Иначе я не Малфой

— Знаешь ли, Гермиона, не всегда я несу пошлый бред. Бывает, и умные мысли проскальзывают. Но когда я вижу тебя, я думаю об одних лишь непозволительных вещах и вмиг забываю, что такое ирония, сарказм, остроумие, которые являются моими верными помощниками в повседневной жизни и общении с обычными людьми. А кто сказал, что ты к ним относишься? Ты не обычная, совсем нет. Ты прекрасная, чудесная, волшебная, умопомрачительная, — Малфой заулыбался во все тридцать два зуба. — Прекрати, Малфой! Я прекрасно знаю, что твой запас прилагательных довольно-таки не плох. Ведь почти каждая девушка в волшебном мире слышала, как минимум, три-четыре таких слова в свой адрес. Я не хочу пополнить твою коллекцию и стать очередной жертвой. Ты почти что маньяк, Драко, — Гермиона полностью погрузилась в мысли, не замечая ничего вокруг. — И что, ты считаешь это нормальным? Ты коллекционируешь девушек! В понедельник у тебя Кейт, неплохое начало недели, бодрое, свежее, затем, вторник — Мэри, страстная особа, ух… — Прекрати! — Драко схватил девушку за руку и повернул к себе лицом. Она могла рассмотреть каждую ворсинку на его бирюзовом свитере. — Такого ты мнения обо мне? Знаешь, Грейнджер, ты почти что меня не знаешь, а берешься судить о таких вещах! — парень не на шутку разозлился. — В себе разберись сначала, а потом работай психологом для других. Падаю. Кажется, падаю в темноту, в пропасть, в неизвестность; лечу с огромной скоростью вниз. Твоя рука… успеваю за нее схватится, смотрю тебе в глаза, шепчу слова благодарности — такое тихое «спасибо», — потому что не дал мне упасть. Ты отрываешь свой взгляд от книги и смотришь на меня, как будто я в чем-то виновата. В твоих глазах лишь отрицательные чувства, по крайней мере, ко мне: злость, обида, непонимание, вроде даже показалась ненависть. Ты груб со мной. Неужели всего-то один разговор развернул нашу жизнь и отбросил ее к начальной точке отсчета? Ведь в Хогвартсе так и было… Я такая же, как и ты, Малфой. Я равная. Понимаешь, мы во всем похожи. Но ты не хочешь этого признавать или действительно не понимаешь. Очень больно и обидно. Я ведь жду тебя… — Грейнджер, — раздался чуть хриплый голос Поттера, — Гермиона, зайди ко мне. — О нет, Гарри, не пользуйся своим положением начальника и не заводи себе рабов! Грейнджер, зайди, Грейнджер, отнеси-принеси-забери. — Гермиона, — прокашлялся старый добрый Поттер, — я жду. И все-таки друзья-начальники — это сущий ад, я вам скажу. — Ничего, Грейнджер, не только у тебя такие проблемы с любимым начальством. Эх, совсем зазвездился, Мальчик-то наш с молнией во лбу, — Малфой задумчиво остановился возле Гермионы, но затем, будто одернув себя, зашагал прочь от непонимающего взгляда карих глаз. — Гермиона, у меня к тебе чрезвычайно важное дело, не требуемое отлагательств! — с жаром воскликнул Поттер, потирая руки. — Ты срочно должна меня проконсультировать по поводу подарка на день рождения Джинни. Я совершенно запутался! — растерянно с глуповатой улыбкой на гладко выбритом лице произнес Гарри. — Гарри, у меня от твоей слишком стремительной речи аж голова разболелась. Ты должен сам выбрать ей подарок. Я не так много с ней времени провожу, в отличие от тебя. Может быть, она немножко намекнула о том, что ей надо, что бы ей хотелось получить. — Точно! Гермиона, ты гений! Гений, гений гени-и-ий, — Поттер резко вскочил со стола и побежал к двери, но вспомнив о чем-то ещё «чрезвычайно важном, не требующим отлагательств», вернулся назад и прокричал: — В субботу, в семь, приходи в наш дом. Будет весело, обещаю! Девушка закатила глаза. Веселиться по-поттеровски было отнюдь не весело. Но может быть хоть один единственный раз, один единственный разочек все пройдет гладко и по-настоящему весело? И Гарри закажет огневиски! Ну или хотя бы сливочное пиво! Оставшиеся два дня до вечеринки Гермиона занималась одним важным делом, состоящим из маленьких «поддел». Она выполняла нескончаемые поручения Поттера, чем, собственно, и весь отдел занимался. Нет, ну конечно, Министерство Магии, важный орган, но почему бы Гарри Джеймсу Поттеру не перестать быть таким скрупулёзным? В субботу вечером Гермиона при параде пришла на праздник. Красивое облегающее платье фасона «Русалочка» шикарно смотрелось на подтянутом теле девушки, а золотистый цвет очень подходил под ее глаза. После поздравления любимой подруги, которое, кстати, затянулось минут эдак на сорок, Гермиона обошла зал в поисках выпивки (без нее на таком празднике жизни не обойтись), но все усилия были тщетны. Ни огневиски, ни даже сливочного пива на столах не стояло, к великому сожалению подружки именинницы. — Что, Грейнджер, даже досуг скрасить нечем? Выпить-то нечего, — скептически произнёс Малфой, потягивая из трубочки апельсиновый сок. — Ты-то что здесь делаешь, умник? — Поттер пригласил Малфоя?! Поттер!!! Малфоя??? — Прибыл по приглашению мужа новорожденной, мой генерал, — шуточно отрапортовал молодой человек. — Команды будут? — Будут-будут. Иди подцепи уже кого-нибудь и отстань наконец от меня. — Есть подцепить кого-нибудь, — Драко отвернулся, но буквально через секунду какая-то невидимая сила заставила его посмотреть назад и загадочным голосом произнести: — Девушка, а не откажетесь ли вы от танца с очень привлекательным и обаятельным молодым человеком? — посмотрев прямиком на Гермиону, парень буквально сгреб ее в охапку и потащил в центр зала, именуемого сегодня танцполом.