Трудности воспитания вампира-подростка

Просыпаться в очередной раз мне не хотелось. Я чувствовал, что проклятый вампир сидит в комнате. Прощать я его не собирался, как и извиняться за свой побег. Мои предки такого не заслужили. Этот сукин сын заплатит мне за содеянное. – Все верно, подобное заслужил ты. Но если просто убить тебя, то урок ты никогда в жизни не усвоишь. – донесся до меня голос вампира и в лицо прилетела какая-то ткань. Резко сев, я сдернул с головы очередной набор черной одежды. – Если хочешь убить меня, то тебе придется стать сильнее. А не научившись охотиться, уважать и быть благодарным жертве, ты никогда не поднимешься выше нынешнего уровня. Одевайся. – А если не оденусь? – Тогда я выволоку тебя голым и оставлю одного в людном месте. То, что я вспыхнул от злобы – еще слишком мягко сказано. Но стоило мне представить, как буду отрывать ему голову, как по его лицу растеклась ехидная улыбка. От осознания того, что он продолжает с удовольствием копаться в моей голове, я чудом сдержался от того, чтобы кинуться на него с кулаками. Но прошлого раза было достаточно для осознания, что еще слишком рано для этого. Обернувшись в простыню и прихватив сверток с одеждой, я ушел в соседнюю комнату и переоделся.Артур был неизменен в своей любви к черному. Но на сей раз Помимо водолазки и джинс он сунул плащ до пола, носки и ботинки. Даже перчатки зачем-то положил. Посмотревшись в зеркало, я понял, что стал совсем как он. Только моложе, ниже и волосы с глазами другие. Кстати говоря, меня весьма интересовал вопрос, почему глаза остались того же цвета? Разве они не должны быть красными? И клыки почти не выросли. Попытавшись представить, что пью кровь, ее цвет, вкус и запах, я увидел, как у моего отражения на глазах вытянулись и заострились клыки. Отойдя на пару шагов от удивления, я уперся спиной во что-то холодное и увидел в отражении Артура за своей спиной. – Закончил скалиться? Тогда идем. – холодно сказал он. Мрачно пройдя мимо него, я направился к входной двери, но она снова оказалась заперта. Только подумав о том, как мы сможем выйти через нее и где Артур может хранить ключи, как почувствовал ветерок в ногах. Пройдя в комнату, я убедился, что Артур открыл окно настежь. – Почему бы не выйти через дверь, как все нормальные люди? – как можно более спокойно спросил я. – Мы не люди. И двери нет, как и нет адреса у этой квартиры. – Как так? Она же должна быть в плане этажа или... – В плане этажа это кладовая одной из соседних квартир. В подъезде нет двери сюда, только ровная стена. Тут до меня дошло, что я не видел никаких намеков на деньги или кредитки в квартире. Но как же он тогда достает пакеты с кровью? Ворует. – Мне их дают. Вампирам не нужны деньги. А донорская кровь для таких, как ты, не способных самостоятельно питаться. Артур поманил рукой и я, чудом сдерживая желание дать ему по наглой роже, подошел. Он забрался на окно, сев на корточки, потом обнял меня одной рукой, лишив равновесия. Неожиданно подоконник исчез из под ног, а открытое настежь окно стало отдаляться. Фак! Он просто выпрыгнул из окна! Но едва я подумал о том, что мы разобьемся, как едва не вылетел из его рук, вынужденно вцепившись в вампира. Артур же спокойно сделал шаг и поставил меня на землю, отпустив. Я отошел, не понимая, то ли мне радоваться, что мы не разбились, то ли пытаться повторить подобное, то ли пытаться понять, что за чудовище этот Артур, раз так просто прыгает вниз с высоты нескольких этажей. – Научишься, если доживешь. – безразлично ответил он. Взяв меня за руку, он повел куда-то. Дернув рукой, я понял, что из его железной хватки мне снова не вырваться. Но едва мы вышли на людную улицу, как я понял, зачем он меня держит. Желудок жалобно заурчал, в голове помутилось, зубы зудели от голода. Мне стало казаться, что все люди пахнут свежей кровью, нужно только схватить и можно пить, сколько влезет. Но едва я схватил за руку какую-то женщину, как Артур с силой дал мне по руке, развернул к себе лицом и сжал, не давая пошевелиться. Краем глаза я видел, что он отвел меня в какой-то переулок. Но отпускать он меня явно не собирался. Голова кружилась от голода и запаха крови, но вампир не давал мне ни двинуться, не пошевелиться. Ни убежать куда подальше, ни насытиться он явно не собирался мне давать. Он просто издевался надо мной, давая ощутить вкус пищи, но не давая есть. Мы стояли там уже бесконечно долго, я готов был зарыдать от бессилия, но он явно не собирался ничего предпринимать. Это было хуже, чем лежать тогда в гробу, хуже, чем сидеть в четырех стенах. Я стал сходить с ума, пинаясь, царапаясь и пытаясь кусать Артура, но тот только крепче сжимал меня, не собираясь выпускать. Мы стояли слишком долго, на меня стала накатывать усталость и глядя вверх я видел, что небо едва заметно светлеет. Но Артур почему-то не испытывал усталости. Более того, я не видел в нем вообще никаких изменений. Но я же видел, как он спал! Он же не может бодрствовать всю жизнь и не испытывать усталости. И он же не собирается разгуливать под солнцем! Он же говорил, что это смертельно для вампиров! Но он стоял на месте и никуда не собирался, а я отключался, думая только о крови, которая бродила вокруг. *** Проснулся я от голода, но слабость не давала и пошевелиться. На губы капало что-то приятное и я невольно облизал их. Кровь. Резко открыв глаза, я увидел над собой Артура, ехидно улыбающегося. С его губ на мои капала кровь. Если бы не адский голод, я бы снова попытался дать ему по морде. Но я, закрыв глаза, поднялся и припал губами к его, вытягивая ледяную кровь и стараясь не думать о том, как унизительно это выглядит. Он даже не швырнул мне пакет с кровью. Он просто прокусил язык, дразня меня и заставляя целовать его, чтобы насытиться его кровью. Вскоре я перестал об этом думать, пытаясь собственным языком перетянуть его кровоточащий в свой рот. Но не добившись успеха, я попытался прокусить его губу, но, как и ожидалось, не смог. Зато он с легкостью прокусил мою, заставив «ойкнуть», отстраниться и прижать руки к губам. – Тебе никто никогда не говорил «не кусай руку, которая тебя кормит»? – усмехнулся он. – При чем здесь рука? – возмущенно пробурчал я. – Подрастешь – узнаешь. В меня полетел пакет с кровью, который я тут же открыл и стал пить, думая, как же я его ненавижу. Зная, что он читает мысли, я представил себе, как он неудачно спрыгнул и разбился, по асфальту вокруг растекается кровь, череп треснул, лицо размозжило от падения… – Скорее асфальт разлетится на куски. – хохотнул он. Мне было, чем ответить. Я представил красочную картинку того, как он горит в пустыне, кожа облезает с горящей плоти, которая обсыпается, горит одежда, кости, не остается ничего, кроме горсти пепла, разносимой ветром. Ответом мне были хлопки и улыбка, которая явно ничего хорошего не предвещала. Дождавшись, пока я наемся, он снова вытащил меня из квартиры, но на этот раз не отпустил сразу, а полетел или побежал на нереальной скорости куда-то. Отпустил он меня только в каком-то пригороде, указав на один из домов неподалеку. Какой-то мужчина, выйдя из машины, подходил к дому, из которого выбежало трое детей, кинувшись на него и повисая на шее с воплями «папа». Типичное возвращение отца большого семейства домой. Мужчина вручил какой-то пакет старшей дочери, а младшую поднял, покружив на руках и побежал в дом, сопровождаемый детьми. – Зачем мы здесь? – поинтересовался я у Артура. – Смотри. – коротко ответил он и подошел ближе, чтобы в поле зрения были окна. Я не понимал, что он пытается мне доказать. Было безумно скучно. Мужчина достал из пакета продукты и накрыл на стол. После позднего ужина он прибрался, а потом пошел укладывать детей. Младшим он читал какую-то книгу наверху. Типичный примерный отец. Мои родители тоже были такими, пока работа не стала для них всем. Но у этой семейки матери я не видел. Судя по всему на работе. – Умерла пару лет назад. – спокойно сообщил мне Артур, неотрывно наблюдая за домом. Когда в доме погас свет, мужчина в халате вышел с мусорными мешками и направился к баку. Я и сам не заметил, как Артур оказался у него за спиной, а сам мужчина упал. – Ты что творишь?! Совсем больной?! – возмутился я, подбежав к нему. – Это твоя сегодняшняя жертва. Я даже обездвижил его для тебя. – Ты в своем уме?! У него же трое детей спят в доме! – Тебе-то какая разница. Он же просто твоя закуска. – Но они же останутся сиротами! И они не выживут одни в доме! – Выживут. Дом в залоге у банка, как и все их вещи, так что не беспокойся, их распределят по приютам. – Это не правильно! Какое право ты имеешь убивать того, кто приглянется?! Моих родителей тебе было мало, теперь решил троих детей без единственного родителя оставить?! По лицу Артура расплылась ухмылка. Взяв мужчину за шкирку, он поднял его, после чего одним движением с хрустом свернул ему шею. Я в шоке отступил на пару шагов, он выпрямился и я рванул прочь, вдруг поняв, что он настоящее чудовище. Но меня сзади схватили знакомые ледяные руки, сдавив и зажав рот, а потом развернув и заставляя смотреть за дальнейшим происходящим. Проходящая мимо бабка с собачкой наклонилась и потрясла убитого, а когда поняла, что он мертв – подняла такой визг, что повсюду загорелся свет. Артур затащил меня на чью-то крышу, заставляя наблюдать за тем, как собираются зеваки-соседи, едет скорая, полиция, как оттаскивают от заворачиваемого в черный мешок тела рыдающих детей. Самих детей забирает социальная служба. И только после этого Артур подхватывает меня и на вампирской скорости уносит куда-то. Но стоило ему только остановиться, как я ринулся с его рук, падая на асфальт и тут же подпрыгивая на месте. Едва я собрался выкрикнуть ему все, что о нем думаю, как он нахмурился и приложил палец к губам, а потом указал в сторону. Только теперь я заметил, что мы находимся на заброшенном квартале с полуразрушенными зданиями. Но вот кого здесь можно было спугнуть? Из окна, на которое указывал вампир, на удивление мерцал едва заметный свет. Я подошел к заколоченным доскам и посмотрел в щель. Внутри спал ребенок, а за столом сидела женщина и беззвучно рыдала, явно стараясь не разбудить ребенка. Поискав глазами источник света, я увидел фотографию. Ее, ребенка и какого-то мужчины. – Ни в чем не повинного мусорщика не припоминаешь? – услышал я шепот над ухом. Артур вовремя успел закрыть мне рот, иначе бы я снова заорал от содеянного, но на этот раз своими собственными руками. – Они жили на съемной квартире, но для похорон своего мужа этой женщине пришлось продать все, что у них было и отменить аренду, чтобы получить деньги. Стоит ли говорить, что она безработная? – продолжал нашептывать вампир мне на ухо. Через некоторое время он отпустил меня, взял за руку и повел куда-то. Я понял, что он пытался до меня донести – все вампиры чудовища, которые уничтожают целые семьи. У того грабителя, наверное, тоже была семья. – Нет. Он добывал денег себе на наркотики. – отозвался Артур. До возвращения домой я молчал и старался ни о чем не думать. Но вот после возвращения я решил не молчать, раз уж вампир все равно роется в моей голове. – Я больше не смогу пить кровь. – Придется. Вампиры питаются кровью. – Почему ты меня не убил? Зачем обратил и почему продолжаешь спасать от смерти и мучить? – Я не мучаю тебя, а учу выживанию. – Почему, когда я уже валюсь с ног от усталости, ты еще даже не выглядишь сонным? – Я намного старше тебя и могу бодрствовать весь день, если потребуется. – Сколько тебе лет? Кто и когда тебя обратил? Или ты родился вампиром? – Слишком много вопросов. Иди спать, скоро рассвет. – А ты? Ты спишь со мной или где-то еще? – Это ты спишь со мной, своего гроба у тебя пока нет. Я невольно вздрогнул и зашел в спальню. Только сейчас я понял, что странная кровать, в которой я сплю, действительно гроб. Веет символикой смерти. От Артура с его черными прикидами, в которые он обряжает и меня, от его квартиры, не имеющей двери, от гроба, в котором, как оказалось мы спим. Но я решил, что людей я больше убивать не собираюсь.