Мы и наши тени

Приветствие после прощания Юи взяла с собой в особняк не так уж много вещей. Все из них были новые, ведь она не собирала чемоданы в поездку по потоку времени. Мисаки Род очень хорошо подготовила девушку к жизни в XIX веке и еле вместила всё в одном чемодане. Сегодня Юи вся на нервах проснулась очень рано. Она не спит уже второй день. Силы на исходе, но пережитый шок в комнате Рейджи и вообще все переживания по поводу семьи помогают ей оставаться в строю, вливая в её кровь адреналин в больших количествах. Девушка проснулась и сразу начала собираться, даже не сходив в ванную. Было бы, конечно, жестоко так просто бросить всех маленьких Сакамаки сейчас без единого прощания. Её действия просто показывали, что она боится изменить историю. За всё время проведённое с мини-братьями Юи подарила им слишком много любви, от которой они могут измениться. Нельзя трогать прошлое, а девушку как раз устраивает всё то, что она имеет на данный момент в XXI веке. Одежда, деньги… Вроде всё. Вообще Юи решила не особо церемониться с Корделией и всеми взрослыми обитателями дома. Просто сбежать. Даже если Корделия, ослеплённая любовь к Юи и волшебным зельем, примется искать девушку, её уже не будет. Вскоре все всё забудут, ведь действие зелья пропадает, если долго не видишь человека. Не нужно лишнего шума. Сложив чемодан, Юи подумала, что нужно всё-таки привести себя в порядок. Взяв вещи, она тихо прокралась в ванную. Она стоит перед зеркалом. Свет освещает всю комнату. Девушка всё ещё мучилась от этого отвратительного и едкого чувства – совести. Что-то сверкнуло в зеркале, срикошетив от поверхности зеркала и вызвав неприятное покалывание в глазах. Верно, это ожерелье. То самое, которое Аято подарил Юи вчера. Вчера девушка под натиском эмоций проносила его весь день и проспала с ним всю ночь. Её рука машинально метнулась к сверкающему камню. Он сделал это. Зачем? Зачем он это подарил? Он ведь знает, что они не будут вместе. Ну что за ребёнок… Или он просто хотел вызвать жалость? Да кому ты нужна, Юи, чтобы у тебя выпрашивали жалость и просили остаться. Просто девушке было страшно оставлять этих нетронутых и невинных детей одних с их матерями… Нет! Взрослый Аято и Викторика ждут её. Ей в любом случае нужно вернуться… Юи крепко сжала камень в своих холодных руках. Она вдохнула лёгкими, которые давно не дышат. Через полминуты девушка открыла глаза, и в них появилась искорка уверенности, веры, той самой недостающей детали, которая портила все её планы, не давая двигаться дальше. Сегодня. Сейчас. Юи уедет отсюда ради будущего этих парней, ведь им так будет гораздо лучше… Приведя заспанные глаза в порядок, девушка вышла из ванной. Раньше потерянная, теперь уверенная и упёртая, шла она по коридору. - Здравствуйте. Юи резко обернулась. Перед ней стоял Рихтер. - Здравствуйте, господин. Могу чем-то помочь? На лице мужчины заиграла ухмылка. - Конечно, можете. Он начал подходить к девушке и, в конце концов, резким движением прижал её к стене позади. - Что вы?.. Ладонь Рихтер накрыла губы Юи. - Не кричите так. Корделия проснётся, и что мы будем делать? Юи продолжала что-то мычать, но мужчина развернул её лицом к стенке, всё ещё закрывая рот. Рихтер вдохнул запах волос девушки. - Знаете, вы так пахнете. Не волнуйтесь. Я не скажу нашей мисс Великой, что вы вампир. Юи начала вырываться и отпихиваться от мужчины. Он только засмеялся. - А вы бойкая. Люблю таких. Кстати, почему вы собираетесь уехать? Было бы весьма глупо задавать вопрос человеку, которому ты же сам и закрываешь рот, поэтому Рихтер смерено убрал руку, но держал её на готовности, чтобы снова закрыть его в случае сопротивления или крика. Юи почувствовала свободу голоса. - Кто вам сказал, что я уезжаю? - Птичка на хвосте принесла, - смешок. – Аято-кун очень к тебе привязался, и я подслушал, как он рыдал, утирая сопли, у себя в комнате. Эти слова просто вывели Юи из себя. Не сдержавшись, она впечатала Рихтера в противоположную стену так, что на пол посыпалась штукатурка. Обернувшись, девушка увидела, что мужчина валялся на полу без сознания. Ей вдруг так захотелось добить его, но, увы, Корделия что-то заподозрит. Вот же какой подлец, этот Рихтер! Юи, конечно, знала, что он такая тварь, которой нужны только сила и власть, но такого… Хотя кого она обманывает? И про эту его черту она тоже всё знала. Юи сделала три глубоких вдоха. На случай… как раз на такой случай Рейджи сказал носить зелье стирания памяти с собой везде, даже в туалете. Но Рейджи, конечно же, выразился «в уборной». Ну хоть какая-то шутка. Раньше от него было такого не дождаться. Зачатки чувства своеобразного юмора всё же проклёвываются. Придётся стереть Рихтеру память. Юи достала из внутреннего кармана своего платья, которое было куплено Мисаки, маленький мешочек. Достав оттуда маленькую горсть серебристой пыли, она посыпала ею голову мужчины. И почему все зелья и порошки Рейджи серебристые? Любимый цвет? Посыпав голову, Юи подумала, что этого будет мало, ведь Рихтер взрослый, а им достаточно трудно всё забыть. В общем, девушка высыпала всё содержимое мешочка, решив, что так будет правильней. Рихтер забудет всё. Гад. У Юи было всего три порции порошка, и одну она уже израсходовала… *** Разобравшись с Рихтером, Юи шла по коридору с определённой целью. В её глазах уже не было ни капли сожаления или лучше сказать сомнений. Свернув направо, она, легонько толкнув дверь, заглянула в комнату. Это была комната Шу. Его не было в постели. Юи улыбнулась. «Удачи тебе с Эдгаром». Следующей была комната Субару. Маленький мальчик лежал у себя в кровати. Он ворочался. Видимо, ему снился страшный сон. Девушка подошла к нему и легко поцеловала в лоб. Будто по мановению волшебной палочки лоб Субару распрямился, и на его лице появилась детская невинность. «Будь счастлив, Субару. И знай, что ты нужен тем людям, которые тебя окружают. Никто тебя не боится». Завернув за угол и вновь сделав поворот, Юи зашла в комнату Рейджи. Слава богу, мальчик не заметил её, когда она заходила. Он сидел и читал книгу спиной к двери. Видимо, он только проснулся, ведь если бы его рецепторы и нюх работали на всю мощность, он бы уже почувствовал присутствие чужого. Юи улыбнулась. «Продолжай творить. Ты определённо станешь великим». Потом девушка завернула в комнату Канато. Мальчик лежал у себя в кроватке, сжимая что-то в руках. Подойдя ближе, Юи увидела, что это Тедди, спрятанный под одеялом и прижатый телом ребёнка. Решив, что Канато не забудет её до конца из-за медвежонка, девушка достала ещё один мешочек с волшебной пылью и маленькой щепоткой очертила круг над его спящей головой. Юи поцеловала его в макушку. «Канато-кун, ты всегда останешься ребёнком, но ты найдёшь человека, которому будет нравиться эта твоя черта. И кстати, пожалуйста, не пихай в своего Тедди ничего, кроме конфет». Комната Райто. Взъерошенные волосы, задравшаяся футболка, что оголяла живот. В общем, как обычно. Вновь улыбка, вновь поцелуй. Юи убрала локон с лица мальчика. «Большое спасибо тебе, Райто-кун. Ты помог мне в трудную минуту, не задавая лишних вопросов, даже сам того не осознавая». Наконец, Юи добралась до самой ответственной комнаты. Комната Аято. Девушка стояла перед дверью, держась за ручку. Рука почувствовала холодный камень на шее. Сколько боли в том, чтобы просто бросить ребёнка, который при таких стечениях обстоятельств всё равно станет твоим мужем. Ох… Она зашла внутрь. Аято-кун лежал у себя в кровати, обнимая одеяло, на котором покоились его ноги. Девушка просто не могла не улыбнуться. Она подошла ближе. Юи села на кровать рядом с мальчиком, перегородив ему свет, что шёл из окна. Этот тусклый свет почти перегоревшей лампочки. Аято заметил, что на него упала чья-то тень, и потихоньку начал открывать глаза. - Юи? - Да. Мальчик от шока прокашлялся. - То есть. Что ты делаешь здесь, Блинчик? Девушка закатила глаза и снова улыбнулась. - Мне стало грустно, и я пришла поспать с тобой. Глаза Аято чуть не вылетели из орбит. - То есть? - Можно я посплю с тобой? Всё равно ещё рано. - Д-да. Юи залезла под одеяло и обняла Аято. Он обнял её в ответ. - Юи. - Что? - Ты носишь моё ожерелье? - Конечно, - улыбка девушки стала шире, а глаза заблестели. - Я рад, - улыбнулся Аято и уткнулся в платье Юи. Они лежали так очень долго. Девушку преодолели её эмоции. Она плакала. Сама не осознавая это, слёзы катились из её глаз. Юи всхлипывала тихо, чтобы мальчик не слышал. Вскоре он заснул. Девушка аккуратно уложила Аято на спину. Она встала и приняла решение, которое далось ей очень трудно. Дрожащей рукой, она потянулась за мешочком. Одним рывком Юи высыпала на мальчика горсть порошка. Рука бессильно опустилась. «Не грусти, Аято. Ты будешь лучшим. Совсем скоро ты поймёшь, что признание всех тебе не нужно, а я буду любить тебя всегда». *** Викторика сидела в горячей ванне. От воды поднимался пар. Какой всё-таки высококачественный отель! Красивые комнаты, удобная ванна. Все детали просто шикарны, и роскошь так и прёт от всего этого. Но, к сожалению, Викторику сейчас это не заботило. Константин, ох, Константин! Что ты сделал с бедной девушкой? Зачем ты такой красивый родился? Эти мысли, в которых девушка проклинала парня, переплетались с мыслями о том, какой он замечательный. Типичная подростковая влюблённость. Нет, дура, забудь! Он взрослый парень, который повидал жизнь, а ты жалкий ребёнок, не знающий ничего о таких возвышенных чувствах, как любовь. Чёрт. «Не чертыхайся!» - сказала бы мама, хотя сама делает то же самое. Сейчас Викторике хотелось сесть и писать стихи, посвящённые только Константину. Девушка никогда бы не подумала, что опустится до такого. А, может, это и не так плохо… Нет, отвратно! Любить человека без ответа невыносимо. Вики нырнула под воду с головой. Вода. Такая безмятежность. Девушке захотелось стать рыбой. Именно в этой среде не хочется абсолютно ничего. Так хорошо. В сердце так пусто… Она резко вынырнула и бешено задышала. Ей никогда не нужен был кислород, но вдохи так и рвались наружу. Причиной её действий является фраза её матери. Она изрекла много философских вещей, но это выражение запомнилось Вики на всю жизнь. Лучше чувствовать боль от неразделённой любви, чем не чувствовать вообще ничего. Великая фраза великой женщины, её матери. Она была абсолютно права, но… сердце не хочет в это верить, пока мозг убеждён в том самом. Викторика поднялась из ванны. Одевшись, она вышла из комнаты. Пытаясь сделать из грустного лица радостное, девушка увидела свою мать в объятиях отца. *** *Минут 15 назад* Открыть дверь. И почему у Юи всегда проблемы с дверьми? Во все времена, во всех веках. Открой дверь, приветствие после прощания. Наспех вытерев слёзы, девушка зашла в 30 номер. Закрыв за собой дверь, она прошла дальше. Она бросила чемодан в пороге и просто рванула в спальню. - Аято. Парень валялся на кровати, заложив руки за голову, и закрыл глаза. Услышав голос той, о которой буквально только что думал, он вскочил с койки и подлетел к жене. - Юи? Ты вернулась? Сегодня же не воскресенье. Юи засияла улыбкой, но глаза заполнились слезами. - Я вернулась навсегда. Глаза Аято округлились, и он что есть мочи прижал девушку к себе. - Почему ты плачешь? Не нужно… Она посмотрела ему в глаза. - Я оставила вас там. Это… грустно. Аято засмеялся. - Чего ты? Значит, оставлять меня тебе не жалко, а их – жалко. - Мне всех жалко. Парень поцеловал Юи. Та, само собой, ответила на поцелуй, ведь она так долго этого ждала. Минута, две, пять. Вот что значит любовь. Оторвавшись от девушки, Аято спросил: - Где твой чемодан? - В прихожей. - Пошли. Парень тащил за руку хнычущую Юи. Увидев чемодан, он воскликнул: - Ох, наконец-то, Юи научилась помещать все свои вещи в один маленький чемоданчик. Скоро, надеюсь, перейдём на пакетики. - Эй, я никогда не имела много вещей. Аято схватил девушку за талию, прижав к себе. - Ну да, ну да. Он поцеловал Юи в щёку, потом в нос, потом в губы, короткими поцелуями плавно переходя к шее, но не для того, чтобы укусить, а для того, чтобы продолжать целовать, ведь это так приятно, целовать свою любимую жертву, которая переросла в нечто большее, чем просто сосуд с кровью… *** - Мама? Аято оторвался от шеи любимой, а Юи в оковах мужа развернулась. - Викторика, - сказала она на выдохе и подбежала к дочери. - Мам, ты, надеюсь, навсегда? - Да, - ничто не дарило матери и дочери такие улыбки, кроме ощущения друг друга рядом. Объятия девушек длились и длились. Аято, видимо, почувствовал себя ненужным. - Так, либо заканчивайте, либо я к вам. Парень накрыла обеих своими сильными руками, и Юи с Вики засмеялись. Семья. Наконец. *** - Стервочка, ну наконец-то. Я уже начал скучать. - Скучал бы ты лучше по Ае, а? - Ну это само собой разумеется. Рейджи с важным видом подошёл к Юи. - Принесла. Девушка кивнула и протянула парню руку, в которой лежал таинственный цветок. - Мне пришлось прокрасться в твою комнату. На лице Рейджи мелькнуло недовольство. - Я же сказал… - Да, я знаю. Ты сказал втереться в доверие, но ты просто непробиваемый эгоист. Первый раз ты довёл меня до слёз, а второй… ах, второго ведь не было, - Юи сказала это на одном дыхании с растерянным лицом. - Я ведь, помнится, почти никогда не выходил из комнаты. Ухмылка со стороны девушки. - Корделия заставляла тебя на дни рожденья своих любимых сыночков выходить из своей «норы». Кстати, сравнение «нора» придумал Райто. Он же и помог мне пробраться в твою комнату. Он сказал, что не любит свой день рожденья, и лучший подарок ему это подарок мне, - последнее предложения Юи украсила театральными жестами. - Ух ты, да я молодец. Кстати, как там наша матушка? Все уселись на диваны и кресла. Юи подпёрла голову рукой. - В самом соку. Райто кинул смешок. Рейджи вышел из гостиной и зашёл в спальню, ничего не сказав. Канато подал голос. - Как там мой мишка? Юи повернула на него голову и улыбнулась. - Всё хорошо. Когда я в последний раз пришла к тебе, ты спал с ним. Парень выдохнул. - Ну и хорошо. - А как там Рихтер? – не унимался Райто, который очень хотел побольше разузнать о своей матери. – Корделия всё так же гоняет его за чаем и кричит? На лице Юи появилось подозрение. - Зачем тебе это? Только не говори, что сейчас сорвёшься и побежишь к матери. Ухмылка. - Не побегу. Девушка вспомнила о том, что произошло сегодня утром. - Этот Рихтер… Такая отвратительная… В общем, он мне не нравится. Глаза Райто засияли. - Что он сделал? Юи закатила глаза. - Сегодня не пойми с чего начал ко мне приставать. - Не понял, - сказал Аято в соседнем кресле. – То есть, как это приставать? - Легко и просто, - сказала Юи, закрыв глаза. - Мне это не нравится, - выразил своё мнение Аято, который уже царапал подлокотник кресла. - Мне тоже, - спокойным голосом сказала девушка. - И мне, - включился в разговор Субару. – Мне этот Рихтер никогда покоя не давал. Он считал, что если я самый маленький, я самый ничтожный, и об меня можно ноги вытирать. - Так оно и есть, - сказал Райто. - Заткнись! - Мальчики, прекращайте, - прикрикнула Юи умоляющим голосом. – Мы все хотим домой. Это нас объединяет. Нельзя просто взять и поссориться. Райто и Субару продолжали спорить, а Аято сделался царём мира и спокойствия, успокаивая этих двоих. Взгляд Юи скользнул по креслу, на котором сидела Викторика. Её взгляд был опущен, она разглядывала свои пальцы. Первые признаки того, что она в глубокой депрессии, хоть они для неё и не свойственны, иногда всё же такое случалось. - Господа, экипаж подан. Мы отправляемся к Мисаки Род.