А вы думали будет легко?

Раздирающая боль исходила от живота и быстро распространилась по всему телу. Сначала, когда это только началось, еще можно было кричать, а сейчас тело будто парализовало. Когда боль стала привычной и даже терпимой, пришли воспоминания Хинаты Хьюга. Они разрывали мозг, вторгаясь в него и навсегда выжигаясь в нем, все чувства и эмоции бывшей обладательницы этого тела. Но, постепенно, и они улеглись. Как ни странно, эта девочка вызывала у меня симпатию, чего не было уже давно. Хоть она и была достаточно безвольной и слабой, порой даже трусливой, слишком покорной, но в тоже время она была невероятно искренней, была таким добрым человеком, какого я никогда не встречала. Это была не воспитанная лицемерная доброта, обусловленная придуманным правилом о справедливости, а доброта души, что не видела преград и ограничений, а была чистым светом. Это доброта Хинаты дала увидеть ей в Наруто Узумаки не монстра, каким его считали окружающие, а смелого и сильного мальчика. Эта же доброта заставила её без колебаний дать мне второй шанс, отдав после смерти мне своё тело. Она воистину была удивительным человеком. Я была выкинута в реальность так же резко, как помещена в это тело. Свет из окна больно резал глаза даже сквозь веки, горло нещадно болело и казалось, что я могу осушить целое озеро. Я громко закашлялась, буквально складываясь пополам. Тело отозвалось новой волной боли, из-за которой я вновь упала на кровать. Похоже, я была в больнице. Впрочем, а где мне еще в таком состояние быть? Вот и врач с медсестрой ворвались в палату, привлеченные излишним шумом. – Как самочувствие? – спросила медсестра, пока врач проверял показания приборов. Кстати, неплохо было бы их выключить, уж больно противно они пищат. – Нормально. Сколько я уже здесь нахожусь? – голос у меня был жутко хриплым и медсестра незамедлительно налила мне стакан воды из кувшина, что стоял на тумбочке около койки. – Вы уже месяц пролежали в коме. Вы помните свое имя? Имена родных? – Меня зовут Хината Хьюга. Отец Хиаши Хьюга, младшая сестра Ханаби и кузен Неджи. Продолжать? – после нескольких стаканов воды голос стал лучше, но все равно хриплый. – В этом нет необходимости. Что последнее вы помните? – врач уже закончил с приборами и теперь стоял с больничной картой в руках рядом с медсестрой. – Я была в саду на территории нашего клана. Мне в шею прилетел дротик, кажется. На этом все, – во всяком случае, это было все, что помнила Хината Хьюга. Врач сверился с записями в карте и кивнул, подтверждая верность сказанного мной. – Что же, проблем с памятью нет, это хороший знак. Вам еще нужен отдых и врачебный уход, так что придется задержаться в больнице до полного выздоровления, скорее всего на несколько недель, после полного медицинского осмотра станет яснее, – врач сделал еще несколько пометок в карте, после чего они с медсестрой удались, оставив меня в палате одну.

***

Восстановление было болезненным и трудным. Знания и понимание этого мира улеглись достаточно быстро благодаря остаткам сущности Хинаты, я быстро освоилась. А вот мышцы после месяца бездействия нещадно болели, да и само тело трудно приспосабливалось к новой душе. Как оказалось, я была не совсем в коме, а в медикаментозном сне. Врачам пришлось насильно ввести меня в кому, иначе я рисковала покалечить сама себя и оглушить истошными криками всю больницу. Система циркуляции чакры в теле менялась под мою душу, поэтому была такая боль. Так же был катастрофически нарушен баланс физической и духовной энергии. Духовно я – ведьма Анна МакКлауд на третьем десятке лет, попавшая после смерти в чистилище, а физически – Хината Хьюга, девятилетняя девочка, пусть и в неплохой форме для своего возраста, но далеко не самый сильный боец в клане. Разница очевидна. В результате у меня просто огромные проблемы с дзюцу. А точнее, я не могу создать ни одно из них. Даже с использованием кланового стиля борьбы – джукен – дела обстояли неважно. Бьякуган давался с трудом, но давался. Семья от моих навыков была, мягко скажем, не в восторге. Показывать умения, оставшиеся мне от моей прошлой жизни и пребывания в чистилище, было категорически нельзя, так что меня на клановой тренировке избивали все, кому не лень. А кому лень, тех заставлял мой драгоценный папочка, Хиаши Хьюга. Кстати, он будет первым, на ком я проверю, возможно ли наложить порчу в этом мире. Когда найду способ выбраться из-под постоянной слежки, а сделать это в доме, где все видят сквозь стены, будет крайне сложно. Так же за два месяца своего больничного, один из которых я провела уже в поместье Хьюга, я успела перечитать все учебные пособия академии шиноби за четыре курса, а так же немного подправить свою физическую энергию тренировками. Всего в академии обучаются шесть лет, обычно поступают в шесть-семь лет, заканчивают, соответственно, в двенадцать-тринадцать. Моя «болезнь» заняла все летние каникулы и еще месяц с прошлого курса (в итоге три месяца), и завтра, с первого сентября, я пойду на четвертый курс академии Конохи. Забавный все же этот мир – детей отдают учиться на профессиональных убийц, что сотнями гибнут на полях сражения, не достигнув даже восемнадцати лет. Такого понятия как совершеннолетия здесь, по сути, не существует. Есть лишь понятия шиноби и гражданские. О, дивный новый мир. Хотя вместе с воспоминаниями Хинаты мне достались все её знания, для меня было важно изучить все еще раз самостоятельно. Те возможности, что открывало умение в полной мере пользоваться чакрой, были удивительны. Порой мне кажется, что это то же самое, что и колдовство из моего родного мира, но в другой момент это как земля и небо. Мне крайне необходимо опробовать магию в этом мире. Но, пока у меня нет ни одной идеи, как мне отделаться от слежки. Ничего, что-нибудь еще придумаю. Но для начала мне нужно найти Узумаки Наруто, о котором меня так просила позаботиться родная хозяйка этого тела.

***

Академия представляла собой красное здание в центре деревни, с множеством классов и тренировочных площадок. Когда я зашла в аудиторию, там было шумно и многолюдно, но искомой блондинистой головы Наруто Узумаки я не нашла. Так как более никто меня не интересовал из моих одноклассников, я незаметно прошла за одну из дальних парт и села у окна. Уже так моё поведение отличалось от поведения Хинаты Хьюга – она хоть и была застенчива, но не так демонстративно отделялась от общества. Однако я решила, что видимую модель поведения надо постепенно менять – уж очень трудно мне было её придерживаться находясь в поместье Хьюг. Долго я этого выдержать не смогу и допущу еще больше глупых ошибок. Урок уже десять минут как задерживался, когда из коридора раздались крики какого-то мальчика и ругательства мужчины. Через минуту в класс ввалилось оранжевое нечто, при виде которого сердце подозрительно быстро забилось, а щеки заалели. Что же, судя по реакции организма, это и есть любимый Хинатой Узумаки Наруто. – Ты никогда не станешь Хокаге, если будешь прогуливать академию! – Наш преподаватель Умино Ирука, под дружный смех класса поднял блондина за ухо на ноги. – Я должен становиться сильнее, а не просиживать здесь! Я обязательно стану хокаге, даттебайо! – прокричал Наруто, в ответ на что из класса посыпались насмешки. – Ты хочешь стать как Четвертый Хокаге? Или даже сильнее его? – заискивающе спросил Ирука, на что Наруто быстро закивал в ответ. – Так вот, Четвертый прилежно учился в академии, а значит, ты должен последовать его примеру. Марш за парту! – Сенсей наконец отпустил ухо блондина и тот весело сел на место в первом ряду.

***

Уроки у Ируки были жутко скучными, даже если не учитывать тот факт, что теорию за четвертый курс я уже освоила. Вплоть до перерыва на обед у нас были только занятия в классах - история шиноби, естественные науки в лице физики и математики, а так же теория ниндзюцу и гендзюцу. И на всех этих уроках оценки и поведение у Наруто были ниже среднего. Но тут была вина не только Наруто – многие учителя открыто придирались к нему, часто давали задания повышенной сложности и тому подобные вещи. Исключением был лишь Ирука, он единственный нормально относился к блондину. И на протяжение уроков у меня было два главенствующих желания – хорошенько врезать всем насмехавшимся над Наруто, а в особенности учителям, и вытрясти из окружающих причину такого отношения. За что его так ненавидят? Чтобы заслужить такое отношение, надо как минимум кого-то убить, и что-то я сомневаюсь, что ребенок успел так сильно накосячить. Перерыв на обед стал возможность сделать желанный глотов воздуха после душных и шумных классов. К сожалению, за территорию академии нас не выпускали, и весь четвертый курс собрался на небольшой площадке со скамеечками и столиками. Хоть в академии и была столовая, но почти у всех детей были с собой бенто*, так же как и у меня. Пока я искала укромный тихий уголок, чтобы насладиться своей трапезой, я забрела на крышу академии, где, сидя у самого края, Наруто с грустью наблюдал за нашими одноклассниками. Что же, наверное, это судьба. – Чего грустим, Узумаки? – я абсолютно не грациозно плюхнулась рядом с блондинов, весело улыбаясь. Щеки горели, а сердце предательски вырывалось из груди, но мне все же удалось сделать беззаботное лицо и веселый голос. Наруто вздрогнул и подозрительно покосился на меня. – Тебе то что? – угрюмо буркнул блондин, переводя взгляд обратно на веселящихся внизу ребят, уминающих домашние обеды. У него самого, кстати, помимо цветка в руках, ничего не было. – Меня зовут Хьюга Хината. А ты Узумаки, Наруто, верно? – Я продолжала мирно улыбаться, разворачивая свой бенто. У Наруто при виде моего действия предательски зажурчало в животе, отчего тот смутился. – Давай, угощайся. Мне все равно все это не съесть. Я поставила между нами контейнер с едой, а Наруто смотрел на меня в неверии. Я подтолкнула бенто ближе к нему, а сама взяла один из рисовых шариков. Наруто последовал моему примеру, задумчиво рассматривая еду в своих руках. – Что, даже не отравлено? – этот вопрос с усмешкой достиг меня, когда я уже собиралась откусить от аппетитного шарика. И тут я действительно задумалась. – Не знаю. Вот черт! – воскликнула я под удивлённый взгляд Наруто. – Пару месяцев назад меня пытались убить с помощью яда, так что ты задал действительно интересный вопрос, – И убийство у них, кстати, очень даже получилось. Черт! – Я так и знал! Ты просто хотела проверить на мне, есть яд в твоей еде или нет! Ты такая же, как они! – Узумаки вскочил на ноги со слезами на глазах и уже собирался убежать, но я успела схватить его за руку и развернуть обратно к себе лицом. Все шло наперекосяк. – Успокойся! Я не собиралась такого делать! И даже если бы я собиралась, стала бы я признаваться, что не знаю, есть яд или нет! Сам подумай! – теперь уже я орала на Наруто, призывая того включить мозг. На глаза предательски наворачивались слезы обиды, даже не за себя, а за мальчика передо мной. Какими монстрами надо быть, чтобы довести ребенка до такого? Узумаки заметил моё состояние, но понял его немного по другому. – Ну, извини, Хината-чан! Я не хотел тебя обить, прости, прости, прости, даттебайо! – голос дрожал и его уже самого трясло. Он явно не знал, что делать. А я… просто обняла его. Крепко. Не знаю, сколько в этом было от меня прошлой, а сколько от Хинаты, но я окончательно убедилась в верности своего решения оберегать мальчишку. – Наруто я…ничего страшного, – я отстранилась. – Эх, ладно. Пойдем в столовую академии, там уж точно ничего не отравлено, – Я схватила Наруто за руку и потащила с крыши, хотя бы внешне вернув себе былое веселое настроение. Наруто ожил, только когда мы с взятыми из столовой обедами на вынос вновь расположились на крыше. – Хината…– Узумаки задумчиво ковырял палочками в бенто, иногда поглядывая на всё еще веселящихся внизу детей. – Что, Наруто-кун? – Почему ты здесь? Ведь… все ненавидят меня. И ты должна, – голос у него был неуверенный, будто он сомневался в сказанном. – Никому я ничего не должна, – фыркнула я, а Узумаки в замешательстве посмотрел на меня. – Во всяком случае, я не собираюсь двигаться вместе с толпой. Я не понимаю, за что тебя можно ненавидеть. Пожалуй, я даже в какой-то мере восхищаюсь тобой. – Я пожала плечами, мол, ничего особенного. Хината действительно восхищалась неунывающим блондином, и я была с ней согласна. Наруто уставился на меня, будто я была инопланетянином или еще чем-то таким же невероятным. – Спасибо, Хината! – Наруто так ослепительно улыбнулся, что я сама не сдержала ответной улыбки.

***

С того дня на крыше мы стали проводить много времени вместе. Настолько много, насколько позволяла постоянная слежка в виде моего личного телохранителя Ко и всеобщая ненависть к Наруто. Ко был достаточно благосклонен к нам, хоть и не сразу, но все же я добилась своего. Он втайне давал нам встречаться вне школы и иногда даже тренировал нас, естественно, за пределами территории клана. Оказалось, что всем практическим навыкам Наруто учили абсолютно неправильно. Учителя лично объясняли ему многое на тренировках, но это было сделано не из благих побуждений, как Узумаки думал. Боевые стоики были неуклюжими, удары и того хуже, он даже оружие правильно держать не умел! Переучивать пришлось все с самого начала. И тут открылась удивительная сторона Узумаки – после правильного объяснения, он оказался прекрасным бойцом ближнего боя. Я подтянула уровень кланового стиля мягкой руки до удовлетворительного уровня, а так же вместе с Наруто воистину зверски тренировала свое тело физически. Трехчасовой забег вокруг деревни без использования чакры – как вам такое? По мне так, извиняюсь, полный пиздец. Но надо, надо. Благодаря таким издевательствам у меня начали получаться все дзюцу, что мы должны будем проходить в академии. Наруто так же делал в этом успехи, но вот только иллюзорное клонирование у него не получалось абсолютно. В Наруто для меня было много непонятного. Отношение в деревне к нему было отвратительное, а самое частое оскорбление в его сторону было «демон». Что было странно. Ну кому придет в голову так называть мальчонку, не имея для этого каких-либо причин? Явно не за его, по сути, безвредные проказы. Ну подумаешь, забор изрисовал? Это явно не повод. Хотя, кто этих людей поймет, что для них повод, а что - нет. Сам Наруто делал все, чтобы привлечь внимание окружающих, пусть всегда и негативное. Но вот у меня было такое чувство, что все его проказы и возгласы о мечте стать хокаге – это вершина айсберга. Может, я слишком мнительна, но было что-то в Узумаки Наруто более сложное. Например, в академии Наруто вел себя, как ничего не умеющий идиот. Вернее, он делал минимум, чтобы не вылететь из академии шиноби, но свои навыки не показывал. Даже на наших тренировках с Ко он показывал себя не полностью, и только на наших уединенных вел себя более серьезно. Впрочем, мое поведение не сильно отличалось, так что вопросы друг другу мы не задавали. Если хочет скрывать свой истинный потенциал – это даже к лучшему, главное, чтобы вовремя идиота выключал. Далее к плохим новостям. Магия в этом мире не работает. Я совершенно не могу ощутить ту энергию, что давала мне силы раньше. Но дзюцу достаточно схожи с колдовством по своим возможностям и даже превосходят его, так что отчаиваться нет причин. Отношения в клане не улучшились. Меня все так же зверски избивали на каждой тренировке, но я хотя бы перестала падать после первой серии ударов. Уже прогресс. Вот все мои результаты за четыре месяца. А сколько еще осталось… Но главное на повестке дня – выяснить, за что так ненавидят Узумаки Наруто. *бенто - японский вариант упакованного обеда, который обычно берется на работу или в школу взрослыми и детьми.