Во имя добра

раньше я думала, что выйдя замуж потеряю свободу. Оказалось совсем не так. Шон не пытался ограничить меня, не запирал в клетку и не привязывал к себе. Хотя насчёт второго он мог бы даже не стараться, поскольку я сама ходила за ним хвостиком, отлипая лишь в тех редких случаях, когда мужа занимали нудные дела герцогства. В такие мгновения я металась, не находя себе места, ведь мы обрели друг друга совсем недавно, и лично я безумно боялась, что нас вновь что-то разлучит. С того момента, как Арисий Ларранский впервые назвал меня женой Шона тер Дейла, прошло две недели, за которые я успела перебраться в самый центр герцогства Дейл. Супруг выматывался до предела, поскольку за время нашего отсутствия, что продлилось незапланировано-долго, скопилась масса срочных дел, так что Шон метался, вертясь, аки белка (ой, простите, ворон.) в колесе и под вечер был не способен не то, что портал поставить, но даже самостоятельно кружку тайры заварить. Падал трупиком на герцогское ложе и вырубался. Тут уж, простите, даже не до поцелуев. Но не смотря для того, что свободного времени не было вообще, Шон умудрялся выкраивать минуты на то, чтобы озадачивать меня какими-нибудь головоломками вроде памятного зеркала. Вот и сейчас я сидела, пытаясь, как Шон сказал, передраконить человеческое заклинание очищения, перестроив его с внешних потоков на внутренний источник. Выходило фигово, но упорство и труд всё перетрут. Конечно же, мой вредный супруг уже давно с этой, на первый взгляд, не сложной головоломкой разобрался, но мне предстояло сделать это самой, поскольку я у нас вся такая креативная, Мраком наученная и с моими-то умственными возможностями должна уметь самостоятельно изменять и даже составлять заклинания. Конечно возражений у меня не было. Я только за, но казавшееся раньше простым, сейчас это хитрое заклинание абсолютно не хотело срабатывать, когда я черпала силу из своего источника. Кстати, об источнике. После той ночи, при воспоминаниях о которой где-то в низу живота начинало приятно ныть и конечно же погружения в воды озера «полумесяца», моя поляна ожила, луна, раньше освещавшая вечный снег таинственным серебром, сменилась ярким летним солнцем, а источник, что теперь скрывался в мягкой и ароматной, как я люблю, зелёной траве, сиял ярче небесного светила, а резерв стал расти еще больше, так что теперь я даже сомневалась в том, что у меня хватит терпения на то, чтобы замерить его привычным способом. Проморочившись еще полчаса, я решила, что думать можно, занимаясь чем-либо полезным и, отпихнув в сторону несчастный листочек, на котором красовалась жирная, словно сытый клещ, клякса, потопала на кухню. Моя драгоценная вредина драконья шепнула, что неплохо было бы порадовать законного супруга его любимым пирогом. В отличие от незабвенного герцогства Сайгирн, где на властителей, внезапно изъявивших желание побегать с тачкой, убирая за любимой кобылой, или побезобразничать – другим словом я то, чем собиралась заниматься, просто назвать не могу, поскольку… да что я объясняю. Вы ведь и сами помните, во что превратилась последняя попытка приготовления пирога. – на кухне, смотрели с откровенным недоумением и пытались вытурить, напоминая, что дела грязные не для нас людей высокородных, в Шоновых владениях к подобного рода выходкам своего сюзерена давно привыкли и с вопросами не лезли. Конечно, ведь для того, чтобы смириться с тем, что властитель края ходит в виде столь непотребном, уже нужна железная выдержка, так что остальные мелочи после принятия сего факта становятся уже просто не столь страшными. На кухне появлению молодой герцогской супруги, конечно же удивились, но препятствовать моим кулинарным начинаниям не стали. И хорошо. Провозившись почти два часа и извозившись до неузнаваемости, я всё-таки извлекла на свет своё рукомесло. Пирог вышел на удивление хорошим. Даже не подгорел, чему я была рада несказанно. Но еще больше радовало то, что пролив земляничное варенье, я всё-таки разобралась с этим тролльим заклинанием. Шон заявился поздним вечером. Усталый и голодный, так что пирог, который, благодаря кстати, выученному мною стазису, остался горячим, был одобрен. Меня поблагодарили, поцеловав в лоб, а потом по нему же щелкнув, спросили о успехах. - Ну что тебе сказать, Воробушек мой не по годам умный, ты конечно, как всегда намудрила, но в целом правильно. Теперь, конечно сначала с моей помощью, будешь изменять под себя эльфийские заклинания. А потом научишься, вот как я, сводить многое к одному щелчку. Но это уже не сегодня. Я умагичился так, что голова гудит и спа-а-ть хочется, – последняя реплика сопровождалась заразительным зевком. - Радует только то, что сегодня с экстренными и основными делами я разобрался окончательно, – продолжил Шон, стягивая сапоги и отправляя их куда-то под нашу безразмерную кровать, напоминающую мне площадку для голкири. - Сейчас в ванну, а потом тебе последние новости расскажу. Думаю, это будет тебе интересно. И, прихватив с собой почему-то моё зелёное полотенце, скрылся за тяжелой дверью. Вернулся Шон через минут двадцать, когда я успела расчесать давно высохшие волосы и, переоблачившись в лёгкие бриджи из странной ткани, которую, как сказал Шон, изготовляли в Тер-Шэрранте, до тех пор, пока она не приглянулась здешним модницам. И такую же лёгкую и очень воздушную тунику на бретелях, влезла под одеяло. - Ну ладно, Мири, слушай, – заговорил супруг, укладываясь рядом со мной и притягивая меня себе на грудь. Я полной грудью вдохнула аромат летнего дождя и потерлась щекой, наслаждаясь ощущением прохладной кожи. В отличие от меня, Шон теперь спал в бриджах, чему я, к своему стыду, несказанно радовалась. А еще, после свадьбы и всего после неё следующего, наедине Шон стал звать меня Мири, лишь иногда вспоминая кузнечика и даже обещанного когда-то воробья. - Ты, вообще слушать будешь, членистоножка вредная? – вопросил Шон, шевеля дыханием волосы на моей макушке. Вместо ответа я еще раз потёрлась щекой и приготовилась слушать. - Ну во-первых, я, как уже кажется говорил, разобрался со всеми делами герцогства. Так что отдохнём и можем чесать хоть в Галарэн, хоть в Ларран. Во-вторых, сегодня я успел сделать еще кое-что. Открыл портал и смотался в ваше, леди Ансаби, родовое гнездо. Ты же помнишь, что мы когда-то затаривались вместе с родственником твоим Тарганским мрамором, потому, как кто-то дал Ларише обещание? Я встрепенулась. «ох, какая же я дурра! Лариша ведь мне столько помогала». - ну вот. Ты забыла, а Кремень ваш не забыл. И вообще, тебе простительно. Думаю, Лариша простит. А вот насчёт Тин с Россом, которые собираются на свадьбу – Аскани пообещал всё за три дня организовать, – простят тебя вряд ли. Сколько ж им ждать-то, – мотнул вихрастой головой, осёкся. - Ой, проехали. Вообщем, там всем пинка дал, тебя известил. Так что собираемся на очередное бракосочетание. - Шон, ты… Дальше свой восторг я словами выразить не смогла, вместо этого прямо в лежачем состоянии повиснув на шее любимого и запечатлев на его губах короткий поцелуй. «Боги, какой же он умный. И с делами разобрался и о моём обещании не забыл. Да еще и организовать всё умудрился. Ну неужели это сокровище меня любит?» - Люблю, Мири, люблю, – улыбнулся он. И хихикнул. - Только не задуши меня, Кузнечик, я еще не всё рассказать успел. Вот так. Теперь слушай. Разузнал я о том, когда сейчас начинаются экзамены в Академии. В общей сложности у нас есть три, ну, почти четыре недели. А ты еще плохо знаешь языки и в магии со многим пока фигово. Вообщем, дел у нас с тобой много, а времени… как всегда. Я улыбнулась. - Что ж. нам не впервой. Справимся. Вместе справимся со всем. –