Сказка

И что вы хотите услышать? Что я чувствую себя идиотом? Считайте, что вы это услышали. Иначе с чего мне лежать тут под вспышками их странных огней? Как же больно… Да и сознание туманится. Что за яд в этих иголках? А ведь все было вполне нормально, не сунься я смотреть на это поселение. Город. Просто он очень красив именно в это время. Холодновато, конечно, на поверхности, но не на столько, чтобы льдом все покрылось. Из-за этого мне и нравится в этих местах. Бывал-то я почти везде, так что знаю. Странные существа эти «люди». Но то, как красивы их дома сейчас – это невероятно. Вот и выплыл полюбоваться. И абсолютно глупо попался в сеть. Я никогда не видел, чтобы в это время кто-то кидал сети, вот и расслабился. Глупец. Мне впервые так страшно… Но, похоже, это ненадолго. Я просто не могу пошевелиться. Больно… Очень больно… Что это? Тонкие руки обхватывают меня за талию и переворачивают. Боль… Еще раз. Я заскрипел зубами, но тут ко мне прижалось что-то гладкое, пахнущее как-то странно. - Потерпи. Еще чуть чуть! Давай! – еще переворот и я понимаю, что чувствую воду. – Живи. Ты должен жить. Ты же сказка! Капли воды на моем лице. Крики «людей», тонкие ладошки, обхватившие лицо и нежное прикосновение к щеке. Стараюсь сфокусировать взгляд и, посмотрев на своего спасителя, падаю в воду. И именно в этот момент я понимаю, что никогда не смогу забыть эти глаза, словно родные воды, пронизанные солнцем. Прошло сколько? Десять лет или одиннадцать? Время так легко переливается, словно вода сквозь пальцы. Я почти не замечаю его. Моя жизнь почти бесконечна. Я был в этих водах, когда люди плавали на «лодках», подчиняющихся только ветру, и я здесь, когда они стали шуметь так, что мы вынуждены уйти на глубину. За эти десять лет изменилось многое. «Город» стал больше, выше. Сети крепче. Но не изменилось воспоминание о тех хрупких руках и глазах, смотрящих так отчаянно и печально, что до сих пор замирает что-то внутри. Ребенок. Меня спас малек. Маленький хрупкий мальчишка, одетый в лохмотья. Я видел его несколько раз на том самом месте. Он менялся, постепенно становясь старше, но оставался все таким же хрупким. Снова «город» расцвечен огнями. Снова то время, что они называют «Рождество». Я все еще люблю наблюдать за этим. И еще одно: то, что делает это совсем особенным – хрупкая фигурка, сидящая на песке и смотрящая на воду. Я прячусь за камнями и смотрю на него. Он не похож на других. Странно, что он всегда на улице. Похоже, у него нет дома. Остальные так и называют его – Ребенок улицы. Он вырос, стал выше, но все так же одет в лохмотья. Но как же он красив… - Сирто, ты снова здесь? – тихий журчащий голос за спиной. - Ариа, ты же никогда не поднимаешься на поверхность? – я оборачиваюсь к подруге и не удивляюсь, видя, что она хмурится. - Это зашло слишком далеко. Сирто, мне больно смотреть на тебя. Ты сам понимаешь, что творишь? – сейчас, когда она была на поверхности, ее слезы успевали скатиться по лицу и, попав в воду, стать маленькими капельками жемчуга. - Ариа, я понимаю. Но ничего не могу с этим поделать. Просто не могу. Слишком поздно. С того самого момента поздно. Не плачь. Я этого не стою. - Стоишь, Сирто, стоишь. Я хочу кое-что сделать. Помнишь, как ты отдал свой миг для меня? Не перебивай! Я хочу этого. Я хочу, чтобы ты на время, пока снова не наступит ночь, стал человеком. Это моё желание. - Ариа! – боль скрутила меня, и я провалился под воду, но тут же почувствовал, как ее руки поддерживают меня и влекут к берегу. Я не мог в это поверить. Миг – это мысль, самое сильное желание. Он может все. Мой миг спас ей жизнь, а ее… Дал мне шанс просто прикоснуться к руке «человека», которого я любил. Да, любил, хоть это и было столь невозможно. Мальчик, юноша, почти мужчина… Только он. - Ну что ты смотришь! – Ариа подняла взгляд на вскочившего с песка юношу. – Держи свою «сказку». У тебя есть один день. Не подведи. Юноша кивнул и, склонившись, прижал к себе сильное, но столь неуклюжее сейчас тело. Он смотрел на мое лицо так, словно видел самое чудесное, что может быть на свете. Я, все еще не веря в происходящее, смотрел на это. Услышав, как всплеснул хвост Арии, я вздрогнул. - Это ты? Это и правда ты? – прошептал юноша и коснулся моей щеки. - Ты ждал меня? – так же тихо прошептал я, вглядываясь в такие родные для меня глаза. - Нет, - он грустно улыбнулся. – Я не верил, что это возможно. Я лишь хотел увидеть тебя издали. Я знал, что ты снова приплывешь сегодня. Ты каждый год приплываешь в этот день. Я видел тебя. - Видел? - Да. Не волнуйся. Остальные - нет. Они просто не знают, куда смотреть. Кстати, все забыли про тот случай. - Да. Мы сделали так, что все это стерлось из их памяти. - А я? Почему помнил я? - Потому что ты коснулся моих слез. Мы не можем воздействовать на тебя. - Я рад, - он улыбнулся мне и накинул свое пальто на мои плечи. – Идем. Тебя нужно одеть. Он называл меня «Сказка», а я его «Ребенок». Он смеялся и говорил, что уже взрослый. Я вполне серьезно отвечал, что верю и мы смеялись уже вместе. Он хватал меня за руку, и мы бежали то в одно, то в другое место, которое он хотел мне показать. Я узнал, что такое огонь и свет ламп, что такое чай и яблочный пирог и пирог с патокой, что такое смех и поцелуй с любимым человеком. А потом я узнал, что такое самая сильная боль, когда прижимал к себе столь нежное и отзывчивое тело, когда растворялся в нем, сцеловывая его стоны и слезы наслаждения… Когда, понимая что это больше никогда не повторится, ронял свои слезы, рассыпавшиеся по полу черным жемчугом боли от разбившегося сердца… Я все дальше заходил в воду и изо всех сил старался не обернуться. Я знал, что он там, на берегу. Я знал, что сейчас ему так же больно, как и мне. Но время было на исходе. Меня скрутила боль, но теперь я почти не заметил ее, так как она была ничем в сравнении с тем, как болело внутри сердце, в кровь изрезавшее меня своими осколками. Снова текло время. Я старался держаться как можно дальше от поверхности. У меня получалось. Ариа все чаще проводила меня беспокойными взглядами, говоря, что я пугаю ее. Я все понимал, но не мог вести себя так, как раньше. Все мое существо рвалось наверх, к нему, но я не мог! Я понимал, что увидев его, просто не смогу уйти. - Сирто! Сирто! – взволнованные крики раздались у входа в мое жилище. - Ария, что… - увидев ее лицо, я понял, что случилось нечто ужасное. Подплывая к единственному месту под водой, где был воздух, я увидел его. Он лежал на камнях, закрыв лицо руками. Как он изменился… Я не мог поверить своим глазам. Еще более тонкое тело терялось в обрывках одежды, шрамы пересекали его то тут, то там, синяки, ссадины... Мой малыш! Я подплыл к нему и, подтянувшись на руках, сел рядом с ним. Было страшно протянуть руку и коснуться его, но я сделал это, отведя его ладони от лица. На меня смотрели почти безжизненные глаза. - Зачем вы спасли меня? – прошептал он. - Что с тобой произошло? – я почувствовал, как что-то внутри словно огонь жжет меня. - Что? Все так, как и должно быть. Я же шлюха. Теперь я стал взрослым и меня перестали жалеть. Вот и все. Я устал от всего. Просто устал и хотел закончить. Не нужно было меня спасать. - Но… - Что но? Сказка закончилась. Даже ты… Ты не пришел… - Я не мог… - Не мог… не надо меня жалеть. Просто тебе было интересно… Но сейчас уже нет. Я тебе не нужен больше. - Нужен! - Не надо. Просто дай мне уйти. Я больше ничего не хочу… Только покоя. Я смотрел на него и понимал, что ничего не могу сделать. Только исполнить его желание. Аккуратно подняв его на руки, я соскользнул в воду и поплыл к своему жилищу. Ребенок смотрел на меня не отводя взгляд и улыбался. - Сирто! Что ты творишь?! – Ариа преградила мне дорогу. – Ты совсем с ума сошел? - Ариа, так нужно. – Ребенок перевел взгляд на нее и крепче обхватил меня руками. - Сирто! Ты не можешь так поступить! Ты же знаешь! Ты не сможешь жить без того, кого любишь! – она уже кричала. – Как только он умрет, ты станешь камнем! Сирто! - Я знаю, – кивнул я и тут почувствовал прикосновение к своей щеке. Юноша смотрел на меня с ужасом. В его глазах я увидел страх за меня и, улыбнувшись, легонько прикоснулся к его губам. Он отстранился и замотал головой, выражая протест, но я ласково погладил его по щеке. Его и мое время было на исходе. - Ты не хочешь жить, а я не хочу быть без тебя, – прошептал я. Он схватил меня за руку и указал обратно на пещеру с воздухом. Я пожал плечами и понес его обратно. - Ты… Зачем? – он все еще не отошел от того, как долго пробыл без воздуха. – Зачем?! Почему ты не сказал мне? - Мне не нужно, чтобы ты делал то, что не хочешь! - Я всю жизнь делаю то, что не хочу! Не хочу голодать, не хочу продавать себя, не хочу быть без тебя! Всегда так! Но ты! Почему тогда ты не пришел? - Я боялся, что просто не смогу уйти, - я отвернулся от него и смотрел на свой хвост, переливающийся зелеными огоньками. - Почему ты станешь камнем, если я умру? - Потому что такова судьба всех тех, кто полюбит. Это не из-за того, что ты человек, просто особенность вида. Когда любишь всем своим существом кого-то, то просто не можешь жить, если его нет. И мы становимся статуями. Говорят, что где-то в самой глубине мира есть целый город таких статуй. - Почему я? Я же все равно умру. Максимум лет через пятьдесят. - Я не выбирал. Просто тогда, перед тем как упасть в воду, я увидел твои глаза, я понял, что ты для меня все. Я могу жить, только зная, что где-то в этом мире есть ты. - Сирто… - его руки обхватили меня за талию. – Прости. Прости меня. Теперь я не хочу умирать. Нет. Не из-за того, что ты такой. Просто я буду знать, что пока живу я, живет и сказка. Где бы ты ни был. Я буду знать это. Я посмотрел на него и улыбнулся. Взяв его за ладонь, я опустил в нее мешочек с черным и перламутровым жемчугом. Он тихонько потянул завязки и замер, глядя внутрь. - Это тебе. В вашем мире он высоко ценится. Ты сможешь продать его за очень хорошие… деньги. Это твой шанс жить. Жить так, как ты достоин. Каждый год я буду передавать тебе такой мешочек с Ариа. Не отказывайся. Пожалуйста! Так я буду спокоен за тебя, - поцеловав его в последний раз, я оттолкнулся от выступа и нырнул в воду. Время… Снова время. Уже столько раз мелькало Рождество, что я запутался. Сегодня Ариа поднималась на поверхность, но ты не пришел. Я знаю, что ты жив, этого для меня достаточно. Я даже нашел в себе силы понадеяться, что ты счастлив с кем-то. Что ты меня забыл… Я не видел тебя с того самого дня. Но сегодня… в день, когда ты не пришел, я решился подняться на поверхность. Я снова был у тех самых камней, из-за которых смотрел на тебя… Сегодня я узнал, что жемчуг может быть синим… как моя кровь. - Сирто! Ты должен посмотреть на это! – Ариа настойчиво потянула меня за руку. - Да что случилось? - Давай, ты должен это видеть! – Она настойчиво тащила меня за собой. Мы были в пути два дня. Вода становилась все теплее. Стали попадаться песчаные отмели и небольшие безлюдные острова. К одному из них и притащила меня Ариа. Берег был пуст. Но вот в небе раздался рев и за деревьями на остров опустилась железка. Наступившая тишина казалась блаженством. - Ариа, и что мы здесь забыли? - Смотри! – она указала рукой на берег. По песку к воде, напряженно вглядываясь вдаль, шел мальчик. Хрупкий, но хорошо развитый, одетый в белые шорты и майку. Его длинные волосы стелились по ветру. Но я замер, увидев его глаза. Словно родные воды, пронизанные лучами солнца. - Идем! – Ариа потянула меня к берегу, а я не мог противиться ей. - Ты вернулась? – мальчик подбежал к ней, зайдя в воду, но замер, увидев меня. – Ты… Ты действительно настоящий! Ребенок кинулся мне на шею, крепко обнимая ручонками. - Кто ты? – прошептал я. - Сирто. Меня зовут как тебя. Папа сказал, что так он чувствует себя ближе к тебе и еще больше любит меня. - Он… - Он здесь, Сказка, – ласковый глубокий голос заставил меня оторвать взгляд от лица ребенка и перевести его на мужчину, стоящего у кромки воды. Это уже был не ребенок… Теперь его хрупкость была обманчива, а взгляд уже не был столь наивен. Он был тверд, но в глубине сверкали искорки надежды. - Сирто… - потянула Ариа, - Да не ты, а ребенок. Пошли, прогуляемся. Они вместе поплыли к отмели вдалеке, тихо переговариваясь. А мы просто проводили их взглядом. Я не знал, как мне смотреть на него и что говорить. Он решил все за меня, обхватив руками и прижимаясь к затылку губами. - Я все еще нужен тебе? – прошептал он. - Но как? Твой сын! Ведь где-то есть его мать! - Нет. Он наш с тобой, если ты этого захочешь. Он все знает про нас. И ждал тебя так же, как и я. - Но как? - В моем мире деньги могут многое. Он по крови сын мой, и женщины… похожей чем-то на тебя. Нет, я так и не смог тебя забыть и променять на кого-то. Просто моим семенем и той яйцеклеткой оплодотворили женщину. Она согласилась выносить ребенка от неизвестной пары. Все при минимальном моем участии. И посмотри, какое чудо. Наше, если ты захочешь. И не говори, что это невозможно! Я сделал это возможным для нас! Этот остров и все, что ты видишь вокруг, принадлежит нам! Ты же не думал, что я смогу по-другому распорядиться твоей болью, своими слезами? Да, я знаю, что это был за жемчуг! Я сделал все, чтобы он вернулся к тебе только хорошим! Я живу только для тебя и нашего… да, я не могу воспринимать его по-другому, нашего сына! Но ты, ты хочешь быть с нами здесь? Я не мог ничего сказать из-за комка, стоящего в горле. Повернувшись к моему чуду, я обхватил его лицо руками и поцеловал отчаянно, стараясь этим поцелуем выразить все то счастье, что плескалось во мне. Как я стал для него Сказкой, так он стал для меня Чудом, наполнившим мой мир.