Часть 1
4 января 2014 г., 14:38
— Уважаемые покупатели, до закрытия нашего гипермаркета осталось десять минут. Пожалуйста, поторопитесь, — оповестил всех находящихся в помещении милый женский голос, после чего, эти самые «уважаемые покупатели» засуетились сильнее, и большой поток людей хлынул к кассам.
— Хоро, быстрее! — воскликнул Йо, сидящий в тележке и руководящий всем процессом. Юсуи катал его мимо полок магазина на той скорости, на которую был способен, но из-за того, что тележка с каждой минутой тяжелела, ему становилось все сложнее и сложнее.
В гипермаркете было шумно: множество снующих туда-сюда людей, которые также как и они не успели закупиться перед праздником, веселые новогодние песенки из динамиков, что были размещены повсюду, смех маленьких детей, которые уже устали стоять в длинной очереди. И, естественно, распоряжения младшего Асакуры, который все боялся не попасть домой вовремя.
— Ну, что еще? — раздраженно прислонив звонящий телефон к уху плечом, он ответил на звонок и одновременно стал перетаскивать с полок бутылки алкоголя.
— Вы там скоро? Уже все наши собрались, — это был Рен. Вот куда уж без него?!
— Мы не виноваты, что Рю захотел появиться в самый последний момент. Мы же на него не рассчитывали.
Хорокей укладывал бутылки вокруг сидящего Йо так, чтобы они не смогли упасть и случайно разбиться. В тележке уже было навалено много других продуктов, но в основном это были чипсы, сладости, газированные напитки и фрукты.
— Вот поэтому покупай больше, ты же знаешь, сколько он пьет, — фыркнул Тао. С другого конца трубки доносилась музыка, разговоры остальных парней и смех девушек. Все уже в сборе.
— Мы успеем, — Йо тут же отключился и на всякий случай прихватил еще несколько бутылок пива. Это если Рю все-таки не хватит. Или на завтрашнее утро. Хоро с трудом дотолкал тележку к кассе, где уже практически не было очереди, и с облегчением вздохнул, делая передышку. Но уже после того, как они оплатили покупки, он взвыл снова, потому что Асакура отдал ему всю выпивку, а сам на ходу проверял чек.
На улице было холодно, именно так, как ожидалось на Новый год. Праздничное настроение создавали не только декорации на частных домах и их заборах, горящие разными огнями елки в больших окнах, но и мелкие клочья снега, который выпал еще сегодня днем и не успел растаять.
— Может, ты мне поможешь? — Хорокей от холода не умрет, у него всегда была пониженная температура тела, но вот от тяжести мог и свалиться, особенно после такой нехилой нагрузки.
— Готово, — Йо сжал в руке чек, наконец-таки проверив его полностью, и забрал еще две сумки у своего друга. Им предстояло подняться на гору, чтобы донести до дома все эти пакеты. А Юсуи мысленно «благодарил» Рю пинками, который в самый последний момент сообщил о своем приезде.
***
— Только не насвинячься опять как в прошлый раз, — посмеялся Хоро, когда разгружал пакеты на стол перед Умемией. — Хорокей, да за кого ты меня принимаешь? — в шутку воскликнул байкер, — я, между прочим, повидаться с вами приехал, мы же так давно не виделись! — он неожиданно обхватил плечи Асакур и притянул к себе, обнимая их. Братья переглянулись и почему-то одновременно вместе подумали, а не выпил ли уже где-нибудь Рю, пока добирался до них на попутках. Байк зимой не вытащишь из гаража, а общественный транспорт он не любил. Зато поговорить со случайным попутчиком был не прочь, а значит и повод выпить, возможно, был. — Ага, а заодно и опустошить наши запасы, — пробубнил под нос себе Юсуи, когда наконец-таки выставил всю провизию на стол, и осмотрел свою работу. — Вы куда столько купили? — к столу подошла Анна и недоуменно посмотрела сначала на количество бутылок, затем на количество участвующих в празднестве. Йо вздрогнул от ее тона, с которым она задала вопрос, и уже мысленно пожалел, что они решились не скрывать от нее весь алкоголь. — Моя дорогая Анна!.. — Рю решил принять весь удар на себя и отвлечь девушку. — Я тебе не дорогая, и уж тем более не твоя, — остудила его порыв девушка, — если вы, после всего этого, — она обвела пальцем в воздухе вокруг всех бутылок, — разнесете мой дом, то сами все будете убирать, да еще и целый месяц уборки в подарок сделаю. Ясно? — Да, госпожа Анна, — нервно посмеиваясь, выпалил Умемия и тут же расслабился, когда Киояма отошла к Джун и Пирике. Парни только сейчас поняли, что приглашать девушек не стоило, но уже ничего не поделаешь. Долгожданный праздник приближался, вот-вот закончится этот тяжелый учебный год и наступит новый, который многим сулил счастье и удачу во всех начинаниях. Они уже успели посетить храм и помолится за их будущее, а в случайно вытянутых предсказаниях, на удивление, было только хорошее. Но оно же к лучшему, правда? Когда праздник был в самом разгаре, Новый год уже давно наступил, а половина алкоголя была благополучно выпита, только тогда и началось самое настоящее веселье. В доме было темно, но это не мешало парням развлекаться на полную катушку, прекрасно ориентируясь в пространстве. На самом деле большой зал освещало несколько гирлянд, коими был украшены все стены и елка, которую Рю чуть ли не повалил, когда открывал шампанское. Сейчас же он вальяжно сидел на диване и пытался втолковать тихому Лайсергу что-то про его путешествия на дорогом и любимом байке. Никто не считал, сколько они уже опустошили бутылок, но, несомненно, Умемия переплюнул их всех. Лайс же скромно сжимал банку пива в руках, не решаясь прикоснуться к более крепким напиткам. Заслушавшись Рю, он чуть ли не пропустил летящую в стену бутылку виски, правда пустую, но это не отменяет того факта, что и от нее Дителу бы не поздоровилось точно. Анна тут же подошла к Юсуи и дала увесистого подзатыльника, после которого у айну начала болеть голова. — Я же вас предупреждала! — перекрикивая музыку, напомнила ему Анна, но тут же замерла, когда увидела Джоко, выходящего из коридора с куском сломанного унитаза. Одна песня закончилась, несколько секунд стояла тишина перед тем, как послышались первые ноты новой, а в этот момент Макдениел успел только пискнуть «Простите», и от него уже след простыл. Приложив ладонь ко лбу, Анна зло посмотрела на своего будущего мужа, что стоял у стереосистемы в качестве диджея, и уже готова была душу из него вытрясти, потому что именно он собрал всех своих друзей на Новый год в их доме. Сама Киояма выпила немного вина, лишь для поднятия настроения, но отказалась принимать участие в своеобразном баттле на DDR ковриках, на которых сейчас скакали Джун и Пирика. Она была за них рада, что хотя бы они нашли себе занятие и, чтобы успокоиться, решила уйти к Тамао на кухню, которая медленно, посматривая в зал на все их веселье, мешала салат в глубокой тарелке. Она знала, что его никто есть не будет, но себя занять надо же чем-то. — Асакура! — крикнул Хорокей, отойдя от удара Анны настолько, что мог уже стоять спокойно на ногах. Пригубив бутылку коньяка, он стал зажигать под тяжелую музыку, которую поставил Йо, ведь сегодня он отвечал за музыкальное сопровождение. Рен стоял в углу зала, пытаясь уговорить Хао раскурить с ним «флейту». Он прятал ее от своей сестры, да и вообще от всех девушек, чтобы они не спалили его, а сам обещал старшему Асакуре, что после его «унесет в радужный мир, где пони прыгают через розовые облака, едят фей и…». Хао смотрел на пьяного друга с опаской, думая, что он уже пригубил эту самую «флейту», и вот так вот бредить ему не слишком хотелось. Сколько он уже выпил? Это точно не в духе Тао, он же не мог так опуститься… Стоп. Выхватив бутылку алкоголя, которую китаец держал в руках, в свете гирлянд он увидел шипучую таблетку на дне и все прекрасно понял. Пачку таких таблеток он видел у Хорокея сегодня утром. Теперь ясно, в чем тут дело и кто в этом замешан. — Рен, тебе пора, — на выдохе проговорил Хао и отнял у него бутылку и «флейту». Быстро поставив их на стол, чтобы китаец не успел сообразить, он просто толкнул его в плечо, а Тао, даже не сопротивляясь, упал на широкий диван и тут же заснул рядом с сидящими Рю и Лайсергом. Почувствовав мягкую поверхность, Рен сразу закрыл глаза и уже через несколько мгновений заснул, бормоча что-то про себя. К сожалению, сквозь музыку ничего нельзя было услышать, что его губы бессвязно шептали. Решив избавиться от галлюциногенной бутылки, старший Асакура прошествовал в ванную, но тут же выбежал оттуда и поспешил закрыть за собой дверь, так как сломанный унитаз сделал свое дело — завтра Анна будет в бешенстве. Поставив коньяк с уносящей в радужный мир пони таблеткой на маленькую тумбу в коридоре, пряча ее за вазу, Хао со спокойной совестью вернулся в гостиную и остолбенел, когда увидел своего братишку на столе. Хорокей визжал не по-детски — ему все это нравилось, особенно потому, что он много выпил. Джун, увидев интересно представление, уже стала отчитывать деньги, а Рю, что-то непонятно выкрикнув, кинул в раздевающегося Йо мелочью, чем конкретно выбесил Хао. — Йо, слезай! — он попытался снять со стола своего близнеца, который уже оголился по пояс, но тут начала играть песня AC/DC, и его уже было не остановить. Хлопнув себя рукой по лбу, старший Асакура сквозь пальцы наблюдал за танцующим стриптиз братом, а тот только весело улыбался реакции Юсуи и остальных. Пирика, вспыхнув красным цветом, слегла рядом с Реном, благо диван был большим и мог вместить много человек. Заметив, что его сестра упала в обморок рядом с его другом, Хоро замахнулся уже бутылкой, но его остановил Умемия, который успел заметить и предотвратить жертвы. Хао тихо пискнул, когда увидел злую Анну в проеме гостиной, наблюдающую за тем, как Джун засовывает в джинсы Йо большую купюру денег. Но когда музыка вдруг внезапно переключилась, вновь делая небольшую паузу, все без исключения услышали сонный бред Рена: — Купите мне корову, я хочу больше молока! Все тут же затихли. Первым очнулся Хао и прыснул в кулак, стараясь сдержать смех. Йо стал тихо хихикать под нарастающие биты Metallica и на свету стал рассматривать купюру, вытащив ее из джинс. — Джун! — возмутилась Анна, но Тао лишь пожала плечами и сунула ей в руки бутылку вина. Надо начинать с маленького. — Йо, а ну живо слез! Иначе отправишься вслед за Макдениелом. — А что с ним? — пьяно спросил Асакура и пригладил волосы. — Убирает последствия своего бунта в туалете, — недовольно проговорила она, потому что музыка была явно громче ее. — Хао, лови меня, — спрыгнув на манер принцессы, старший Асакура еле успел среагировать и поймать своего брата, который сразу заключил его в объятия и благодарно чмокнул в щеку, однако губы задержал на коже намного дольше, чем было положено. Анна фыркнула, списав все на алкоголь, и вышла из этого дурдома обратно к Тамао, которая уже разводила третий по очереди салат.***
Когда же время близилось к утру, а именно часам к шести, на улице светлеть даже не думало. Однако все чувствовали себя уставшими, особенно потому, что на них подействовали в буквальном смысле литры алкоголя. Глаза прямым образом сами закрывались, а тело падало там, где помягче. Так, в общем зале лежали кучки подвыпивших тел, особенно смешно смотрелись Рен и Хорокей, которые в обнимку лежали на диване и заняли практически все место. Девочки легли еще раньше: Джун с Пирикой разместились на DDR ковриках, экран которых красочно мигал в темноте комнаты. Анна до такого, конечно же, не опустилась — она вместе с Тамао заняла свою комнату, зная, что ее подруга не выпила ни капли. Так ей было намного спокойнее. Закрывшись, Рю утащил Лайсерга на кухню, доставая из холодильника те самые салаты, которые, как планировала Тамамура, пригодятся на утро, когда все будут голодные. И лишь Асакуры еще бодрствовали, хотя трезвыми их назвать никак нельзя, но пока что держались на ногах. Йо поставил тихую, но тяжелую музыку, чтобы окончательно не уснуть, и, смотря на брата пьяными глазками, обматывал его серпантином. — Йо, что ты делаешь? — с улыбкой выдохнул Хао, который был намного трезвее своего близнеца и точно понимал все происходящее, нежели младший. — Хочу сделать тебя красивым, — пьяно отозвался он, — хотя… — он задумался, — больше уже некуда. Хао удивленно на него посмотрел. Казалось, сон уже одолевает и его, но только не его близнеца, по виду которого можно было догадаться, что он еще не закончил. Сидя на полу рядом с елкой, Йо потянулся и стянул с нее мишуру, тут же обматывая ею шею брата. — Хао, — позвал его младший, — а знаешь что? Хао уже не понравился блеск в его глазах и лилейно-сладкий голосок. Он точно что-то задумал… — М? — Ты и так красивый, — он стал обратно стягивать блестящую длинную мишуру красного цвета. — Тебя и не надо украшать… Старший Асакура удивленно выдохнул, надеясь, что Йо сказал это под действием алкоголя. Это он говорит за него или, скорее всего, Йо бредит. Вон как язык заплетается. — Правда? — решил переспросить Хао, желая узнать его реакцию. Вдруг он сейчас махнет на него рукой и скажет: «Ай, забудь, я ничего тебе не говорил», или тут же отключится, и это было сонное бормотание. Но нет, Йо загадочно улыбнулся и согласно кивнул. Хао перестал дышать, когда младший притянул его к себе за все еще висевшую на его шее мишуру и горячо поцеловал, совершенно не стесняясь того, что их могут увидеть другие присутствующие в гостиной. Рука сама потянулась к его лицу, прошлась по скуле и зарылась в короткие волосы, притягивая его к себе ближе. Хао казалось все это сном, потому что этого никогда бы не произошло в реальности. Йо в голову ударил алкоголь, он не понимает, что делает… Обнимает руками за шею, прижимает к себе, проводит ладонями по волосам и, не отрываясь, медленно садится старшему на колени. У Хао сдавило легкие только от осознания того, что только что сделал его младший брат. С улыбкой отстранившись, Йо выдохнул близнецу прямо в губы — тот почувствовал терпкий запах алкоголя — и, отслеживая пульс на его шее губами, окончательно стянул мишуру и откинул ее в сторону. — Йо, что ты делаешь? — вновь задал свой вопрос старший Асакура, уже точно понимая, что он делает все осознано, явно желая этого. Йо горячо усмехнулся, Хао даже вздрогнул от выдоха в шею, и провел носом по его коже. — А ты разве не хочешь этого? — медленно, растягивая гласные, спросил он. — С чего ты взял? — не понял Хао. — А то я не знаю, как ты смотрел на меня все это время, — пьяно пробормотал младший и осмелился укусить брата за мочку уха, но не сильно. Сережек в его ушах сейчас не было, поэтому можно было себе это позволить. Хао закусил губу. Неужели он его спалил? Но как? Он же старался не подавать виду, не жил с ним вместе, даже по ночам кусая подушку и представляя, чем Йо и Анна могли заниматься ночью одни в доме. А может, это все подсознание Йо? В пьяном состоянии оно может творить все что угодно, и его близнец не отдает себе отчета в своих действиях? Но как же он тогда целует, причем так жадно и страстно, будто хотел это сделать всегда? Старший Асакура не сразу сообразил, что его раздевают, причем горячие пальцы близнеца скользят по коже, расстегивая одну пуговицу его рубашки за другой. Хао хотелось выть от безысходности. С одной стороны он думал об этом и давно мечтал, чтобы Йо сам показал свои чувства, потому что боялся спугнуть, если сделает шаг первым. С другой — Йо пьяный, а это могло бы означать, что угодно. Вдруг он ничего не понимает и действует по наитию? Тогда получается, если он возьмет его сейчас, на утро Йо будет обвинять его в содеянном и сам Хао останется виноватым. Но только как устоять перед ним, когда его близнец сейчас такой сексуальный, сам намекает на то, чтобы Хао проявил инициативу и доставил ему удовольствие? К черту! Завтра он все спишет на алкоголь, а сейчас он ни за что не откажется от такого… Он коротко выдохнул, когда его брат коснулся оголенного участка кожи на груди не только горячими пальцами, но и влажным языком. — А что, если нас увидят? — Хао приоткрыл глаза и обвел гостиную взглядом, точно убеждаясь, что все спят. На кухне, что было странно, стояла полная тишина: не было слышно ни звона посуды, ни разговора парней, даже свет был выключен. Они что, легли спать? Где? На кухонном столе, что ли? — Не увидят, — выдохнул Йо и протянул руку к столику, чтобы сделать музыку чуточку громче. От такого никто не проснется, но зато она скроет все их звуки. Они обещают быть тихими, как мышки… Младший Асакура встал с колен брат и отполз к стене за елку, пальчиком маня его за собой. Хао сдержанно облизнулся и на коленях подполз к нему. Йо увлек его в новый поцелуй, ложась на пол и утягивая его за собой. Хао не верил всему происходящему, он вот так просто целует своего близнеца, а внутри все готово взорваться от волнительной истомы. Неужели все может закончиться этим?.. Йо зарылся пальцами в его длинные и мягкие волосы, отрезая все пути к отступлению — теперь он точно не сможет отстраниться. Но Хао и не хотел этого делать. Младший коротко вдохнул ртом воздух, когда его брат переместился на его шею и прикусил бьющуюся жилку. От горячего дыхания он сходил с ума, тело покрылось мурашками от прикосновений шершавого языка к коже, Йо даже немного похныкивал от таких желанных движений близнеца, что, несомненно, приносил ему долгожданное удовольствие простыми поглаживаниями руками по торсу. Он забрался к нему под футболку, на которой была надпись: «Свободу хомячкам!», и поднял ее вверх, чтобы она не мешалась. Сделав над собой усилие, Йо окончательно снял ее с себя и откинул в сторону, где увидел не пойми откуда тут взявшуюся подушку. Немного включив опьяненную голову, он вспомнил бои на подушках, где Хорокей умудрился слечь первым, а Рю чуть не повалил елку этой самой подушкой во второй раз. Притянув ее к себе, младший Асакура тут же откинулся на нее и рукой зажал рот, чтобы не произнести томного стона. Он лишь всхлипнул, когда зубы Хао сжались на выпирающей костяшке бедра, а руки уже торопливо расстегивали ремень на джинсах. Йо было плевать, что будет завтра, когда он, отоспавшись, протрезвеет и, возможно, все вспомнит. Его даже не интересовали лежащие в отключке друзья, которые в любой момент могут проснуться, хотя это уже вряд ли. Зная, как на них влияет алкоголь, именно сейчас можно было быть спокойным, что в ближайшие полчаса их не потревожат. Он судорожно закусывал пальцы и рвано дышал, просто сходя с ума от ласк брата. Ну почему его угораздило влюбиться именно в него? Наверное, потому, что он чертовски хорош и невыразимо сексуален. Его красота всегда опьяняла младшего Асакуру не хуже крепкого алкоголя, но он почему-то боялся, что Хао такой любви не поймет. Йо, как и сейчас, ловил каждое его движение, каждый взгляд, каждый вздох, подпитываясь этим, словно наркотиком. Невольно вспомнился недавно произошедший случай, когда Йо каждому подкинул в бутылку заветную таблеточку, от которой уносило чуть ли не с одного глотка. Таблетки-то принадлежали Юсуи, вот только воспользовался ими Йо. Асакура уже забылся в этих горячих прикосновениях, он старался сдерживать стоны рукой, но всхлипы все равно были слышны, хоть и тонули в негромкой музыке гитар и барабанов. Он выгнулся в спине, когда Хао осмелился переступить черту, которая окончательно стерла между ними братские отношения, и резко вошел в него, тут же закрывая его рот своей горячей ладонью. Йо вскрикнул, но затем опомнился и постарался расслабленно выдохнуть. Тупой боли не было, лишь чувство, будто ему внутри что-то легким движением разрезали, словно лезвием ножа. Неприятно кольнуло, но затем с неохотой отпустило, когда Хао все же сделал несколько движений ему навстречу. Йо тут же застонал ему в ладонь, жарко выдыхая и прикрывая глаза. Да, именно этого он ждал: небольшой власти над собой, чувства, будто его затягивает в черную пучину наслаждения только от одного действия близнеца. Йо это уже давно нравилось, что его брат с каждым днем берет над ним контроль, заставляет ему подчинятся, заставляет сдаться ему… Он готов был пойти на любые жертвы, лишь бы быть рядом с ним, наслаждаться его близостью и невероятным теплом, чувствовать его властные руки на своем теле, тонкие губы… Да, черт возьми, всего его! Хао склонился над своим младшим братом и глубоко его поцеловал, чувствуя, как их поцелуй резонирует и приятно щекочет от вырывающихся из груди стонов. Боже, кто бы знал, как он давно ждал этого!.. Чувствовать жар своего близнеца, который от каждого толчка головокружительно сжимается вокруг него, отвечает на каждое его прикосновение, выгибается под сильными руками и протяжно стонет, стараясь не перекричать музыку. Самому тяжело было сдерживаться, ведь только от одного его вида сносило крышу, а душа, будто окрыленная, сильно трепетала крыльями и рвалась куда-то вверх. Сердце приятной болью ныло в груди от осознания того, чем они сейчас занимаются. К горлу подкатил тугой ком, внизу живота завязался тяжелый узел истомы, еще пару толчков и он точно не вытерпит… Дыхание Йо настолько опаляет, что он готов каждый вздох ловить губами. Целовать, целовать, целовать до потери пульса, только бы не отрываться от него… Но все закончилось тогда, когда перед глазами вспыхнула яркая вспышка, а все напряжение нашло выход из тела. Хао подавил стон внутри себя. Тело приятно потяжелело, мышцы сладостно заныли легкой болью, и он устало рухнул на своего близнеца, укладывая голову ему на грудь. Йо до крови закусил внутреннюю сторону ладони, прислоненную ко рту, чтобы скрыть громкий стон, и наконец-то расслабился, когда приятное тепло, словно волной накрыло его тело. Он чувствовал у себя на груди тяжелое и горячее дыхание своего брата, а также тяжесть его тела, но это были мелочи по сравнению с тем, что они только что сделали. Мягкая подушка под головой подействовала на пьяного Йо как снотворное: веки тяжелели и закрывались, тело хотело долгожданного отдыха, и младший Асакура не видел смысла ему отказывать в просьбе. Лишь после того, как Хао почувствовал, что отошел от яркого оргазма, он поднялся и заметил своего брата спящим. Усмехнувшись тому, как он в такой момент и в такой позе смог уснуть, он коротко поцеловал его в висок и окончательно поднялся на ноги.***
Утро после такой пьянки добрым ни коим образом оказаться не может. Йо сначала поморщился от какого-то шума — шумели явно не в гостиной — а затем еле-еле разлепил глаза от небыстрых разноцветных вспышек гирлянд. Он туго соображал, как утром может быть темно. Или он и не спал совсем? Но затем понял, что, возможно, сейчас вечер и он проспал весь день. Голова от такой мысли резко заболела, стоило ему только подумать, и он снова поморщился. Осознав, что он лежит на полу, а его голова покоится на мягкой подушке, это немного его ободрило. Значит, не все так плохо, как казалось на первый взгляд. Поняв, что он лежит в джинсах и футболке, в которой он был в новогоднюю ночь, удивился тому, как он еще не замерз на неотапливаемом полу. — Доброе утро, соня, — со смешком поздоровался Хоро. Йо перевел на него мутный взгляд прищуренных глаз и сразу заметил в его руках полный стакан воды. Только сейчас он ощутил, что у него во рту сухо, как в пустыне Сахара, и Юсуи как раз угадал с его желанием — поскорее выпить спасительной воды, он рывком встал и схватился за стакан. Тело и голову тут же пронзило болью, Йо скривился, но поспешил выпить предложенную воду, в которой только что растворилась таблетка, что должна была помочь через десять минут. — Ну как? — улыбнулся айну. — Жить буду, — выдохнул Асакура и вытер губы тыльной стороной ладони. — Спасибо. — Встать можешь? Уже все проснулись и ждут тебя на кухне, — Хорокей протянул другу руку и помог ему встать. Йо еще немного шатало — видимо, алкоголь не до конца выветрился, но скоро ему должно уже стать лучше. Он ощущал легкую тяжесть во всем теле, но списал это на бурную ночку и литры выпитого алкоголя. И тут же поклялся себе, что больше никогда в жизни нажираться так не будет. А, собственно, что такого произошло новогодней ночью, что у него так болит тело? Йо попытался напрячь мозги, но сделал себе только хуже, потому что голова тут же отозвалась на попытки подумать, стрельнув острой болью в виски. Асакура зашипел. Сделав первый шаг по направлению к кухне, он тут же остановился и прислушался к ощущениям. Почему у него все болит внизу? Тихая музыка, мишура, Хао, елка, снова Хао, пол, на котором они… Йо тут же вспыхнул красной краской до кончиков ушей, понимая, что они сделали с братом прошлой ночью. Нет, этого просто не может быть. Асакура вспомнил, что ему не раз снились такие сны, в которых он творил с Хао что его душе вздумается, но сейчас… Это был сон? Да, определенно. Это не могло быть в реальности. Он бы никогда на такое не пошел. И Хао бы не согласился на это… наверное. — Йо, что с тобой? Тебе плохо? — заволновался Юсуи, заметив, как покраснел его друг. — Нет, все в порядке, — отрицательно помотал головой тот. — Тошнит? Тогда на улицу, потому что Джоко еще унитаз не починил. — Нет, со мной все хорошо. Йо поспешно делал выводы. Он не знал, как отреагирует Хао на это, но, если он не подаст виду, что что-то между ними было, он точно решит, что это его очередная сонная галлюцинация под действием алкоголя. Ведь такое может быть? Может, и этого исключать не стоит. Хорокей открыл дверь на кухню и подтолкнул в нее медлительного Йо, который боялся туда входить. Первого, кого он увидел, был Рен, который, на его удивление, по-кошачьи лакал не свое излюбленное молоко, а воду из-под крана, сильно склонившись над раковиной. Брызги летели во все стороны, его майка была уже давно мокрой — видимо, он уже долго пытался утолить жажду и все никак не мог напиться. Тамао с радостью накладывала приготовленные салаты на тарелки Лайсергу и Анне. Последняя чистила мандарин, дольки которого иногда отдавала Джун и Пирике, которые также ждали своей очереди, когда до них дойдет Тамамура. Рю приложил огромный пакет со льдом ко лбу и откинулся на спинку стула, чтобы он не упал. Йо догадался, что ему намного хуже, чем остальным, потому что выпил он больше всех. Младший Асакура сглотнул, обводя взглядом комнату и понимая, что его брата здесь нет. Мысль о том, что все это было сном, казалась ему более разумной и правдивой, потому что все вели себя нормально и не подавали виду, что что-то знают или видели. Он облегченно вздохнул, а за его спиной открылась и закрылась дверь, и на кухне появился его брат, разглаживая длинные, влажные после душа волосы пальцами. Йо медленно повернулся. Хорокей нашел себе место за общим столом и дождался, когда Тамао и ему наложит своего чудесного салата. На братьев никто не обратил внимания, а вот Йо прямо-таки застыл перед своим близнецом и пытливо осматривал его. Хао был в своих привычных джинсах и черной с высоким горлом водолазке. Волосы были немного влажные, видимо, он не до конца досушил их феном, но они красиво лежали на широких плечах. Этого Йо не мог не заметить. — Утро доброе, хотя, уже вечер, — слабо улыбнулся Хао. — Нормально себя чувствуешь? — Да, Хоро дал мне таблетку, — медленно пояснил Йо, совершенно не понимая реакции брата. Он смотрит на него, вроде бы, как обычно, признаков того, что этой ночью между ними была хоть какая-либо связь, не было, и младший Асакура уже стал подозревать, что ему все это и правда привиделось. Он, случайно, сам себе не подкинул ту интересную таблетку, от которой действительно его могло унести? Нет, этого тоже не может быть. Тогда в чем дело? — Кстати, Джоко слился с окружающей средой в туалете, весь чумазый, — весело усмехнулся Хао и, как ни в чем, ни бывало, прошел за стол, чтобы выпить банку пива для похмелья. Несколько пустых банок уже стояло на столе — все отходили от новогодней ночи. Йо подумал, что сошел с ума. Ему и правда все привиделось, раз Хао ведет себя с ним, как вел себя всегда. Мотнув головой, он что-то пробурчал, что надо меньше пить, и шагнул за порог кухни, решив принять душ. И только Хао проводил его загадочным взглядом, скрыв за высоким воротом водолазки красный засос, оставленный его братом.
