Двадцать лет спустя, или Возвращение

      Первое, что Орили сделала, выйдя из душа, это отыскала в ворохе платьев шорты и футболку. Спустившись на кухню, женщина задала уже минут пять мучивший её вопрос: - Кофе в этом доме мне нальёт кто-нибудь? - Обязательно. – Хмыкнул Сириус, доставая с полки чашку. – Мэм, Вы хоть помните, что у Ваших детей скоро, а точнее, через десять дней, день рождения? - У наших, мистер Блэк. – В тон ему отвечая, поправила Орили. – И из твоего заявления я могу сделать вывод, что сегодня 9 июня. Странно. - А что тебя удивляет? - А то, гиппогриф тебя задери, что, уйдя из дома 6 июня 1998, я оказалась в 9 декабря 1977, а уйдя из Хогвартса 9 июня 1978, я попадаю в 9 июня 1998 – математика странная. Ну, да соплохвост с ней, с математикой. Расскажи мне про неё, чем мы отличаемся? - Ну, во-первых, у неё нет привычки бить Тёрнеров. – Орили только открыла рот, чтоб что-то сказать, но её впервые одёрнули. – Не перебивай! На гитаре тоже не играет, а я вот, кстати, научился, спасибо твоему другу. Но музыку она любит, и поёт хорошо. И языки знает, правда, учила их, как все маги. Ну это из самого существенного, а остальное сама поймёшь. - Ну, хоть успокаивает, что Салливаны мои друзья. Надеюсь, Мико тоже? - Да куда ж от Роджерса-то деваться! – Шутливо взмахнул руками Блэк. - Сильно моё вмешательство её изменило. Не было потребности отдалиться от магического мира, как у меня когда-то. – Орили немного помолчала. – А расскажи… о нём. - Что рассказывать? Он пытался жить так, как ты просила. Честно говоря, не всегда у него получается. Он честно попытался полюбить Тонкс, но… Нет, ты не переживай, Тедди родился, он есть. – Увидев, как меняется лицо собеседницы, поспешил успокоить её Сириус. – Тонкс всё пытается уговорить его жениться, не очень-то правда у неё выходит. - Спасибо. – Тихо сказала женщина. - За что? - За рассказ. Теперь мне будет легче привыкать.       Через пару дней к друзьям заглянул Ремус и насторожился, потому что заметил некоторые странности и изменения в поведении миссис Блэк.       Наконец, наступило девятнадцатое июня – день рождения близнецов Блэк. В доме начали собираться гости, и многие из них заметили странности в Орили. Сначала Лили, пришедшая помочь, вошла в спальню Орили и, услышав её ворчание: «Да как можно это носить? Есть тут хоть одни джинсы или хотя бы брюки? О, вот, нашла! И кофточку, вот эту», подумала, что миссис Блэк всегда любила платья, а сейчас роется в них, ворча и ища джинсы, при этом одетая в какую-то дурацкую толстовку и шорты. Потом пришедший через некоторое время Джеймс с подарком для близнецов и бутылкой огневиски явно для хозяина дома увидел яростно блеснувшие в сторону этой самой бутылки глаза Орили, а раньше ведь она не была против выпивки на праздниках. Затем Бредли, поздоровавшись: «Привет, Рил», увидел, как она поморщилась и напряглась – никогда у миссис Блэк не было такой реакции. Но последней каплей и полным проколом Орили стала её собственная фраза после того, как вечные двигатели этой жизни близнецы Уизли в очередной раз что-то учудили. - Что вы устроили?! - Рил, сегодня праздник ведь. – Попытался оправдаться Джордж. - Не смей называть меня Рил! – Женщина фактически перешла на ультразвук. – И вообще, ещё устроите что-то подобное в моём доме – и я тебе уши оборву. С одним ухом я тебя видела, посмотрю, как ты выглядишь без обоих! – Поняв, что сморозила что-то не то, Орили резко развернулась на месте и рванула в кухню. Вбежав в помещение, она скинула на стул злополучную кофту, оставаясь в майке, и, включив воду, стала без магии мыть посуду: - Дура! Дура! Спалилась, дура! Думать иногда надо, ой, надо… А в это время в гостиной: - Это что сейчас было? - Когда она успела увидеть меня с одним ухом? - Ты спроси, когда она научилась нас различать! – Так вслух размышляли близнецов и их вечный сообщник Ли Джордан. - Иди к ней. – Услышав рядом с собой шёпот Сириуса, Ремус мгновенно сорвался с места и пошёл вслед за Орили на кухню. Войдя туда, он понял, что женщина занимается не столько посудой, сколько самобичеванием. Первое, что бросилось в глаза, был шрам на правой руке. Мужчина подошёл к ней, положил руки ей на плечи и уткнулся лбом ей в затылок, выдыхая: - Ты…       Его прикосновение и тихий вздох заставили Орили вынырнуть из своих мыслей и женщина вздрогнула. - Ну нельзя же так пугать! – Разворачиваясь к нему лицом, чуть укоризненно сказала Орили. – Рем, Рем, ты чего? – Женщина не на шутку перепугалась, потому что по лицу Люпина катились слёзы, а сам он, используя её, как опору, медленно опустился вниз и оказался стоящим перед ней на коленях.- А ну, поднимайся немедленно! – Он не послушался. – Ну ладно. – С этими словами она сама опустилась рядом и стёрла слёзы с его лица. – Я же просила тебя… - Я думал, что ты уже не вернёшься. – Тихо проговорил Ремус. - Взрослый и глупый мой мальчик. – Улыбнулась Орили. – Я же обещала. И больше не пугай меня. - Ты вроде не пугливая была у меня. – Хмыкнул Люпин. - У тебя. Я… у тебя. Знаешь, приятно. – Она провела ладонью по его щеке, потом погладила по волосам. – Седеешь. Вот таким я тебя и помню. Таким я тебя и полюбила. - Старым идиотом? - Вновь усмехнулся Ремус. - Нет. Самым лучшим человеком в мире. – Орили потянулась к его губам, Люпин с готовностью поцеловал её. - Хм. – Вдруг раздалось над ухом. Орили открыла глаза, отрываясь от Люпина и увидела, что над ними возвышается Сириус, сверкая своей самой неотразимой улыбкой. – Я, конечно, понимаю, что я, как всегда, не вовремя, но ты, дорогуша, навела панику. Там сейчас идёт дискуссия на тему, когда ты научилась различать близнецов Уизли и, чует моё сердце, что скоро кто-то из них решит это выяснить напрямую. - Так, что ещё ты мне не рассказал? – Поднимаясь с пола, спросила Орили Блэка. – Хотя, я сама спрошу. Я видела четверых незнакомых мне молодых людей – девушку, похожую на Гермиону, девушку, похожую на Лили и ещё парня и девушку, похожих на Регулуса и Марлин соответственно, кто они? - Аманда Грейнджер – сестра Гермионы, Оридея Поттер – дочь Джеймса и Лили и, соответственно, сестра Гарри, ну и Астра и Алькор Блэк – мои племянники, ну и твои, получается. - Спасибо за информацию. – Улыбнулась Орили, вновь приникая к губам Рема. - Рил… - Начал Сириус. - Убью. – Оторвавшись от Лунатика, процедила женщина. – Что тебе ещё? - Просто хотел сказать, что кое-кому крупно повезло, что вошёл именно я. И, да, у тебя вода льётся. - Точно, я же посуду мыла. – Спохватилась миссис Блэк. – Кстати, Сириус, давно хотела спросить. А почему ты не страдаешь от исчезновения своей жены, место которой я заняла? Хотя, можешь не отвечать – я сегодня сама уже увидела ответ. Ладно, мальчики, идите, я закончу и приду. – Орили невесомо коснулась губ Ремуса своими. – Люблю тебя. - И я тебя. – Ответил мужчина, и они с Блэком покинули кухню. Орили вернулась к оставленной в обиде посуде. Но недолго продолжалось её одиночество. - И когда же ты научилась нас различать, Орили, позволь спросить? Женщина развернулась. Поставив руки на раковину по обе стороны от неё, над Орили возвышался один из близнецов. Она решила продемонстрировать козырь. - Я же не спрашиваю, когда ты успел влюбиться в Оридею, Фред Уизли. – Хитро прищурившись, хмыкнула она. - Ты… Ты… Откуда ты знаешь? - Наблюдательность – одна из моих положительных черт. – Тут она оторвалась от разговора с Фредом, хотя всё ещё смотрела в его сторону. – Мне плевать, какого дракла ты тут забыл, Флетчер, но ты сейчас же вернёшь на место всё то, что успел украсть из принадлежащего Блэкам, Дейнсбери и Вудам. – Повернув голову влево, Орили грозно глянула на Наземникуса. – Живо, я сказала! – Фред предусмотрительно ретировался: он никогда не видел эту женщину такой – милой и ехидной и спустя мгновение яростной и злой. - Я… - Залепетал Флетчер. – Я… ничего… - Выверни карманы, вор, трус и неудачник. – Крикнула женщина. - Мне уже плевать, когда она научилась нас различать. – Сказал Фред, возвратившийся в это время в гостиную. – Теперь мне интересно, останется ли жив после встречи с ней Наземникус. И если останется, то я ему лично памятник поставлю. - Лучше сразу могильную плиту ему закажи. – Хмыкнул Сириус. – А если он всё же выживет, ты его больше не увидишь. Моя жена отобьёт у него всякое желание переступать порог, как этого дома, так и всех, где она бывает. – Закончил Блэк, доставая сигареты, но тут же убрал их, услышав с кухни: «Сириус Орион Блэк, не смей курить в доме!». Надо сказать, Сириус оказался прав в отношении Наземникуса – Флетчер выжил, вернув все украденные вещи, но его больше никто из присутствующих не видел. - Ты моешь посуду просто так? – Раздалось за спиной Орили спустя пару мгновений после того, как она выпроводила Флетчера. - Да, Дора. А что? Мне нравится. - Ты всегда была слегка странной. Но целеустремлённой и всегда добивалась своего. - К чему ты сейчас всё это говоришь? - Помоги мне. Ты же добилась Сириуса. Он ведь женился на тебе. А у меня с Ремусом ничего не получается. Я знаю, что он упрямый и его сложно переубедить, но ты ведь тоже такая. - Прости, но я, наверно, не смогу тебе помочь. Это, всё же, не моё дело. - Что ж, может, сама что-нибудь придумаю. – «Ну да, ты же умная», думала Орили, на душе которой скребли кошки. – Я знаю, чувствую, что что-то не так, что он не может ко мне привыкнуть. Но не могу понять, почему? - Знаешь, двадцать лет назад он любил одну девушку, она тоже его любила, но случилось так, что ей пришлось уйти, можно сказать, умереть. Ему тогда было очень плохо. - И что, ты хочешь сказать, что он до сих пор ждёт ту девушку? - Она вернётся, я знаю. Сириус, рассказывая мне это, сказал, что она всегда выполняет обещания. А она обещала вернуться. Так что, будь готова, что однажды он уйдёт. - Двадцать лет? Да она, наверное, уже забыла о нём, замуж вышла, детей родила! – Взорвалась Тонкс. – Но ладно, я постараюсь свыкнуться. Пока же мне это удавалось. И буду готова. – «Опять ты лжёшь близким людям, Орили Мэй Блэк! – Корила себя её собеседница. – Опять ты лжёшь!»