бы изучая их. — Ребята, нужно что-то с этим делать. Вдруг он попадет в лапы какому-нибудь извращенцу. Ведь шок будет у мальчика. Аканиши, может, выберешь кого-нибудь из нас, мы будем нежными, тебе понравится, — пока парень говорил, Нишикидо подъехал вплотную к креслу Джина и тоже заинтересованно на него уставился. Джин разозлился, и у него возникло отчетливое желание устроить драку. — Хватит! — голос Ямапи прозвучал жестко. Парни тут же разъехались по своим местам. Нишикидо, прежде чем снова уткнуться в монитор, проговорил, обращаясь как бы к самому себе: — Парни, мы зря рты пооткрывали. На нашу девочку уже Томо глаз положил. — Я сказал, хватит! — Кажется, теперь Ямашита вышел из себя. Лицо его было перекошено, и он явно не собирался больше слушать что-то подобное. Ямапи подошел к Джину и улыбнулся: — Не реагируй ты на них так. Ребята просто развлекаются. Я думаю, тебе уже сказали, что в гвардии запрещены неуставные отношения. — Ты на себя посмотри, чего вдруг разорался? — пробурчал Аканиши. Несмотря на язвительность, Джин чувствовал себя круглым дураком. А еще было обидно, что к нему относятся как к малому ребенку. Он насупился и решил для себя, что рано или поздно докажет парням, что они зря над ним насмехались. Ямашита примирительно развел руками, пытаясь восстановить рабочую атмосферу: — Давай я тебе лучше расскажу о том, что мы делаем тут. Джин сразу переключился, ему самому было интересно понять, зачем он тут и к чему все это. — Значит так. Со вчерашнего дня ты зачислен в Гвардию, но поскольку ты ещё ни разу не был на задании, то логично, что тебе ещё не присвоили звание. Зато ты уже имеешь свою команду, то есть нас, — Ямапи обвел рукой, показывая на присутствующих на корабле людей, — фактически все мы тут работаем на тебя. — Джин удивленно посмотрел Ямапи в глаза. — Ага, не смотри на меня так, это правда. Тебе ведь говорили, что в космосе существует Галактическая Федерация (ГФ). Она создана более 4,5 млн.лет назад для того, чтобы предотвратить вторжение злых сил из других галактик, которые хотят править этой. Сейчас ГФ включает более 200,000 различных звездных наций, конфедераций и союзов. Примерно 40% из них это гуманоиды, а остальные — другие формы жизни. Галактическая Федерация является структурным подразделением Межгалактической Коалиции Мадар и выполняет функции Отряда Наблюдателей Коалиции. Также она предоставляет необходимую помощь планетам, цивилизациям в их развитии от грубых видов к тонким. В ГФ существует документ, т.н. "Главная Директива", запрещающая вмешиваться в развитие цивилизации, если та не попросила о подобной помощи. До недавнего времени это касалось и Земли. Кроме ГФ, во вселенной существуют другие межпланетные объединения, преимущественно диктаторского устройства. Таковы, например, Империя Ориона, Безжалостная Федерация Драко и Конфедерация Маркаб. Каждое из этих объединений включает в себя одну главную цивилизацию и несколько захваченных планет. И ещё существует в дальнем космосе Союз планет, враждебно относящийся ко всему живому. Прежде всего, от них Гвардия и защищает галактики. Там есть такие виды, которых боится весь космос. Например, Пожиратели. Эти питаются эмоциями. Присасываются к тебе и тащат из тебя все, что могут. Чем круче твои эмоции, тем лучше для них. Поэтому прежде чем выпотрошить, они пытают тебя. Самый лучший способ получение эмоций — побольше боли. Если существо выживает, то остается пустым, т.е. совсем перестает чувствовать и желать. Такие существа умирают мучительной смертью от голода, потому что не знают, что им надо есть. Даже если о них заботятся и искусственно кормят, все равно они долго не живут, потому что не знают для чего им это. Я пару раз таких видел. Такие живые растения, скажу тебе, что их так жалко, что лучше бы они умерли, — Ямапи поморщился от воспоминаний. — Ну так вот, Гвардия охраняет окраины Галактики. Мы не участвуем в сражениях, мы патрулируем, для того, чтобы оказать помощь, если происходит сражение или нападение Пожирателей на одну из охраняемых планет. Джин внимательно слушал Ямашиту, ему теперь, по крайней мере, стало понятно, хотя и смутно, зачем он тут. Затем он ощутил на себе пристальный взгляд. Джин автоматически повернулся и увидел, что Нишикидо смотрит на него, не отрываясь. — Что такое, на мне цветочки стали расти? — огрызнулся он. Рё усмехнулся и, не обращая на Джина внимания, спросил у Ямапи: — Томо, ты ему ещё не сказал? Ямапи гаркнул на ребят и произнес неуверенно: — Я не уверен, что стоит, ведь ещё неясно, что из него получится. К ним тут же подскочил Ден: — Я считаю, что он должен знать. Джин начал беситься, они опять говорили про него, как будто он отсутствовал в комнате. — Если вы не заметили, то я вообще-то тут, так что не могли бы вы спросить меня, хочу я чего-то или не хочу, — зло прошипел он. — Ооооо, у девчонки прорезался характер, — Джину захотелось придушить Нишикидо, но сейчас было не до него. Аканиши вопросительно посмотрел на Ямапи. — Что я должен знать, а ты не говоришь? Ямашита поколебался, но все-таки заговорил: — Ты все равно рано или поздно об этом узнал бы. Пожиратели охотятся за такими, как ты, потому что вы фактически забираете у них еду. Если житель космоса ранен, то он боится умереть и испытывает боль, это эмоции. А ты приходишь на помощь, лечишь, даешь надежду на то, что в самых безнадежных случаях спасешь. В результате еда у Пожирателей невкусная, да порой её и нет, потому как её спасают. И если Спасатель попадает к Пожирателям, они издеваются над ним всеми доступными способами. В общем, лучше тебе о них не знать. Поэтому в Гвардии есть приказ: Спасатель не должен ни при каких условиях попасть в руки к Пожирателям, если по каким-то причинам этого невозможно избежать, последний из выживших членов команды должен убить его. Но если в живых нет никого, то у тебя в рукаве есть капсулы. Одна из них очень быстро отправит тебя на тот свет, — Ямапи виновато посмотрел на Джина. — Поверь, я один раз видел истерзанное тело Спасателя, и очень не хотел бы, чтобы ты оказался на его месте. Даже врагу не пожелал бы такого. И главное — ты все равно умрешь, только сначала из тебя вытащат душу. От того, как говорил Ямапи и как смотрели на него ребята, Джину стало не по себе. Он придвинул к себе монитор и сделал вид, что погружен в изучение звезд на нем. Все оставшееся время, что он был на корабле, Джин думал о том, что сказал Ямапи. Он совсем загрузился и не заметил, как они опять оказались на базе. Надо сказать, что парни, видимо, поняли его состояние и старались не трогать его вообще. Джин хотел дожить до старости, но кто сказал, что это с ним не случится. Он не знает, что его ожидает в будущем, так зачем раньше времени убиваться. С этими мыслями Аканиши отправился на Землю, спать.