Немного о фетише

- Это… слишком… туго, - через силу выдавливает Деймон. - Терпи, ты же сам хотел понравиться Клаусу, - бурчит Стефан и делает еще одно резкое движение. Старший Сальваторе сдавленно стонет, и упирается руками в стену, и сжимает кулаки до побелевших костяшек: - Как же хорошо… что мне не нужно… дышать. Стефан переводит дух, тихо матерится и приступает к следующему ряду отверстий корсета: утяжка дается ему тяжело, ведь последняя зашнурованная им талия принадлежала мисс Кэтрин Пирс – и её гибкий девичий стан мало чем напоминал сухое, подкаченное тело брата. - Долбанные фетишисты, - в очередной раз не сдерживает мат Стефан и вдавливает брата в стену, коленом опираясь о его поясницу и с усилием натягивая шнуровку… - Я даже не хочу знать, чем вы тут занимаетесь, - замерший на пороге Аларик со свойственным ему пофигизмом разглядывает открывшуюся взору картину. В конце концов, он заставал братьев и за более нелепыми занятиями, чем шнуровка старшего Сальваторе в черный атласный корсет. Стоп. В корсет?! Зальцман склоняет голову на бок, прислоняясь плечом к дверному косяку, и жалеет, что не прихватил попкорн. - Привет, Рик, - мимоходом кивает Стефан и шикает на пытающегося ослабить шнуровку брата. – А мы тут Деймона на свидание собираем, будь оно неладно. - И свидание, судя по всему, не с Еленой? - ухмыляется Зальцман. - Пять балов за прозорливость, - шипит сквозь зубы Дей, - урок окончен, все свободны. - … Естественно, не с Еленой, - Стефан переходит к следующему ряду. – Извращенцы чертовы, у меня руки уже болят… - Хм, я, конечно, могу быть не прав, - Рик подходит к братьям, заглядывая через плечо Стефана, - но как учитель истории, скажу, что классические дамские корсеты… - Рик, иди-ка со своими советами на хуй, - злобно сверкает глазами черноволосый вампир. – Это, по-твоему, дамский корсет? Зальцман присматривается внимательнее и понимает, что Деймон прав – обычной изогнутой линии песочных часов здесь не наблюдалось… - Но откуда?.. – человек вопросительно переводит взгляд на Стефана. Младший Сальваторе только закатывает глаза и кивает в сторону коробки, валяющейся на диване. Аларик подходит и с интересом изучает карточку, лежащую поверх коробки. Потом ржет. - «От Клауса: моей маленькой бестии»?!... Нет, серьёзно: сначала он подкатывает к твоей бывшей, и только потом – к тебе? Не коробит такая последовательность, а, Деймон? В ответ Рик слушает вычурный мат старшего Сальваторе, тяжелое дыхание пытающегося справится со шнуровкой Стефана и качает головой: «У этих кровососов – поголовно не все дома». Взглядом Зальцман следит за напряженными, побелевшими пальцами младшего вампира, за тем, как он с видимыми усилиями стягивает корсет на подкачанном торсе брата, как с губ Деймона срываются слабые стоны. Усмехается. И думает, что то, за чем он пришел, подождет как-нибудь до следующего раза. Уже на выходе до него доносится облегченный голос Стефана: - Кажется, я за…кончил. Потом слышится неразборчивая речь старшего Сальваторе и возмущенный возглас младшего: - Нет, блять, чулки будешь напяливать сам! Рик, стоя на пороге особняка, косо улыбается и прикусывает губу, думая, что в этом он уж точно мог бы предложить свою помощь: натягивать невесомую ткань на мускулистые икры, вверх по бедру, сопровождая манипуляции дорожкой поцелуев по внутренней поверхности разведенных ног… Хотя, с другой стороны, встревать между Деймоном и его новым ухажером в лице древнего могущественного гибрида Рику не особо хотелось. Кольцо Гилбертов, как оказалось, может давать сбои. А Клаус – все-таки ревнивый психопат, а не какая-нибудь девочка-черлидерша… Зальцман снова ухмыляется и думает, что вполне может подождать до следующего раза: когда черноволосый монстр снова разругается в хлам с Еленой, братом и всеми прочими. И опять будет напиваться в Мистик Гриле любимым бурбоном, и виснуть на его плече, пьяно улыбаясь, обдавая горячим дыханием щеку сидящего рядом Рика. Когда будет непослушными пальцами расстегивать свою и его рубашки и прижиматься прямо в прихожей, нетрезвым голосом требуя взять его «здесь и сейчас»; когда будет стонать жарко, не сдерживаясь, прогибаясь в пояснице и двигаясь навстречу – до шлепков бедер о бедра. Когда будет утром незаметно выскальзывать из его кровати, впопыхах собирая разбросанные по всему дому вещи и уже к вечеру делать вид, что ничего не было. И так до следующего раза. Да, Аларик подождет – ему некуда спешить: Деймон все равно рано или поздно возвращается в его объятья. Человек прикрывает входную дверь, не спеша направляясь к припаркованному автомобилю. Но на задворках сознания сопит обиженная мыслишка: ради него старший Сальваторе никогда не затягивался в корсет. И не одевал чулки. Аларик думает, что это, пожалуй, повод для «погрустить» за очередным стаканом виски.