Вот так отдохнули

      Жаркое солнце посреди наичистейшего голубого неба, прохладный слабый ветерок, летние каникулы, белый песок, прозрачная гладь океана, молодость, двухэтажный дом недалеко от пляжа… Чем не рай? В принципе, рай чистой воды для летнего отдыха с друзьями. Но было одно «но». И это «но» заключалось в том, что в компании из девяти человек нет ни одной «особи женского пола», и друзьями компанию назвать было крайне сложно. Просто компания странных молодых людей с не менее странными прозвищами. Прозак - с виду адекватный, но постоянно зависит от антидепрессантов. Смерть - бледный, пугающий, отстраненный, что так и веяло холодом вокруг него. Гомо - стиляга с голубыми замашками и манерой речи. Трах – сексуально-озабоченный с повадками дворовой гопоты. Злой - асоциальный пироман с комплексом недолюбленного ребенка. Задрот - слабовидящий отаку с комплексом неполноценности. Пьянь - сформированный алкоголик с аморальным образом действий. Кока - социофоб в последней стадии, страдающий почти всеми видами расстройств личности. Садо - странный парень, имеющий пристрастия к садомазо. Нарцисс - самовлюбленный юнец с беспочвенной маний величия. Не понятно, по какой причине они общались, но другой компании у них не было.       - Ну, и кто предложил всем вместе поехать на отдых? – Поправляя ажурную панаму, ныл Гомо. – Я и так ваши противные рожи вижу каждый день.       - Я, и мы это уже обсуждали. – Ровно выдал Прозак. – Это чудесная возможность сплотить наш коллектив.       - А, хер, ты с нами поехал, старичок, солнышко вредно для твоей морщинистой кожи. – Нам и без тебя весело будет.       - А твоей прыщавой коже солнышко, смотрю, самое то будет. – Хихикнул стиляга и показал средний палец своему противнику.       - Так, тихо. Без ссор, а не то будет худо всем. – Немного нервно отрезал Прозак. – Никто ругаться не будет, мы приехали отдыхать и веселиться.       - Мы все умрем… - Тихо, под нос, пролепетал Кока. – Это будет самый ужасный отдых.       К счастью, отдельных комнат в доме, что снимала компания, хватило всем. И даже никто не дрался за комнату с видом на океан, толи из-за того что они все такие были, толи из-за немного дерганного Прозака. Каждый нашел в этом доме что-то себе по душе, и все остались довольны. По крайней мере, так было до вечера, когда все собрались после экскурсии по пляжу, волейболу и лекций на тему «Злой, не измывайся над Задротом и Пьянью».       - Ну что ж, мои дорогие друзья, первый день подошел к концу. – Начал Прозак. – И я не совсем доволен вашим поведением. Точнее, я крайне разочарован. – Тут его голос стал намного грубее. – Я же говорил, что лично буду разбираться с конфликтерами.       - Прозак, не заводись. Ребята просто устали. – Вмешался Смерть. Ему, конечно, не особо был страшен гнев друга, но и работать психологической поддержкой не хотелось. – Перелет, другой климат, смена часового пояса, недосып. Не нужно все принимать близко к сердцу.       Все замерли в ожидании. Смерть, и правда, был единственным человеком в их компании, который контролировал их бесспорного лидера. Никому не хотелось получать по голове, и поэтому, большинство ребят молились, а кто-то плакал в сторонке о том, чтобы буря прошла стороной.       - Наверное, ты прав. Я тоже устал. Все, на сегодня разборок не намечается, всем спать.       Стоило, лишь, закончится фразе, как все ребята мигом оказались каждый в своей комнате, закрываясь, от греха подальше, изнутри. Беда миновала, а это значит, что можно засыпать со спокойной душой.       Второй день не был лучше, чем первый. Кока, испугавшись, чуть не захлебнулся. Пьянь напился жидкого мыла, так любезно протянутого Злым. Гомо сцепился с Нарциссом и Трахом из-за, якобы сексуальной ориентации, Смерть случайно разрушил «Пылесос из Звездных воин», что построил Задрот из песка. Но и этот день получилось пережить без ярости Прозака.       День третий, четвертый, пятый… Прозак уже тысячу раз пожалел о своем плане «Дружба на летнем отдыхе». К обычным ссорам прибавилась игра «ударь по красной спине», а к психологическим травмам добавились еще и физические.       - Да ты меня уже задрал, мужлан вонючий, иди ты на хуй, придурок. – Угрожающе держа сковороду, рычал Гомо. – Ты уже у меня в печенках сидишь, урод!       - Да что ты говоришь, педик. На хуй твоя жопа хороша. Как раз все по маслу должно заходить. – А вот Траха это все забавляло. – Сколько уже мужиков попортил, выродок.       - Эй, ребята, а вы не перегибаете палку? – Неуверенно произнес Задрот, который часто был свидетелем ссор этой парочки.       - Не, палку я точно не перегибаю. Это обязанность напомаженного педика, а не моя. – Даже не думая останавливаться, продолжил Трах. – Вон, как ручки дрожат. Неужели ты уже выбрал, с кем спать будешь, ошибка природы.       - Эй, Трах, правда, хорош. – Эта ситуация уже никому не нравилась. – Ну и что, если он реально голубой? Неужели ты запал на него и бесишься из-за этого? – Даже Нарцисс встал на сторону Гомо, что бывало очень редко.       - Да я лучше себе яйца отрежу, чем позволю какой-то жопе подтолкнуть меня на такие желания. – В этот раз ответ не был таким уверенным. – Фу, от одной мысли хочется застрелиться.       - А теперь, сучара, пасть ты свою закроешь. – На удивление, голос Злого был спокойнее чем у Прозака, после повышенной дозы успокоительных. – А ты чего бесишься? Тебя волнует мнение этого конченного урода?       А вот этого точно никто не ожидал. Злой, конечно не питал ненависти к Гомо, но и любви особой не было. А тут, он поднялся, бережно забрал сковороду из рук модника, даже погладил несчастного по голове и швырнул посуду в давнего друга.       - Даже не думай реветь, идиот. Морщины будут.       Сказать, что все без исключения уронили челюсть – значит ничего не сказать. Наступила такая тишина, что было слышно, как Злой берет за руку Гомо. Даже жертва потеряла дар речи, когда его насильно вывели из кухни и повели из дома в сторону небольшой рощи.       - Злой…только что… - Пьянь заговорил понятными словами, протрезвев на пару минут.       - Ага…Злой заступился за Гомо… Теперь мы точно умрем. – Тихо плакал Кока, упав на колени перед Смертью.       - Кхм, Трах, я не хочу знать, что побудило тебя сорваться на бедного Гомо, но ты немедленно отправишься за ними и попросишь прощения, ты меня понял… - Садо уже убежал за новой порцией антидепрессантов для срывающегося Прозака. – Или я тебя пришибу к херам собачьим.       А до виновника, наконец, стало доходить, что он натворил, и становилось по-настоящему мерзко. Гомо всего лишь хотел приготовить ужин, который понравился бы всем, и это вообще никак не было связанно с пристрастиями красавчика. Поэтому он вылетел из кухни так же стремительно, как и пара за минуту до него. А, ведь, он все лишь хотел похвалить повара за потрясающие копченые ребрышки. Но слова, почему-то, застряли в горле, а вместо них вылетели беспочвенные наезды и оскорбления.       Заметив следы на песке, Трах пошел по ним как можно быстрее, ибо решимость с каждой минутой покидала его, заменяя сомнениями и желаниями. Хотелось ударить Злого, разбить себе голову, обнять несчастного блондина, что так хорошо готовил почти все, что просили, извиниться, завалить на теплый песок… Стоп, этого точно он не хотел, но картинки в голове были настолько яркими, что в собственной натуральности грех было не усомниться.       Из грез его вытащила совершенно другая картинка, причем реальная. Заплаканного Гомо требовательно целовал Злой, причем это была игра в одни ворота. «Определенно ломаю челюсть» - желание утвердилось. Осталось лишь отцепить этого изврата от Гомо, которого уже насильно прижимал к себе Злой. Он и отцепил, грубо отдернув Злого за плече, воспользовался неловкой паузой и завел уже вконец запутавшегося стилягу за свою спину.       - И что ты творишь?! Совсем из ума выжил?       - Что я творю?! Я хотя бы не насильно его лапаю!       - Защитник нашелся тут… Вали-ка ты к себе, натурал, а мы тут найдем без тебя общий язык.       - Знаешь, я чего-то передумал. Я решил, что начищу тебе рожу, а потом извинюсь и может даже изменю мнение о педиках, ну или об одном конкретно.       - Ну, рискни, придурок.       - Сам придурок…       А пока эти двое грубиянов отношения выясняли, Гомо побрел обратно в дом на сеанс к общему психологу под молочный коктейль, окончательно запутавшись, что Трах и Злой от него хотели.       Психологическая помощь помогла сразу, но она так и не объяснила наличие двух коробок с самодельным печеньем, которое было настолько невкусным, что даже собаки не стали бы его есть.       «Надо будет устроить мастер-класс по приготовлению печенья»- решил Гомо, заходя на кухню, где с фингалами и разбитыми носами Злой с Трахом переводили продукты на, якобы, самое вкусное в мире печенье.