Я не скажу тебе "Прощай"!

Кеншин привычно напевал себе под нос, готовя ужин. Каору вот уже месяц не было в додзё. Она забрала своего единственного ученика потренироваться в небольшом додзё в Наре, там руководил старый друг ее отца, настолько старый, что большей частью всем заведовал его молодой сын от последней жены. - Ай…- сказал Кеншин слегка порезавшись, и тут же сунул несчастный палец в рот. - Беспокоишься за милашку? – спросил Сано, как всегда незаметно пробравшись на кухню и прислонившись к опорному столбу в излюбленной позе – сложив руки на груди.- Тогда надо было ехать с ней! - Но она уже не маленькая и это обычная поездка… - промямлил Кеншин, кровь не останавливалась, тогда он сунул палец под воду, и вздохнув замолк. - Вы не ссорились… Но она с таким воодушевлением… - Перестань! – повысил голос Кеншин и сам удивился своей вспышке. – Она сама вольна выбирать свой путь. - Но ты же любишь ее! – воскликнул Сано, и всплеснув руками подошел к ссутулившемуся Кеншину. - Посмотри на меня! – потребовал он. В голосе Сано была боль. Кеншин вздрогнул. - Все нормально, Сано. Если она влюбится в другого я ничего не смогу с этим поделать… - Кеншин повернулся к Сано, натянув фальшивую улыбку, – Она заслуживает счастья… Счастья с нормальным человеком, а не бывшим хитокири. - Хватит! – прошептал Сано. – Хватит так улыбаться! Ты должен бороться за свое счастье! Она будет счастлива с тобой! - С чего ты взял, что я смогу… сделать ее счастливой… - Кеншин сполз на пол, уселся поджав ноги. - Я не могу ее удержать и не могу отпустить… я самое настоящее ничтожество! – он слабо улыбнулся, его руки безвольно лежали на коленях. Сано резко сел напротив. - Хватит этой чепухи! Надо ехать к ней! Быстрей, пока не поздно. Химура посмотрел на него, вздрогнул и отвел взгляд. - Кеншин! – Сано схватил его за плечи и встряхнул. - Сано… Я же говорю… она мне необычайно дорога… я ревную к тому, кого в глаза не видел… но… это не любовь к возлюбленной. Поэтому я не могу поехать. Но я не мог ее отпустить, поэтому уехала она. - Что ты такое несешь?!- воскликнул Сано, порывисто обняв Кеншина. Он чувствовал жар его тела и как бьется сердце, часто-часто будто хочет выпрыгнуть из груди. - У тебя… - удивленно сказал Сано. Кеншин покраснел, попробовал отстраниться, но не вышло. - У тебя на меня встал? Кеншин перестал вырываться. - Прости… я не собирался… - Ясное дело не собирался, – Сано оттолкнул его. Увидел слезы в глазах и грустную улыбку. – У тебя под боком такая девушка, а ты ей морочишь голову и сам дрочишь на парня по ночам? - Извини, я… - Хватит улыбаться, идиот! И я считал тебя своим другом! Кеншин вздрогнул, улыбка исчезла с его лица. - Мы больше не сможем… - А ты как думаешь? – насмешливо сказал Сано. - Прости, – еще раз сказал Кеншин. Он не смотрел ему в глаза, но рука судорожно сжала кимоно на груди. – Прости. Сано снова придвинулся к нему и легонько поцеловал. Кеншин дернулся от удивления, но силы Сано было не занимать. Одной рукой он обхватил его за плечи, а второй сжал руку Химуры, что комкала кимоно. С силой просунул язык в рот. Его поцелуй был далек от романтического, он был страстным, но немного жестоким. - Ты уверен, что хочешь именно этого? – спросил он мгновения спустя. Кеншин ничего не ответил. Он смотрел на Сано будто только увидел. - А, впрочем, поцелуй ведь ерунда! – он снял с его плеч кимоно, провел языком по шее, спускаясь к груди, нежно вбирая сосок в рот, теребя его языком, а потом зажимая губами, оттягивая и поглядывая на Кеншина. Тот застонал сквозь зубы. - Ты так легко возбудим, Химура, – прокомментировал Сано. - Перестань… - на выдохе сказал Кеншин. – Тебе все равно не возбудиться… - Но разве ты не хочешь почувствовать меня в себе? Возможно, твоему очаровательному ротику придется немного помочь. Он сделал вид, что не заметил взгляд Химуры. Потому что сердце на секунду сжало от боли. Что же он несет? - Хотя нет… не придется, – с ухмылкой замечает он мгновение спустя. - Зачем ты это делаешь? – тихо сказал Кеншин, Саноске как раз спустился ниже. - Разве тебе это не нравится? - Для меня это не игра! – крикнул он. - Даже, если ты знаешь, что мы больше не увидимся, ты не хочешь хотя бы раз переспать со мной? – насмешливо сказал Сано и потянул Кеншина за ноги, так что тот упал спиной на пол. Его насмешливый голос болью отзывается в сердце мечника. Господи! Что он говорит? Сано сам не понимает. Он действительно сам решил его больше не видеть? Что происходит? Почему сердце так стучит? Почему сжимается от своих же слов? Но Саноске не сдается. Не пытается понять. - Что молчишь, признавайся, ты только дрочил или попку тоже тренировал? – он облизал два пальца. – Молчание – знак согласия. Сейчас проверим. Саноске не смотрит в глаза Кеншину. Его ядовитая реплика, кажется, разъедает ядом самого его. Кеншин стиснул зубы, но все равно вздох вырвался из груди, когда Сано раздвинул его ноги, навалившись своими, и вставил один палец. Ему было больно, но он ничего не сказал. - Так больно? – тихо прошептал Сано. Это немного отрезвляет Саноске. Проведя еще несколько раз туда-обратно и понаблюдав за Кеншином, он сказал: - Я не буду это продолжать. Это слишком. Ты слишком узкий. Если сделать все за раз, будет много крови. - Мне все равно… я и так потерял твое доверие… Доверие? Дело же не в доверии? Да, Саноске? Дело же совсем в другом. Но ты не хочешь признаться самому себе. Трусишь, неужели? - Ну, знаешь ли! Тебе может и все равно, а я насильником быть не хочу. До свиданья! Нет. Дело не в трусости. Саноске смотрит на Кеншина, который хватает его за рукав. Так же и Кеншин вначале, он сжимает кулак на своей одежде. Боль. - Если ты уйдешь… Мы действительно больше не увидимся. Все закончится, - Кеншин посерьезнел, глаза глянули на него почти строго, так он смотрел когда сражался, и тонкая его рука с дюжей силой сжала руку Саноске. - Я не поехал с ней, потому что хотел остаться с тобой. Хотел остаться с тобой? Что за ересь? Но Сагара не пытается вырваться. Он чувствует, как его сердце метнулось в сумасшедший спринт, а я его лицо бросило в жар. - Что?! – с издевкой говорит он. - Что за хрень? Что я несу? Он же фактически признался мне! - Остаться? Что ты имеешь ввиду? Кеншин бросает на него еще один взгляд, долгий серьезный, но потом закрыто улыбается. Своей привычной, ничего не значащей улыбкой, закрывая глаза, а потом, открыв их, говорит. - Прощай, Саноске. Прощай. Он поднимается. Отряхивается, поправляет одежду. - Прости, Саноске. Я собирался заставить тебя сделать не очень хорошую вещь. Но ты ведь остановился? Так что все нормально. Уходи. Мне надо занять себя чем-то. Химура отвернулся к столешнице кухни. Саноске тяжело выдохнул воздух. Уходи. Прощай. Остаться? Да, признайся же сам себе! Ты счастлив. Счастлив, что он остался ради тебя именно в этом смысле! Ты хочешь его, и его тело! И никуда ты не хочешь уходить, не хочешь прощаться! Саноске почувствовал себя идиотом. Сколько он сказал ему грязи, пытаясь понять себя? Он смотрел на эту тонкую, хрупкую на вид фигуру, но сильнее человека он не знал. Химура нашел в себе силы сказать ему правду, хотя ему это было не просто. И Саноске шагает к нему, сгребает в объятья, поднимает на руки и прижимает к себе. В очередной раз убеждаясь, какой он легкий и хрупкий. Тонкие плечи, запястья. Но он знает, насколько этот человек силен. Химура удивленно смотрит на него. - Не надо, Саноске, не заставляй себя. Мне не так уж и сильно нужен прощальный секс, это был просто порыв. Понимаешь? - Нет. Саноске зарывается носом в его волосы, вдыхает их аромат. И нежно целует в щеку, а потом в губы. - Не надо, прошу тебя, - говорит Химура, и Саноске чувствует его боль. - Я не хочу. Не хочу… Он дрожит. - Быть с тобой один раз, чтобы потом исчезнуть. Я не смогу! Я не выдержу! Человек может быть сколько угодно сильным телом, даже душой. Но есть то, что меняет людей, хотят они или нет. Любовь. - Ты любишь меня? – спрашивает Саноске. Остаться… Это слово подразумевает слишком много вариантов. Нравится, привязанность, люблю. Саноске помнил глаза Химуры. Это было ничем иным, как люблю. Зачем он спросил? Что хочет проверить? - Прости, Саноске, - горько говорит Химура, его глаза смотрят грустно, чуть насмешливо. - Люблю. Кеншин легко признал это, легко сказал, но Саноске чувствует его дрожь, его сердце, которое бежит тот же марафон, что и его. И Саноске вдруг осознал, насколько этот человек все-таки сильнее его. Ему было тяжело это сказать, предполагая его реакцию, но он сказал. Сагара снова почувствовал себя трусом. Как же далеко от него Кеншин сейчас. А ведь он сжимает его руками, а все равно далеко. Саноске сжимает его крепче. - Значит, все хорошо, - уверенно говорит он. Он всегда считал себя сильным, верным другом Кеншина. Так когда, если не сейчас, он должен доказать, что не просто так было проведено время рядом с ним? Он должен признать, что отчаянно отправляя Химуру вдогонку за Каору, он был рад, что тот остался здесь. А смотря на их нежные отношения ревновал не Каору, а Химуру. Почему он трусливо спрятался от этих мыслей? Зачем был так… Отвратителен? Кеншин удивленно смотрит на Саноске. - Сано… - Все хорошо, - Сагара улыбнулся ему, сжимая его плечи. - Значит, нам не надо расставаться. Он тащит его наверх, в комнату Каору. Здесь он никогда не бывал, но где сама комната есть – знал. Кеншин вцепляется в его одежду. Саноске кладет его на кровать и наваливается сам. Химура хмуро смотрит на него. - Все-таки решил изнасиловать меня? – он усмехается, возвращая Сано ему же его монету. - Нет. Я буду нежен. - Ха? – усмехается Кеншин. - Хватит. Ладно? Не сопротивляйся. Кеншин умолк. Сано чувствовал его дыхание, необычное. Будто ему… Страшно? Секс, это не битва на мечах, это точно, но… Кеншин не смотрит на него, хотя и не пытается вырваться. При желании, он точно способен на это. Разница в весе тут не причем. - Химура… - Кеншин медленно раздевает его смотря на его тело. Облизывается, у него тут же встает. - Химура… Посмотри на меня. Ну же… Тот неохотно смотрит на Саноске. - Сано, ты… Химура слегка краснеет. - Да, у меня на тебя легко и непринужденно встал. Еще вопросы? – Сано привычно усмехается, нежно проводя руками по его ногам, бокам и прессу. - Так что никакой не прощальный. Никакой не просто так. И уж точно потом, я тебя никуда не отпущу и никому не отдам. Я хочу, чтобы ты это крепко уяснил! Даже, если тебе не понравится в первый раз, мы будем это делать еще и еще, пока тебе не понравится! Химура ошеломленно смотрит на него, а потом на губах появляется слабая улыбка. - Неужели… - тихо говорит он. Он закрывает глаза. Сано склоняется и нежно целует его в закрытый глаз. - Я буду нежен, но ты… Постарайся расслабиться и принять меня, ладно? Химура, сглатывая, кивает. Сано опускается вниз, поднимает ему ноги. - И учти, раз уж ты от меня никуда не сбежишь, если будет больно, мы все-таки разделим на два раза, потому что… - Потому что насильником я быть не хочу? – усмехаясь говорит Кеншин. - Черт возьми! Я же люблю… - Сано замер, - тебя. Он чувствовал, как заливается краской от ушей до шеи. Кеншин усмехается, закрывая глаза рукой. Он развел ноги в сторону. - Давай попробуем, все-таки. Что сидеть?