Ловушка 22

22 апреля 2008 года Я брёл по аэропорту Ньюарка. Не люблю летать на самолётах. Ну, вернее, я не люблю скучать в самолётах. Рей и Фрэнк весь полёт спорили о гитарах, Боб преспокойно храпел, а Майки с Алисией накрылись пледом, чтобы их поцелуев никто не видел. А я, как назло, сел рядом с ними! Такое впечатление что с брат с девушкой специально устроили это проявление чувств на моих глазах. Майкос прекрасно знает, что я очень скучаю по Линдси. И конечно же он знал, что я её ревную. На этот раз к Стиву. Монтано в последнее время стал себе много позволять. То они вместе валяются на сцене, то поют в один микрофон, почти соприкасаясь губами... Естественно, что Лин я этого никогда не скажу. Но вот тихо беситься в сторонке мне это не мешает. На этот раз в нашу с братом квартиру напросилась Алисия. Я, конечно, мог побыть там вместе с ними. Но, на минуточку, я женат! Нет, я мог бы привести Лин туда, и мы бы вполне весело проводили бы время вчетвером, но это уже как-то слишком. Мне нужно было время чтобы всё обдумать, но его просто-напросто не было. Выходило так, что пока будут идти поиски дома, жить я буду неизвестно где. Когда я рассказал обо всём Линдси, девушка торжественно заявила, чтобы я перебирался в её "берлогу". Я тогда долго отнекивался, что и неудобно, и в конце-концов я мужчина и у меня есть гордость, и вообще-то я должен содержать семью. Я разглагольствовал минут двадцать, а может и тридцать, на что Лин ответила, что мы что-нибудь придумаем. В том, что мы что-нибудь обязательно придумаем, я не сомневался. С учётом гонораров, полученных мною за тур, я вполне мог купить дом. Вот эти и займёмся, а пока... Пока нужно найти такси. Перехватив поудобней ручку чемодана, я махнул рукой. Надеюсь, что водитель знает город. Хотя, если честно, я как-то даже забыл поинтересоваться у Лин, где она живёт... Чёрт! Только такие умалишённые, как мы, могли на это согласиться! Один идёт и не знает куда, другой не сказал адреса и ждёт его там. Всё просто классно, ничего не могу сказать. Так, Джерард, соберись! Хватит паниковать! Сейчас позвонишь, всё выяснишь. Достав телефон, я только щёлкнул по кнопкам разблокировки, как чёрный вихрь налетел на меня со спины и я еле устоял на ногах. - Лин, ну зачем так пугать! - Джер, я вообще-то скучала! - она коротко поцеловала меня в щёку. - Я тоже соскучился, радость моя, - я обнял её за плечи. - Устал, да? Пойдём, нас отвезёт Стив. Я его долго упрашивала, хотя, кажется, он был рад смыться из дома. Люсинда не желает его никуда одного отпускать. Ревнует меня к нему что ли? - девушка рассмеялась, но, заметив выражение моего лица, замолчала. - Ты что, - спросила она после секундной паузы, - тоже ревнуешь? - Нет, Лин, что ты. Совсем нет! - Я постарался улыбнуться, но не вышло. Врать я, к сожалению, так и не научился. А вот Майки может болтать любую чушь, и ему поверят. - Джерард Артур Уэй ревнует! Занесите этот момент в историю! - Линдси смеялась, прикрывая лицо ладонью. Мы медленно брели к дальней стоянке. Моя спина ныла от непосильной ноши в виде чемодана и любви всей моей жизни. Никогда не понимал, как можно говорить о людях такими фразочками, но после того, как я встретил Лин, я даже не заметил, как эти глупые штампы стали для меня правдивыми. - Эй, птички! - из раздумий меня вырвал крик Стива. Монтано прислонился спиной к своему внедорожнику и рассматривал нас с нескрываемым интересом. - Джи, кидай чемодан в багажник, а ты, Лин, садись в машину. Хотя... Уэй, тебе помощь не нужна? В ответ я только слабо кивнул. Мало сказать, что я был удивлён. Это было просто за границей моего разума! Со мной говорили как с обычным человеком, почти что как с другом! И это было классно. Не надо думать, что я звезда и я требую к себе какого-то особого отношения. Наоборот, мне бы очень хотелось быть обычным человеком. И Стив... Наверное, мы с ним поладим. Пока никто из известных людей не называл меня вот так просто, будто я хороший знакомый. Исключение составляет Линдси, но она со всеми себя так ведёт. - Вот так! - Монтано захлопнул багажник. - Джерард, а ты часом не девчонка, нет? - спросил мужчина, когда я сел рядом с Линдси на заднее сидение. - А что, Рай, [4] завидуешь? - Лин ухмыльнулась водителю в зеркало заднего обзора. - Нет, за тебя, красотка, беспокоюсь! Представь, он должен с такой девушки сдувать пылинки. И на руках носить обязан. Не переживаешь, что он тебя не поднимет? Или ты заранее об этом знала и потому худела, а? - продолжил он. Я не сразу понял, что Стив шутит. Они с девушкой во всю хохотали над шуткой Монтано. Ну, а я всю дорогу молчал и смотрел в окно. В Ньюарке, если так можно сказать, я провёл свою жизнь. Родители переехали сюда задолго до моего рождения. Я был рад снова оказаться здесь. После переезда в Нью-Йорк я редко приезжал сюда к родителям. Донна и Дональд не особенно обижались на меня за это, считая, что я "уже взрослый, чтобы делать свой выбор". Но, всё же, мама и папа с завидной регулярностью предлагали мне вернуться назад. И вот я снова здесь. И это до ужаса классно. - Джер, - Линдси потрясла меня за плечо. - Мы приехали. Чёрт, я даже не заметил, как задремал. Хотя, оно неудивительно - шестнадцать часов полётов и пересадок сделали своё дело. Полусонный, я, под гогот Стива, достаю чемодан из багажника. Махнув ему на прощание рукой, я отправился вслед за Лин. Подойдя к обычному подъезду обычной многоэтажки я опять-таки удивился. Она же известная басистка, как она может спокойно жить в таком доме? Наверное, ей очень повезло с соседями. Потому что когда я некоторое время жил в обыкновенном доме, мне и шагу нельзя было ступить спокойно. Выкинуть мусор для меня становилось непосильной задачей, так как около лифта меня уже караулили. Ну, а в магазин приходилось ходить ночью и в толстовке с огромным капюшоном. - Джи, ну ты чего? На Рая обиделся? Он не хотел, честно! Просто у нас так принято... - Линдси поспешно отвела взгляд и стала искать в сумочке ключи. Открыв дверь, она шутливо склонилась на манер дворецкого. Поборов в себе хорошего мальчика, я первым переступил порог. И замер на месте. Девушка налетела на меня, и мы вместе упали на пол. Ну, вернее, на пол упал я, а Линдси распласталась на мягкой подушке по имени Джерард Уэй. - Чёрт, Джер! Ты сегодня какой-то медлительный, - потянула она, обняв меня за плечи. В ответ я только чихнул. В нос попала пыль, вылетевшая из ковра. Лин рассмеялась, смотря на то, как я чихаю. Через несколько минут мы просто валялись на грязном коврике и смеялись. Смеялись просто потому, что были счастливы, потому, что мы были вместе. - Линдси, почему у тебя открыта дверь? Линдси! - в квартиру заглянула женщина средних лет. - Простите, миссис Меттьюс! Просто, просто... - девушка не могла подобрать слова, а я, как последний болван, молчал, изучая соседку. - Мисс Баллато, вы же вроде приличная девушка, а сидите тут с этим, как его, геем. Вот! О нём говорили в новостях, что музыкант известный. И фото показывали, где он с каким-то парнем целовался. Фи, как противно! - щебетала женщина, косясь в мою сторону. Я резко встал и оказался с ней лицом к лицу: - Думаю, миссис Меттьюс, вы ошибаетесь! Линдси давно сменила фамилию на "Уэй" и она, к слову, моя жена. Так что попрошу вас её не трогать. И да, я не гей, - в завершении тирады я, улыбнувшись, хлопнул дверью прямо под носом у хамки. - Фух! - девушка перевела дух. - Я уж думала, она никогда не заткнётся. Это миссис Мэттьюс, она живёт в квартире напротив. Не работает и целыми днями смотрит телевизор. Ну, и ещё она жуткая собачница. Она разводит собак-сосисок. Таксы, кажется, порода называется. Мы с ней как в первый день поцапались, так и не ладим. Хотя она одно время пыталась дружить со мной. - И ты позволяешь так с собой обращаться? - я сел обратно на коврик напротив Линдси. - Хамство непростительно ни для кого. - Вот поэтому тебе все и не давали жить как обычному человеку. Для неё я играю в какой-то малоизвестной группе и рисую никому не нужные картины. И молча сношу все её претензии. Я живу тут лет пять или шесть, я привыкла. Знаешь, я даже в чём-то рада, что со мной так обращаются. Это делает меня обычной и меня это радует. Только вот теперь, боюсь что нам будет неспокойно! - Я, отважный джедай, тебя защищу! - я взмахнул невидимым мечом и обнял Линдси. - Пойдём, Люк Скайуокер! - она дёрнула меня за руку и потянула в комнату. Я подхватил её на руки и закружил: - Ну что, теперь точно уверена, что я самый настоящий рыцарь? Ответом мне послужил долгий поцелуй. 22 сентября 2008 года - Всё, это последняя коробка! Наконец-то этот ад закончился! - Линдси показала мне пустую картонку и для наглядности покрутила её над головой. - Ура-а-а-а! - проорал я, развалившись на полу. Лин откупорила бутылку заранее купленного для такого события вина, и мы уселись посреди абсолютно пустой гостиной с бокалами вина в руках. В открытые окна врывался ветерок, солнце уютными полосками расположилось на паркете. Мы переехали два месяца назад. И за эти несчастные два месяца мы смогли только разобрать коробки с вещами. Дом был огромен и единственными обжитыми комнатами были кухня, спальня и огромная зала, переделанная под временную мастерскую. Гостиная, столовая и коридор были пусты, а остальные помещения просто-напросто были заперты на ключ: там всё было пыльное и неприятно пахло сыростью. Прекрасная погода отбивала всякое желание размахивать метёлкой и тряпкой. Нет, мы конечно могли вызвать сейчас горничных или рабочих. Но это наша жизнь, наш дом и наше время. Потом, конечно же, мы найдём какое-нибудь агентство, которое оживит этот огромный особняк. Но мы слишком долго были порознь, чтобы позволить кому-то нарушать наше личное пространство. Всё будет, но потом. Весь май мы провели в Ньюарке. Я вновь узнавал город, в котором провёл своё детство. Музеи, парки и прогулки на лодках по реке. Последние ряды в кинозалах и театрах. Ночные посиделки в барах и променады по ночному городу. Безумные концерты неизвестных панков и росписи стен инициалами. Бесконечные рисунки, игра на гитарах и жуткое пение. Мы веселились как дети и были от этого по настоящему счастливы. И нам было абсолютно наплевать на наш возраст. Можно и в семнадцать быть тухлой курицей, а можно и в тридцать один зажигать на стойке бара. Мы были детьми и ими же оставались. К решению наконец-то купить дом мы пришли только в начале июня. Благодаря "замечательной" миссис Меттьюс мы не могли и шагу ступить спокойно. Нам вечно приходилось прятаться, а по любому шуму скандальная дама вызывала полицию. Мы долго терпели всё это, но потом у Лин закончилось её ангельское терпение, и мы, на этот раз не скрываясь, отправились в Нью-Йорк. Майки на тот момент уже свалил из нашей с ним квартиры, отправившись отдыхать с Алисией. И в итоге в нашем с Лин распоряжении оказались два этажа креативного пространства в сердце города. Наконец-то мы могли не скрываться! Мы могли целыми днями сидеть и рисовать, орать песни или играть на гитаре. Никто не мог нам этого запретить. И всё было бы просто прекрасно, но через три недели вернулся братец со своей девушкой. Конечно, было весело сидеть вот так вечерами вчетвером, играть в "Монополию" или "Мафию"; смотреть фильмы, пить пиво и громко болтать. Только такое быстро надоедает. Мы с Лин выдержали неделю и только потом отправились к знакомому риэлтору с просьбами о помощи. И вот тут начался ад, который преследовал нас до конца сентября. Множество предложений и каталогов с недвижимостью, бесконечные выезды на объекты с шоу-румами... От покупки квартиры мы отказались на шестой день всей этой суеты и стали искать дом. Но и тут нас ожидала неудача - нам хотелось какого-то уединения, но все те особняки, которые нас интересовали, были либо слишком близко к городу, либо слишком близко друг к другу. За две недели поисков мы успели изрядно потрепать нервы всей конторе. И тогда нам предложили вариант - дом постройки восьмидесятого года, но отреставрированный и вполне модернизированный. Правда последние лет семь там никто не жил, но это мелочи. Приехав, наконец, на осмотр, мы были поражены. Вдохнув этот воздух, почувствовав эти стены, я понял, что вот он, мой дом. Самым сложным, наверное, было собрать вещи. Лин жила в своей квартире в Ньюарке пять с половиной лет. И несмотря на гастроли, она умудрилась зарасти вещами по самую макушку. Хотя, она же девушка, ей так положено... До сих пор с дрожью вспоминаю, как мы упаковывали её коллекцию гитар. Ровно десять штук. И все десять в рабочем состоянии и все десять непременно пригодятся в первый же день в новом доме. Про перевозку котов я вообще молчу! Джесс, персидская кошка Линдси, всю дорогу проспала в своей переноске, но несносный Блэк изрядно потрепал мне нервы! Несмотря на мою любовь к котам, этого мне иногда хотелось прибить. Он выл всю дорогу от Ньюарка до Нью-Йорка и от Нью-Йорка дальше на север, вглубь лесов. Мы с Майки купили квартиру где-то год назад, но до этого снимали её года два, наверное, или полтора. Несмотря на постоянную занятость и отсутствие свободного времени, я был завален вещами с ног до головы. Сценический реквизит, книги, техника, рисование... Я буквально утопал во всём этом. И вот, только в вечер двадцать второго сентября мы закончили этот переезд. Предстояло, конечно, ещё много работы, но это будет потом, а сейчас... Сейчас мы одни в этом мире и никто не сможет нам помешать. - Прогуляемся? - я потянул Линдси за руку, и мы медленно двинулись к раздвижным дверям в сад. Солнце клонилось к закату и, стоя на веранде, мы могли смотреть на то, как оно прямо на наших глазах садится за горизонт. Миг! И мир погрузился в сумерки. Медленно стали зажигаться фонарики, воткнутые в землю и работающие от солнечной энергии. Цепочка света вела нас дальше в темноту и мы с Лин, скинув домашние тапочки, отправились по этой волшебной дороге. Холодная, чуть влажная трава щекотала ноги. Мы шли, не расцепляя рук, навстречу приключениям. Обойдя весь парк, весь наш парк, мы вернулись к исходной точке - веранде. Пока Линдси ходила в дом за ужином, я успел нарвать поздних гладиолусов с клумбы неподалёку, так что когда девушка вернулась, её ждал сюрприз. - Цветы? Как это мило, Джер! - она улыбнулась и поцеловала меня в щёку. - Ну, и у меня тогда сюрприз есть! И Линдси поставила на настил нашу бутылку с вином и торт. По всем законам переездов грузчики уронили именно те коробки, в которых лежала посуда. И в итоге у нас были только два бокала, подаренные нам Алисией. Ножей и вилок у нас тоже было в обрез - как всегда при переездах бывает, одна коробка пропала. И, конечно, это были столовые приборы. Теперь на двоих у нас приходилось четыре десертных вилки, две ложки и один нож для хлеба. Как раз через пару дней мы хотели докупить то, чего нам не хватает. Но это будет потом, в будущем. А сейчас у нас есть прекрасное настоящее. На небе зажглись звёзды. Мы сидели и болтали ногами, не мигая смотря на них. Ведь это были...звёзды. Кто-то обязательно спросит, что же в них есть такого - это же просто светящиеся шарики в небе! Но нет, звёзды это... Это звёзды. Они волшебны, и это в них прекрасно. Несколько месяцев назад, когда мы с Лин смотрели на закат с крыши её дома в Ньюарке, я подумал, что самым страшным для меня будет то, что я не смогу увидеть ничего. Нет-нет, меня пугала не физическая слепота, а духовная. Меня пугало то, что однажды я, может, не смогу увидеть любовь, не смогу её почувствовать. Что я не смогу потрогать руками музыку и услышать цвета. Что я не буду видеть в звёздах волшебство, считая их просто шариками в небе. - Джер, о чём задумался? - спросила меня Линдси, нежно коснувшись рукой моей щеки. - О тебе, - ответил я, улыбнувшись. Какую чушь я себе напридумывал! Когда рядом со мной она, я всегда буду видеть любовь, всегда буду слышать цвета и трогать музыку. Всегда буду видеть волшебство в мире. Потому что весь мир для меня это и есть эта чудесная девушка, моя радость, моя Линдси. ...Потом мы долго смеялись и кормили друг друга тортом с рук. Прохладный вечер плавно перетёк в горячую ночь. Всё шло так, как и должно были идти. Мы чувствовали это, нас вела наша общая путеводная звезда, горящая огнём в наших сердцах.